Клуб "Логово Тигрицы"

Клуб "Логово тигрицы".
Кабуки -тë. Токио. Канто.
14 марта 2008 год.
23:52

И снова вечер. И снова Сидзуки за барной стойкой, в полумраке клубного неона, под мягкое гудение басов и аромат дорогого алкоголя, перемешанного с духами и сигаретами.

Знакомая компания уже оккупировала свою "змеиную" кабинку, словно хищники, удобно устроившиеся в логове. Казуми тоже исчезла из поля зрения. Мия краем глаза заметила, как та, незаметно для остальных, направилась к лифту.

"Странно. До закрытия ещё пара часов. Может, плохо себя чувствует?.. Загляну к ней после смены. Хотя... нет, лучше утром. Мало ли."

Пока она размышляла, взгляд зацепился за движение. В главный зал вошли те самые парни. Мия быстро пересчитала:
"Хм. Не все. Где этот... в очках?"

- Эй, - обратилась она к главному бармену, перекрикивая музыку. - Я на минутку, окей?

Покинув барную стойку, она направилась к коридору, но резко остановилась, будто в неё ударила волна холодного воздуха.
Парень в очках уже стоял у лифта и нажимал кнопку восьмого этажа.

"К кому он поднимается?.. Если тётя узнает закончится это плохо. Очень плохо."
Но её внутренний голос прервался более реальным - и хрипловато-игривым.

- Оу... Ты шпионишь за моим братом, принцесса?

Она резко обернулась. Позади стоял ОН. Тот самый с фиалковыми глазами и двумя косами, небрежно перекинутыми за плечи. На губах играла лукавая усмешка, а в глазах искра, как у кота, поймавшего мышку.

- А? Я?.. Нет... - Мия запнулась, не ожидав, что её застукают. - Я просто шла... мимо.

- Мимо лифта? - приподнял бровь он, лениво облокотившись плечом о стену. - Мы ведь уже виделись, да? Ты тут работаешь?

- Работаю. - выпрямив спину, чуть надменно бросила она.

- Что-то ты не похожа на ш... - начал он с усмешкой, но не успел договорить - Мия резко оборвала:

- Я помощник бармена.

- Ах, помощник бармена, - протянул он, будто пробовал это слово на вкус. - Что ж, приятно познакомиться. А разве ты не должна сейчас стоять за баром, очаровательная помощница?

- Я как раз туда и направлялась, - попыталась пройти Мия, но он слегка наклонился вперёд, перекрыв путь, не касаясь, но создавая напряжение, от которого по коже пробежал ток.

- Погоди... - его взгляд стал чуть внимательнее. - Ты ведь племянница хозяйки клуба, не так ли?

- А тебе-то какое дело? - холодно спросила она, хотя внутри всё сжалось от странной смеси настороженности и волнения.

- Да просто любопытство, не больше, - пожал плечами он, позволяя себе улыбнуться уголком губ. - Раз мы тут часто бываем, думаю, нам стоит познакомиться поближе.

- Да уж, я заметила, - буркнула Сидзуки, стараясь не встречаться с ним взглядом.

- Эй, ты же знаешь... - его голос стал ниже, мягче, почти бархатным. - Ты можешь называть меня Ран. А я буду звать тебя как захочешь... Принцесса подойдёт?

Мия с трудом сдержала смешок и пробормотала:

- Если хочешь, чтобы я разбила тебе бокал в лоб - зови именно так.

Он засмеялся. Низко, искренне, слегка насмешливо.
- Договорились.

Кто-то резко схватил Мию за локоть. Хватка была цепкой, как капкан. Узнаваемой. Тора Мацумура.

Женщина была вне себя. Не просто раздражена. Она в ярости, которая кипела, бурлила, рвалась наружу, как расплавленный металл.
Она ничего не сказала. Только рванула девушку назад, волоком таща её к лифту. Мия споткнулась, едва не упала, вцепилась в холодный поручень, но удержалась.

Когда двери квартиры захлопнулись за их спинами, всё рухнуло.

