Ты пахнешь свободой

Иногда не понимаю, куда время так спешит. Почему не может подождать чего-то, остановиться где-то...

Вечно бежит куда-то, не видано куда, а нам приходиться страдать от того, что оно закончилось.

Судный день пришёлся на тринадцатое июля. Мой день рождения. Папа не изменил точку зрения и всё-таки устроил празднование, забронировав «Rex Club» полностью и на всю ночь. Клуб кишил незнакомыми мне людьми, солидными мужчинами-бизнесменами, которые являлись папиными хорошими знакомыми, а также их детьми, которых я видела впервые. Всё так, как того хотел отец. Как всегда.

Мне было чрезвычайно неуютно, я чувствовала себя здесь чужой, не нужной, отстранённой от всех. Пространство ночного клуба всё больше и больше заполнялось разными людьми, будто это была самая обычная ночь клуба. Большинство ребят были мне не знакомы, но я позвала только нескольких своих однокурсников из лицея и лучшую подругу. Эта ночь отличалась от всех клубных только тем, что каждый приходящий улыбался мне во все свои винировые зубы, протягивая подарки. Я же улыбалась им в ответ, радушно говоря «merci», когда те говорили свои пожелания.

Моих друзей я пока не видела, но очень сильно ждала, ведь только они помогли бы расслабиться мне сейчас.

— Привет, ты же Софи? — подошёл ко мне светловолосый парень - типичный мажор. Среднего роста, обычного телосложения, которое вообще не цепляло масштабами и с большими зелёными глазами. Парень был одет в дорогой костюм от «Бриони», какие обычно носил мой отец. — Я Лорáн, сын Себастьяна Роберто. — Он протянул мне руку, а я недоверчиво на неё посмотрела.

— Приятно, — вяло протянула ему руку в ответ и тот её поцеловал.

— Месье Янн не соврал, у него безмерно красивая дочь, — он наигранно мне подмигнул и широко улыбнулся, — тебе безумно идёт это платье.

Конечно, его шили на заказ лучшие модельеры Парижа. Папа и тут преуспел. Но по правде сказать, оно мне очень понравилось. Небесно-голубой оттенок почти перетекал в молочный в нижнем краю платья. Оно было не пышным, а наоборот, обтягивало мою тонкую, мамину фигуру. Цвет платья подчёркивал мои чёрные как смоль волосы, которые парикмахеры завили в волны, а также выделял танзанитовые глаза.

— Спасибо, Лорáн, — нежно улыбнулась я, пытаясь держать себя в руках. Боже, как я мечтала скорее покинуть это место. Где же мои друзья?

— Зови меня Ло, так проще, — сказал он, вытащив из подноса официанта бокал с шампанским. — Ну что, за тебя, мадам! — Крикнул он подняв бокал и тут же весь его и выпил. — Вижу тебе тут неуютно, — предположил он.

— Ну, — я тоже взяла бокал с шампанским, — зато папочке нравится, — я показала бокалом в сторону отца и залпом вылила в себя шампанское.

— Наши отцы... — парень пьяно рассмеялся, — они вот вроде хотят как лучше, но вот только для кого? Для нас? Для своих богатеньких друзей, с которыми дружат только лишь из выгоды? — сказал он, взяв ещё один бокал.

Я не ожидала, что в этом кругу есть люди с таким же мнением, как у меня и внезапный уровень уважения и симпатии к парню расплылся по венкам. Я тоже взяла второй бокал и, наконец, немного расслабилась.

— Если обобщить, тогда выходит, что ради себя, — ответила я, отпивая глоток шампанского.

— И нам в этом плавать, Софи, — Ло слегка рассмеялся, подойдя ко мне ближе.

— Почему же? — я уже охмелела и даже не обратила внимание на то, как парень приблизился. — Мы ведь можем пойти по другому пути. Поехать учиться в другую страну, на кого хочешь, как хочешь.

— Ведь для этого нужны деньги, — ответил Лорáн, томно посмотрев мне прямо в глаза.

— Или знания. — Ответила я, вновь прильнув губами в стеклянному прибору.

