Клуб "Логово Тигрицы"

Клуб "Логово тигрицы".
Кабуки-тë. Токио. Канто.
3 мая. 2008 год.
11:57

Проснулась Мия ближе к обеду. Сон был беспокойным. В голове крутились отрывки разговора с Раном, фиолетовые глаза, его насмешка, близость... Всё это оставило липкий осадок, который не смылся даже после пробуждения. Девушка собиралась пойти в душ, но, заметив Тору в кресле, замедлила шаг. Та сидела, как всегда, идеально прямая, с книгой в руках, словно бы не читала, а контролировала мир с каждой перевёрнутой страницей.

Мия присела на диван, поджав ноги и взглянув на тётю:

- Как съездили, тётя?

Мацумура подняла очки на лоб, отложила книгу и смерила племянницу внимательным взглядом.

- Такано расстроился, что ты не приехала. Но он в порядке, уже приступил к своим обязанностям, - голос Торы был спокойным, даже тёплым, но в нём читалась привычная властность. - Съездишь в Йокогаму на следующей неделе. Полезно будет ознакомиться с районом, если всё ещё собираешься поступать туда.

Мия кивнула, стараясь держать лицо нейтральным.

- Да, я ещё думаю над этим.

Тора слегка щурится, будто считывает мысли девочки без лишних слов.

- Ты всё ещё не передумала насчёт учёбы? - спросила она тоном, в котором не чувствовалось давления, но звучало ожидание. - Не стоит загонять себя. У тебя есть будущее и здесь. Я обучу тебя всему, что знаю. Когда-нибудь этот клуб станет твоим.

Мия непроизвольно напряглась. По спине будто прошёлся холодный металл. От одной только мысли, что этот клуб, со всеми его тенями, запахами и криминальными гостями, может когда-нибудь стать её, становилось не по себе. Внутри что-то протестовало. Но спорить с Мацумурой дело неблагодарное. Особенно сразу после пробуждения.

-Вы правы. Но для меня это скорее хобби, - мягко проговорила Мия, избегая прямого взгляда.

Тора откинулась в кресле, сцепив пальцы в замок. Наблюдала. Оценивающе. Как хищница, которая ещё не уверена, стоит ли рвать или дать шанс.

- "Хобби" слово не из тех, что я хочу слышать. Клуб это не забава. Это власть, ответственность и, будь уверена, опасность. Ты либо в игре, либо пешка, которой пожертвуют первой.

Мия сглотнула. Не из страха, из осознания. Эти слова были правдой. Она это уже начинала чувствовать. Взгляд Рана, разговоры в коридоре, закрытые двери и тени, в которых прятались настоящие лица людей вокруг.

- Я... понимаю, - тихо сказала она, но Тора явно уловила сомнение в голосе.

- Пока не поздно, определись, Сидзуки. Уйдёшь - я не стану держать. Но останешься - назад пути не будет, и снова она подняла книгу, словно разговор окончен.

В комнате повисла тишина, нарушаемая только шелестом страниц. Мия ещё несколько секунд смотрела на строгий профиль тёти. В ней не было ни малейшей мягкости. Только сила. И одиночество.

"И вот я... действительно хочу стать такой?" - пронеслось в голове у девушки.

Она медленно поднялась, направляясь к ванной, но на секунду замерла у двери.

- Тётя... Спасибо, что вернулись в целости, - тихо, почти шёпотом. Но Тора кивнула, не отрываясь от текста.

Йокогама. Канагава. Канто.
16:37

После обеда Мия решила не терять времени. Внутри всё ещё гудело от утреннего разговора с Торой, а ноги словно сами вели её прочь от Токио. Прочь от накалённого клуба, от взгляда Хайтани и взглядов, за которыми не стояли слова.

Йокогама встретила её морским ветром и тяжелым небом. Густой запах соли, гудки кораблей и ритм припортового города окутывали с головой. Всё здесь было иначе. Даже воздух. Плотный. Настороженный. Как будто сам город знал, кто им правит.

На выходе со станции толпа мельчила в разные стороны. Деловые костюмы, студенты, рабочие. Но одного мужчину сложно было не заметить. Высокий, в чёрном идеально скроенном костюме и с алым галстуком . Акцентом, который невозможно спутать. Такой же был у людей, державших периметр в ту ночь в клубе. Семья Такано.

- Госпожа Сидзуки? - вкрадчиво спросил он, слегка кивнув.

Мия лишь коротко поклонилась в ответ и села в чёрный седан, что стоял у обочины, словно отделённый от мира. Внутри пахло кожей и дорогим табаком.

Путь до особняка занял не больше получаса, но Мия не отрывала взгляда от окна. Йокогама мелькала за стеклом. Серая, стальная, портовая. Плавучие краны, чайки в небе, отблески волн на бортах кораблей... В этом городе было что-то древнее и опасное. Что-то настоящее.

