Кукушата Эйвилорда

В зале стояло шесть огромных, длинных столов, за которыми пестрели ярко наряженные господа. Здесь были несколько богато одетых женщин, с высокими головными уборами, были и рыцари, с боевыми шрамами на лицах и физическими увечьями, знатные купцы, одетые в расшитые золотыми нитями и драгоценными камнями котты ( прим. туникообразная одежда с узкими рукавами), здесь были и просто богатые и знатные люди, юноши немного хмурые от скуки и несколько скромных девушек.
Столы покрывали различные блюда. Здесь были и половина быка, и жаренные поросята и гуси и утки. Все это стояло на столе, издавая аппетитные, смешанные запахи. Райн, обойдя столы, подошёл к сэру Дэйни, что сидел во главе стола и сказал ему что-то. Лицо сэра Дэйни сразу оживилось. Он быстро закивал головой и удвольтворенно потёр свои ладони.
Райн бесшумно вышел и обратился к Марку и Эдди.
- Вы сможете войти в зал сейчас? Сэр Дэйни ждёт вас.
Марк и Эдди, наконец выпущенные из рук Пита и Тома, осторожно прошли вперед.
В зале заметили их приход. Все перестали есть и разговаривать, обернувшись к введеным в зал мальчикам. Худые, изможденные, они вошли в зал, немного шатаясь. От них совсем плохо пахло, одежда, превращенная в порванные, грязные лохмотья вызывала лишь отвращение. У обоих глаза были впалые, а лица совсем бледные, за эти несколько дней голода они порядком истощали. Когда они увидели богато убранные столы, им стало плохо. Они смотрели голодными глазами на жаренное мясо, на хлеб и на всевозможные явства, лежащие на столах, прямо перед их носом. Запах от блюд кружил им голову и как тяжело было видеть все это и не сметь притронуться. Со вчерашнего дня, не считая трав, во рту у них не было и кусочка.
Здесь на них смотрели не без ненависти и пренебрежения. Кто-то брезгливо морщился, кто-то насмешливо улыбался. Сидели здесь в основном очень богатые и влиятельные люди, многие приходились родственниками сэру Дэйни. Всем им показалось слишком унизительным, когда в зал ввели их, двух грязных, ободранных, тощих подростков - чад отбросов, детей каких-нибудь бедных крестьян, можно сказать, их рабов. Кроме того, от мальчиков ужасно пахло и выглядели они совсем плохо. Если бы грязные собаки проникли в зал, то сидящие здесь и то, не смотрели бы на них с таким отвращением.
- Почему сэр Дэйни издевается над нами? Это просто гадко с его стороны выставлять эти помои! - сказал смуглый мужчина в красной тунике, украшенной золотом. Его безбровая жена, с убранными под высокий головной убор волосами, такая же полная и богато одетая, тихо заговорила:
- Эти свиньи испортили весь воздух своим мерзким дыханием и я не хочу ничего есть, до тех пор, пока их не вышвырнут отсюда...
- Мальчики миловидны, - заметил худой и смуглый, похожий на восточного мудреца старик, - но о, как они пахнут и как они странно и бедно одеты! Что это на их ногах? Впервые вижу такую громоздкую обувь, - старик покачал головой глядя на кроссовки Марка и рванные кеды Эдди. - И я ручаюсь, что у них нет никакой родословной! Это просто отбросы, зачем только их предоставили нашему вниманию? Разве эти убожища будут нас веселить?
Сэр Дэйни совсем не замечал вошедших. Он полностью отвлекся на разговор со своим величавым, грузным соседом.
За столом, ближе к выходу, сидел средних лет мужчина и не спускал синих, жестоких и насмешливых глаз с вошедших. Рядом с мужчиной сидел, как видно, его сын, и взгляд его темных глаз выражал примерно такую же ядовитую насмешку. Оба, и отец и сын, улыбались, надменно глядя на Марка и Эдди. В отце Марк уловил некоторое сходство с сэром Дэйни. Он решил, что это их родственник.
