Клуб "Логово Тигрицы"

Клуб " Логово тигрицы ". Кабуки-тë. Токио. Канто.
20 марта. 2008 год.
23:47

Мия сидела на кровати, обняв колени, и без особого внимания скользила глазами по страницам книги. Слова сливались в одно неразборчивое пятно. Она в пятый раз перечитывала одну и ту же строку, но смысл ускользал, как вода сквозь пальцы. Мысли не давали покоя. Завтрашний день тревожил её. В нём чувствовалось что-то неладное, неясное. Особенно с учётом того, как непредсказуемо себя ведёт её тётка. Что она выкинет на этот раз? Сюрпризы в их семье редко были приятными.

Мия отложила книгу на подушку и бросила взгляд на экран телефона. Сердце будто сжалось от тревожного предчувствия. Беспокойство нарастало. Не в силах больше сидеть в четырёх стенах, она вскочила, накинула куртку и, почти не касаясь пола, выскользнула в коридор. Тихо, как тень.

Она бежала по лестнице, две пролёта вверх и вот, тяжёлая дверь с глухим щелчком отворилась, впуская её в прохладную ночь. Крыша. Её личное укрытие, островок тишины над шумным морем Кабуки-тё. Здесь Мия могла наконец дышать полной грудью. Здесь не было Торы со своими эмоциональными качелями, не было утомительных разговоров “тигрят” о моде, клиентах и деньгах. Только небо, ветер и город, пульсирующий под ногами.

Она села на холодную плитку, прислонившись к одной из колонн. Раньше здесь был летний бар. Маленькие деревянные столики, гирлянды, тёплый свет, запахи карамели, саке и духов... Смеющиеся пары, шепоты в углу, звуки музыки. Сейчас всё исчезло. Остались только обнажённые колонны и пустота, пронзённая тёмным небом.

Мия смотрела на город. Внизу раздавался гул. Где-то кто-то смеялся, где-то срывался голос с рекламного экрана, машины сигналили, и неоновый свет отражался в лужах. Кабуки-тё, как живое существо, просыпался к ночи, обнажая свои клыки и обещая веселье... или беду.

Девушка глубоко вдохнула. Ветер тронул её волосы, будто успокаивая. В голове всплыли обрывки воспоминаний. Последний день рождения, проведённый в Синдзё. Их старый дом с садом, как из фильма о другой жизни. Плед на траве, чай в фарфоровых чашках, Сидзуки, улыбающаяся в тени цветущей сакуры. Тепло, простота и настоящая любовь. Всё то, чего теперь не хватало.

С этими мыслями, обнимая себя за плечи, Мия незаметно задремала. Её веки медленно сомкнулись, а душа будто растворилась где-то между звёздами и звуками ночного города, затаив дыхание в ожидании того, что принесёт завтрашний день.

21 марта. 2008 год.
5:12

Проснувшись, Сидзуки резко села на месте, сердце гулко билось в груди. Первое, что пришло в голову:
" А не слишком ли долго я была на крыше?"

Взгляд метнулся к экрану телефона. 5:12. Вся ночь.
Холод утреннего рассвета всё ещё цепко держался в костях. Она, не меняя выражения лица, молча поднялась и спустилась в квартиру. Нужно было привести себя в порядок. Принять душ. Собраться с мыслями. Стереть с себя остатки ночи.

Но на пороге её уже поджидала Тора Мацумура. Та стояла, на первый взгляд, расслабленно опершись плечом о дверной косяк, руки скрещены, губы чуть тронула хищная усмешка. Но глаза... Только глаза выдавали ту ночь, что она провела в поисках. Они были налиты тревогой, отчаянием и злостью.

- В следующий раз хоть предупреди, когда собираешься вот так испариться, - устало бросила Тора, обведя племянницу взглядом с головы до ног, словно желая убедиться, что та цела. Закрыв глаза, она тихо вздохнула и покачала головой: - Вся в мать…

Казалось, она вот-вот успокоится, и буря внутри уляжется. Но стоило ей на долю секунды замереть, как что-то в ней щёлкнуло. Брови сошлись на переносице. Хищный инстинкт проснулся.

- Не смей так исчезать! Ты слышишь, Сидзуки?! - сорвалась Тора, схватив девушку за плечо и почти силой втолкнув её внутрь квартиры. - Я облазила все здание! Я думала... - голос её дрогнул, но тут же стал жёстким, как лезвие, - я думала, что найду тебя уже где-нибудь в переулке!

