Осенью кофе вкуснее

Одно из самых важных и достойных уважения умений – способность отпускать. Обиды, людей, страхи, воспоминания. Оставлять все тянущее вниз за своими плечами, и с расправленными плечами, что освободились от груза прошлого, открываться новому. Мне повезло – я не злопамятная. Когда дело касается других.

Через пару дней забываю обо всех конфликтах, обидных словах и болезненных ощущениях, нанесенными окружающими. Другое дело – обида на себя. Я привыкла быть лучшей, побеждать и доказывать себе в первую очередь, что пределов не существует. Поэтому уже неделю не могу успокоиться, изводя себя мыслями о чертовом франжипане. Даже правильное название запомнила, что приравниваю к героическому поступку. Мне он уже даже снится, от чего я вскакиваю среди ночи в холодном поту. Вокруг слышится шепот: «Ты не справилась!», за чем следует злобный смех. 

— Ба, а ты когда-нибудь готовила франжипан? – подпирая подбородок руками, спросила я, пока бабушка Нелли наполняла тарелку тыквенным пюре.

Я сидела на ее тесной кухне, рассматривала цветы на пожелтевших обоях, которые, как сейчас поняла, никогда не менялись. Круглые часы, висящие на них, следовали заданному ритму. Их стекло страдало от мелких царапин, едва уловимых глазу. Я оглянулась вокруг, рассматривая каждую деталь, знакомую мне еще с детства. Единственное новое приобретение – холодильник, который купил папа в подарок, когда старый начал затапливать полы и выдавать пугающие звуки. Бабушка всячески сопротивлялась, не хотела принимать столь дорогие подарки, именуя их подачками, но сдалась, когда старый холодильник пропел прощальную песню.

— Это какой-то новый полуфабрикат? – морщась, поинтересовалась бабушка, ставя передо мной дымящую блекло-оранжевую жижу. Она готовит каждый раз, когда я прихожу. Будучи дома одна, обходится овсянкой и макаронами. Поэтому я утешаю себя мыслью, что прихожу не просто вкусно поесть, но и покормить бабулю. Даже если поваром будет она сама. Бабушка обожает готовить, ее книга рецептов настолько объемная, что напоминает томик «Войны и мира». Но, как говорит она сама, когда не для кого, то весь смысл теряется. Может поэтому ежедневно мне звонит, зазывая в гости. Как правило, трижды в неделю мы встречаемся у нее дома – раньше она приходила ко мне, но потом, из-за болей в спине и ногах, это стало трудновыполнимым. Бабушка Нелли готовит мне каждый раз что-то новое или давно мною забытое.

— Нет, это... - то ли постеснялась, то ли побоялась произнести слово «десерт», - не важно. Ба, а когда здесь в последний раз делали ремонт?

— Твои вопросы часто непоследовательны, но сегодня они еще и нетипичные, - лишь и сказала она.

— Так что насчет ремонта? У Вас же до сих пор ковры на стенах висят!

— А что плохого в коврах?

— Сейчас уже никто с ними не живет.

— Ну и пусть. Какая разница? Главное, что мне нравится, пирожок. Да и зачем тратить деньги на ремонт в моем-то возрасте? Все эти вещи, которые ты посчитаешь старьем, были со мной на протяжении многих лет. Они – сопровождающие моей жизни. Были свидетелями счастливых моментов, болезненных, страстных и трепетных. Твой дед сделал мне предложение прямо на этой кухне, за этим столом! Хорошая моя, эта мебель помнит гораздо больше, чем я. Она хранят самое ценное – память.

— Неужели тебе никогда не хотелось начать с чистого листа? – ложкой я вырисовывала кривые линии, что медленно разглаживались в текстуре пюре.

— Его не существует. Проще начать писать историю, где будет больше света и добра, продолжая начатую, чем бежать от прошлого, судорожно переворачивая исписанные страницы в поисках чистой, - мы обе замолчали, уйдя в свои размышления. – Погоди-погоди, как ты там сказала – франлапам?