Терпение Торы закончилось. Иссякло. Сгорело дотла.

- Сколько раз я тебе повторяла не связывайся с этими ублюдками?! - её голос был, как плеть. - Что, блядь, ты вытворяешь?! Всё наоборот, как назло!

- Мы просто разговаривали, - Мия попыталась сохранить лицо, голос, хоть и дрогнувший, звучал уверенно. - Ничего такого. В чём проблема?

- Если я говорю: не пересекаться, значит, есть причина! - завизжала Тора, и в следующий миг её рука взлетела.
Мия едва успела прикрыть лицо, но было поздно. Громкий шлёпок, и пылающая боль разошлась от скулы по всей голове.

- Хватит! - крикнула она, но Тора уже оттолкнула её, как тряпичную куклу.

Мия рухнула на диван, пыталась подняться, но железная рука Торы вдавила её в подушку. Вторая вцепилась в волосы, рывком оттянула голову назад.

В её глазах вспыхнули золотые искры, словно зверь внутри Торы прорвался наружу.

- НЕ СМЕЙ! БОЛЬШЕ НИКОГДА МЕНЯ НЕ ОСЛУШАЙСЯ! - задыхалась она от злости. - Хочешь закончить как твоя мать? В нищете?! С психом, который её сломал?! ЭТОГО ХОЧЕШЬ?!

- Мама... не была с вами счастлива! - прохрипела Мия, с трудом выдерживая боль. - И я тоже не счастлива! Пусть лучше так, чем быть с вами!

- Ты стыд потеряла?! - прошипела женщина, и в её голосе засвистела ненависть. - Конечно! Чего ещё ждать от дочки этих выродков?!

Словно потеряв контроль, она дёрнула Мию за локоть, продолжая удерживать её волосы. Девушка закричала, но Тора тащила её по коридору, как куколку. Мия отбивалась, царапала руки, но не могла вырваться.

Дверь комнаты Сидзуки распахнулась, и Тора буквально вбросила туда девушку. Та упала на паркет, ударившись коленями, локтем, душой.

- На сегодня ты свободна. Хочешь, учи уроки. Хочешь,сгни в своей обиде. Мне плевать.
Женщина холодно щёлкнула замком снаружи и исчезла, оставив за собой ледяное эхо.

Тишина.

И только сдавленные всхлипы, которые Мия больше не могла сдерживать.

Она тряслось мелкой дрожью, как в лихорадке. Грудь сжималась от боли. Не от физической, нет... от той, что застревает между рёбрами и распирает изнутри.
Как же хотелось назад. Туда, в тёплую кухню, где родители вместе готовили ужин, смеялись, обнимались, пекли блины и не кричали.
Где после еды включали старые фильмы и укрывались под одним пледом.

Они были счастливы.
А тётя?.. Почему она считает, что счастье возможно только в её искажённом, холодном порядке?..

Счастье. В каждой детали. В каждом кадре.

Но даже счастье не вечно.

Последняя страница.Конверт.Тот самый.С сообщением о гибели.
Рукой смахнула слезу.
И, свернувшись под одеялом, провалилась в сон, в котором они снова были живы. Где её мама гладила по голове, а папа смеялся.

Клуб "Логово Тигрицы"
Кабути-тë. Токио. Канто.
15 марта 2008 год
9:13

Сидзуки проснулась от тихого щелчка дверного замка. Не успела она как следует распахнуть глаза, как в проёме появилась Тора. Сияющая, будто и не было вчерашнего вечера, будто не было их злых слов, сказанных на повышенных тонах.

- Доброе утро! Сегодня на завтрак твои любимые панкейки, так что поторопись, пока не остыли, - с улыбкой на лице проговорила она и почти вприпрыжку удалилась из комнаты.

Мия молча проводила её взглядом, ощущая, как в груди скребёт что-то неудобное. Почти год под одной крышей, но до сих пор она не могла привыкнуть к этим... резким перепадам. Как Тора умудряется после чудовищной ссоры, в которой были задеты самые болезненные струны, с утренним светом снова надевать маску доброжелательности? Неужели всё так просто. Стереть обиды, как пыль с полки?