В её голосе звенел страх, замаскированный под гнев. Настоящая, звериная тревога, что пряталась за показной жёсткостью. В глазах Торы металась старая боль. Та, которую она слишком давно не позволяла себе показывать.

Сидзуки невольно отпрянула. Но усталость и раздражение быстро переросли в злость.
- Да прекратите уже! - вспыхнула она. - Сколько можно терпеть ваши истерики и перепады настроения?! Мне в школу собираться, если вы не забыли!

Развернувшись, она сделала пару шагов в сторону ванной, но вдруг остановилась.
Медленно, с ледяной выдержкой, обернулась через плечо.

- Ах да… мама сделала всё правильно, что сбежала из этого дурдома, - прошипела она, прищурившись.

Тишина упала в квартиру тяжёлым грузом.
А в голове Сидзуки вспыхнула мысль:
"Прекрасное начало дня..."

Школа. Токио. Канто.
8:01

Утром Мия собралась как можно быстрее,дабы не нарваться очередной раз на сумасшедшую родственницу. Она направилась в школу, прогуливаясь по улицам и купив в автомате пачку орешков.
Сейчас же она сидела на своём месте за партой, а до начала уроков ещё полчаса.

Кабинет постепенно заполнялся учащимися, а Сидзуки всё так же любовалась сакурой, что росла под окном.
Из размышлений её вывел похлопавший по плечу Такаши.

- С Днём рождения, - с улыбкой произнёс парень и протянул ей маленькую коробочку с ленточкой.
На секунду девушка впала в ступор, а после поблагодарила друга.

Не медля и минуты, Мия, открыв коробочку, обнаружила в ней пару аккуратно сложенных чёрных перчаток с вышивкой по краю из тонких красных переливающихся ниток.

- Ты говорила что будешь сегодня в чёрном платье и колье с рубинами. Я долго думал и не знал что тебе подарить, - парень засмущался и неловко потер ладонью шею, - я надеюсь они подойдут под сегодняшний твой образ.

Неожиданно для него девушка стиснула его руку. Щеки залились румянцем.

- Я даже не знаю что сказать. Они великолепны! Ты их сам сделал?- девушка принялась с изумлением рассматривать подарок, -Вышивка такая аккуратная. Это очень красиво. Ты должен продолжать в том же духе, это явно твоё призвание.
- Прости что не смогу прийти сегодня. Я уже говорил, мама на ночной смене и ...

Он не успел договорить как Мия его перебила :

- Ничего. Я всё понимаю. Ты молодец что помогаешь ей и смотришь за сёстрами. Обещаю, потом угощу тебя чем-нибудь и покажу фотографии с праздника. Хотя...-девушка замялась и продолжила, - если честно, я не хочу этого. Я бы хотела отметить его с друзьями, а не с незнакомыми людьми, которых пригласила тётя.

Клуб "Логово Тигрицы".
Кабуки-тë. Токио. Канто.
19:45

Визажист уже складывал кисти, аккуратно убирая их в свой чемоданчик, с видом художника, завершившего важное полотно. Он был явно доволен проделанной работой и не зря. Мацумура не поскупилась ради столь важного для неё вечера, позволив профессионалам сотворить с её племянницей настоящее волшебство.

Мия, которая раньше относилась к макияжу без особого энтузиазма, теперь заворожённо наблюдала за отражением в зеркале, словно пытаясь узнать в нём себя заново.

Прическа Мии теперь тоже говорила о переменах. От прежней простоты не осталось и следа. Теперь её образ дышал утончённостью и благородством. Стрижка химэ, что в переводе с японского означает "принцесса", идеально подходила к её полному имени, словно была создана именно для неё.

Тора Мацумура лично контролировала укладку, как истинная хранительница стиля. Ни одна прядь не осталась без внимания. Волосы Мии сзади остались длинными, ниспадая шелковистым водопадом на спину, отражая мягкий блеск света.

Но именно передняя часть притягивала взгляд. Прямая, идеально ровная чёлка доходила до линии бровей, подчёркивая выразительность её глаз. А вдоль скул спускались две чётко очерченные боковые пряди - фирменный штрих стрижки химэ. Они изящно обрамляли лицо, доходя до подбородка, добавляя в её образ аристократичности, утончённости и загадочной строгости.

Эта причёска делала Мию похожей на героиню японской легенды. Таинственную, молчаливую, с силой внутри и внешним спокойствием. Она уже не была просто девочкой. Перед зеркалом сидела юная тигрица в облике принцессы. И этот вечер, как и её взгляд, обещал быть особенным.