- Я вижу этих двух маленьких птенчиков перед собой. Кто же они? Что за сюрпризы готовит мой брат? Ты не знаешь, что это, Гордон? - спросил мужчина.
- Я спрошу у них, - сказал сын и встав из-за стола спросил - Кто вы, оборванцы?
Марк и Эдди, чувствуя в каждом его слове издёвку, молчали.
- Они молчат! Ты только посмотри на их гордый вид! С каких это пор, эта падаль смеет так задирать нос? - сказал сын и оба, и сын и отец, громко расхохотались.
- Что они здесь делают? - спросил кто-то в зале и после этой фразы все замолчали, устремив красноречивые взгляды на Марка и Эдди. Те смутились, но продолжали стоять, выпрямив плечи и подняв головы.
Из-под стола вылезли четыре крепкие, поджарые борзые. Они лениво водили мордами и кротко вертели облезлыми пестрыми хвостами. Гордон, заметив жадные взгляды, бросаемые мальчиками на тарелку с мясом, взял оттуда гусиную ножку и швырнул ее собакам. Так, постепенно, он опустошил всю тарелку, скормив сочное мясо псам. Марк и Эдди стерпели и это, хоть им так сильно хотелось вместе с собаками броситься к кускам мяса и вгрызться в сочную мякоть, глотая ее кусками, но они продолжали стоять. Тогда, взяв кусок жирной баранины, Гордон отогнал собак и швырнул мясо под ноги мальчикам. Все замерли в ожидании, а те не шевелились.
- Почему бы и вам не съесть это? Ведь я по глазам вашим вижу, какие вы голодные. Ну же! Этот кусок мяса ваш!
Эдди и Марк угрюмо молчали, не двигаясь с места.
- Вы не заслуживаете и места дворняг! Сколько напыщенности я вижу в ваших лицах! - сказал брат Дэйни.
Шут, в красном наряде, с изувеченным лицом и хромой ногой, гримасничащий неподалеку, подбежал к Эдди и Марку, и оглядев их, принялся сыпать унизительными шутками, от которых весь зал хохотал.
Тем временем сэр Дэйни, отвлечённый разговором, наконец повернулся к двери, неподалеку от которой жались Марк и Эдди. От него не ускользнуло то, что над мальчикам издеваются, но он на это ничего не сказал, только нахмурился.
- Вот они! - восторженно закричал он наконец - Эти юноши спасли мне жизнь! - сэр Дэйни хлебнул из кубка вино и поманил их рукой. - Идите ко мне.
Несмело, робко двинулись к нему Эдди и Марк на встречу, и в трёх метрах от него остановились, в кротком ожидании его речи.
- Это отбросы! - послышался чей-то громкий голос.
И тут, низкорослый шут, выскочил вперёд, дергая их за одежду. Он принялся танцевать вокруг них и насмехаться, а какой-то молодой мужчина, на манер племянника сэра Дэйни, швырнул им под ноги кость.
Сэр Дэйни покраснел.
- Что это такое? - едва сдерживая гнев спросил он.
- Мы видим перед собой нечто низкое, недостойное нас...- произнес кто-то. - Это нечто, хуже собак, это люди не имеющие своей породы. Они ничтожны.
Среди толпы послышались подобные отзывы.
Внезапно, сэр Дэйни побагровел. Его серые глаза наполнились гневом. Белые, седые волосы добавили контраста к его темным, сдвинутым на переносице бровям и красному лицу. Он вскочил со своего места.
- Вы называете этих детей отбросами? Юношей, которые спасли мою жизнь? Это вы отбросы, это вы собаки, недостойные лизать пол! Вы все целитесь на мое наследство! На мой замок, на мои деньги! Вы, грабители, убийцы! - грозно и злобно закричал он.
