Украсить волосы голубыми цветами (Маргарита Уайт/Адан Дефендер Гласиес Курода)
Фестиваль подкрался нежданно негаданно, чему, впрочем, Адан впервые в жизни был несказанно рад: именно сегодня он мог, не говоря ни слова, признаться в своих чувствах той, кто вдруг сумела завладеть его сердцем, заставить полюбить её. Он мог сказать о том, как сильно любит Марго, если она согласится пойти с ним на праздник.
Девушка была совсем не против, так что вечером Курода и Уайт шли мимо множества прилавков, разглядывая предлагаемые товары в виде самых разных вкусностей, украшений, цветов, оружия и многих других интересных вещей. Брюнетку не слишком интересуют продаваемые вещи как объекты для покупок, однако рассматривает она их с любопытством, точно пытаясь понять, что из себя представляет мир, в котором она оказалась. Отчего-то он кажется ей родным, точно она уже когда-то бывала в нём, но теперь не может вспомнить об этом, как бы ни старалась. Курода же без конца предлагает напарнице то одну вещь, то другую, явно пытаясь порадовать Марго, даже несмотря на все её отказы.
Людей на празднике становится всё больше и больше, однако Адан не спешит уйти и увести Марго куда подальше, как сделал бы это раньше. Он видит, как Уайт наслаждается окружением, будто бы чувствуя себя частью этой большой толпы, потока людей, что запросто могут утянуть её за собой в неизвестном направлении. Да, ради счастья этой девушки Курода готов на всё, даже пожертвовать всем, что имеет, а напоследок и собой. Хочется осторожно коснуться её щеки и нежно спросить, всё ли у Марго хорошо, однако юноше просто не хватает смелости сделать это, поэтому он лишь чуть сильнее сжимает ладонь Уайт в своей. Та отчего-то легко улыбается, прежде чем предложить:
— Пойдём дальше? Наверняка на этом фестивале найдётся что-то интересное и для тебя.
Адану хочется ответить, что самое интересное для него ещё впереди, однако он находит в себе силы промолчать и, кивнув, направиться дальше, напоследок бросив:
— Ты права. Думаю, мы обязательно что-нибудь найдём.
Разумеется, ничто особо не привлекает юношу, однако энтузиазм и восторг брюнетки заставляют и его самого полюбить каждую деталь проходящего фестиваля. Он с удовольствием стреляет в дартс, зарабатывая для Марго какой-то глупый совершенно ненужный ей приз, пробует какое-то блюдо, которое раньше ежедневно подавали во время обеда в доме его семьи, покупает для него и девушки глупые брелки в виде пушистых каттусов, которые им даже повесить некуда... Удивительно, но фестиваль впервые в жизни делает Адана невероятно счастливым, даря море эмоций и заставляя захлёбываться собственным восторгом, точно потонув в нём с головой.
Кажется, Уайт это действительно несказанно радует: на её лице сияет лучистая улыбка, прежде чем она предлагает пойти к следующему ларьку и попробовать местную закуску. Курода быстро соглашается, прежде чем понимает, что эта — его самая нелюбимая из-за чрезмерной остроты. Кто вообще может такое съесть и не заработать в итоге язву желудка? Впрочем, расстраивать брюнетку не хочется, так что парень смело берёт и съедает закуску целиком, всеми силами стараясь удержать перед Марго лицо. Вот только план его рушится с треском, когда Курода ощущает, как пылает его язык от острых специй и как жжёт горло, будто бы внутри него завелся самый настоящий вулкан. Не в силах держаться больше, Адан срывается с места и бежит в сторону питьевого фонтанчика, оставив девушку возле прилавка.
Та, однако, очень скоро приходит к нему, в тот момент как юноша уже сидит на скамейке и пытается глубоко дышать, дабы остудить горящее горло, которому не смогла помочь до конца даже вода.
— Прости, кажется, я испортил тебе времяпровождение, — извиняясь, неловко улыбается член семьи Курода, на что брюнетка, фыркнув, отвечает, при этом присаживаясь рядом:
— Тебе не стоило есть так резко то блюдо. Ты ведь знал, что оно такое острое, Адан, так почему сделал это?
— Ты так радовалась празднику, что я просто не мог испортить тебе день своим отказом, — признался, потирая шею сзади, напарник. — Как я мог, ты ведь выглядела такой счастливой.
Марго только тихо фыркает и качает головой, прежде чем с улыбкой сообщить, глядя на Куроду:
— Я радовалась празднику, потому что ты получал от него удовольствие, наслаждался им вместе со мной. Это было действительно здорово, так что не нужно было жертвовать своим здоровьем ради меня. Признаться честно, я тоже не слишком люблю острое, так что это и в самом деле было лишним.
— Что ж, на будущее запомню, — со смешком отвечает юноша и тут же мысленно одергивает себя.
На будущее? А если они больше не увидятся после того, как Марго наконец встретит этого своего Минору? Что если на этом их пути разойдутся, и она оставит Адана одного, с разбитым сердцем и нежеланием привязываться к кому-то. Он просто не сможет вновь кого-то полюбить, если всё обернётся так...
— Адан, ты в порядке? — окликает его девушка, выведя наконец из транса. — Мне показалось, что ты как-то погрустнел. Может, вернёмся на праздник и поищем способ снова тебя развеселить?
Вот как, как она может быть такой замечательной, как может влюблять в себя юношу всё больше и больше? Впрочем, теперь Курода уверен, что хочет признаться. А там уж будь что будет...
Рука осторожно вынимает из шара-хранилища аккуратный голубой цветок, так сильно похожий на сирень, и вплетает его в волосы девушки, в то время как напарник, не глядя на Уайт, тихо шепчет:
— Думаю, ты знаешь, что это значит? Или мне стоит объяснить?
— Не нужно, — отвечает девушка. Адан всё ещё не может посмотреть на неё, однако понимает, что что-то не так, когда ощущает, как его волос тоже что-то касается, в то время как тёплые руки поправляют это.
Сомнений нет, Курода получил ответ. Полагая, что увидит прозрачные цветы, он смотрит на своё отражение в водной глади, невесело улыбаясь. Оттуда на него смотрит юноша с донельзя тёмным, можно даже сказать чёрным, цветком. До юноши не сразу доходит происходящее.
— Рита, ты... — шепчет он, однако тонкий указательный палец ложится на губы юноши, а Марго тихо отвечает, улыбаясь затем сомкнутыми губами:
— Я тоже люблю тебя, Адан. И это не изменится, что бы в будущем с нами не случилось.
Эмоции переполняют парня, захлёстывают его с головой. Не зная, как ещё выплеснуть их наружу, Курода крепко обнимает Уайт, прижав её к себе. Ему повезло, он обрёл своё счастье, и теперь уже точно никому никогда его не отдаст. Губы шевелятся, произнося только одно простое слово:
— Спасибо.