Смелое платье с вырезом на бедре и открытой спиной, подчеркивающее татуировку, изящная укладка, яркая помада, высокие каблуки. Всё это казалось ей чужим, будто с обложки глянца. И всё же, внутри неё не было дискомфорта. Она знала свою ценность. Без макияжа, в простом свитшоте или в вечернем наряде. Она оставалась собой. Настоящей.

Она сидела на стуле, спина чуть напряжена, пока Тора, стоя за её спиной, с лёгким удивлением и даже трепетом рассматривала её через зеркало. Затем аккуратно застегнула на её шее колье. Холодный металл приятно коснулся кожи.

-Ты выглядишь потрясающе, - тихо произнесла она, выпрямившись. - Настоящая тигрица. Изящная и опасная.

Мия едва заметно улыбнулась, словно приняла это не как комплимент, а как должное. Она потянулась к туалетному столику и открыла верхний ящик, доставая оттуда аккуратную коробочку с перчатками. Утончённая деталь, как точка в завершении образа.

Глазастая Тора, конечно, тут же заметила их.

- Какие красивые... Где ты их достала? - в голосе её звучала неподдельная заинтересованность.

- Это подарок, - ответила Мия, отворачивая взгляд. - Друг подарил.

- Друг? - голос женщины стал осторожным, и в нём скользнула нотка разочарования. Казалось, это слово прозвучало слишком обыденно для её ожиданий. Она ссутулилась, потеряв ту самую тигриную осанку, и на несколько секунд уставилась на носки своих лакированных туфель.

Повисла тишина.

- А кто он? Этот друг... Он тебе нравится?- мягко, но с нарастающим интересом спросила Мацумура, как будто боялась услышать ответ.

Мия повернулась к ней, в голосе была твёрдость, но в глазах усталость.

- Нет, тётя. Это просто одноклассник. И всё. Давай сегодня без допросов и споров. Нам пора.

Она медленно подошла к двери и жестом пригласила Тору выйти из комнаты. Хотелось покоя хотя бы на этот вечер, без напряжённых разговоров и бесконечных ожиданий чужих реакций.

Тора будто очнулась от мыслей, выпрямилась и вновь надела на себя привычную маску уверенности. Её походка снова стала лёгкой и гордой, как у хозяйки своего логова.

- Да, ты права. Клуб вот-вот откроется. Надо поспешить.

20:33

Прошло всего полчаса с момента открытия клуба, а "Логово Тигрицы" уже гудело, словно улей. Танцпол был забит до отказа. Тела двигались в ритме басов, воздух вибрировал от музыки и запаха парфюма, алкоголя, сигарет. Бармены сновали туда-сюда, не успевая наполнять бокалы, словно водоворот, в котором никто не хотел тонуть.

Мия сидела чуть в стороне, на одном из уютных балкончиков с видом на зал. Изящный столик, мягкий полумрак и свет от неоновых ламп создавали почти театральную обстановку. Девушка неспешно крутила в руке высокий бокал с колой, ощущая на языке приторный вкус газировки и холод от льда. Она молчала, всматриваясь в танцующую толпу, будто пыталась уловить, где именно начинается чужая радость и заканчивается её собственное одиночество.

Спустя пару минут к ней присоединилась Тора Мацумура. Женщина появилась, как всегда, эффектно. Неспешно, с грацией хищницы, что владеет этим миром.

- Эй, ты ведь раньше отнекивалась, мол, "я несовершеннолетняя", - с усмешкой заметила она, окинув взглядом бокал Мии. - Обет трезвости?

- Я просто не хочу, - тихо ответила Мия, не отводя взгляда от сцены, где мерцали огни и тела сливались в одно пульсирующее пятно. Диджей справлялся. Клуб действительно жил. Словно на этот вечер все заботы и грязь мира остались за дверьми. Пожалуй, Тора сдержала слово. Музыка была хороша, атмосфера даже волшебная.

- Деревенщина, - хмыкнула женщина и щёлкнула пальцами, подзывая официанта. - Принеси красного. Хорошего.

Тот исчез, а спустя пару минут вернулся с бутылкой и двумя тонкими бокалами. Хозяйка сделала одобрительный кивок, наблюдая, как вино медленно наполняет прозрачные чаши, отражая вспышки света кровавыми бликами.

- Сегодня ты должна это попробовать, - мягко сказала Тора, и её голос вдруг показался удивительно тёплым, почти заботливым. Как будто она действительно была рада, что Мия здесь. Что она - часть этого вечера. Этой жизни.