— Франжипан, - поправила ее я.

— Так это же новый десерт в кондитерской на угле «Корица»! Вчера хотела купить, но там как раз только испекли мои любимые пирожки с вишней, а как может одинокая старая женщина устоять перед горячим тестом, пьянящим запахом печи. Неужели тебя заинтересовали десерты?

Ответить мне было нечего. Поэтому я начала жадно поглощать слегка остывшее пюре, видя перед собой самодовольное лицо Жюльена. Похоже, его сейчас стали обожать еще больше, раз ввели десерт в меню.

— А не с грушей, случайно?

— Помню, были бананово-вишневые, яблочные... - бабушка задумалась, пялясь в стену, - да-да, грушевые были!

— А Вы бы не захотели попробовать лимонные с киви? – робко поинтересовалась я.

— Что это за глупости? Это же издевательство вкусовых рецепторов! – слегка сердито сказала она, будто я предложила ей отвратительнейшую вещь.

Приуныв окончательно, я сумбурно попрощалась с бабушкой и собралась домой. Решила идти на остановку, которая подальше, а то ближайшая находится как раз возле «Корицы», напоминающей о поражении.

Но от нее, как оказалось, не убежать. Знакомый силуэт женщины стоял у скамейки. Кира.

Я не решалась подойти, смотря куда угодно, но только не на нее. Какие прелестные кусты, расположившиеся вдоль тротуара, так и норовит пересчитать каждый их листик! Я боялась пошевелиться, сделать громкий шаг, понимая, что малейшее движение сможет спровоцировать то, что она обернется и увидит меня. Затаившись в тени деревьев, мне пришлось испытать глубочайшее предательство – мой телефон зазвонил. Папа умеет выбирать удачные моменты для звонков.

— Марта?- вместо приветствия сказала Кира. – Какая неожиданная встреча!

Я бы заменила слово «неожиданная» на «неприятная», ибо сомневаюсь, что она рада меня видеть после моего жалкого обмана. По сути, я ни о чем не соврала, ведь просто молчала. Но это настолько глупое оправдание, что ни в чем не уступает «Я не знал, что если разлить бензин и кинуть в него зажженную спичку, все загорится».

— Простите, пожалуйста, за тот случай, - искренне извинилась я, нервно поглядывая на дорогу. Скорее бы приехало хоть какое-то транспортное средство, я готова сесть на первое приехавшее, чтобы избежать текущего разговора.

— Что было, то было. Зато есть, что вспомнить, - улыбнулась мне она, рискуя кончиками губ коснуться мочки ушей. — Послушайте, Марта, а Вам удалось найти работу?

— Кондитера? Нет.

— Ну и Слава Богу! – с облегчением произнесла Кира. Это она сейчас радуется за людей, которым не придется проходить тяжелое испытание «Десерты от Марты»? – Не поймите превратно мою реакцию, - защебетала она, заметив мое непонимание, - просто у нас сегодня освободилось одно место. Не кондитера, - уточнила она, резко перейдя на напущено серьезный тон.- Все куда скромнее – должность кассира. Что скажете?

Мне уже 20 лет, я до сих пор нигде не работала. Кафе меня очаровало своей атмосферой и уютом. Работа не связана с готовкой. Что я скажу?

— С удовольствием приму Ваше предложение!

Утро следующего дня я посвятила поискам сокровищ, коими являлась для меня подходящая одежда для собеседования. Но то ли я искатель на троечку, то ли мой стиль ни разу не официальный. Много растянутых футболок с нелепыми слоганами, вязанных свитеров, в любви к которым я клянусь каждый холодный сезон, протертых джинсов и кед. Это мое первое собеседование в жизни, поэтому нужно выглядеть как можно презентабельней. Вряд ли мне удастся красивым внешним видом стереть память Кире о том злополучном десерте, но хотелось показать свое серьезное намерение. Вдруг она вновь устроит какое-нибудь состязание: кто скорее посчитает деньги в кассе, продаст сомнительный пирог, разговорит немого покупателя и всякое прочее. Нужно быть готовой ко всему. Но пока я томно вздыхаю, глядя на свою одежду.

