Когда ветры забывают имена

Утро в резиденции князя Юэ началось так же, как и предыдущие дни.

Слуги двигались по двору без лишнего шума, стража менялась у ворот, а в кабинете Му Лина уже были разложены свитки, ожидавшие решения.

Яо Ши сидел за столом и просматривал бумаги. Он читал внимательно, но время от времени возвращался мыслями к тому, что нашёл в архиве. Записи Юн Шана не давали покоя.

К сожалению, ничего полезного в потайной комнате старого архива больше найти не удалось. Скорее всего, остальные записи находились в покоях Юн Шана, но рыться в чужих вещах Яо Ши не собирался. Как же несвоевременно вдовствующая императрица отослала их в гарнизон...

Однако среди найденных свитков ему попались краткие сводки событий, которых он сам не застал.

В одном из них говорилось, что Му Лин взошёл на трон в начале сто пятьдесят шестого года правления династии Му.

Яо Ши перечитал эту строку дважды, словно проверяя, не ошибся ли.

На полях, почти небрежно, была сделана приписка:

«Так и не взял себе никого в жёны».

Он задержал взгляд на этих словах дольше, чем того требовало содержание. Пальцы чуть сжали край свитка, но почти сразу ослабли. Яо Ши аккуратно свернул его и отложил в сторону.

К другим записям он возвращался уже медленнее.

Шаман отложил один из свитков и на короткое время прикрыл глаза, словно пытаясь разложить всё по порядку.

За окном послышался тихий звук. Ланьюэ снова устроился у бамбуковой рощи. В последние дни он почти не уходил далеко от резиденции.

— Госпожа.

Яо Ши открыл глаза и посмотрел на вход. Вэй Юй стояла у двери. В её голосе было заметно напряжение.

— Что случилось?

— Из дворца прислали посыльного.

Яо Ши сразу понял, о ком речь.

— От вдовствующей императрицы?

— Да. Её величество желает видеть вас сегодня. Сказали прийти как можно скорее.

Яо Ши кивнул и отложил свитки в сторону.

— Понятно.

Он поднялся из-за стола и подошёл к окну. Ланьюэ поднял голову и посмотрел на него сквозь стекло.

— Подготовь одежду, — сказал Яо Ши. — Сун Бо уже в курсе?

— Да, госпожа. Он просил передать, что с оставшимися бумагами разберется сам.

Яо Ши кивнул головой. Вей Юй поклонилась и развернувшись, пошла за одеждой.

Шаман ещё несколько секунд стоял у окна, затем отвернулся и направился к выходу. Отказываться от такого приглашения он не собирался.

***

Дорога до дворца не заняла много времени. К полудню Яо Ши уже стоял у внешних ворот. Стража пропустила его без лишних вопросов. Приказ, очевидно, был отдан заранее.

Главный евнух Чень Лун стоял у ворот, сложив руки в рукавах. При виде Яо Ши он сделал шаг вперёд и склонил голову.

— Доброго дня, Юэ-цзюньфэй, — спокойно произнёс евнух.

Яо Ши на мгновение задержал на нём взгляд. Он узнал его сразу. Чень Лун был тем самым человеком, который руководил поиском будущей супруги для Му Лина. Тогда евнух выглядел так же: сдержанно, без лишних эмоций, словно происходящее его не касалось.

— Чень-гунгун*, — спокойно ответил Яо Ши.

*гунгун (公公) — титул для евнухов (что-то вроде: «почтенный евнух», «дворцовый служитель высокого ранга»)

Чень Лун едва заметно кивнул.

— Прошу следовать за мной.

Они двинулись вглубь дворца. Чень Лун шёл чуть впереди, не оборачиваясь и не замедляя шага. Его движения оставались точными и выверенными, как и в их первую встречу. Яо Ши шёл спокойно, но не выпускал его из внимания.

Днём дворец выглядел иначе: свет свободно ложился на каменные плиты, отражался в лакированных колоннах и золотых деталях. Слуги двигались сдержанно, но без суеты. Несколько человек остановились, уступая дорогу и склоняя головы. Чем глубже они заходили, тем тише становилось.

Перед высокими дверьми евнух остановился.

— Подождите.

Он шагнул вперёд и, не поднимая головы, негромко произнёс:

— Ваше величество, Юэ-цзюньфэй прибыла по вашему приказу.

