18. Магия
Я никогда не узнаю его секреты.
Пусть. Меня это устраивает. Если он рядом.
Мы слишком разные, чтобы жить в гармонии и понимании. Я могу идеализировать реальность, утверждая, что противоположности притягиваются, живут долго и счастливо, умирают в один день.
Он никогда не сможет открыться мне, открыть свои тайны. Для него это проявление слабости, а он не может этого себе позволить. Я понимала, что он воспринимает меня далеко не так же, как я его. Возможно, я просто развлечение для него, не больше. Но мы оба понимали, что я могу стать этим самым «большим». Ему нужно меня просто впустить.
Пускай мы не будем вместе через пять лет, а может и месяцев. Это один из немногих случаев, когда мне вообще не хочется думать о будущем. Только о сейчас. А сейчас мы вместе.
Голова Янниса, разрисованная мукой и корицей, покоится на моем плече. Отсутствие сна сказывается на его организме. Он уснул, как только поезд рушил. Пассажиры бросают на нас косые взгляды и посмеиваются в кулак, тыкая. Не мне их винить – мы запачканы джемами и сметаной.
За окном мелькают просторные поля и густые леса. Зачаровывает. Я никогда не была во Львове, но неоднократно слышала об атмосфере и харизме города от других.
Спонтанные решения часто являются самыми лучшими, потому что ожидания еще не успели перебежать за нулевую отметку, а энтузиазм с радостью только зародились и переполняют каждую клетку.
Это любовь с первого взгляда. Если только вокзал настолько впечатляет, то каким же будет сам город? Толпа направляет нас по широким массивным проходам, но Яннис не обращает на поток людей внимания, он уверенно лавирует по просторному помещению без сторонней помощи.
Яннис повел меня в уборную, где дожидался меня под дверью, пока я приводила себя в порядок: попыталась пальцами расчесать волосы, отряхнула кофту от муки, вытащила из прядей волос изюм, помыла руки, избавляясь от пятен какао. Когда я вышла, уже больше напоминая адекватного человека, заметила, что Яннис тоже успел умыться. Он лениво опирался о дверной косяк и улыбчиво показывал на пластиковую карточку в своей руке.
— Угадай, что я нашел в карманах своих джинсов.
— Абонемент на круглосуточную поставку кофе?
— Лучше!
— Разве может быть что-то лучше этого?
— Карточка Кирилла. Без-ли-мит-ная.
— Я должна сейчас заплясать от радости?
— Сделать сальто назад, броситься мне на шею и обцеловать с макушки до пят, - подтвердил Яннис.
— Сейчас-сейчас, дай только ноги разомну. В конце будет еще шпагат в воздухе, так что готовься!
— Это ты готовься!
— К чему?
— Знаешь, чем славится Львов?
— Шоколадом.
— Кофе, - Яннис улыбнулся еще шире, оставив все неприятное в Сонном городе. Он закинул руку мне на плечо и повел знакомить с городом. С его кофейной стороной.
Мы сели на трамвай, который был подозрительно пустым, и отправились в Старый город, на площадь Рынок. Жители послушно компостировали свои талоны и наслаждались тишиной вокруг. Будто музыка играла внутри них. Каждое слово, слетающее с губ Янниса, разносилось по целому вагону. Его обычный тон походил на крик в этой неудобной тишине. Я постоянно на него шикала, желая не привлекать к нам лишнего внимания, но парень специально повышал тон и хитро улыбался. Он с интересом разглядывал здания, мелькающие за окнами, когда же я не могла отвести взгляд от него самого. Я будто зависла. Зачем мне ваша архитектура за стеклом, когда я касаюсь плечом самое красивое создание?
Но как только мы вышли на улицу, я тут же поспешила забрать свои слова обратно. Город восхищал.
Он был пышным, но в том же время изящным, очаровывал своим бесподобием. Мои глаза спешили ухватиться за каждую увиденную вещь, запомнить ее изящество. Утонченные соборы закрывали собой отрывки неба, с балконов домов свисало зеленое кружево цветов, витражные окна отбивали солнечные луки, ослепляя роскошью. Вдоль площади стояли чудные палатки, густо усыпанные леденцами разных размеров, форм и цветов, игрушками ручной работы, мешочками с кофейными зернами, сувенирной атрибутикой...
— Хочешь жаренные каштаны? - вырвал меня обратно в реальность парень.