Мия взяла бокал, покрутила в пальцах, вглядываясь в густую бордовую жидкость. Аромат был терпким, обволакивающим, с нотками вишни и чего-то древесного. Она медленно сделала глоток... и тут же слегка поморщилась. Вкус оказался неожиданно резким, с кисло-сладким послевкусием.

Тора рассмеялась искренне, почти весело.

- В следующий раз попрошу чего-нибудь покрепче, - с лёгкой иронией произнесла она, бросив взгляд на наручные часы с позолоченным корпусом и россыпью бриллиантов. -Наслаждайся вечером. Скоро я позову тебя. Есть человек, с которым ты должна познакомиться.

Она сделала шаг, но вдруг остановилась и вновь посмотрела на Мию.

- И будь осторожна. Следи за своим бокалом. Мне не нужно, чтобы тебя кто-нибудь отравил. Это испортит весь праздник.

С этими словами Тора исчезла в толпе, оставив за собой шлейф парфюма и ощущение чего-то тревожного, но одновременно удивительно живого.

21:10
Два мотоцикла с басовитым рёвом притормозили у обочины и почти синхронно замерли на подножках. Парни слезли, привычно скинув куртки и убрав их в седельные сумки. В воздухе витал аромат ночного города: асфальт, бензин и сладкий дым из вентиляции клуба.

Очередь, как назло, тянулась до самого угла, но у Рана и Риндо были свои привилегии. Коконой, как всегда, всё предусмотрел. Они не были в официальных списках, но VIP-пропуска, полученные после их первой явки сюда, открывали двери без лишних вопросов. Свои, как-никак. Ну или почти.

- Забавно, как просто Коко выдает эти штуки, будто ключи от сейфа, - пробормотал Риндо.

- Если бы он нам сейф выдал, я бы не отказался, - усмехнулся Ран, и оба хмыкнули, пробираясь сквозь толпу.

Музыка долбила в грудь басами. Народ жёг на танцполе, бармены метались как на пожаре. Риндо, сканируя толпу, заметил знакомую фигуру, мелькнувшую мимо. Не раздумывая, он вцепился парню в локоть.

- Эй! Какого хуя! - Хаджиме чуть не пролил коктейль, резко обернувшись.

- Это ты какого хуя тут? - процедил Ран, прищурившись. - Ты же клялся, что не придёшь. А сам тут шляешься.

- Майки послал разведать обстановку,- Хаджиме отряхнул рукав и поправил воротник, - и, между прочим, меня пригласили официально.

Риндо, размешивая трубочкой лёд в стакане, фыркнул:

- Ха, ну слышал, Ран? У нас тут спецгость.

Он перевёл взгляд на Коконоя, который как раз подошёл ближе:

- А ты-то чё не на балконе с остальной элитой? Или опять бабло лопатой в казино гребёшь?

Коко скривился, будто проглотил лимон:

- Майки считает, что сегодня может случиться замес. Слухи ходят, что Север и Портовые Вóроны сцепятся. У них терки по морским поставкам и, как назло, оба хотят подмять этот клуб под себя. Особенно если Тора реально передаст всё ей… Тогда кто-то может попытаться прибрать клуб.

Ран скользнул по нему ледяным взглядом.

- Ну так не стой тут. Пиздуй. Шевелись. Работай.

Коконой закатил глаза, что-то буркнул себе под нос и, выпрямившись, исчез в толпе.

Риндо, допив свой коктейль, поднял стакан в лёгком салюте:

- Ран, я пошёл.

- Ага, давай.

Секунда взгляда и младший брат растворился в море светящихся фигур и пульсирующего звука.

Ран заказал второй. Напиток принесли быстро. Он сделал глоток и, лениво облокотившись на стойку, оглядел балкон. Его взгляд зацепился за одинокую девушку. Она скучающе крутила бокал в руке, будто ждала кого-то… или надеялась, что её заметят.

И Ран заметил.

21:36

Мия проработала барменом в клубе "Логово Тигрицы" уже полгода. За это время она выучила рецепты десятков коктейлей, могла вслепую собрать "Негрони" или "Манхэттен", и наливала виски так, будто делала это всю жизнь. Но сама ни разу не прикоснулась к алкоголю. Не потому что боялась. Просто не было интереса. Она чётко следовала указаниям главного бармена и не задавала лишних вопросов.

Сегодня всё изменилось.