Ответ последовал не сразу. Яо Ши стоял спокойно, опустив взгляд, не позволяя себе ни одного лишнего движения.

— Пусть заходит, — раздался изнутри ровный голос.

Чень Лун открыл двери и отступил в сторону.

— Прошу.

Зал был залит дневным светом. Высокие окна пропускали мягкое солнце, которое ложилось на пол и стены, делая пространство светлее. Вдовствующая императрица сидела у низкого стола. Перед ней лежали раскрытые свитки, и на этот раз она действительно их читала. Когда Яо Ши вошёл, она не сразу подняла взгляд.

Двери за его спиной тихо закрылись. Яо Ши остановился на положенном расстоянии и опустился в поклоне.

— Ваше величество.

Императрица не сразу подняла взгляд. Она дочитала строку, переложила свиток и только после этого посмотрела на него.

— Цзинь Ли, мне только сегодня донесли весть, что ваши повозки столкнулись с демонами по пути в угодья Циньлин, — тон вдовствующей императрицы был спокойным, однако в глазах горел какой-то нездоровый отблеск злости.

— Да, ваше величество, — снова склонив голову, Яо Ши мысленно обдумывал истинный мотив вдовствующей императрицы.

— И почему же эту весть я узнаю сейчас, а не от тебя лично?

— Я не хотела вас тревожить, ваше величество, — не поднимая головы, шаман состроил на лице гримасу полного раскаяния.

Женщина вновь посмотрела на свитки, дочитала строку до конца и лишь после этого позволила себе едва заметную усмешку.

— Тревожить... — повторила вдовствующая императрица негромко. — Забавно.

Она перевернула страницу, но теперь уже не читала.

— В донесениях есть одна деталь, которая нас заинтересовала больше всего, — скрепив пальцы в замок, произнесла женщина. — Демоны вели себя не так, как обычно. Они двигались слаженно, как единое целое, а затем отступили.

Яо Ши продолжал стоять молча, ожидая, когда вдовствующая императрица скажет всё, что ей известно. Он надеялся, что сведения о столкновении с демонами во время самой охоты до неё ещё не дошли.

Вдовствующая императрица отодвинула тушечницу, и тихий скрип камня по дереву на мгновение прорезал тишину зала. Женщина чуть склонила голову, внимательно наблюдая за реакцией шамана.

— Ты успела убить лишь четырех демонов, но другие отступили. И сделали это одновременно.

Яо Ши выдержал её взгляд, не торопясь с ответом.

— Это действительно выглядело странно, — признал шаман, подняв наконец голову. — Но в подобных ситуациях трудно сразу понять, с чем имеешь дело.

Императрица едва заметно усмехнулась.

— Странно — это мягко сказано. Демоны не действуют так без причины. Они не отступают сами, если только не вынуждены или не получают приказ.

Она сделала короткую паузу, позволяя словам осесть.

— И ты это заметила, иначе не стала бы сдерживать силу так аккуратно.

— Я лишь сделала то, что было необходимо, — пожав плечами, Яо Ши нагло заглянул вдовствующей императрице в глаза.

— И это говорит о том, что ты понимаешь больше, чем пытаешься показать, — спокойно ответила императрица. — Поэтому я и не трачу время на лишние расспросы.

Она отложила свиток и чуть повернулась к нему всем телом.

— Меня интересует не само столкновение, а его причина. Этот участок дороги не относится к местам, где демоны появляются сами по себе. Там нет ни разломов, ни скоплений злых духов, которые могли бы их притянуть. Значит, источник находится в другом месте.

Яо Ши слегла приподнял брови в наигранном удивлении и закивал головой, соглашаясь с каждым словом вдовствующей императрицы.

— Ваши повозки ехали по короткой дороге до уезда Циньлин и тебе не удалось увидеть проклятое место, откуда лезут все эти существа.

Императрица не спешила называть место, словно проверяя, насколько много шаман знает об этом мире.

— Семь лет назад, из-за войны там погибло три шаманских племени, — женщина тягостно вздохнула, будто гибель всех шаманов легла на ее плечи тяжким грузом. — К сожалению, природа не простила нас за такую ошибку. Всё, что осталось после них, запечатали и оставили без внимания, полагая, что со временем это место перестанет быть враждебным.