— Тут и такое продается? - удивилась я. Никогда не пробовала подобное лакомство. Каштаны вообще можно есть или это очередная уловка?
— Подумай, что бы ты еще хотела попробовать, а я пока сгоняю сниму деньги с карточки.
Яннис зашагал к белоснежному зданию, оборачиваясь в мою сторону через каждый шаг. Будто проверял, не сбежала ли я.
С жадностью вдыхаю морозный воздух и обимаю себя руками - тело окатило волной холода. Тучи сгущались, спрятав за свои плечи робкое солнце.
С трепетом разглядываю город, ассоциируя его с душевным мужчиной. Он очаровывает своим величием, манерами, радушием, не скупится на комплименты, развеивает одиночество и тоску. Как Яннис. Я стою тут абсолютно одна, в незнакомом городе. В карманах - ни копейки. Но мне вовсе не страшно. Ни чуть.
Будто после долгих блужданий без ориентиров, заблудившись в своих мыслях, я нашла желаемый ответ. Я хотела бы здесь жить.
Яннис вскоре вернулся. Первым делом накинул на меня свою темно-синюю спортивную кофту без всяких расспросов. Мои ладони утонули в ее рукавах, как и я сама. Со стороны я, наверное, напоминала бесформенный мешок.
Было тепло.
Он вел меня по узким улочкам, заставляя все внутри расцветать от осознания, как же чертовски прекрасно жить. Быть с этим человеком. Сердце билось удвоенным ритмом, а в ушах разливался терпкий любимый голос.
Яннис строил из себя всезнающего экскурсовода, чьи истории граничили с небылицами.
— А справа от тебя находится скамейка, на которой ночью развлекалась сама Королева Елизавета Вторая, когда была еще совсем юна.
— С кем же?
— С одним брутальным бариста, - ответил Яннис, явно довольный тем, что я подхватила его глупую выдуманную историю.
— Он покорил ее своим кофе?
— Поверь, у него были другие заслуги. Более выдающееся!
— Какие же?
— Тебе еще рано слышать подобное.
— Действительно, куда мне. Нужно какао по вечерам пить и куклами играться.
— О чем ты?
— О какао.
— Я не понимаю.
— Я тоже.
— Хорошо.
— Хорошо.
Моя шея предательски изнывала от постоянного блуждания с высоко поднятой головой - я пристально разглядывала дома, украшенные изящными элементами. Стены венчали карнизы, едва заметные каменные волны, живописная лепнина. Проскакивали и пугливые трещины. Сами стены от многочисленных слоев покраски успели выцвести, что только добавляло атмосферы этому городу.
— На этом балконе, - нет-нет, левее смотри, где фиалки цветут, - десятки лет назад стоял Джон Леннон, пока Йоко Оно ему серенады пела. А чуть правее, где балкон завален хламом, сушил яблоки Алан Бредли.
— Думаю, он скорее там химические эксперименты проводил.
— Ты явно его недооцениваешь!
— А Кассандра Клэр на каком балконе? — перед нами стоял трехэтажный хиленький домик цвета молочного шоколада.
— А вот она поселилась на самой крыше. Ближе к магии.
— Никогда не была на крыше, - мечтательно призналась я.
— Ты многое потеряла.
— А мы не могли бы...
— Нет, - отрезал тут же Яннис, не дослушав.
— Почему? - недоумевала я.
— Слишком опасно.
— Я же не собираюсь натягивать канат между домами и ходить по нему.
— Я не о падении.
— А о чем тогда?
— Магия, помнишь? - молвил он после долгих раздумий.
Я гадала по домам, как по кофейной гущи. И то гадание шептало о Яннисе.
Брусчатка топилась под моими ногами. Я старалась запомнить каждый сантиметр окрестностей, чтобы неоднократно воспроизводить сцену перед сном. Лучшая колыбель. Хочется затеряться, ночевать под открытым небом и гулять босиком.
Знакомый запах выпечки становился ярче с каждым шагом. Мы перешли в более оживленную улицу с рядами крохотных кафе. Жители города безразлично сновали вокруг - как им удалось привыкнуть к этой красоте, воспринимать ее за привычное? Как к такому можно вообще привыкнуть?