Выбрав самый безобидный вариант: серую футболку и черные джинсы с высокой талией, - я на всякий случай вышла из дома на полчаса раньше, желая отличиться коммуникабельностью. Могла бы я подумать в университете, что буду так нервничать из-за должности жалкого кассира? Жизнь любит подшучивать над нами, заставляя нарушать свои многочисленные «никогда».

Светофор останавливает красным цветом. Пока поток машин проносится передо мною, я пристально смотрю на деревянную вывеску «Корица». Пытаюсь услышать свою интуицию: станет ли это место моим убежищем на эту осень, сумеет ли согреть и уберечь от угрюмых ветров? Я верю, что все в нашей жизни происходит неспроста – все взаимосвязано. Поэтому иду на поводу знаков, которые ведут меня сюда: встреча с однокурсницами именно в этом месте, спонтанная, но весьма дурацкая просьба Маши позвать администратора, чтобы занять вакансию кондитера, встреча с Кирой на остановке... Закрываю глаза на то, что это кондитерская. Пора что-то менять в своей монотонности. Боюсь одной мысли, что это мой максимум. Что я так и проживу, бесцельно существуя. Пусть это совсем небольшой шаг, но верю, что он станет первой ступенью.

Стоило мне открыть дверь заведения, как я сразу вспомнила первое очарование этим местом – оно не исчезло, лишь усилилось. Удивительно. Я чувствовала себя... дома. Безопасно, свободно и воодушевленно. Будто после долгих скитаний меня встретил друг и укрыл плечи клетчатым пледом.

Одинокие Сонные жители сидят у окна со своими ноутбуками. У каждого стаканчик кофе. Никогда не понимала привязанности к этому напитку, что неприятно горчит и оставляет такое же послевкусие. Его еще напитком любви называют, что вызывает у меня усиленное непонимание. Неужели она такая же терпкая на вкус?

За кассой стоит все та же девушка, что и при первом моем посещении кафе.

— Здравствуйте, - нерешительно обращаюсь к незнакомке, - мне Кира назначила встречу...

— Ой, ты на должность кассира, может? – откровенно радуется загорелая девушка с чересчур подведенными черным глазами, - Наконец-то! А то я уже не выдерживаю работать без выходных. Эти люди... Я лучше промолчу, чтобы тебя не вспугнуть. Сама поймешь, - подмигивает мне она, - но эта работа самая лучшая. Честно-честно! Только не убегай от нас, пожалуйста! Тут все уже устали от быстрого течения кадров.

Девушка позвала ребят, работающих сегодня, представив меня своим спасением. Бородатый парень, тот самый, который оттянул от меня странного брюнета, махал ладонью и скромно улыбался, рядом с ним стояла хрупкая блондинка, не проявляющая никаких эмоций.

— Познакомься, это Юра и Ия, - представила мне сотрудников особо активная девушка за кассой, - они встречаются, поэтому, если тебе понравился Юра, лучше смени ориентацию, пока Ия не разрушила твою жизнь, - предупреждающе, но шутливо сказала она, резко отойдя в сторону в сторону, мгновенно реагируя на полотенце, брошенное в нее Ией. Похоже, мне придется завести специальный блокнот, где я буду записывать новые имена.

— Добро пожаловать, - тепло сказал Юра, протирая салфеткой незнакомую мне железную штуку.

— Да я только на собеседование, меня еще не взяли, - опешила я.

— Открою тебе секрет: нам срочно нужны новые люди, а желающих не так много – пока лишь ты одна.

За спиной ребят неожиданно возникла Кира, наигранно серьезным тоном призывая вернуться к работе.

— Марта, пойдем, сядем за столик. Какое кофе ты будешь? – обратилась она ко мне.