- И что же? После твоей смерти богатство все равно ни куда не денется и пойдет в наши руки. Мы разделим его по справедливости, - сказал брат сэра Дэйни с насмешкой.
- Ты, мой враг, считаешь себя достойным получить хотя бы что-то от моего богатства? Ты не получишь и камешка от стен моего дома! Ничего получить из моего, запомни, моего наследства, тебе не удастся!
- Я получу, - ответил брат совершенно спокойно, - кроме меня и ещё нескольких претендентов у тебя нет наследников. Твои сыновья мертвы.
- Они есть! Они будут! - в исступлении закричал сэр Дэйни и вскочил. - Никто, никто из здесь сидящих не получит и камня от моего дома! Слышите? Никто из вас! Не вам, не вам я отдам это все, а этим, как вы их называете, отбросам!
По залу прошёлся шепоток и тут, сэр Дэйни выхватил из ножен меч и со всей силы всадил его в стол, да так, что по нему пошла трещина. Вино расплескалось на порванную льняную скатерть, глиняные тарелки полетели на пол, а гости ахнули.
- Клянусь на этом мече! - громко закричал сэр Дэйни. Жилы на его шее вздулись, он покраснел, темные брови его сдвинулись, челюсть перекосилась и взгляд его серых глаз стал напоминать взгляд сумасшедшего. - Никто из моих родственников никогда не посмеет получить и доли от моего наследства! Клянусь, клянусь на этом мече, клятвой моих предков, клятвой славных Эйвильордов, что эти славные юноши... - Он умолк тяжело дыша, потом с новой силой продолжил - Они... Станут моими сыновьями и наследниками и пусть же они носят имя мое и прославят его! Я поклялся и мою клятву не может нарушить никто! Это мой меч, верный в боях, вы видите? Я поклялся на нем и теперь, это мои дети. Я усыновил их! И кто теперь осмелиться сказать что-то против? - он замолчал и сел, едва переводя дыхание.
Эдди и Марк совсем не понимали что происходит. Молчанье, воцарившееся в зале, окончилось ропотом.
- Ты поступил чересчур бездумно! Это недостойно былого рыцаря! Клясться на своем мече и чтобы слуги, ничтожные существа, стали вдруг наследниками? Это невидаль! Одумайся! Хочешь я убью юношей избавив тебя от клятвы? - сказал широкоплечий мужчина, с смелым взглядом воина.
- Нет, Олайв! Я поклялся и мою клятву ничто и никто не имеет право снять! - закричал сэр Дэйни.
Несколько человек вскочили со своих мест.
- Это вздор! Такую клятву нельзя считать! Будь вы в здравом уме вы бы не говорили так! Что вы наделали? - закричал кто-то. - Вы так легко отдали свой дом рабам!
- И если ты, мой брат, поклялся на мече, что они будут твоими наследниками, то я клянусь, что убью их! - брат сэра Дэйни, тоже подялся и выхватив меч, всадил его острие в стол. - Я убью их своим мечом, а если и не своим, то клянусь, они точно будут убиты! Я уничтожу твой позор и твою клятву вместе с ними, мой брат!
- Молчите все! Хватит на сегодня глупостей! Как я знаю, мы унижали этих юношей пустыми и гнусными речами. Да, для нас они ничтожны, - сказал высокий, дородный мужчина, весьма видной наружности. - Но Дэйни! Не помешало бы тебе эти речи обратить в шутку...
- Вин Лоу! Ты, я вижу, слишком уж мягок на язык. Вин, ты - мягкотелая змея! Какие здесь шутки?! Я...- сэр Дэйни, начавший говорить спокойно, вдруг осекся.
- Арейнес Дэйни, ты хищный коршун, помешавшийся на пустом, разваленном гнезде, ты не в своем уме! Твои дети мертвы и никто тебе их не заменит, а брать преемников ты не имеешь прав по закону! Разве ты можешь понять хоть что-нибудь? Я сын истинного наследника! Пусть мать моего отца и не обладала весьма порядочной родословной и репутацией, но твой отец - мой дед, а мой отец, сэр Дерок, твой брат и законный наследник. Вы же просто сумасшедший! - закричал со своего места Гордон.