— Софи, мадам, не будь столь наивна. В этой жизни знания никогда ничего не решали. Деньги, связи - вот, что по-настоящему решит любую проблему. Поездка заграницу, образование, всё это стоит... — он пошевелил пальцами, намекая на деньги, — евро, доллары. А твои знания никому не нужны. — Он создал небольшую паузу и продолжил. — Не хотел бы оставлять тебя одну, но меня... — он показал взглядом на высокую рыжеволосую девушку, — кажется ждут. Не скучай тут без меня!

Ло ушёл, оставив меня одну размышлять над его словами.

— Софи, a chère! — Изабель обняла меня сминая каждую косточку, — с днём рождения, желаю тебе... — подруга перешла на шёпот, — поскорее обрести долгожданную свободу. — Она вдохновляюще взглянула на меня и скрыто улыбнулась. Изи осмотрела клуб. — Месье Янн придумал?

— А ты как думаешь...разумеется. — Ответила я на выдохе, допивая шампанское. — Хорошо, что хотя бы ты приехала. Я не знала, что делать уже.

— Aie, предлагаю сбежать!

— Чего? — ошарашенно произнесла я.

— Предлагаю сбежать. Брось, Софи! Здесь массовка как на концерте Zaz, никто не заметит.

— Отец заметит. Ты что, совсем его не знаешь?

— Не думаю, что ему до этого. — Она развернула меня, показывая, что отцу якобы не до меня. Он стоял и непринуждённо болтал о чём-то со своими коллегами.

Я задумалась.

— Да чёрт с ним. Пойдём! В конце концов, это мой день. Он не посмеет меня осудить.

— Отличный настрой! — радостно пискнула Изи, вцепившись в мою руку.

— Куда пойдём-то? — поинтересовалась я, плетясь за ней через толпы выпивших людей.

— Увидишь.

Мы с трудом вышли из клуба, вроде как не попавшись папе на глаза. На улице было темно, горели тусклые фонари, осветляя нам дорогу.

— Куда ты меня ведёшь? — всё спрашивала я, не в способности успокоиться. Я переживала на счёт того, что отец узнает и накажет меня... я боялась его. Боялась его власти надо мной, за всё это время, до нашего разговора три недели назад, я люто его ненавидела, но сейчас... сейчас что-то в груди покалывало от мысли о том, что отец во мне разочаруется.

— Oh, mon Dieu, Софи, ты можешь потерпеть?! — её французский с итальянским акцентом поражал меня, я удивлялась тому, как она говорит на этом языке. Хотя это мой родной язык, у Изи он невероятно чист, она редко использует заимствованные из других стран слова, а про новые сленги я вообще молчу.

Мы шли недолго, минут десять, а то и меньше и наконец дошли до места. Пусть шли мы и недолго, это место сильно отличалось от того, откуда мы пришли. Здесь было безлюдно, стоял один фонарь, который освещал массивную железную дверь, на которой висела жёлтая табличка «Électricité. Dangereux!».

Подруга постучала в эту дверь три раза, а я испуганно отдёрнула её от двери.

— Что ты делаешь?! — шёпотом крикнула я ей, не бросая руку.

— Доверься мне. — Успокаивала она меня, осторожно ускользая из-под моей хватки. — Bonjour, месье! — в железной двери образовался глазок, откуда на нас смотрел чей-то глаз и она с ним поздоровалась. — Кораллы.

После этого слова, нам отворили дверь и пригласили внутрь.

— Пришли из клуба в другой клуб, ты сейчас серьёзно, Изабель? — возмутилась я, глядя на лучшую подругу.

— Тебе понравится, идём!

Мы прошли через толпу, на вид обкуренных подростков, море дыма и запах алкоголя. В клубе царила бешеная итальянская музыка, светодиоды бродили по всему залу, периодически освещая танцующих девушек, перебравших алкоголем. Вокруг было анархически привлекательно, что значительно меня удивило. Я никогда не была в подобных местах.

— Обычно здесь тусуются мигранты, итальянские мафии, — рассказала Изи, усаживая меня за барную стойку.

— И ты решила привести меня сюда, решив, что мне понравится? — я вскинула брови, показывая своё недовольство.

— Ma chère, я видела как тебе было там некомфортно, среди этих высокомерных мажориков и тошнотного лицемерия!

— Изи, я живу в таком окружении весь осознанный возраст. — Немного обиженно ответила я, разглядывая напитки.