— Я не люблю кофе, - как и десерты. Но об этом я лучше умолчу, хотя дала себе обещание быть максимально откровенной на этом собеседовании. Вчера вечером я прочла много статей о правилах поведения со своим потенциальным работодателем. Выписывала основные советы на листик, с каждым новым испытывая все больше стресса. Поэтому в добрых традициях писательства, скомкала его и выкинула, параллельно закрывая все вкладки в браузере. Главное, постановила я себе, быть честной и не притворяться другим человеком, — Можно просто чай.

— Ия, принеси черный чай и американо с молоком, - выкрикнула Кира.

— Расскажите о себе, Марта. Думаю, с этого нужно было начать еще в первую нашу встречу.

— Можете обращаться ко мне на ты, - мне было неловко слышать от нее регулярное «Вы», когда по возрасту она ненамного от меня старше. — Мне двадцать лет, я окончила факультет международных отношений с отличием год назад, после чего не смогла найти работу по специальности. И вот я здесь, - странно осознавать, что все, что я могу о себе сказать, умещается в одно короткое предложение.

— И это все? – поинтересовалась Кира, не скрывая свое разочарование. — А почему не смогла найти работу? Понимаю, с трудоустройством нынче сложно, но неужели вообще не было никаких вариантов?

— Не знаю, - призналась я. Во второй раз открывать эту правду было чуть легче. – После выпускного я потеряла ориентиры и начала сомневаться, а хочу ли я работать по этой специальности.

— Тебя интересует кондитерское дело?

— Нет.

— Интересно, - лишь и произнесла Кира, замолчав. Тем временем Ия принесла горячие напитки, развеивая неловкое тягучее молчание. — Таить не стану – мы сейчас не в том положении, чтобы выбирать между желающими. Два человека уволилось, поэтому сейчас все работают сверхурочно. Юра стал на кофе-бар, хотя занимается кассой, Катя работает одна на кассе, когда там должно быть два человека, да и вообще, она официант; та же ситуация с Ией, которая работает за двоих. График у нас посменный. Во второй смене все хорошо, а вот в первой не заладилось что-то в этом месяце. Проблемные ребята... И вспоминая твой лимонный шедевр, есть неплохая вероятность, что ты идеально впишешься в коллектив. Ближе к делу: нам нужны кассир и бариста. Судя по тому, что ты отказалась от кофе, предположу, что вторую вакансию мы даже не станем рассматривать. Тем более, Яннис обещал скоро вернуться, а эта должность за ним. Итак, в обязанности кассира входит: закрывать заведение, убирать все с витрин, мыть полы в зале, открывать и закрывать кассу, следить за денежным потоком, отвечать на вопросы посетителей касательно той или иной продукции. Ты должна понимать, что кассир – лицо кафе. Поэтому нужно вести себя как можно тактичней и вежливей, - чем больше она говорила, тем скорее у меня образовывается белый шум в мыслях. Слежу за движением ее тонких губ, накрашенных бледно-розовой помадой, и понимаю, что уже ничего не понимаю. – Кассир помогает разгрузить машину с выпечкой – наша пекарня находится в конце города, все мучное привозят оттуда. В «Корице» есть лишь кондитерский цех, где тебе уже посчастливилось побывать, - да уж, то счастье я до сих пор забыть не могу. Остальные ее слова сложились в единый гул. — Ничего сложного, в общем-то. Как у тебя сейчас со временем? Есть планы?

— Да нет.

— Отлично! – обрадовалась Кира, наконец-то прикоснувшись к своему остывшему американо. После первого глотка она слегка скривилась, - Да уж, из Юры бариста не самый удачный. Скорее бы Ян приехал.— Отодвинув чашку чуть подальше, тем самым намекая, что больше она пить не станет, вернулась ко мне, — Может, останешься на пару часов, посмотришь что к чему. Через пять дней стажировки, если никаких инцидентов не случится, - подчеркнула она, - сможешь приступить к работе.