В зале на мгновение стало тихо. Яо Ши удивился, когда вдовствующая императрица сказала о том, что шаманы погибли из-за войны. Он до сих пор помнил о том, как гонец огласил приказ императора об истреблении трех племен, неугодных трону. И Яо Ши знал, кто именно приложил руку к этому приказу.

— Мы уже пытались вернуться на курган шаманов, — продолжила императрица. — Но те, кого мы отправляли, не смогли пройти дальше внешнего круга. Некоторые не вернулись вовсе.

Она посмотрела на Яо Ши внимательнее.

— Но теперь демоны появляются вдали от этого места и ведут себя так, будто связаны между собой. Мы предполагаем, что они идут именно из кургана.

Яо Ши чуть сузил глаза.

— И вы хотите, чтобы я проверила это место?

— Не просто проверила, — спокойно ответила императрица. — Внутри осталась вещь, которую следовало изъять ещё тогда. По ряду причин этого не сделали, и теперь её отсутствие становится проблемой.

Шаман невольно задумался, что это может быть за вещь и не является ли она ключом к разгадке разлома. Видимо, замешательство слишком отчетливо отразилось у него на лице. Потому что вдовствующая императрица решила пояснить, почему её выбор остановился именно на нём.

— Ты уже столкнулась с последствиями и смогла удержать ситуацию под контролем. Это говорит о том, что ты сможешь подойти ближе остальных, — женщина выждала небольшую паузу. — Поэтому я поручаю это тебе. Вернись к кургану шаманов, разберись, что именно там изменилось, и найди то, что было оставлено внутри. После этого доставь эту вещь мне.

Яо Ши сделал вид, что обдумывает её слова, меняя выражение лица, словно взвешивал все за и против. В какой-то момент, решив, что хватит держать интригу, он жалостливо посмотрел на вдовствующую императрицу и произнёс:

— Ваше величество, какой бы сильной ни была моя ци, я всё-таки остаюсь девушкой. Отправлять меня одну в такое страшное и всем известное место...

Вдовствующая императрица чуть приподняла брови и облокотила голову на ладонь.

— И чего же ты хочешь, Цзинь Ли?

— Ваше величество, я не могу поехать одна. Боюсь, что не справлюсь с вашим поручением, — опустившись на колени и склонившись к полу, Яо Ши продолжил: — Не позволите ли вы мне поехать с кем-то?

— Можешь взять с собой того, кого сочтёшь нужным,— спокойно произнесла императрица, небрежно махнув рукой.

Яо Ши поднял голову, словно услышал нечто неожиданно приятное, и с воодушевлением спросил:

— Даже если это очень занятой человек?

— Если потребуется, мы напишем этому господину письмо о срочной службе, — кивнула императрица.

Но Яо Ши не унимался. У него остался последний вопрос.

— И даже если этот человек занят, потому что кто-то уже отдал приказ о срочной службе в военном гарнизоне?.. — состроив жалобное выражение лица, он чаще обычного захлопал ресницами.

В зале повисла долгая тишина. Шаман так и остался сидеть в согнутой позе перед троном, пока не услышал смех.

Вдовствующая императрица смеялась до слёз. Вытерев влагу под глазом, она откинула голову на спинку кресла.

— Давно я так не смеялась, — с выдохом произнесла она. — Хорошо. Я верну тебе сына обратно, раз ты так просишь за него.

— Спасибо вам, ваше величество! — отыграв последнюю эмоцию, Яо Ши осторожно поднялся на ноги и, не поворачиваясь спиной к вдовствующей императрице, вышел из зала.

***

Двери за его спиной тихо закрылись. Яо Ши прошёл несколько шагов по коридору, прежде чем позволил себе выпрямиться до конца. Чень Лун всё ещё стоял у входа, как и прежде, сдержанный и неподвижный. Лишь на мгновение их взгляды пересеклись, и евнух едва заметно склонил голову.

Оказавшись во внутреннем дворце, шаман прокручивал в голове последнюю фразу вдовствующей императрицы и невольно замедлил шаг.

Она сказала: «Я верну тебе сына обратно».

Не «мы повелим», как это принято при дворе. Не «будет отдан приказ». Она не прикрылась ни империей, ни властью, ни привычной формой речи, за которой обычно прячется личная воля. Это было сказано напрямую, от себя, как если бы границы между её словами и решением государства вовсе не существовало.

Такие вещи редко можно услышать случайно. Либо она позволила себе это намеренно, либо даже не заметила, что говорит иначе. Но ни то, ни другое не было хорошим знаком.

