Глава 24: Архитектор Пустоты
Прошлое Кацуры Кугиме не было наполнено светом. Оно было окрашено в оттенки серого — цвет бедности и безразличия. После смерти родителей его взяла к себе тётка — женщина с холодными глазами и строгими правилами. Её дом был не убежищем, а очередным учреждением, где главными добродетелями считались порядок и послушание. Любая эмоция — радость, гнев, печаль — рассматривалась как сбой, слабость, которую нужно немедленно подавить.
Кацура научился. Он научился прятать всё. Его лицо стало маской. Его внутренний мир превратился в аккуратно расставленные по полочкам факты и логические цепочки. Хаос внешнего мира — пьяные крики соседей, финансовые проблемы, жестокость одноклассников — он воспринимал как ошибки в системе, которые нужно было исправлять. Или игнорировать.
Учёба стала его спасением. Уголовный кодекс, криминалистика, психология — всё это были системы. Чёткие, предсказуемые, лишённые неподконтрольных эмоций. Он погрузился в них с головой, став одним из лучших на курсе. Именно там он встретил их.
Акицу Кадено — гений криминального анализа, чей острый ум и интуиция поражали всех. Тацую Очими — непоколебимый и принципиальный, с железной волей. Сумико Отомаяси — блестящий тактик, чьи планы всегда были безупречны. Они были разными, но их объединяло одно — стремление к порядку и справедливости, понимаемой как торжество логики над хаосом преступления. Они стали его единственными друзьями. Вернее, соратниками.
Именно тогда он встретил Хелен. Она была обменной студенткой из России, яркой, эмоциональной, полной жизни. Она была тем самым хаосом, которого он всю жизнь избегал, но её улыбка, её непредсказуемость на мгновение растопили лёд вокруг его сердца. Он поддался иллюзии. Он подумал, что может совместить два мира — свой стерильный порядок и её яркий, живой беспорядок.
Они поженились. Родился Кендзи. И иллюзия начала рушиться. Плач ребёнка, не вписывающийся в график. Беспорядок в доме. Эмоциональные всплески. Хелен хотела общения, тепла, спонтанности. Кацура же всё больше уходил в работу, в свой единственно понятный мир чёрного и белого. Рождение сына, вместо того чтобы объединить, окончательно обнажило пропасть между ними. Кацура видел в сыне не личность, а новый, сложный и неуправляемый элемент системы, угрозу своему хрупкому внутреннему порядку. Когда Кендзи подрос и начал проявлять характер, Кацура не выдержал. Он ушёл. Просто перестал возвращаться домой. Это был не разрыв — это было стирание неудобной реальности.
Годы спустя, уже работая в Курокава-Чо и столкнувшись с феноменом «Тихого Вещания» и «Потерянных Теней», он наткнулся на дело о жестоком убийстве. Жертвами оказались его бывшие соратники — Акицу, Тацую и Сумико. Их нашли в заброшенном здании, их тела были расположены в виде геометрически точной фигуры. Это было не просто убийство. Это было послание.
Расследуя это дело, Кацура впервые осознанно вошёл в Мир Искажения. И нашёл их. Не призраков, а их Тени. Искажённые, но узнаваемые. И они были не враждебны. Они приветствовали его.
«Мы поняли, Кацура, — сказала Тень Акицу, её голос был шелестом перелистываемых страниц. — Этот мир — ошибка. Хаос, порождённый человеческими слабостями. Но здесь, в этом месте, можно всё исправить. Построить новый порядок. Идеальный.»
«Ты всегда был одним из нас, — добавила Тень Тацую, её форма напоминала непоколебимую статую. — Ты просто боялся сделать последний шаг. Стереть грязь реальности.»
«Присоединяйся к нам, — прошептала Тень Сумико, похожая на диаграмму связей. — Вместе мы сможем очистить этот город. Сделать его тихим. Предсказуемым. Таким, каким он должен быть.»
И Кацура понял. Его бывшие друзья не были убиты. Они эволюционировали. Они нашли способ превратить свой идеал порядка в физическую силу. Они стали архитекторами нового мира, мира без лжи, без боли, без неуправляемых эмоций. Мира, где его сын никогда бы не смог причинить ему боль, потому что у его сына не было бы таких эмоций.
Их убийство было инсценировкой. Ритуалом перерождения. Они стёрли себя из старой реальности, чтобы обрести силу для создания новой.
Кацура присоединился к ним. Он стал их глазами и руками в реальном мире. Он направлял «стирание», убирая тех, чьи Тени были слишком слабы, чьи эмоции слишком сильны. Он искал ключ, катализатор, который мог бы ускорить процесс. И он нашёл его в лице своего племянника, Жени — живого оружия, рождённого из хаоса, но способного этот хаос уничтожить.
Стоя в Мире Искажения рядом с Тенями своих бывших друзей, Кацура Кугиме наконец обрёл покой. Здесь не было плачущих детей, не было требовательных жён, не было неподконтрольных чувств. Здесь был только порядок. Безупречный, безмолвный и вечный. И он был готов заплатить любую цену, чтобы этот порядок восторжествовал. Даже если этой ценой была душа каждого жителя Курокава-Чо, включая его собственную.