Живот игриво заурчал, когда мы минули булочную. И вафельную, с огромными рожками пузырчатых вафель с мороженым и фруктами внутри. И итальянскую пиццерию, за огромным окном которой пиццайоло мастерски кружил тесто в воздухе, без труда его подкидывая все выше и выше. И Мастерскую шоколада, и кафе со скандинавской кухней, и пекарню с золотистыми аппетитными круассанами... Мы проходили мимо всего. Кроме кофеен.
В каждую кофейню, что встречалась нам на пути, мы непременно заходили. Будто кроме кофе не существовало других напитков и блюд. В моей крови были превышены все допустимые нормы употребления кофеина, но Янниса это ни чуть не волновало. Он силой меня тащил куда только глаза смотрели. Со щенячьим восторгом и детской любознательностью он следил за варкой кофе.
Пока он соединился воедино с флэт уайтом и разговором с бариста, я смаковала неприлично приторное на вкус мокко. Яннис расспрашивая парня за стойкой о сортах и способах приготовления, а я рассматривала интерьер, важные мелочи, формирующие неповторимый стиль заведения, богатое на разнообразие меню. Нам этого не хватает. Раскованности и риска. «Корица» куда консервативней, сдержанней и... скучней. Во Львове же каждое заведение выделяется на фоне других. Тут тебе и готика, и розовые шкафы со стульчиками цвета фуксии, и велосипеды на потолке, и качели на цепях... Присутствуют яркие акценты, благодаря которым и формируется уникальность.
— Можно мне чизкейк? - перебила я разговор двух помешанных на кофе, когда желудок скрутился в узелок. — И наполеон. А еще эклеры. Поскорее, умоляю!
Парень отвлекся от Янниса, понимающе кивнул и передал мой заказ девушке, что стояла возле него.
— Марта, что я слышу? - воскликнул Яннис.
— Ой, замолчи. Я жутко голодная.
— Прости, - растерянно произнес он, почесывая щетину. — Я что-то не подумал.
— Ты сам-то есть не хочешь?
— Когда я сильно увлечен, то совершенно забываю о подобном.
— Действительно, это же просто еда! Просто вещь, без которой люди умирают.
Яннис что-то ответил, но я его уже не слышала - мне принесли десерты. Я набросилась на чизкейк и, казалось, съела его за один укус. Он был вовсе не забитым, как получается меня, а ягодный соус оттенял воздушность творога - нужно будет попробовать приготовить такой же, малиновый. Затем, уже растягивая удовольствие, я накинулась на наполеон, поразившего меня своей мягкостью. Слоенные коржи творят чудеса! В довершение - неземные эклеры. Серьезно. Они были с другой планеты. Крем так вообще с другой галактики.
Яннис залпом допил кофе и попросил счет.
— Пошли, накормим тебя нормальной едой.
— Неужели мы поменялись местами и теперь ты обижаешь десерты?
— Сладким ты только перебила аппетит, а...
— Да-да, папочка. Можно тогда я выберу заведение?
— Конечно, - махнул Яннис, когда мы вышли на улицу. Вечерело.
— Хочу в МакДональдз.
— Ты шутишь! - простонал парень.
— Даже не думала. Просто это очередное "я не..."
— Ты никогда не ела еду из "Мака"? - с нескрываемым сомнением поинтересовался парень.
— Я никогда не выбиралась за пределы Сонного города, поэтому... Мой список огромный.
— Рад, что могу помочь тебе вычеркнуть некоторые пункты из него.
— Рада, что ты рядом.
Он нерешительно взял меня за руку, да так аккуратно, будто боялся сломать.
— Я дочитала книгу Фрай. И ты чертов обманщик!
— Это еще почему?!
— Там нет ничего о какао! - возмутилась я.
— Так я и не говорил, что оно там есть.
Мы шли по алле, по бокам засаженной пышными деревьями. Вдали виднелся огромный фонтан.
— Почему я - какао?
— Чудная ты, Марта. Ты человек, а не напиток.
Мы зашли через стеклянную дверь с логотипом МакДональдза. Очередь в "Корице" в час-пик не шла ни в какое сравнение со здешней. Яннис лишь пожал плечами, мол, сама хотела. Мы стояли минут двадцать, пока не добрались до кассы. Яннис заказал три порции картошки фри, два огромных бургера, мороженое и два стаканы Колы.
— С собой, - добавил он девушке, принимавшей заказ.
— Мы разве не здесь будем?
— С каких пор тебе нравится скопище людей?