***

Когда он вернулся в резиденцию, день уже начал клониться к вечеру. Свет стал мягче, тени вытянулись, и во дворе стало тише, чем обычно. Слуги двигались спокойно, не поднимая лишнего шума, и, заметив его, поспешно склоняли головы.

Яо Ши кивал в ответ и шёл мимо.

Сначала он не придал значения тому, что дыхание стало чуть тяжелее. После разговора с императрицей это казалось вполне объяснимым. Однако через несколько шагов неприятное ощущение усилилось, словно внутри что-то сжалось глубже, чем просто усталость.

Он остановился. Сделал медленный вдох, но это не помогло. Воздуха хватало, но тело принимало его нехотя.

— Госпожа? — Вэй Юй подошла почти сразу, словно следила за ним всё это время.

Яо Ши не повернул головы.

— Всё в порядке, — ответил он быстро, хотя голос стал чуть тише.

Она внимательно посмотрела на него.

— Вы побледнели.

Шаман сделал ещё шаг, но остановился снова. Теперь это уже нельзя было назвать обычной слабостью. В груди появилось знакомое ощущение давления, от которого не помогали ни дыхание, ни табак в трубке.

Яо Ши закрыл глаза на мгновение. Он слишком хорошо знал, чем это заканчивается.

— Отведи меня в беседку, — тихо произнёс шаман.

Вэй Юй не стала задавать вопросов. Она только кивнула и аккуратно поддержала его под руку, помогая пройти через бамбуковую рощу.

Лёгкий ветер проходил сквозь стебли, и этот звук обычно помогал сосредоточиться, но сейчас он почти не ощущался. У беседки Яо Ши сел, опираясь рукой о край скамьи, и на несколько мгновений просто замер, пытаясь выровнять дыхание.

Сначала пришло ощущение пустоты, будто внутри всё резко опустело. Затем почти сразу за ним последовала резкая, глубокая боль. Однако это ощущение было не столько физическим, сколько исходящим изнутри, откуда-то, куда шаман не мог дотянуться.

Он сжал пальцы, стараясь удержать контроль. Вэй Юй стояла рядом, не вмешиваясь, но и не отходя.

— Это скоро пройдёт, — тихо сказал Яо Ши, больше для неё, чем для себя. Но он уже понимал, что ошибается.

***

Воспоминание пришло не сразу, а как будто постепенно вытеснило всё остальное.

Сначала исчезли звуки бамбукового леса, затем ощущение ветра и сам вечерний свет. Вместо них появилась сухая пыль и тяжёлый запах дыма, который въедался в горло.

Перед ним стоял гонец. Свиток в его руках дрожал, хотя он старался держать себя ровно перед Яо Ши. К тому времени шаман уже не был обычным солдатом. Его держали при военной ставке, и под его началом было около пятидесяти человек.

— Приказ вдовствующей императрицы... — голос звучал глухо, словно сквозь слой воды. — Все три шаманских племени признаны угрозой для мира и подлежат немедленному уничтожению.

Яо Ши не сразу осознал смысл сказанного. Слова звучали слишком просто для того, что они означали. Кто-то рядом переспросил, требуя повторить. Гонец подчинился, уже быстрее, почти на одном дыхании, будто хотел как можно скорее закончить.

— Отряды уже выдвинуты.

После этого в комнате стало тихо.

— Это ошибка, — сказал Яо Ши, но собственный голос показался ему чужим.

Никто не ответил. Только один из старших солдат медленно покачал головой.

***

Резкий вдох вернул его обратно. Яо Ши дернулся и выпрямился, словно вынырнул из глубины. Воздух ворвался слишком резко, и он на мгновение потерял ритм дыхания.

Он провёл рукой по лицу и закрыл глаза, стараясь вернуть контроль.

Беседка снова была перед ним. Вэй Юй стояла рядом, напряжённая, но молчала.

— Всё в порядке, — сказал он уже спокойнее.

На этот раз голос почти не дрогнул. Однако боль вернулась. Она уже не была похожа на короткий сбой, который можно было просто переждать.

Сначала Яо Ши ещё пытался держать дыхание ровным, убеждая себя, что это пройдёт, как и раньше. Но уже через несколько мгновений стало ясно, что контроль уходит.