Мне всегда было любопытно, как все выглядит по ту сторону витрин. Ведь оттуда открывается совсем другой вид, более полный. Стоя перед стойкой можно увидеть лишь красиво расставленную продукцию, приветственных работников, мысленно дорисовывая образ идеального заведения. Будто никаких изъянов нет. И вот меня впускают туда, куда могут войти только избранные.

Первое, что бросается в глаза – узкий проход. Удивительно как тут могут находиться сразу пару человек, при этом спокойно передвигаясь. Белая плитка на полу усыпана крошками еды – еще немного и от ее белоснежности не останется ни следа. По левую сторону, у самой стены, стоят печь, стол, холодильники с напитками. По правую -заполненные витрины и касса.

— Вот тут ты будешь проводить свое рабочее время. Потом Катя тебе подробней расскажет и покажет, что здесь, да как, а пока пойдем дальше, - Кира открыла дверь, сливающуюся со стеной, и мы оказались в крошечной комнате с плохим освещением. — Это наша кладовая. Здесь мы храним необходимый инвентарь: стаканчики для кофе и крышечки, салфетки, бумажные пакеты и прочий инвентарь. Также здесь ты можешь оставлять свои вещи и переодеваться, - она закрыла дверь, показав, что к ней прибиты крючки, которых особо и не видно за горой одежды.

Затем меня провели в другое крыло, быстро показали, где находятся кабинеты администратора, начальника, который, по словам Киры, не частый здесь гость, и технолога. В конце коридора находился кондитерский цех, куда я отказалась заходить, боясь покраснеть, увидев знакомые лица кондитеров, которым посчастливилось стать дегустаторами. А еще не хотелось встречаться с Жу-жу.

Из своего кабинета Кира вынесла футболку молочного цвета с надписью «Корица» на спине и черный фартук, тоже с логотипом. Я переоделась в кладовой и нерешительно вышла. Кира убежала по делам, оставив меня без дальнейших инструкций. Поэтому я скромно стояла в уголке и следила за работой Кати, быстро обслуживающей нарастающую очередь. Чем больше людей становилось, тем больше я переживала о том, смогу ли справиться. Но пока рано бояться и делать преждевременные выводы, - успокаивала себя я. Просто наблюдай, Марта, просто наблюдай.

Катя быстро вбивала заказ на планшет, оглашала сумму покупки и с бумажным пакетом в руках бежала к витрине. Мне было неудобно просто стоять, бездействуя, но заказы посетителей вгоняли меня в ступор – может какие-то названия десертов мне приходилось раньше слышать, но я понятия не имела, где они находились и как выглядели. Некоторые нетерпеливые покупатели обращались сразу ко мне, заметив, что я стою без работы, с просьбами принести им ничего не говорящий мне десерт. Поэтому я пожимала плечами и защищалась фразой «Я стажер», вызывая у тех раздражение. Услышав «два вишнево-банановых франжипана с собой» я тут же обрадовалась, схватила большой бумажный пакет и щипцами забрала с витрины лакомых близнецов.

Рутину кое-как разбавлял Юра, приходящий за стаканчиками и сахаром. Он не уставал спрашивать о том, как мне здесь, не утомилась ли, хотя уместней это было спросить у Кати, которая, я уверена, молилась об окончании рабочего дня.

— Ненавижу вот такие наплывы людей, когда долго никого нет, а потом за минуту создается очередь до самой двери, - жалуется мне Катя, когда в зале вновь стало практически пусто. Падает на стул и обессилено кладет голову на стекло витрины с пирожными.

Пережив еще два наплыва толпы, меня отправили домой, предупредив, что завтра придется шевелиться.

— Вот тут ты найдешь весь наш ассортимент, - Юра протянул мне слегка потрепанный каталог, - Было бы хорошо выучить все до конца стажировки... а то и раньше, учитывая обстоятельства. – Заметив мой панический взгляд, когда я бегло пролистала страницы каталога, он добавил, - Не волнуйся, ничего сложного здесь нет. Привыкнешь. На первых порах всегда сложно, ведь все кажется непонятным и пугающим. Но время творит чудеса, вот увидишь. До завтра!