Глава 20. Первый снег
«Знаешь, почему снег белый? Потому что он забыл свой цвет ...»
Код Гиас. Восставший Лелуш
POV Адриан
- Выше руку! Правую ногу немного в сторону!
- Зачем? Это же донельзя глупо!
- Слушай, что тебе говорят!
- Ты выставляешь меня идиотом!
- Идиотом? Я учу тебя, неблагодарный! Или же хочешь на обучение к Мастеру?
- Пф ...
Отбросил со лба непокорную прядь волос и нехотя последовал совету Созерцателя. Песчаное покрытие, вокруг меня такие же новички. В воздухе затхлость, да такая, что дышать порой становилось невыносимо. Переставляю ноги по указу Феликса, но в какой-то момент упускаю из виду его оружие. Мгновение, и я всем телом валюсь на песчаную поверхность.
- Вот и вся твоя самоуверенность, - мужчина протягивает ладонь мне на встречу, - В тебе есть сила, но нет внимательности. И эта самая невнимательность, в конечном итоге, может сыграть с тобой злую шутку.
Проигнорировав жест, резво поднимаюсь на ноги, при этом крепче сжимая стеклянный шест. Феликс вновь занимает боевую стойку, поднимает оружие. Бой возобновляется. Наступаю, но мужчина уворачивается, да так ловко, словно бой для него - просто танец. Шаг за шагом, движение за движением. На миг чувствую натиск, но вовремя отражаю удар. Тесню Созерцателя к северной стене площадки, но тот на это лишь ехидно улыбается. Неизвестный мне прием, перевес с правой ноги на левую, цепкий рывок за руку, размах, и я вновь оказываюсь на земле. Лицом в песок.
- Вот она, знаменитая ловкость Черного Кота, - съязвил Феликс, опираясь на собственный меч, - Как ты с такой координацией спасал Париж?
Донельзя разозленный вновь поднимаюсь на ноги. Поднимаю шест, с размахом наношу удар. На Бражниковых марионеток он работал на раз, но забыл мой разум, с кем я, в сущности, имею дело. И допустил в своих действиях очередной просчет. Феликс делает еле заметный шаг в сторону. Шест соприкасается с его мечом, но лишь мимолетно. Очередной толчок в плечо, и я вновь падаю. Только в этот раз на спину.
- Тебе еще учиться и учиться, герой, - вздохнул Феликс, в очередной раз протягивая руку, - Эльза предупреждала, что с тобой будет сложно, но не думал, что настолько.
- Как ты это делаешь? - в этот раз все же принял помощь со стороны Созерцателя, - Я не замечаю, как ты двигаешься!
Феликс самодовольно улыбнулся.
- Годы практики и упорства, - произнес он, - Будешь слушать меня, а не пропускать наставления мимо ушей, возможно, сможешь двигаться так же!
- Созерцатели не должны вмешиваться в дела людей. Так зачем все это?
- Порой бывают моменты, когда стоит вмешаться ...
- Ты в этом участвовал?
- Да, и ни единожды. Так, ты меня с толку не сбивай. Занимай позицию! Будем отрабатывать до тех пор, пока не поймешь!
- Думаешь, получится?
- Не сомневаюсь. Начинаем с самого начала ...
Следующие несколько часов проходят, как в самом настоящем тумане. Повторение элементов, шаги, за которыми я по-прежнему не поспеваю. Феликс терпеливо показывает, рассказывает, как правильно применить оружие. Я же порой чувствовал себя последним глупцом. Столько лет фехтования, а я, как оказалось, не знаю самого элементарного. И это чувство внутри. Оно должно было отпустить мой разум с того самого момента, как я переступил порог Летарии и окончательно примкнул к Ордену. В реале же оно до сих пор со мной. Тревога, полный дисбаланс с самим собой и внешними факторами. Для Созерцателя важен этот самый баланс. Некая гармония с внешним и внутренним миром. Я же этой гармонии не ощущаю. И вряд ли когда-нибудь смогу достичь.
- У меня больше нет сил смотреть на это, - вздохнул Феликс, в очередной раз повалив меня в песок, - Перерыв. Десять минут. И соберись же ты, наконец, с головой!