Мы пошли обратно к аллее, сев там на скамейку под широким каштаном. На небе распускались первые звезды. Яннис разложил еду себе на колени, всучил мне в руки сытный бургер, а сам попивал газировку. Пока я утоляла свой голод, парень бросал в меня бруски картошки. Но я не отвлекалась от еды, лишь косо на него поглядывала. Когда он не получил от меня ответной раздраженной реакции, успокоился. И начал метать картоплю-фри по одной вверх, чтобы ее поймать ртом. Такой ребенок.
— Я не обманываю тебя, - проронил неуклюже Яннис, продолжая играться с картошкой.
— Хорошо.
— Я серьезно, Март, - он на секунду отвлекся от своего увлеченного занятия.
Он вовсе не был серьезным. Но я выбираю верить ему.
Мы сидели в глухой тишине, пока небо не захватила полнейшая тьма. Луна плыла по туманным облакам. Я склонила голову на плечо Янниса, а тот искал созвездия. Находя, загибал пальцы на моей руке. Уже два.
Я закрыла глаза - слезы просились наружу.
Счастье.
— Спасибо за этот день, - беззвучно сказала я, чтобы он не услышал.
— Нам пора, - отозвался Яннис, будто зная, что я прервала созданную безмятежность.
— Куда?
— Ну не будем же мы на скамейке ночевать, - показалось, что он поцеловал меня в макушку.
— Не хочу никуда идти, - я шептала, боясь вспугнуть возникающее чувство.
— Тут поблизости мой друг живет, Август. Я уже его предупредил, он не возражает.
— Потерянная душа?
Но Яннис меня уже не слышал. Он осторожно поставил меня на ноги, собрал мусор и ловко закинул его в урну, не отпуская мою талию.
Ноги были ватными. Я оперлась о руку Янниса и шагала с закрытыми глазами. Идти действительно оказалось недолго - в следующее мгновенье мы уже звонили в домофон. Я даже не поняла, как мы успели дойти, если секунду назад я еще сидела на скамейке.
Нам открыл сонный юноша в голубой пижаме с мишками. Вот бы увидеть в подобном Янниса.
Они небрежно поздоровались. Август молча впустил нас в квартиру, пребывая уже во снах, и скрылся в дальней комнате. Мы же свернули в первую дверь слева.
— Ты здесь часто бываешь?
— Раньше - да, - он включил свет. Комната была совсем крохотной, скромно обставлена мебелью: шкаф, кровать и тумбочка.
— Что было раньше?
— Пошли спать, ты очень устала.
— Тут никто не живет? Эта комната...
— Марта, спать.
Но спать мне уже не хотелось. Не тогда, когда Яннис сидит на кровати и скидывает с себя одежду. Я поспешно обернулась к двери, услышав за спиной горький хохот.
— Какао, Марта, такое какао.
— А где я спать буду?
— На кровати, где же еще. Если тебя смущает мое присутствие, то я могу и на кухню уйти.
— Да нет, все в порядке.
Наверное.
— Если в порядке, то выключай свет и ложись.
Я обернулась. Яннис уже лежал с закрытыми глазами, но кончики рта предательски дрожали. Небось, скоро прыснет от смеха. Он накрылся одеялом по самую шею, лежал на краю, рискуя свалиться на пол.
Я скинула спортивку Янниса, хотя с ней расставаться не хотелось больше всего. С его запахом.
— Не волнуйся, я не прикоснусь к тебе.
Я хочу, чтобы ты меня касался.
Я заняла вторую половину кровати, обернувшись лицом к нему.
— Спокойной ночи, Марта.
Я не хочу спать.
— Кофейных снов.
Я хочу присниться тебе.
В сумраке я не видела его лица, но нутром чувствовала, что он улыбается. Мне хотелось прижаться к нему, обнять, провести ладонью по колючим волосам - колючие ли они? Накрыть нас с головой одеялом, чтобы все остальное перестало существовать. Были только мы.
Но Яннис не шелохнулся. Как и я. Мы лежали, боясь даже дышать. Между нами оставались сантиметры расстояния, которые ни он, ни я, сегодня не преодолеем. Я могла слышать стук его сердца. Спит ли он? Что ему снится? Я не смыкала глаз, все вглядывалась в его силуэт. Но была только тьма.
— Какая книга заставила тебя сюда вернуться?
Он уже спал.