Мия смотрела на тёмное вино в изящном бокале. Его поверхность колыхалась в такт её пальцам. Второй бокал за вечер. Первый ей предложила Мацумура.
- В принципе, не так уж и плохо… - подумала девушка, слегка поднося бокал к губам. Терпкая горчинка с лёгким послевкусием приятно обжигала нёбо.
Неспешно глотая, она вдруг заметила, как волной уходит тревожность, которая терзала её последние пару недель. Будто этот вечер накрыл её бархатным покрывалом. Таким, под которым можно спрятаться от мира.

В этот момент её внимание привлёк звук каблуков. Уверенный, отточенный шаг. По залу проходила Тора Мацумура в сопровождении двух мужчин.

Первый в идеально сидящем чёрном костюме. Его строгий образ подчёркивали гладко зачёсанные назад волосы. Ни следа седины, ни единого пробела в уверенности. Мужчина держался с достоинством, в его взгляде читалась усталость лидера, но и привычная к власти твёрдость.

А второй... Второй буквально выбил воздух из груди Мии.

Он был моложе, с тонкими чертами лица, которые могли бы показаться мягкими, если бы не холодная собранность во взгляде. Его чёрная рубашка с закатанными до локтей рукавами обнажала мускулистые, но не вычурные руки. Каждое движение было размеренным, точным. Красный галстук небрежно болтался на шее, словно подчёркивая :"я здесь не для правил". На сгибе руки покоился сложенный пиджак, будто он на время снял свою роль, но мог вернуть её в любую секунду.
Волосы тёмные, с лёгкой волной были аккуратно зачесаны назад, открывая чистый лоб и хищный изгиб бровей. В его внешности была странная, притягательная смесь дикости и строгости.

"Птицы..." - вдруг пронеслось в голове Мии.
Они похожи на гордых птиц. Чёрных и грациозных. Вóроны. И оба знают, что над ними только небо.

Мия, не теряя самообладания, поднялась со стула, как и положено вежливой хозяйке.

- Это господин Такано Тооро, - представила Тора. - Глава Портовых Вóронов и наш главный союзник.

Мужчина с безупречными манерами взял её ладонь и, почти не касаясь, поднёс к губам. Мию прошила волна холода, словно её коснулся не человек, а хищник, который только притворяется ручным. Перчатки на её руках стали почти спасением, словно барьер между её кожей и чем-то… опасным.

- Он пришёл со своим сыном и наследником компании - Такано Акира, - продолжила Тора.

Парень последовал примеру отца. Лёгкий поцелуй на тыльной стороне её ладони был почти невесомым, но почему-то пробежался током по позвоночнику. Его глаза на секунду встретились с её. Глубокие, чёрные, с блеском чего-то нерасшифрованного.

Мацумура мягко усмехнулась и произнесла:

- Это моя племянница и виновница сегодняшнего вечера. Мияхимэ Сидзуки.

Они прошли к столику, где ещё недавно Мия сидела одна. Акира, сохранив невозмутимое выражение лица, пододвинул для неё стул. Жест простой, но исполненный такой воспитанности, что Мия ощутила себя будто в старом кино. Он не флиртовал. Не пытался произвести впечатление. Просто... был собой.
Мия, опускаясь на сиденье, краем глаза всё ещё наблюдала за ним. Он сел напротив, аккуратно положив пиджак на спинку стула.

"Интересно… что за человек скрывается за этим ледяным взглядом и шелестом ткани?"

И почему ей кажется, что в его спокойствии притаилось что-то гораздо более бурное, чем весь этот клуб вместе взятый?

21:45

При тусклом свете лампы комната дышала тишиной. Всё вокруг казалось будто замедленными. Даже городские звуки за окном шестого этажа растворились, оставив в воздухе только мягкое гудение неона.

Риндо сидел на диване, чуть откинувшись назад, будто наблюдал не за комнатой, а за воспоминаниями, что медленно оживали в его голове. Его поза была расслабленной, но в ней чувствовалось внутреннее напряжение. Та едва заметная дрожь в пальцах, когда он услышал тихий щелчок дверцы мини-бара.

Кадзуми открыла бутылку шампанского. Лёгкий хлопок как всплеск чего-то более откровенного, чем просто алкоголь. Пузырьки заиграли в тонких бокалах, отражая отблески лампы, а сама она села рядом. Всего в нескольких сантиметрах от него. Достаточно близко, чтобы чувствовать её дыхание, аромат тела. Смесь парфюма и чего-то интимного, личного, почти родного.

- Знаешь, тебе больше так идёт, - проговорил Риндо, легко заправляя её чёлку за ухо. Его пальцы едва коснулись её кожи, оставляя после себя огненный след. - Так видны твои глаза.