Не успел я и слова сказать, как Созерцатель развернулся и порывисто направился в сторону выхода с песчаной арены. Чувствуя себя несколько разозленным, схватил шест и двинулся совершенно в противоположном направлении. В голове те же мысли, с которыми давно нет сладу, пальцы, раз от раза сжимают закаленное временем стекло. Порой хочется кричать. Настолько громко, чтобы услышал весь мир. Готов, рвется крик, но в какой-то момент вспоминаешь, что к Созерцателям ты присоединился по собственной воле. И крик этот утопает, а позже и вовсе исчезает. Так, словно его никогда и не было.
- Ты так похож на нее ...
Поднимаю глаза.
- Здравствуй Дуусу ... - лишь произношу в ответ.
Еще одна загадка на мою голову. Квамми моей матери - Павлин. Её талисман перешел ко мне вместе с правом вступить в Орден Созерцателей. Познакомившись с Дуусу, я вновь начал задаваться вопросами о том, сколько же на самом деле носителей талисманов. Леди Баг, Рена Руж, Черный Кот, Бражник, Павлин ... На мгновение вспоминается Часовщик, но талисман этого носителя несколько иной. А сколько таких героев еще разбросано по свету!
Сотни талисманов, десятки людей, шесть континентов.
И столько неизведанного.
- О чем думаешь? - несколько неожиданно спрашивает Квамми.
Вновь поднимаю глаза. Осматриваюсь вокруг.
- Этот мир так непонятен мне, - тихо произношу я, смотря на стеклянный город с высоты птичьего полета, - Здесь нет солнечного света, повсюду зеркала и коридоры, что ведут куда угодно, но только для того, кто посвящен в сие тайны. Двенадцать Созерцателей во главе с Мастером Зеркал, что диктуют условия не только этому миру, но и тому, кто остался по ту сторону зачарованного стекла. А я ... Я совершенно не могу сладить с собой. Понимаешь?
- Понимаю, - Квамми в аккурат приземлился на мое плечо, - Эльза тоже порой рассуждала на эту тему, но находила ответы ...
- Я не она, - горько усмехнулся в ответ, - Ответы на мои вопросы найти невозможно.
- Все возможно, если верить в это. Тоже самое, как верить во что-то лучшее. В чудо!
- Однажды я поверил в это самое чудо. И к чему меня это привело?
На это у Квамми, как и ожидалось, ответа не нашлось.
Прижал колени к подбородку. Вновь осмотрелся вокруг. Подо мной огромный стеклянный город, в котором совершенно нет никакого движения. Сооруженный из хрустальных граней, великолепный, но такой безжизненный.
Словно мертвый ...
***
POV Автор
- Ребята, прошу внимания. Два ученика нашего класса временно выбыли из строя. Адриан Агрест и Маринетт Дюпен-Ченг. Оба находятся в больнице ...
Речь Мадам Бюстье казалась скомканной и несколько несвязной. Тщательно подобранные слова, которые, с одной стороны, можно было произнести на одной ноте. Но этот случай был несколько иным. Середина учебного года, два ученика старшей школы в тяжелом состоянии. Всеобщий гул, попытки выяснить, что же на самом деле случилось. Вокруг недоумение, выкрики. В её же голове только шепот. Как отражение прошлого, он преследовал её с тех самых пор, как она приняла столь тяжелое решение.
Какое именно?
Алья приложила пальцы к вискам и слегка потерла. Гул не унимался, только теперь его всячески перекрывали вопли Хлои Буржуа.
- Мой милый Эдрикинс, - причитала девушка, - Угодил в такую неприятную историю! Кто же теперь будет играть в нашем мюзикле?
- Тебя только это волнует? – возмутился Натаниэль, - Мы остались без солистов и художника по костюмам!
- Это же не главное, - возразила Роуз, - Они наши друзья. В первую очередь мы должны думать об их благополучии ...
- А что, в частности, произошло? – вопрос со стороны Нино.
Мадам Бюстье продолжила свое повествование. Класс слушал, по-прежнему перебивая друг друга. Алья же только скрестила руки. Взгляд направлен куда-то в сторону окна, где погода того гляди из осеннего дождя превратиться в первый ноябрьский снег. В голове только последние события. Поиски Черного Кота и роковое падение Леди Баг. В какой-то момент Алья Крепко сжала пальцы на собственных плечах. С того момента прошло несколько дней, а девушка до сих пор не может отбросить мысль о том, что всего этого можно было избежать. Вовремя протянуть руку, подстраховать, да просто отговорить от идеи куда-либо идти. А теперь ...