Особняк Тооро Такано не блистал позолотой или кричащими фасадами. Напротив. Строгая архитектура в сдержанных серо-графитовых тонах, будто сам дом понимал свою значимость и не нуждался в излишней демонстрации. Это было воронье гнездо. Умное. Затаившееся. Молчаливое.

Внутри пахло кедровой древесиной, чаем и кожей старинных переплётов. Дворецкий в перчатках подал Мие тапочки и, не проронив ни слова, проводил её в главный зал.

Именно там он её ждал.

Тооро Такано сидел в широком кресле, будто на троне. Волосы убраны назад, скулы резко очерчены. На нём была строгая рубашка цвета вороньего крыла, поверх жилет с вышивкой в виде едва заметного пера. Несмотря на возраст, в его облике ощущалась мощь, как у неподвижной горы, но живой.

В другом углу мужчина в чёрном костюме листал книгу, не поднимая глаз. Атмосфера была удивительно спокойной, но напряжение витало в воздухе.

Мия подошла и поклонилась:

- Добрый день. Спасибо, что приняли, господин Такано.

Тооро поднял голову и неожиданно тепло улыбнулся. Не той фальшивой вежливостью, к которой привыкли, а честной, широкой, как у старого воина, что рад видеть нового гостя у своего очага.

- А ты вежливая. Мне это нравится, - он кивнул на кресло напротив. - Садись.

Она села, стараясь держать спину прямо.

- Как поживаете, господин Такано?

- Всё хорошо, - кивнул он, сцепив пальцы в замке. - К счастью для всех нас, Акира в порядке. Уже вернулся к делам. Я бы не хотел, чтобы события той ночи оставили след в твоей памяти... Но, боюсь, это было неизбежно.

Мия опустила взгляд. Пальцы сжались на коленях.

- Мне очень жаль, что так вышло. Акира... ему просто повезло. Но многим нет. Те, кого вынесли оттуда на носилках...

В его глазах что-то дрогнуло. Улыбка стала тоньше.

- Нет-нет, девочка. Ты не виновата. То была атака Северных. Мы знали, что рано или поздно столкнёмся. Политика криминального мира не терпит слабости. Они хотели отрезать головы, завладеть территорией, уничтожить имя. Но ошиблись. - Он слегка наклонился вперёд. - Акира жив. И я , как видишь, тоже.

Голос его звучал уверенно, как будто сквозь него говорил весь Йокогамский порт.

- Ты пришла к нему, не так ли? - он улыбнулся уже мягче. - Правда, я его не предупредил. Устроим сюрприз.

Он поднялся, и с его ростом и осанкой стало ясно. Не зря его называют вороньим королём. Из-за спины тут же поднялся мужчина с книгой, закрыв её и отправившись следом.

Они шли по коридорам особняка. Высокие окна, холодный свет, тени на полу. Всё напоминало японские фильмы-нуар. Где за каждой дверью история, за каждым взглядом присяга. Ни шума, ни спешки.

Они спустились на цокольный этаж. Внизу пахло табачным дымом. Стены были из матового бетона, но каждый элемент чистый, выверенный. Ни пылинки.

Подойдя к массивной двери с металлической вставкой, Такано остановился. Его взгляд стал серьёзным.

- Он упрям. Как всегда. Но не говори ему, что я тебя провёл, - в голосе звучала лёгкая насмешка. -Его гордость этого не выдержит.

Он открыл дверь.

- Спортзал, - пояснил мужчина в строгом чёрном костюме, легко дёрнув за металлическую ручку массивной двери.

Мия невольно задержала дыхание, когда дверь распахнулась.

Её глазам предстала просторная комната, где запах кожаных перчаток смешивался с выношенной формой. Половину зала занимали тренажёры, гантели, груши, канаты. В дальнем углу, на серых стенах простые лозунги, нарисованные от руки:
«Честь», «Сила», «Братство».
В другой части десяток парней в одинаковых плащах цвета чёрного ворона с красной окантовкой. На спинах каждого вышитый силуэт ворона, взмывающего к восходящему солнцу Японии. Одеты они были не просто одинаково. Каждый их шаг, движение, взгляд говорил о чём-то большем. Принадлежности, сплочённости.

Заметив гостей, большинство прекратило тренировку и с уважением направилось к ним, отряхивая ладони, расправляя плечи. Все, кроме одной пары.

Вспыхивал поединок. Но это был не простой спарринг. Скорее, танец смерти и точности. Сталь сверкала в свете ламп, и Мия невольно задержала дыхание.

- Это его первая тренировка после выписки, - сдержанно сказал Тооро, но в его голосе прозвучала невольная гордость.