Кадзуми вспыхнула, как будто он не просто сказал что-то приятное, а прикоснулся к самому хрупкому внутри неё. Клиенты говорили ей комплименты. Да и не только клиенты. Но Риндо… Его голос был мягким, почти шёпотом, а взгляд такой тёплый, будто обнимал её изнутри. Она коротко кивнула, пытаясь скрыть нарастающее волнение.

- Что нового снаружи? - спросила она, сжав бокал.

- В принципе, ничего, - он ненадолго задумался, отпивая немного. - Всё как обычно. Шум. Грязь. Люди, которые бегут сами от себя.

Она склонила голову и посмотрела на него прямо, без масок, без привычной игривости.

- Как же я хочу выйти отсюда… - в её голосе была жажда, не свободы, а жизни. - Гулять. Дышать. Ходить куда захочется, когда захочется. - Кадзуми слегка подалась вперёд, её колено почти коснулось его. - Хочу быть с тобой.

Риндо отвёл взгляд. Теперь настал его черёд теряться.

Он любил её. Любил вопреки. Вопреки тому, где она работала. Вопреки тому, кто он сам. Вопреки здравому смыслу и возможным последствиям. Он знал, что если его заметят рядом с ней это может стать проблемой. Но он всё равно приходил. Снова и снова. Не за телом. Не за теплом. Просто… за ней.

Он протянул руки, медленно, будто боялся спугнуть, и заключил её в объятия. Тихо прижал к себе, уткнувшись носом в макушку. Волосы пахли чем-то сладким и домашним. Не духами, нет. Чем-то настоящим. Он задержал дыхание, вдыхая её.

Некоторое время они сидели в полной тишине. Только пульс у обоих бился так громко, будто гремел о стены.

Кадзуми медленно подняла голову. Её пальцы скользнули к его лицу, осторожно, почти благоговейно, она сняла с него очки. Положила их рядом на стол, рядом с двумя бокалами. В это мгновение он стал уязвимым. Без стеклянной границы, без привычной маски. Только он и она.

Она приблизилась. Их губы встретились не резко. Сначала едва-едва, словно проверяя, можно ли. Поцелуй был мягким, тёплым… таким долгожданным, что он отзывался дрожью в груди. Он углубился осторожно, сдержанно, но в этом было столько страсти, что воздух между ними будто разогрелся.

Риндо притянул её ближе, и теперь между ними не осталось ничего. Ни слов, ни страхов, ни прошлых обид. Только дыхание. Только кожа. Только желание, тёплое и нежное, не торопящееся разгореться в пламя, а плавно, как шампанское в венах, наполняющее всё существо.

21:53

Ран всё так же сидел у барной стойки, лениво крутя бокал с остатками льда. Скука стелилась по нему, как сигаретный дым . Липкая, навязчивая и неприятная. Он бросал взгляды по сторонам, в надежде, что хоть что-то вытащит его из этого ублюдского вечера.
Ничего. Те же рожи. Те же дешёвые телки с дорогим макияжем. Те же движения в такт гремящей басами музыке.

Он чуть не выругался вслух и уже почти развернулся, чтобы уехать домой.

"Ну а что? Сидеть тут, пока Риндо развлекается со своей шлюшкой? Да пошло оно. Хотя… если бы младший услышал такие слова, точно бы вскипел.
Интересно, что он вообще в ней нашёл?.."— с раздражением подумал Ран, откидываясь назад.

Захотелось размяться. Хоть немного пройтись, прочистить голову.

Он вальяжно обошёл половину клуба. Всё по-прежнему, ничто не привлекало внимания. До тех пор, пока, проходя мимо уборной, он не уловил знакомый, немного безумный смешок, пробившийся даже сквозь грохот музыки.

Не может быть…

Ран остановился, чуть приоткрыв дверь. Харучиë стоял, прижавшись спиной к кафельной стене, возился с чем-то в руках. Движения нервные, глаза - стеклянные. Всё как всегда.

- Еблан, ты что, опять новую дозу откапал? - раздражённо бросил Ран, заходя внутрь. - Я не собираюсь везти тебя обдолбанного, как в тот раз. Мне хватило.

- Я с Коко, - отозвался Санзу, не отрываясь от своих дел.

- Пока ты хуйней тут занимаешься, Коко там пиздится с элитными шишками, - прошипел Ран, подходя ближе.

- Пока ты хуйней тут занимаешься, Риндо трахается с элитными шлюшками, - передразнил его Харучиё, ухмыляясь. Его глаза блестели так, будто он сам не знал, насколько трезв.