Давление в груди усилилось, будто что-то изнутри сжимало рёбра, не давая вдохнуть до конца. Он опустил взгляд, пытаясь сосредоточиться на чём-то простом и удержаться в настоящем, но очертания предметов начали расплываться.

— Госпожа... — голос Вэй Юй прозвучал ближе, чем прежде.

Яо Ши сжал пальцы и попытался встать, но тело отозвалось с запозданием, словно движения больше не принадлежали ему полностью.

— Помоги зайти в беседку, — произнёс он, уже не скрывая напряжения.

Вэй Юй не стала задавать лишних вопросов. Она только кивнула и подставила плечо, помогая ему дойти. Каждый шаг давался Яо Ши всё тяжелее, будто ноги больше не слушались его до конца. Когда они вошли внутрь, он почти сразу отстранился и, опираясь рукой о край скамьи, медленно опустился на пол, стараясь не терять равновесия.

Он успел сделать один глубокий вдох. И тут же пожалел об этом.

Боль накрыла его не постепенно, а сразу, целиком. Она разлилась под рёбрами, словно что-то изнутри резко расширилось, не оставляя места ни для дыхания, ни для мысли. Яо Ши стиснул зубы, но это не помогло. Каждый вдох получался коротким, рваным, и каждый из них отдавался тупым, тяжёлым давлением в груди.

Он согнулся, упираясь локтем в скамью, и на мгновение потерял ощущение того, где заканчивается его тело. Казалось, будто кости становятся чужими, будто что-то проходит сквозь них, цепляясь и оставляя после себя холод.

Ци больше не подчинялась. Она двигалась сама, рвано, беспорядочно, будто искала выход. Она тянулась вверх, к горлу, обжигала, а затем резко проваливалась вниз, ударяя где-то под сердцем так, что перед глазами на мгновение темнело.

— Стой там, — выдохнул Яо Ши, даже не поднимая головы.

Вэй Юй остановилась у входа, не решаясь приблизиться.

Яо Ши попытался удержать дыхание, но вместо этого сорвался на резкий вдох, который тут же перешёл в хрип. Пальцы сжались так сильно, что побелели костяшки. И вот его снова окунули в омут воспоминаний.

***

Холодный ветер ударил в лицо.

Ланьюэ двигался быстро, почти не касаясь земли. Его белая шерсть сливалась с пылью, поднимаемой лапами, а дыхание становилось сбитым и тяжёлым. Яо Ши не подгонял его. В этом не было необходимости. Зверь и так чувствовал, что что-то случилось. Это стало ясно ещё задолго до того, как впереди показались земли шаманов.

Неестественно тихо.

Когда знакомые очертания наконец проступили сквозь пыль и свет, сердце на мгновение сбилось с ритма. Там, где должны были звучать радостные голоса, висеть праздничные украшения и тянуться запах вечернего ужина, не было ничего.

Ланьюэ замедлил шаг сам, прежде чем Яо Ши успел отдать команду. Запах пришёл раньше, чем взгляд смог зацепиться за детали. Тяжёлый, густой, металлический.

Яо Ши соскользнул на землю, не дожидаясь полной остановки, и сделал несколько шагов вперёд, будто надеясь, что увиденное окажется ошибкой.

Но он остановился. Перед ним простиралась мёртвая тишина.

Дома племени Хуо стояли нетронутыми, словно никто не успел оказать сопротивление. Двери были распахнуты, занавеси едва заметно колыхались от ветра, и на мгновение создавалось ощущение, будто всё это место просто опустело. Но стоило опустить взгляд и иллюзия исчезала.

Земля была тёмной. Кровь впиталась в неё, смешалась с пылью, превратившись в тяжёлую, вязкую массу, которая тянулась к ногам при каждом шаге.

Первое тело он заметил не сразу. Оно лежало у самого входа, так, будто человек просто не успел сделать шаг назад. Глаза были открыты, и в них застыло не удивление, а скорее непонимание, будто произошедшее не успело уложиться в сознании даже в последний момент.

Яо Ши прошёл мимо. Потом ещё одно тело. И ещё.

С каждым шагом их становилось больше. Они лежали у дверей, на порогах, посреди дворов, в тех позах, в каких их застала смерть. Кто-то с оружием в руках, кто-то без. Кто-то даже не успел обернуться.

Это было не сражение, а обычная бойня. Как их могли считать опасными для мира?

Яо Ши остановился в центре поселения. Дышать стало тяжело, не от усталости, а от того, что воздух сам по себе казался чужим.