И это действительно был он. Акира. Его движения были отточены до совершенства. Он будто ощущал воздух вокруг, предугадывая движения соперника на шаг вперёд. Парень стремительно скользнул вправо, ловко отражая выпад, одновременно создавая иллюзию уязвимости. Тонкая подсечка, ловко спрятанная в сериях движений. Но соперник не промах. Он развернул лезвие, рукояткой ударив Акиру в живот. Воздух со свистом вырвался из его лёгких, но Акира, стиснув зубы, уклонился от захвата, сделал ложный выпад, выбил нож, нырнул под рукой и... с невероятной точностью оказался сверху, лезвие у горла поверженного противника, дыхание сбивчивое, но глаза горящие.

- Чёрт... - прошептала Мия, не отрывая взгляда.

Тооро, заметив её реакцию, кивнул, чуть улыбаясь.

- Концентрация - это не только защита, но и искусство контроля. Но ты заметила больше, чем видит большинство, - его взгляд задержался на ней с явным уважением. - Умение наблюдать тоже оружие. И ты им владеешь.

- Он прикрывает левое плечо. Даже если атака не в ту сторону , он всё равно его защищает. Его друг бережёт его, зная об этом, но враг не станет.

Господин Такано был откровенно восхищён. Глаза его вспыхнули живым огнём.

- Превосходная наблюдательность, девочка. Редко кто способен так тонко прочесть бой.

Схватка завершилась, Акира помог подняться поверженному сопернику, тот кряхтел, сокрушаясь, что не додумались постелить маты. Увидев гостей, Акира расплылся в искренней, лучезарной улыбке. Подбежал, волосы чуть подросли, обрамляя осунувшееся лицо. Красная повязка не давала им падать на лоб, придавая ему задорный, почти мальчишеский вид.

Парни передали им воду. Мелочь, но в этих движениях забота, доверие. Мия поймала взгляды, которыми обменялись Тооро и его спутник, уважительные, будто в этих юнцах было всё, что им самим когда-то не хватало.

- Таких друзей, как в юности, больше не будет, - внезапно заговорил Тооро, тёпло похлопав сына по плечу. Его голос стал глубже, мягче, почти отеческим. -Всё, что у нас есть- это мгновения. И именно в них рождается братство. Не бойтесь любить, не стесняйтесь верить и держитесь друг за друга. Ваша сила не в ударах, а в том, что вы рядом.

И с этими словами он ушёл, оставив за собой тёплый след.

- Акира! - раздался оклик из зала. -Если ты сегодня снова развалишься, никто тебя собирать не будет!

- Врёшь же, - усмехнулся тот, прислоняясь к стене. - Собирать будете. Все. Потому что так уже было.

Мия подошла ближе.

- Они за тебя волнуются. И, честно говоря, я тоже. Ты изводишь себя.

- Я многое переосмыслил. Они моя семья. Отец говорит: если ты идёшь один ты гуляешь. Но если за тобой идут другие ты лидер. Они идут за мной. Я не могу их бросить.

Пауза.

- Ты не голодна? Прости, - он потер ладони, смущённо опустив взгляд, - я не предложил ничего.

- Всё в порядке, - улыбнулась Мия.

- Тогда, может... просто сядем?

Они сели на скамью. Напротив зал, жизнь которого кипела, как в фильме.

- У вас крутая форма, - заметила она.

- Спасибо. Мы с замом делали. Но решили не отходить от цветов первого поколения. Память важна.

Мия чуть наклонилась вперёд:

- А другие банды янки? Есть конкуренция?

- Есть. Но мы якудза. Остальные нас сторонятся. Хотя после случая на пристани стало сложнее. Погиб лидер одной банды. Мы тогда ни при чём были, но...

Он замолчал, но она не перебила. Лишь взглянула на него с лёгкой грустью.

- Ты был хорош на тренировке. Но тебе не тяжело с травмой?

Акира смутился. Щёки вспыхнули. Он был популярен, к этому привык. Но в её голосе не флирт, не восторг. Забота. И это его сбило.

- Не переживай, правда. Но... спасибо. Это приятно слышать. Особенно от тебя.

Пауза.

- Ты ведь не местная? - спросил он, слегка наклонившись.

- Деревня Синдзё. Родители разбились в автокатастрофе. Я должна была ехать с ними... но осталась.

Он мягко взял её ладонь в свою. Его рука была горячей, крепкой. Мия подняла взгляд и в чёрных глазах встретила искреннюю теплоту.

- Мне жаль, - прошептал он.

- Всё хорошо. Покойным слёзы не нужны.

Она посмотрела на телефон.

- Проводишь до станции?

- Конечно, - его голос стал глубже, мягче. Он встал первым и подал ей руку. - Пошли, Мия.