Мия глубоко вздохнула и поднялась. Тепло панкейков не согревало её внутри, но игнорировать приглашение значило снова развязать узел напряжения, который мог задушить их обеденный стол.

На кухне уже собралась вся "семья". За столом сидели те, кого Тора называла своими "детьми". Каждый со своей историей, с печатью на душе и тенью в глазах. Казуми, как всегда, расположилась рядом с хозяйкой. Её любимица, золотая девочка, аккуратная, милая, удобная. Тора часто говорила, что не делает различий и никого не выделяет, но все знали: это была ложь, обёрнутая в вежливую упаковку. У каждого здесь было своё место...и цена.

Свободное место справа от Торы всегда оставалось для Сидзуки. Почётное. Особенное. Будто её присутствие нужно было, чтобы уравновесить чашу весов.

Хотя она не работала наравне с остальными "тигрятами", как их называли в клубе, Мацумура относилась к ней... иначе. И это "иначе" не всегда ощущалось как привилегия. Иногда, как клетка с позолоченными прутьями.

Когда все наконец устроились, Тора хлопнула ладонями, привлекая внимание. Мия подняла взгляд, продолжая медленно отпивать горький чёрный кофе.

- В следующую пятницу у нас намечается праздник. У Мии день рождения, - произнесла Тора, улыбаясь почти театрально.

Несколько одобрительных взглядов скользнули в сторону Сидзуки. Кто-то кивнул, кто-то мягко улыбнулся. Мия ничего не сказала. Слишком многое в этот момент шумело у неё внутри.

- По этому случаю, - продолжала Тора, - я пригласила особых гостей. Вы, в свою очередь, постарайтесь показать себя с лучшей стороны. Праздник, как-никак.

Слова "особые гости" прозвучали особенно. В этом доме подобные фразы имели вес. За ними стояли связи, деньги и возможность изменить свою судьбу. Или, наоборот, окончательно в ней потеряться.

Мия продолжала смотреть в чашку. День рождения... Когда-то это был день, наполненный ароматом клубники и голосом мамы, поющей сквозь смех. Теперь же просто ещё один повод, чтобы Тора устроила представление. А ей снова надеть маску и сыграть в девочку, которая якобы счастлива быть здесь.

Школа. Токио. Канто.
17 марта 2008 год.
8:17

Усердно переписывая формулы в тетрадь, Мия так углубилась в домашнее задание, что не заметила, как в класс вошёл кто-то ещё.

- Привет, Сидзуки! - раздался знакомый голос.
- Привет, Мицу... - девушка подняла глаза и замерла, не договорив.

Перед ней стоял Такаши Мицуя. Он улыбался своей привычной, мягкой, почти солнечной улыбкой, но... Мия тут же заметила синяк на его скуле потемневший, двухдневной давности.
- Ты... Откуда у тебя это?.. - её голос дрогнул.

Парень немного смутился, отводя взгляд.
- Да ерунда, - махнул он рукой, как будто не придавал этому значения.

Не вдаваясь в подробности, он занял своё место за её спиной и, будто стараясь отвлечь и себя, и её, спросил:
- Слышал, у вас в пятницу намечается что-то интересное. По какому случаю?

Мия хмыкнула и обернулась через плечо, лукаво прищурившись:
- Неужели ты теперь в курсе всех клубных движух? Даже удивительно.

Мицуя рассмеялся. Тихо, с ноткой лёгкой усталости, но всё же искренне.
- Да нет, не до клубов мне. Просто друг сказал.

Она выпрямилась, гордо приподняв подбородок, словно объявляя о чём-то по-настоящему важном:
- В таком случае знай. Будет вечеринка в честь моего дня рождения. И ты, Такаши Мицуя, приглашён лично!