— Да, но согласись, здесь тебе лучше. Среди таких как они, — её рука показала в направлении парней и девушек, которые танцевали потому что хотели. Которые пили, потому что хотели, которые искренне смеялись, улыбались, говорили и целовались, потому что сами того хотели и никто не принуждал их приходить сюда. В этих людях не было корысти, у них не было стремления заполучить чьё-то внимание, чтобы достигнуть материальных высот или выгодных связей. Они так жили. Просто, счастливо. — Страстных, открытых и искренних людей, у которых на самом деле много проблем. Сейчас они танцуют здесь, извиваясь как змеи, а утром им придётся думать о том, как бы выжить. —Закончила мысль подруга.

— Я не знаю. — Ответила я, отворачиваясь от толпы.

Мы заказали несколько шотов, потом ещё и ещё. Изи ушла танцевать и как бы сильно она меня не напоила, и не уговаривала, подруга не заставила меня выйти на танцпол. Я сидела в гордом одиночестве, допивая последний шот. Голова кружилась, тело стало ватным и я с трудом его чувствовала. Мне жутко хотелось спать. Так много алкоголя я ещё ни разу не выпивала.

— Эй, ты в порядке? — рядом со мной раздался грубый голос.

— Чего.. пристал... — медленно и невнятно выговорила я, сопровождаясь икотой.

— Как тебя сюда впустили, невинность ты ангельская, — как мне казалось, всё также грубо, но при этом с долей сарказма проговорил парень.

— Уйди... не до тебя сейчас... — отвечала я, головой оперевшись на свою руку. Я вновь потянулась за шотом.

— Я думаю, ей достаточно. Убери их, Сэм. — Он продолжал командовать, и в моей голове проскользнула мысль об отце. Эта мысль меня взбудоражила и я немного протрезвела.

— Кто ты такой? И что ты себе позволяешь? — зло промямлила я, пальцем тыкнув в грудь парня. Господи, какой же он высокий...

— Лукас, bonjour! Давно тебя здесь не видела. — Из толпы вышла Изи, которая заметила моё состояние и напряглась. — Софи! Ты когда успела... так напиться?

Я что-то невнятно сказала, держась на стул, чтобы не потерять равновесие.

— Изабель, получше бы следила за своей младшей сестрёнкой. Даже не знал, что она у тебя есть. — Холодно, с долей сарказма продолжал говорить парень, вылив в себя горячий шот.

— Это подруга - Софи, ей сегодня исполнилось восемнадцать. Так что не нагнетай, сегодня можно, — оправдывалась Изи, поддерживая меня для того, чтобы я не упала. — Ma chère, кажется, тебе пора домой...

— Нет! — громко выкрикнула я, почти упав, но Лукас удержал меня.

— Тебя ноги еле держат, ангелок. В смысле нет? — рассмеялся он, нежно придерживая меня за талию.

— Папа... — я икнула, — не должен видеть меня такой...

— Чёрт, месье убьёт меня. Он и без этого меня ненавидит, mon dieu.... — жалобно проговорила Изабель, молебно взглянув на Лукаса.

— Не смотри на меня так. — Грубо сказал Лукас, выпивая второй шот. — Я не нянька.

— Прошу тебя, прошу... у меня мама дома, она убьёт если узнает. Меня мама, её папа. А ты один живёшь, пожалуйста, Лууу...

— Я сказал нет.

— Лукас...

— Нет!

— Ребята, не ссорьтесь. Я сниму номер в отеле. — Я полезла за деньгами в сумочку, но кроме водительских прав, телефона и таблеток от головы там ничего не было. — Pardon, кажется, их нет. Ладно, а тут поспать нельзя? — как и до этого невнятно спросила я, снова садясь за барную стойку, падая на стол от бессилия. Изи вновь подняла меня.

— Чтобы каждый второй тебя оприходовал? — грубо высказался Лукас, серьёзно на меня взглянув.

— Лукас! — крикнула Изи, прикрывая рот ладонями.

— Чего? Горькая правда об этом месте. Тут каждый второй уже ею вожделеет. Оглянись, — он обвёл зал глазами, останавливаясь на парнях и мужчинах, которые пристально наблюдали за моей нелепостью. — Ладно, — его скулы слегка напряглись, — пусть переночует у меня, но утром, чтобы её не было. Ты за этим тщательно проследишь.