- Ах ты юный щенок? И ты ещё хочешь глумиться над моими сединами? Твой отец незаконорожденый! - в ещё большем гневе вскричал Дэйн.
- Брат, ты оскорбил меня! - закричал отец Гордона - Моя мать не была из крестьян и вилланов и мой род благороден... Я проклял тот день когда родился ты! Ты младше меня на три года, но, как я вижу, богаче на целое состояние. Что бы не говорил ты, все это перейдет мне. Ведь у меня есть знакомые подле нашего короля Генриха 3. Я доверяю одному из них, наиболее приближенному к трону, ведь именно я помог ему продвинуться в свиту короля. Имя его озвучивать мне не следует, но с его помощью...
- Что ты говоришь мне, гнусный шакал? Решил прибегнуть к последнему?
- О чем спор? Успокойтесь, сэр Дэйни, иначе мы будем должны взять вас под свой контроль... Вы безумны! - заговорил Вин.
- Он сумасшедший? - теперь в зале говорили только об этом.
- Разве у нас нет долга перед сэром Дэйни, некогда достойным и храбрым человеком? - спросил сгорбленный старик и все замолчали, а он продолжал, - мы спасём его честь, изгнав этих юнцов. И пусть кто-нибудь возьмёт его под опеку...
- Я сделаю это! - сказал брат Дэйни, имя которому Дерок Рэндалл.
- Ты? Убийца? Вы все, что звери в песках Палестины! Я ненавижу вас, каждого по особому! Жалкие змеи, неумеющие жалить, стервятники, съедающие падаль! - сэр Дэйни снова встал и лицо его было гневным и страшным. - Все вы собрались здесь торжествуя победу, но я не так-то просто сдаюсь! Я встал и я торжествую! А вы, вы прочь! Прочь! Я позову стражу, я убью вас всех, если вы не уберетесь сию же минуту! Прочь с моих глаз! Шакалы, трусливые змеи!
Гости начали переглядываться. Только несколько человек встали и в спешке покинули зал, остальные продолжали сидеть.
- Прочь! Вон! - ещё бешеней заорал Дэйни. Тут он схватил тарелку со стола и запустил ее кому-то в голову, потом рывком сдёрнул скатерть и опрокинул скамью вместе с гостями. Люди кричали в спешке убегая, посуда разбивалась, и вот, стол был перевернут и вся еда оказалась на полу. Гости тоже опрокидывали столы. Женщины кричали, мужчины бранились, но не смели перечить и выходили из зала. Сэр Дэйни орал как безумный, швыряя горшки и блюда.
- Вон! Все вон! Прочь из моего дома!
Когда в зале оставался последний гость, спешащий к выходу, сэр Дэйни запустил ему в догонку кубок. Гость вылетел за двери, захлопнув их за собой, и кубок, брызгая красным вином, врезался в дверь, со звоном упал на пол и подкатился к ногам жавшихся возле камина Марка и Эдди.
Весь пол был залит вином и жиром. Сэр Дэйни продолжал что-то кричать и с грохотом опрокидывать столы. Только когда они все лежали перевернутые, он успокоился, шумно вздыхая словно бешеный бык. Когда он взглянул на Марка и Эдди, те опустили головы, а когда он начал подходить к ним, они в испуге прижались к стене. Лицо сэра Дэйни теперь искажала скорее неуверенность, нежели гнев. Он встал напротив мальчиков, пристально оглядывая их. Затем, тяжело вздохнув, он вышел из зала, хлопнув дверьми. Марк и Эдди были не в силах держаться, их ноги сами подогнулись и они рухнули на пол. Марк поднял с пола лепешку. Оба смогли съесть только по небольшому куску и сразу уснули от стресса и измождения