Он на секунду задумался, а потом чуть качнул головой.
- Извини, я не смогу... Мама работает в ночь, а мне нужно присмотреть за сестрёнками. Я бы с удовольствием, правда, - виновато улыбнулся он, и в этой улыбке было столько теплоты.

Мия ответила ему мягкой, понимающей улыбкой:
- Ну ладно. Я понимаю. Сестрёнки, наверняка, рады, что у них такой заботливый старший брат.

Захотев сменить тему, она снова повернулась к тетради:
- Кстати, ты решил те уравнения?

Удивительно, как близко они сдружились за последнее время. Никто бы и подумать не мог, что их объединит общее увлечение - рукоделие. В детстве мама учила Мию вязать крючком, вышивать, шить игрушки и платья для кукол. Для неё это было просто уютным хобби, способом отдохнуть душой. А вот для Такаши всё оказалось куда глубже.

Он не только с удовольствием шил и придумывал дизайн одежды, но и мечтал превратить это в своё будущее. В прошлом он состоял в банде, что, честно говоря, никак не вязалось с его нынешним образом. Сейчас он вёл школьный швейный кружок, заботился о двух младших сёстрах, будто был не старшеклассником, а настоящим взрослым.

Однажды он даже признался ей, глядя куда-то вдаль с лёгкой улыбкой:
- Хочу открыть свою мастерскую... Маленькую, уютную, с окнами в пол и запахом свежей ткани.

И с тех пор Мия смотрела на него иначе. С уважением, с теплом.

Квартира братьев Хайтани.
Роппонги. Токио. Канто.
17 марта 2008 год.
21:54

Открыв новостную рассылку, Ран Хайтани хмыкнул, скользнув взглядом по экрану телефона.
- О, глянь-ка... старая тигрица замутила вечеринку на пятницу, - лениво протянул он и, приподняв бровь, повернулся к Коко. - Ну что, идём тусить?

- Если Майки даст добро, - спокойно отозвался Коконой, даже не поднимая глаз от документов. Он был по уши в бумажной волоките и явно не разделял энтузиазма.

Не выдержав молчаливой серьёзности друга, Ран с глухим "бух" плюхнулся рядом на диван, вызвав недовольное цоканье.
- Да расслабься ты. Неужели мы не можем поразвлечься без собраний и великого одобрения его светлости?

- В целом... не вижу криминала. Но я вряд ли пойду, если это неофициально, - Хаджиме сложил бумаги в аккуратную папку и отложил на стол, потирая виски. Видно было что день у него был не из лёгких.

Тем временем Какучё, удобно раскинувшись в кресле, тянулся за последним куском пиццы:
- А вообще, что за повод? Почему вдруг все с ума сходят по этой вечеринке?

- Поговаривают, что Тора собирается передать клуб новому наследнику, - Коко задумчиво нахмурился. - Только вот о каком "родном ребёнке" идёт речь не припомню. Странно это всё...

Лицо Рана перекосилось, как будто он только что откусил лимон.
- Подожди... она же всерьёз зовёт своих шлюх "детьми"?..

- Угу. Но не думаю, что речь о ком-то из работников, - Хаджиме развалился на спинке дивана, закинув одну руку за голову. - Она бы не доверила бизнес кому попало.

- То есть ты к чему клонишь? - лениво выдохнул Риндо, без особой заинтересованности, но уже вовлечённый в разговор.

- К тому, что у неё была сестра, - невозмутимо произнёс Коко. - Сбежала, оборвала связи. Давно дело было.

Риндо сузил глаза:
- И ты, конечно же, всё это знаешь... откуда?

- Я работал на неё, - Коконой прикрыл глаза, будто не хотел снова лезть в это прошлое. На пару секунд повисло молчание - такое, в котором каждый слышал собственные мысли.

- Ладно, допустим... сестра... и что? - начал Риндо, но не успел договорить, как Ран, вдруг оживившись, перебил:

- Скорее племянница. Слишком молодая для сестры. Я видел её.

Все как по команде повернулись к нему. Даже Коко приоткрыл один глаз.
- Говори. Где и когда?