— Merci, mon héros! Я знала, что ты всё ещё тот же добрый парень из пятого класса коллежá!

— Ещё раз вспомнишь и твоя подружка будет ночевать на улице.

— Прости, прости. Я вызову вам такси. — Протараторила Изи, а я уже почти упала, но Лукас твёрдо держал меня. Мои тёмные волосы приблизились к его лицу, но он старательно пытался их не касаться.

Я ничего не понимала, действия сменялись будто по щелчку пальцев. Всё время кто-то поддерживал меня за талию, видимо, чтобы я не упала.

— Что, ангелок, ноги совсем не слушаются? — спросил Лукас, медленно ослабляя свою хватку.

Я не ответила. Просто отпрянула от него, толкнув парня, что есть силы, но потеряла равновесие и упала, ударившись о перило лестницы.

— Аккуратно, глупая. Я не стану потом оправдываться перед твоим отцом, — как мне показалось, Лукас произнёс это нежно и заботливо, не так, как говорил со мной в итальянском клубе.

— Мне кажется плохо... — тихо проговорила я, пытаясь сдержать алкоголь, просящийся наружу, но не смогла.

Я побежала за лестницу, чтобы Лукас этого не видел. А он и не пошёл за мной вслед.

Я закончила вытравливать этиловый спирт из своего желудка и мне стало гораздо легче. Я сразу же протрезвела, мне жутко хотелось принять ванну.

— Жива? Я было подумал, что мне придётся идти за тобой, — он скучающе сидел на ступеньке, оперевшись локтями о верхнюю ступень.

Я виновата опустила глаза, представляя как ужасно выгляжу. Я рассмотрела парня, он был до безумия красив и мне сейчас хотелось провалиться сквозь землю от стыда.

— Идти можешь? — спросил он, поднимаясь с холодной ступени.

— Могу.

— Ну пошли, нам на пятый.

— На пятый этаж?! Так поднимемся на лифте.

— Ты где-то его видишь? — он иронично оглянулся, — вот и я нет. Пойдём уже.

Лукас шёл впереди меня, намного обгоняя. Я же плелась сзади, поддерживаясь за перило, параллельно оглядывая подъезд. Он казался мне мрачным, тусклым и каким-то заброшенным. Подъезд был мягко освещён старыми, жёлтыми лампами. Увлечённая смотром, я не заметила, как мы поднялись на второй на пятый этаж. Я врезалась в спину Лукаса.

— Входи.

Он включил свет в коридоре. Квартира была не большой, но очень уютной. Я почувствовала какое-то тепло на душе и незаметно улыбнулась.

— Чем богаты. Проходи. Ванна слева, кухня прямо, комнату найдёшь.

— У тебя уютно.

Парень не ответил, а я через спину почувствовала его ухмылку.

— Я могу принять душ? — спросила я, снимая серебристые каблуки.

— Только у меня нет этих ваших женских штучек, по типу соли для ванн. Один шампунь.

— Этого будет достаточно.. — ответила я, смущённо прикусив нижнюю губу.

Парень пошёл в спальню и зачем-то полез в шкаф. Через время он вышел из комнаты, протягивая мне серую футболку.

— Оденешь. Думаю, что твоё платье стоит застирать, — он брезгливо взглянул на платье, которое было вымазано.

— Спасибо... — Господи, мне никогда не было так стыдно, — прости за причинённые неудобства. Я могу уехать после того, как приму душ.

— Иди уже. — Безразлично ответил Лукас, проходя на кухню.

Я искупалась, его шампунь так освежал. Выйдя из душа, посмотрела на себя в зеркало. Как же ужасно я сейчас выглядела. Тушь растеклась, помада размазалась. Я решила, что всё это стоит стереть. Над зеркалом висела полка, я открыла её. Там стоял коробок со средством контрацепции, ватные палочки и... вот же! Ватные диски.

Я смыла макияж, накинула футболку Лукаса, которая была на мне как платье и вышла из душа.

Парень стоял спиной к выходу в ванной, повёрнутый к зеркалу.

— Янн? Ты та самая молодая жёнушка этого юристика? — грубо проговорил Лукас, невзначай приподнимая мои водительские права.