Гул не прекращался. Девушка еле заметно передернула плечами. Каким жестоким порой бывает мир. Обычный людской мир на глазах превращается в кем-то грамотно расставленную шахматную партию. По одну строну Бражник. С ним на стороне темные сущности, которые ради избавления от собственной боли и мечты готовы предавать, порабощать, менять то, что им когда-то было любо и дорого. По вторую сторону стоят герои. Они защищают, при этом жертвуя всем, что у них есть. Дружба, любовь, собственное будущее, которое каждый хочет встретить в мире и гармонии. Несколько лет игры, и с доски начали исчезать фигуры. С обеих сторон. В команде Бражника злодеи замещаемые, когда со стороны героев начались глобальные потери. Кот Нуар, Леди Баг ... Силы Созидания и Тотального Разрушения ...
Осталась лишь она одна – Лиса. С магией Иллюзии.
И никого более ...
Просто гул перерос в самый настоящий спор. Предстоящий мюзикл тоже оборачивается крахом. Можно набрать новую команду, так же можно создать новый сольный коллектив, но это будет уже не то. Новые лица, новые обязанности. Практически все начинать с самого начала. Подстраивать песни, перекраивать сценарий, думать о том, как можно извернуться в той или иной ситуации. И если ситуация с мюзиклом более, чем ясна, то как быть с героями?
Где найти ответ на этот вопрос?
Погода в конец переменилась. Мелкие снежинки заполняли пустые улицы, явно радуя редких прохожих. Алья присмотрелась. На перекрестке, под неприметным черным зонтом остановился человек. Невысокий в росте, седоволосый. Зоркий взгляд направлен прямо на девушку. Еле заметный кивок, и все встает на свои места. Со звонком Алья хватает сумку и под общий шум и гам выбегает из аудитории. Чуть позже покидает и здание школы.
Кажется, ответы на ее вопросы все же существуют.
Кто же их даст?
Алья бежит мимо учебных корпусов, перебегает через дорогу, еле заметно склоняет голову. Мужчина смотрит на нее внимательно, но несколько серьезно.
- Здравствуй, Рена Руж ... - еле слышно произносит он.
Ответ не заставил себя долго ждать.
- Здравствуйте, Мастер ...
***
POV Маринетт
Перед глазами границы серого небытия. По левую руку - одинокая пустота. По правую - такие же просторы. Вокруг ничего. Только темный мрак. И даже если протянуть ладонь в поисках света, она потонет, пропадет в тумане. Ни единой фигуры, ни единого отзвука или шума. Только тишина, от которой никуда не деться. Остается лишь стоять на месте и думать. Думать о том, почему ты здесь?
Как попал сюда?
Делаю шаг, второй, третий. Картина вокруг меня не меняется. Лишь сгущается мрак. Тяну ладонь, но пальцами касаюсь лишь холодного воздуха. Соберись, Маринетт, нужно выбираться отсюда ...
Становится холоднее. Обжигает воздух, изо рта вырываются клубы белого пара. Руки тянутся к плечам, трут. Пытаюсь согреться, но тщетно. Чувствую, как холод подбирается к сотканному туманом одеянию, как скользит по телу, подбирается к сердцу. Прижимаю ладонь к груди, с губ срывается тихий крик. Неужели моя история закончится так?
Неужели ...
И тут что-то вырывает меня из бытия. За плечи словно тянут чьи-то руки, перед глазами пляшут только золотые искры. Никто не зовет, сопротивляюсь, но вновь тщетно. Ноги уже сами делают заветные шаги. И мрак расступается.
Раз, два ...
- Три!
Подрываюсь резко, да так, что оказываюсь в чьих-то объятиях. Белый халат, плечи обнимают сильные руки, легкий аромат парфюма ... Хочу ответить, понять, что происходит, но голова совершенно не соображает. Где я?
Что я здесь делаю?
Ответы на мои вопросы пришли незамедлительно. Небольшое помещение, белые стены, по левую руку монитор и большое окно. Заметно испортилась погода, но не эта суть важна. Выпускают из объятий, аккуратно укладывают обратно на подушку. Настороженный взгляд с моей стороны. Нет ...
- Добро пожаловать обратно в мир живых, Леди Баг ... - произносят в ответ.
Сердце бьется с утроенной силой. Готьер аккуратно сжимает мою руку. Этот жест ... Обычно им успокаивают, показывают, что все хорошо. Все обошлось. Я же чувствую лишь сильную панику и желание бежать отсюда, куда подальше. Он знает, кто я ...
Знает ...
- Как? - еле слышно спрашиваю я, - Откуда знаете?