- Недавно, в клубе. Просто пересёкся с ней. Сказала, что подрабатывает помощником бармена. Но... она не была похожа на обычную девочку из персонала. Ни взгляд, ни поведение. Странная. Тихая. Даже глаза какие-то слишком умные для такого места, - он перевёл взгляд на брата. - И тут, словно по сценарию, появляется сама Тора. Смотрит на нас, как на помойных котов, и тащит её к лифту. Ясно было девочка не просто так тут.

- Или это было из-за того, что это был ТЫ, - с усмешкой вставил Риндо, делая ударение.

Коконой хмыкнул, приподняв уголок губ.
- Справедливо. Я же опасен... особенно для "наследников". Ха, у нас у всех с ней счёты, - усмехнулся Ран, с ленцой закинув ногу на ногу. - У Торы хватает причин нас недолюбливать.

- Кроме меня, - неожиданно подал голос Какучё, не отрывая взгляда от экрана.

- Вот только непонятно, - продолжил Риндо, указав на себя и брата, - почему нас вообще пускают в её логово?

Коконой подался вперёд, опершись локтями на колени, серьёзно глядя перед собой:
- У неё остался передо мной приличный должок. И, будем честны, нас бы больше никуда не пустили. Не все из нас "приемлемы" для общественных мест, - он выразительно посмотрел на Рана. - Я - пропуск. Так что не лезьте на рожон. Ведите себя тихо и не устраивайте цирк.

Риндо заметно напрягся, но Ран положил руку ему на плечо, словно притормозив

Коконой, словно по таймеру, встал и поправил воротник:
- Ну что, я закончил на сегодня.

- К Майки заедешь? - спросил Какучё, вставая следом, потянувшись.

- Ага. Надо отдать отчёт, - коротко кивнул Коко.

- Я с тобой. Надо кое-что с ним обговорить по поводу пятницы. Хочу, чтобы он был в курсе.

Двое вышли, а Хайтани снова остались вдвоём. В гостиной снова повисло молчание, нарушаемое только звуками из телевизора. Шёл какой-то боевик, но ни один из них особо не следил за сюжетом.

Минут через пятнадцать, неожиданно для себя самого, Ран заговорил, не отрывая взгляда от экрана:
- Будь аккуратнее. Я понимаю, что это для тебя значит... но всё же.

Риндо приподнял бровь, не сразу врубившись, о чём речь. Но когда вспомнил фразу Коко и его тон, будто что-то личное звучало под слоями спокойствия, взгляд резко обострился.

- Я знаю. Всё будет под контролем. Я не идиот.

- Надеюсь, - бросил Ран, вставая. - Только не забывай, чем это может кончиться. Для всех.

Ран не стал ждать ответа и ушёл в свою комнату, захлопнув дверь чуть громче, чем нужно было. Не из злости. Просто слишком много мыслей. Он, хоть и говорил брату осторожничать, сам тем временем уже прокручивал в голове один и тот же план:
Как проскользнуть мимо Торы и разговорить ту странную девчонку с умными глазами.

Ведь он был Хайтани Ран. И если ему что-то интересно , то он это узнает. Даже если придётся поджечь половину клуба ради пары слов.

Дом Сано. Токио. Канто.
23:37

Манджиро больше не любил праздники.

То, что раньше вызывало улыбку, теперь оставляло только пустоту. Для него любой праздник стал напоминанием о том, кого уже не вернуть. О том, что однажды было светом, а теперь лишь тень.

Он не праздновал свой день рождения.
Прошло уже четыре года с тех пор, как не стало Шиничиро.

Он простил Казутору. Позволил ему вернуться в Тосву. Но самой Тосвы больше не существовало. Майки распустил его собственноручно.

Внутри Манджиро что-то обломилось. Он больше не чувствовал себя "в порядке". Его окружение поредело те, кто раньше вытаскивали его из тьмы, исчезли. Остался лишь один.
Харучие.
Как и всегда.Он дремал в кресле, раскинувшись по-кошачьи, с приоткрытым ртом. Его дыхание было ровным, тихим. Майки сидел на старом диване в бывшем гараже Шиничиро. Именно здесь теперь был его "угол", пусть и никому не признавался в этом. На коленях новый пакет с дорояки, в руке сладкая рыбка. Он ел медленно, будто механически.