Ран остановился в полушаге.
- Коко бы просто так не взял тебя с собой. Значит, что-то от тебя нужно.

- Ещё бы, - хрипло рассмеялся Санзу, закидывая голову назад. - Сказал: следи, не творится ли хуйни в толпе. Так я и слежу. Своим методом.

Хайтани покачал головой, выдыхая через нос.
- Не думаю, что он обрадуется, если узнает, что ты уже нахуярился в хлам. Даже знать не хочу, чем именно.

Санзу фыркнул и, оттолкнувшись от стены, направился к выходу.

- Тебе всё время хочется меня спасти, Ран. Но я, блядь, не утопаю. Я плыву. Просто по своему маршруту.

Ран, не ответив, пошёл за ним. Они вышли из уборной и растворились в толпе. Один с пульсом на грани, другой с душой в хаосе.

22:07

Тора и господин Такано увлечённо беседовали. Их голоса сливались с гулом клуба, глотаясь басами и неоном. Мия слышала лишь отрывки. Слова о партнёрах, поставках, расширении влияния. Всё это звучало чуждо, как будто она случайно подсмотрела за разговором с другого мира. Её пальцы лениво скользили по краю бокала с вином, а взгляд будто ускользал от смысла, от людей, от Акиры.

Он сидел напротив. Спокойный. Невозмутимый. И всё же время от времени бросал на неё короткие, цепкие взгляды. Не такие, как бросают мужчины из вежливости или из похоти. Его взгляд был изучающим. Осторожным. Почти аналитическим. И от этого у Мии внутри всё невольно сжималось.

"Почему он так смотрит?.. Что он видит?"

- Мы с господином Такано ненадолго отлучимся, - проговорила Тора, обводя обоих взглядом. - Обсудим пару дел с другими нашими знакомыми. А вы пока… пообщайтесь.

Мия кивнула, будто соглашаясь на что-то большее, чем просто светская болтовня. А может, ей это только показалось.

Они остались вдвоём.
Несколько минут повисло в тишине. Странной, неловкой, но не совсем неприятной. Скорее… напряжённой. Как пауза перед первым аккордом.

Акира первым нарушил молчание. Его голос был низким, спокойным, с тем лёгким оттенком иронии, что либо располагает, либо вызывает опасение.

- Хочу вас поздравить, - он чуть склонил голову. - Полагаю, вы рады сегодняшнему событию. Госпожа Мацумура устроила всё с размахом.

Мия сначала даже не поняла, что это обращение к ней. Её мысли всё ещё метались между толпой и стуком сердца в груди. Лишь спустя пару секунд она кивнула, не отрывая взгляда от танцпола. Её голос предательски дрожал внутри, но она молчала.

Он, однако, не собирался останавливаться.

- Вы сегодня… восхитительно выглядите, - произнёс он, сдержанно, но искренне.

Мия медленно повернула к нему голову, прищурилась:

- Что?

- Я хотел сказать, что вы прекрасны, - произнёс он, не отводя взгляда. Без игры. Без банальности. Будто увидел в ней нечто важное.

Она залилась краской, до самых ушей. Хорошо, что неоновый свет скрыл её смущение. Чтобы разрядить момент, она выдала первое, что пришло в голову:

- А мне нравится… ваша укладка.

Он рассмеялся. Настоящим смехом. Тихим, сдержанным, но всё же тёплым.

- Что ж… буду иметь в виду.

- Это пложо прозвучало? - Мия вскинула брови.

- Нет-нет. Просто я терпеть не могу все эти приготовления. Выходы в свет вообще не моё. По мне, это сплошной театр.

- А вас часто зовут на мероприятия?

- Как же… - вздохнул он, взгляд его скользнул в сторону, как будто туда, где пряталась правда. - Я же будущий глава Портовых Вóронов.

В его голосе мелькнула едва различимая грусть. Не показная, не трагическая. Просто тень, которая проскользнула по душе и оставила след.

Мия уловила это. Почувствовала как сердце отозвалось мягкой тоской. Она наклонилась чуть ближе:

- А вы не хотите быть им?

Акира посмотрел на неё. В этот раз прямо в глаза. Его взгляд был почти голым ,без маски, без осторожности.

- Хочу… нет. Хотел бы жить в провинции. Где-нибудь у моря. Рыбацкая деревня, утренний чай, спатьбез тревог. Но… не могу. Оставить всё значит отдать в руки кому-то другому. А это… слишком опасно.