Шаман не искал знакомые лица. Он уже знал, что найдёт.

Ветер прошёл сквозь деревья тихо, почти осторожно, словно даже он не хотел нарушать эту тишину. Ланьюэ подошёл ближе и остановился рядом, не издавая ни звука.

Яо Ши не двигался. Мысли не приходили. Осталась только пустота. И что-то, что медленно поднималось из глубины, тяжёлое, вязкое, не имеющее формы и названия.

Именно это чувство ударило по нему снова, уже в настоящем.

***

Боль вернулась, и Яо Ши с трудом вдохнул, сжавшись. На мгновение он потерял ощущение границ самого себя. Но воспоминание не ушло. Оно осталось с ним как часть того, от чего шаман так и не смог избавиться.

Тепло сменилось холодом, резким, пронизывающим, будто по венам пустили воду. Яо Ши попытался вдохнуть глубже, но грудная клетка не поддалась. Дыхание словно упиралось во что-то изнутри, не находя выхода.

Яо Ши резко выпрямился, но это только усилило ощущение. В теле появилась странная тяжесть, будто оно вдруг стало чужим и слишком плотным. Пальцы онемели первыми, затем это ощущение поднялось выше, к запястьям, к плечам, и на мгновение ему показалось, что он просто перестаёт чувствовать себя целиком.

— Не... подходи... — выдохнул он, с трудом удерживая голос ровным.

Вэй Юй уже сделала шаг вперёд, но остановилась. Шаман не видел её ясно, но чувствовал движение. И чувствовал то, что начинало выходить наружу.

Ци искала выход через него самого, давила изнутри, заставляя тело напрягаться до предела. В какой-то момент Яо Ши стиснул зубы так сильно, что в висках отозвалось болью.

Он понял, что не удержит такую мощь, не причинив боль другим.

— Выйди, — сказал он тише, но уже жёстче. — И закрой все окна и дверные проемы.

— Госпожа, вам нужно...

— Я сказала, выйди.

В этот раз в голосе не было ни просьбы, ни попытки смягчить слова. Вэй Юй замерла, а затем, не споря, отступила за пределы беседки.

Яо Ши поддался вперёд и, опираясь рукой о колонну, с усилием поднялся. Мир вокруг на мгновение накренился, но он всё же дошёл до входа и резко захлопнул лёгкую створку. Бамбуковые перегородки тихо застучали, отсекая пространство внутри от всего остального.

Он успел сделать только один шаг назад, прежде чем тело снова скрутило. Боль больше не держалась в груди. Она разошлась по всему телу, ударяя короткими, рваными всплесками, будто что-то внутри пыталось разорвать его на части изнутри. Он опёрся рукой о стену, но даже это не помогло удержать равновесие, и через мгновение он уже стоял, тяжело дыша, не в силах полностью выпрямиться.

Снаружи Вэй Юй сделала ещё один шаг к входу.

— Госпожа!

— Не входи, — резко бросил он изнутри.

— Вам нужен лекарь!

— Нет. Ваши лекари тут бессильны.

Слова прозвучали приказом, не терпящим возражений. Несколько мгновений стояла тишина, нарушаемая только его неровным дыханием по ту сторону тонкой перегородки.

Вэй Юй сжала руки. Она понимала, что происходит что-то куда более серьёзное, чем шаман пытается показать. И понимала, что если это продолжится, одного её присутствия будет недостаточно.

Она оглянулась. Во дворе уже начали собираться слуги, привлечённые шумом и её голосом.

— Все назад, — резко сказала она. — Никто близко не подойдет.

Слуги остановились, переглядываясь. Вэй Юй колебалась всего мгновение. Звать лекаря было нельзя — Яо Ши ясно это запретил. Но это не означало, что помощи не должно быть вовсе.

— Ты, — она резко указала на одного из слуг. — Беги к военному гарнизону. Найди князя Юэ. Скажи, что госпоже плохо и он нужен немедленно.

Слуга побледнел, но кивнул и тут же сорвался с места.

Вэй Юй снова повернулась к беседке. Изнутри не доносилось ни звука, кроме прерывистого дыхания, которое становилось всё тяжелее. Она не знала, что происходит внутри. Но чувствовала, что ждать было опасно. А вмешаться — ещё опаснее. И оставалось только стоять, слушать и надеяться, что он выдержит.