Тишина была не пустой, а глухой, обволакивающей. В ней даже слабые звуки, как шорох бумаги, дыхание Харучие, казались громче, чем нужно.

На пороге появились Коконой и Какучё. Тихо, почти неслышно, прошли мимо Санзу, не разбудив. Хаджиме молча поставил папку на полку.

- Я внёс все изменения, - негромко сказал он.

Какучё сел рядом на диван и потёр переносицу, явно вымотанный.

- В эту пятницу в клубе будет больше шума, чем обычно.

Майки едва заметно поднял бровь. Вопросительно, не выказывая особого интереса.

- Говорят, Тора собирается огласить имя наследника. Ран думает, знает кто это.

- Разве не он сам хотел порвать с прошлым? - Майки открыл упаковку с лакомством, устроившись чуть удобнее, не отрывая взгляда от пустой стены.

- Да, но теперь считает, что это её племянница, - Какучё выдохнул и откинулся назад, вытянув ноги.

Коко остался стоять.
- У Мацумуры действительно была сестра. Возможно, это её единственный кровный родственник.

"И почему все так зациклены на кровных узах..." - одновременно подумали и Манджиро, и Хитто, не обменявшись ни словом.
Они оба имели в виду одного и того же человека.Человека, который так яростно цеплялся за то, что считал "родным", что в итоге сгорел в этом сам. И всё же... Изана не был одинок. Он просто не понимал этого.

- Думаешь, Тора зовёт всех глав группировок? - голос Майки был глухой, без эмоций, как будто ему было всё равно, но взгляд стал чуть острее. - Она любит льстить тем, кто у власти.

- Нам приглашения не поступало. Но вход остаётся открытым, - сухо ответил Коко.

- Я отменяю собрание в пятницу, - Майки сделал ещё один медленный укус, - мне нечего делать в "Логове Тигрицы".

Он сделал паузу.
- В случае столкновения могут быть последствия. Вы можете пойти, если хотите. Но на свой страх и риск.

Какучё ощутимо напрягся.

- Без чёткой рассадки и контроля - вспыхнет конфликт. Слишком много групп в одном месте не к добру.

Он опустил взгляд на руки, будто проверяя, не дрожат ли.

- И не исключено, что кто-то решит убрать наследника, если посчитает это выгодным, - добавил Коко, подойдя к полке и начав листать папки.

Майки кивнул медленно:

- Хайтани уже делали так в Роппонги. Там всё решалось быстро. Без лишних слов.

Найдя нужную папку, Коконой пробежал глазами страницы и сам себе кивнул.

- "Логово Тигрицы" приносит около 64 миллионов йен в год, - произнёс он спокойно. - И это без учёта теневых операций: проституции, наркоты, отмывания денег.

Он собирался продолжить, но в этот момент...

БАХ.

Санзу, который до этого спал как мёртвый, с храпом перевернулся и рухнул с кресла на пол. Он приподнялся, растирая щёку и уставившись на всех мутным взглядом.

- А вы на кой хуй тут? - промямлил он, будто выдернули из другого измерения.

Какучё, закатив глаза, начал пересказывать заново:

- В пятницу будет особая вечеринка. Мацумура представит свою наследницу. Майки отменил собрание, но мы обсуждаем возможные последствия.

- А-а-а... Вечеринка, значит... - пробурчал Харучие, так и не поднимаясь с пола, подперев голову ладонью.

В комнате снова стало тихо. Только дыхание, только шелест страниц... и в голове у Майки снова заиграли воспоминания, которые он не звал.

Смех брата, тепло летнего вечера, голос Дракена, громкий смех Баджи, звонкий голос Эммы...Всё ушло.Он остался.
Но уже не знал зачем.