- Опасно?.. - начала она, но в этот момент к ним вернулась Тора.

- Прошу прощения, что прерываю. Мы должны поздороваться с другими гостями.

Акира медленно поднялся, кивнув. Его глаза задержались на Мии чуть дольше, чем того требовали приличия. В этом взгляде было что-то, что Мия не смогла расшифровать. Но это определённо было не про вежливость.

Он протянул ей руку, помогая встать. И в этом касании, лёгком, почти незаметном, было больше, чем в тысячах слов.

- Мы ещё поговорим, - тихо прошептал он, почти незаметно. Только для неё.

Они прошли мимо, растворяясь в пульсирующем свете клуба. А Мия ещё долго ощущала на себе его взгляд. И тонкое напряжение в воздухе, как будто в ней что-то запустилось и уже не остановить.

23:34

Коконой шагал по балкону с видом того, кому всё наскучило. Взгляд скользил по лицам, по освещённым столикам, по прохладным бокалам в чужих руках. Он будто просто искал место, где можно сесть и спокойно выпить. Но за этой ленивой походкой скрывалось напряжение, мышечная память охотника, готового метнуться в сторону при первом же сигнале.

И тут, словно вынырнув из воздуха, рядом оказалась Мацумура. Её движения были резкими, точными, как лезвие ножа. Она подошла вплотную, не оставляя пространства для отступления, и, почти не шевеля губами, прошипела сквозь зубы:

- Не забывай, зачем ты здесь, Коко.

Он и не собирался. Но ненавидел, когда ему напоминали.
Ему было похуй на её слова, на её тон, на её манеру давить. Он пришёл сюда не ради неё. У него были свои интересы. Хотя… плата за информацию, которую он добыл, тоже имела вес. Очень даже.

Мацумура резко развернулась на каблуках и направилась в сторону своей племянницы. Девчонка и рядом с ней Акира Такано. Вот это уже интересно. Через минуту он наблюдал, как Тора ловко и без лишних слов увела их вдоль зала к прибывшим из Йокогамы.

Коко хмыкнул, тихо, почти с усмешкой:

"А вы, Вóроны… не теряете времени. Клювами щёлкать не привыкли, да?"

Он опустился за освободившийся столик, жестом подозвал официанта.

- Виски. Без льда.

Тот кивнул и почти сразу вернулся. Протянул бокал и, делая вид, что между прочим, сообщил:

- В полночь всех приглашают на крышу. Летняя зона. Будет фейерверк. Вам лучше подняться. С этого ракурса всё особенно красиво.

"Фейерверк, говоришь…"

Коконой не ответил. Только слегка наклонил голову. Уже тогда в его сознании что-то зашевелилось. Слабая догадка, скользкий импульс в темноте.

Он поднялся, забрал бокал и пошёл в дальний угол балкона. Там, в полутени, облокотился на перила. Внешне всё тот же расслабленный Коко, наблюдающий за толпой с ленивым интересом. Но изнутри всё бурлило. Внимание было натянуто, как струна.
Он краем глаза заметил знакомые лица - Север . Представители группировки стояли полукругом, полушёпотом переговаривались. Их тела закрывали друг друга, но выражения лиц... слишком собранные. Слишком тихие.

Музыка заглушала, но обрывки слов всё же прорвались сквозь ритм и басы:

"Крыша…"
"Полночь…"
"Фейерверк…"
"Вóрон…"
"Стрелок…"

И вот тут в нём что-то щёлкнуло. Как и думали с Майки… не все приезжают на праздники с пустыми руками.

Он уже знал - здесь будет кровь. Он знал это раньше. Но теперь пазл складывался быстрее. Слишком быстро.

Коконой резко оторвался от перил и начал быстро сканировать балкон. Его взгляд метался:
"Тора? Девчонка? Акира?
Где они, чёрт возьми?"

Он обошёл всю открытую зону, сквозь танцующих, курящих, фальшиво смеющихся. Севера уже не было. Они растворились, как тени перед бурей.

Он взглянул на экран телефона.

23:59.

"Сука."

Паника захлестнула его, но он держал её внутри. Как яд, который можно глотать, если привык. Он метнулся к лифту. Толкнул кнопку. Раз, два. Ещё раз.

Они собираются стрелять. На крыше. Под шум фейерверков. И никто даже не поймёт, что произошло пока не будет поздно.

Он стиснул зубы, и сердце в груди забилось чаще. Но не от страха. От ярости. От невозможности остановить всё это заранее.

"Нахуй, не в мою смену."