- Есть у нас с тобой один общий союзник ... - на спокойной ноте произнес Готьер, - Не бойся, я никому не расскажу. Ведь герои должны держать свои сущности в тайне, не правда ли?
Мимолетная улыбка, которая обычно приносила то же спокойствие, не принесла мне, в сущности, ничего. Лишь усилила внутреннюю тревогу. Общий союзник ... Мысленно дала себе подзатыльник. Вот же ж хитрая лиса ...
Все она знает!
- Что ты помнишь? - спрашивает Анри.
Поворачиваю голову в сторону окна. Кажется, или Париж заметает первый снег?
- Провалов в моей памяти нет, - так же еле слышно произношу я, - Все помню. Абсолютно ...
- Помнишь, как упала?
Вновь задумчивый взгляд.
- Помню ...
Собственный голос кажется ломким и таким же потерянным. Перед глазами встают последние картины. Крыша, собственные подогнувшиеся ноги, десятки воспоминаний, моментов, что возвращались с удвоенным натиском. Забыла важное, вернула, оступилась и упала в объятия мрака. На мгновение крепко зажмурилась, закрыла лицо руками и совершенно беззвучно застонала. Герои никогда уже не выйдут на улицы Парижа в привычном составе. Почему?
Не сладим с воспоминаниями, не найдем своей гармонии. А еще и Адриан ...
Черный Кот ...
По щекам катятся слезы градинами. Тишину мгновенно наполнили звуки рыданий. Готьер вновь сжимает мою руку, пытается успокоить, но ничего не выходит. Больно. Настолько, что хочется кричать. Я должна уходить отсюда. Должна вернуться в патруль, чего бы мне это ни стоило. Должна найти Рену Руж и выяснить, наконец, кто же она на самом деле!
Понять, что связывает её и мир по ту сторону зеркала!
Сажусь в постели, против воли врача пытаюсь встать. Мне бы это удалось, но неожиданная боль в левой ноге сломала все мои ранее намеченные планы. Плотная повязка, новая попытка с моей стороны встать. Судьба же в этот раз решила зайти с более жесткой стороны. Закружилась голова. В конечном итоге мои попытки были просто напросто остановлены. Последняя обернулась падением в руки главврача.
- Костюм не защитил тебя от полета с крыши в полной мере, - произнес Готьер после того, как я позволила ему вернуть себя в постель, - Перелом щиколотки, множественные синяки, сотрясение. Рена Руж поступила правильно, обратившись сразу ко мне. Иначе это вызвало бы множество вопросов. Было ли такое раньше?
Перевариваю услышанную информацию. Пальцы мимолетно коснулись зачарованной сережки. Костюм всегда был нерушимой преградой между мной и внешним миром. Защищал, давал силы, был неотъемлемой частью меня. Это были времена, когда разум и сердце были едины, когда у меня была цель. Сейчас же я чувствую себя расколотой. На несколько частей, что собрать воедино будет донельзя сложно. Сомнения, душевные тяготы, не зажитые раны ... Все это делает незалатаемая брешь не только во мне, но и в Квамми. Некогда одно целое. Сейчас же - две отдельные друг от друга части.
И нет больше вопросов, как я попала в Питие Сальпетриер.
Как и нет ответов из прошлого ...
- Родители знают? - спрашиваю я.
- Только ту версию, что сочинили я и твоя союзница, - ответил Готьер, снимая с монитора показания и внося в планшет, - Они здесь. Я позову их, как только будешь готова к встрече.
- Как Адриан?
- Без изменений. Большего сказать, к сожалению, не могу. Позвать родных?
- Зовите ...
Когда Готьер ушел, я вновь встала и кое-как доковыляла до окна. Улицы заметал первый снег, небо казалось хмурым и серым. Вцепившись пальцами в широкий подоконник, я думала лишь о том, насколько теперь в Париже станет опасно. Злодеи не будут сидеть на месте, и как только новости о сошедших с пьедестала героях дойдет до Бражника, он нанесет решающий удар. Хочется призвать Тикки, поговорить, обсудить, построить план дальнейших действий, но нет. Я должна придумать, как действовать, самостоятельно. Должна просчитать все на десяток шагов вперед.
Да, Черный Кот выпал из строя.
Да, я оказалась в похожем положении. Но не время раскисать.
Непроизвольно сжимаю пальцы в кулак. Смотрю на внешний мир и призываю Тикки. Квамми появляется как раз вовремя. Для именно?
Загадочно улыбаюсь.
Рена Руж ведь рано или поздно сама придет сюда?