— Эй, тебя не учили тому, что в чужих вещах копаться не хорошо?! — яростно сказала я, пытаясь вернуть своё обратно, но парень поднял руку. Он и без этого был значительно выше меня, а теперь я вообще не имела возможности дотянуться до документа.

— Ты не ответила на мой вопрос. — Лукас всё ещё держал руку вверху, пошатывая моими водительскими правами.

— Мой отец не настолько извращенец, чтобы брать в жёны девку, едва исполнившейся восемнадцать.

— Мишель Янн твой отец... не знал, что у него есть такая взрослая дочь, — удивлённо произнёс парень, наконец-то возвращая мою вещь.

— А ты кто такой? — решила поинтересоваться я, но вышло это не так дружелюбно, как хотелось бы.

— Смешно получилось, правда? Искупалась в душе незнакомца...а вдруг я маньяк какой-нибудь... — он подошёл ближе, заставив меня упереться в ледяную стену. — Не успеешь пискнуть, — говорил полушёпотом, нагоняя мурашки, — и тебя больше нет.

— Что за бред ты несёшь... — вжимаясь в стену говорила я дрожащим голосом. — Изи не стала бы отдавать меня в руки сумасшедшему.

— А если мы с ней заодно? — какой же сладкий шёпот. Лукас наклонился, чтобы приблизиться к губам. — Боишься? — шепнул он в мои губы, от чего я их приоткрыла.

— Мне нечего терять, — я не стала отступать и приблизилась к его губам.

Лукас о чём-то задумался, пристально посмотрел на меня своими чёрными, как ночь глазами и отстранился.

— Нечего терять? Тебе? — парень рассмеялся, да так бархатно, что по телу вновь пустились мурашки.

— Не вижу ничего смешного. Думаешь, такой как я живётся легче, чем тебе?

— Да, именно так я и думаю.

— Бред. Будь ты на моём месте...

— Будь я на твоём месте, гулял бы без продоху, разъезжал на «каенах» без остановки и пил бы текилу на берегу Барселоны. У тебя жизнь – малина, Софи. — Перебил меня парень, высказав своё мнение.

Мне стало до жути больно от того, что парень смеётся надо мной. Думая, что мне легко лишь потому, что у меня есть деньги. Папины деньги.

— Ты давно живёшь один? — решила перевести тему, не желая продолжать предыдущую.

— Сколько себя помню.

— Что? – удивилась я, — как это... всю жизнь?

— Удивлена? У меня нет родителей.

— Прости.

— Всё нормально. — Лукас прошёл в спальню, приглашая меня пойти с ним.

— Так ты... вырос в детском доме? — осторожно поинтересовалась я, надеясь, что парень не обидится.

— Нет. Меня воспитывала тётя, потом мне исполнилось шестнадцать и я уехал. — Безразлично сказал он, снимая чёрную рубашку. От такой неожиданности я закрыла глаза.

Лукас снова рассмеялся. Услада для моих ушей. Я задумалась, его воспитывала тётя.. тогда почему он говорит, что всегда был одинок?

— И правда ангел, — произнёс он, кинув рубашку на бардовое кресло, сам же накинул белую борцовку. Я открыла глаза.

— Почему ты называешь меня ангелом? Ты меня совсем не знаешь.

— Ты ведь невинна до мозга костей, даже пить не умеешь.

Я скривилась, вспоминая вкус алкоголя и того, что было после. Лукас постучал по кровати ладонью, намекая лечь с ним рядом.

— Мы что...будем спать вместе? — робко спросила я, скрестив руки, чтобы придать своему виду уверенности.

— Я не кусаюсь и даже не храплю. Тебе понравится, — он подмигнул, поправляя подушку.

Я не могла не рассматривать его тело, лицо, волосы. Никогда раньше не встречала кого-то красивее. Лукас был безумно высоким. Вытянутое, подкаченное тело. Глаза и волосы были черней смóли, подчёркнутые скулы, лёгкая щетина. Его грудь была полностью забита огромной татуировкой чёрных, массивных крыльев, а снизу была надпись, но я не могла её прочитать. Кажется, она была на арабском.

— Я понимаю, что, возможно, ты видишь красивое мужское тело впервые, но меня слегка смущает твой пристальный взгляд, — отрезвил меня его голос и я вздрогнула.

