Глава 3
Прошло несколько дней после разговора с отцом, но напряжение ещё витало в воздухе. Мэтт почти не показывал виду, но ты чувствовала — он всё считал, всё анализировал. Он ревновал тебя к собственному отцу, к любому мужчине, который хоть как-то мог оспорить его право на тебя.
И всё же... в доме царила тишина и странное спокойствие.
Ты просыпалась раньше Мэтта. Он всегда засыпал позже — изучал документы, беседовал со своими людьми, проверял охрану. Но когда ты открывала глаза, он уже держал тебя в руках, как будто всю ночь не отпускал.
— Сколько времени ты так лежишь? — спросила ты однажды утром, упираясь ладонью ему в грудь, пытаясь выбраться из его стального захвата.
— Неважно, — ответил он, не открывая глаз. — Ты хорошо спишь в моих руках.
— Мэтт...
— Что? — уголок его губ дёрнулся. — Хочешь выбраться? Не получится. Я уже привык.
Он потянул тебя назад, прижимая к себе. Его ладонь легла на твоё бедро, и ты почувствовала, как тело мгновенно сдаётся. Он знал, что делает. Знал, что ты реагируешь на каждое его движение.
— Ты слишком... — ты искала нужное слово.
— Влюблён в свою жену? — подсказал он.
Ты вспыхнула.
— Я не это хотела сказать.
— А должна была, — его голос стал ниже. — Потому что это правда.
Он поцеловал тебя — не спеша, уверенно, будто закрепляя сказанное. И ты позволила, поддалась, как всегда. С Мэттом борьба была бессмысленна. И сладка.
Днём Мэтт почти всегда был занят. Но каждый раз прежде чем он выходил из дома, он говорил одно и то же:
— Не покидай территорию.
— Это выглядит так, будто я твоя пленница, — ответила ты однажды.
Он подошёл ближе, наклонился к тебе, пока твоё дыхание не стало поверхностным.
— Ты не пленница, Ава. Ты моя жена. Я защищаю то, что моё.
— И если я не хочу такой защиты? — спросила ты смело.
Он медленно поднял бровь.
— Не хочешь? Правда?
Ты отвернулась, злясь на себя за предательское напряжение в теле.
— Ты слишком уверен, — пробормотала ты.
— Я слишком хорошо тебя знаю.
И ушёл.
Ты осталась одна, с горящими щеками и сердцем, стучащим слишком громко.
Вечером он вернулся поздно. Ты сидела в гостиной, завернувшись в плед. Телевизор был включён для фона, но ты не смотрела его. Тревога росла — Мэтт редко опаздывал.
Когда входная дверь открылась, ты с облегчением поднялась.
— Ты поздно, — вырвалось.
Он взглянул на тебя — усталый, но всё тот же. И что-то в его взгляде смягчилось.
— Ты переживала? — спросил он.
— Я... просто хотела знать, что ты в порядке.
Он подошёл. Без слов взял тебя за талию, притянул к себе и уткнулся лбом в твою шею. Это был не жест владельца — это был жест мужчины, который нуждался в близости.
— Ты — мой дом, — прошептал он, тихо, почти не слышно. — Я прихожу сюда ради тебя.
У тебя защемило сердце.
— Мэтт... что произошло?
Он на секунду задержал дыхание, потом выпрямился и посмотрел тебе в глаза.
— У меня проблемы с одним из партнёров. Он... слишком много знает о тебе.
Твоя кожа похолодела.
— Обо мне? Почему?
— Потому что люди быстро понимают, что важно для меня, — его челюсть сжалась. — А ты — самое важное.
Он провёл пальцем по твоей щеке.
— Я должен решить это. И пока я не решу... ты будешь под круглосуточной охраной.
— Мэтт...
— Это не обсуждается, Ава.
Ты хотела возразить. Сказать, что ты не хрупкая девочка, что способна о себе позаботиться. Но он посмотрел на тебя так, будто мир готов рухнуть, если с тобой что-то случится.
И ты поняла: это не просто ревность.
Не просто его одержимость.
Это страх.
Страх потерять тебя.
Позже, когда вы уже легли в постель, он обнял тебя крепче обычного.
— Ава, — его голос стал почти уязвимым. — Ты не понимаешь, что со мной будет, если с тобой что-то случится.
Ты повернулась к нему лицом и коснулась его щеки.
— Ничего не случится. Ты не позволишь.
Он закрыл глаза, будто эти слова были лекарством.
— Нет. Не позволю.
— Мэтт...
— Мм?
— Я правда... счастлива с тобой.
Он открыл глаза. В них мелькнуло то, что он обычно скрывал — тёплое, нежное, бесконечно редкое.
— Тогда я сделаю всё, чтобы ты всегда была счастлива, — тихо сказал он. — Даже если придётся сжечь весь мир.
Ты знала, что он говорит это буквально.
И тебя не пугала эта мысль.
Ты уже была его миром.