— Ещё чего. Есть тела прекраснее. — Съязвила я, пытаясь не показывать свой интерес к парню, но это получалось плохо.

— Ага. Ложишься?

Я не ответила, подошла к кровати и невинно легла с краю, чтобы случайно не прикоснуться к Лукасу.

— Можешь ещё дальше ляжешь, а то неудобно, — с сарказмом произнёс он, протягивая мне одеяло.

— Спокойной ночи, Лукас, — вымолвила я, укрывшись почти с головой и отвернувшись от парня.

— Доброй ночи, ангелок, — ответил молодой человек, явно ухмыляясь и после этих слов я провалилась в глухой сон.

Яркий луч солнце пронзил глаза, периодически исчезая. Ранее утро, я ужасно себя чувствовала. Тёмно-рыжая штора покачивалась от лёгкого ветра, за ним повторяла движение белая шторка. Воздух казался таким чистым, что меня словно манило подойти к окну. Лукас крепко спал. Я не удержалась от пожирания его сонного лица своим взглядом. Какой он красивый. Длинные, густые, чёрные ресницы, вытянутый нос, губы средней пышности, идеально чистая кожа. Он как будто бы вышел из картинки журнала «PlayBoy». Я не отрываясь смотрела на него уже около десяти минут, рассматривала каждую деталь его лица, эскиз татуировки.

Парен распахнул глаза, удерживая на мне томный, даже мрачный взгляд.

— Ну привет, ангел. Выспалась? — сонно проговорил он, продолжая меня рассматривать.

— Да... — мне было очень стыдно, я смущённо ответила, отводя свой внимательный взгляд от молодого человека.

— Голова болит?

— Немного. Слушай, — начала я, но Лукас не дослушал мою мысль и вскочил с кровати. — Ты куда?

Парень даже не стал накидывать майку. Разумеется, это ведь его квартира. В одних шортах он побрёл на кухню. Я услышала какие-то шорохи, звук стакана, который он поставил на стол.

— Держи, — Лукас вернулся со стаканом в руке из которого исходило шипение. — Это от похмелья.

— А.. спасибо, — поблагодарила я, отпивая глоток, другой. — И спасибо, что разрешил мне переночевать у тебя. Я вызову себе такси сейчас.

— Ты не застирала платье, — непринуждённо сказал он, открывая шкаф. — Тут какие-то шорты, вроде женские, майку можешь оставить.

— Ты серьёзно? Даёшь мне шорты какой-то девки, которая старательно хочет к тебе перебраться? — фыркнула я, сама не понимая своей реакции.

Парень рассмеялся.

— Никто не собирается ко мне переезжать. И да, представь, ты не первая девушка, которая у меня ночует. Наверное, и не последняя, — я скривилась и закатила глаза от услышанного, а молодой человек ухмыльнулся. — Так что бери, что дают и вызывай уже своё такси, мне тоже уходить нужно.

Я не ответила ему. Взяла, что мне дали и переоделась, пока парень был в душе. Боже, надеюсь, у меня в сумке завалялась жвачка.

— Телефон, Софи Янн! — крикнул Лукас, одной рукой держа мой мобильник, а второй полотенце, скрывавшее нижнюю часть его тела. С шикарных волос парня стекали капли воды, которые довольно сексуально стекали по его оголённой груди, спускаясь ниже. — Да твою... ангел, если ты будешь всё время меня так разглядывать, боюсь, мне придётся поверить в то, что я тебе нравлюсь.

— Чего?! Не нравишься ты мне! Ты грубый и слишком самоуверен.

— Тогда возьми телефон и поезжай к своему папочке.

— Да пошёл ты... — я вырвала из его руки телефон и поспешила обуваться.

— Неужели я заслужил именно такой благодарности? — он по-актёрски налепил на себя грустную гримасу, поправляя полотенце. Я старалась не смотреть на него. Сердце бешено колотилось по неизвестной причине. То ли от того, что передо мной полуголый красавчик, то ли от мысли о том, как папа придёт в ярость, встретив меня после вчерашнего вечера.

— Merci, Lucas, что приютил меня. Надеюсь, мы виделись в первый и последний раз.

*Моя дорогая в переводе с французского

*Боже мой

*«Осторожно! Электроопасно!»

*Привет/здравствуй

*Извините

*Мой герой