Глава 7. Одни.
Марк и Элси долго провожали взглядами Эдди, Диану и Генри, затем, повздыхав и побранив их, они устало зашагали к деревне. Как они заметили, многие дома в ней были разрушены и обожжены, а некоторые возводились заново.
Пожилой мужчина, в крестьянской, скромной одежде, рядом с ивняковым плетнём, окликнул их и они несмело подошли к нему. Мужчина, позвавший их, был широкоплеч, на голове его сидела кривая соломенная шляпа, его грубое морщинистое лицо было сплошь усыпано родинками.
– Вы кто такие? – приветливо улыбаясь спросил он.
– Что? – переспросил Марк и сразу же начал задавать ему вопросы. – Сэр, скажите, где мы сейчас находимся?
– Я плохо понимаю твою речь. Ты косноязычен?
– Я спросил, где мы сейчас находимся... – продолжал несмело допрашивать Марк.
Человек снова не понял его и в итоге Марк принялся размахивать руками, делая удивлённое лицо, пожимая плечами и оглядываясь.
– А! Так ты спросил про то, что это за местность? Неужто не знаешь? – тут мужчина засмеялся – Я думал, про нашу деревню слыхали все... По всей округе пролетело какой неделю назад нам учинили разгром! Вот все, что ты видишь, вся эта деревня, полыхала как костер с ведьмой! И крепость горела, сначала её захватили и грабили, а после подожгли... Чего только мы не потеряли! И все эти домики отстраивали заново, благо скот был на пастбищах. Все из-за нашего достопочтенного сэра Хавелока Харвея. Он требовал еще больше денег с ремесленников нашего городишки, угрожая, что подожжёт деревню и город, никому и дела не было, вот и подожгли! А сколько он награбил! Столько изделий вывезли, прямо целый сарацинский караван!
Голос мужчины прервал громкий лай. По дороге бежала маленькая лохматая дворняга, грязная и ободраная. Собака была явно чем-то недовольна, и надрывно лаяла. Встряхнув лохматой головой она бросилась на Элси, от чего та завизжала.
– Ах ты псина! Который раз ты мне досаждаешь! – Мужчина поднял с земли камень и швырнул его в собаку.
Собака взвизгнула, подбежала к плетню, с лёгкостью пролезла под ним и бросилась на мужчину, жалобно тявкая. Она укусила его за руку которой он тщетно пытался ее ударить и тогда он воскликнул.
– Негодница, ну сейчас я тебя проучу! – и резко шагнул в ее сторону. Она бросилась к его дому, а он поднял с земли топор и понёсся за ней.
– О, нет! – крикнула Элси схватившись за голову. Раздался жалобный визг, потом хрип, какая-то возня и все смолкло...
Мужчина снова подошёл к плетню и наклонился, вытирая мокрый топор о траву.
– Ну так что же вам нужно? Куда идёте? – как ни в чем ни бывало, спокойно спросил он.
Но вместо того, чтобы давать ответы Элси и Марк сломя голову помчались прочь. Наконец, они остановились около чьей-то лачуги и переглянулись.
– Бедная собака! Как такое возможно? Как? Я бы посадила его за это на сто лет! – Элси отвернулась и неслышно заплакала – Почему он так сделал? Почему? Мне её жалко...
– Мне тоже! А мужик просто псих! – Марк слегка подтолкнул сестру в бок – Элси, мы с тобой теперь только вдвоём.
– Да, Марк, и что нам делать? Неплохо было бы найти Уилла... Но за что тот мужчина убил ту собаку?
– Элси, давай не будем об этом, мне тяжело вспоминать.
– А у меня психотравма!
Оба они вновь замолчали, потрясённые всем тем, что видели и донельзя уставшие.
– Марк, мне нужна тряпка, – обратилась к нему Элси, задумчиво смотря перед собой – Я должна найти себе юбку, или хотя бы ткань, а то меня убьют! Тогда же, вроде, за шорты карали смертью, да?
– Не знаю убьют ли тебя... Но тебе не кажется, что уже пора найти место, скоро вечер, не спать же нам снова в лесу? Хотя, ну ты же понимаешь, что с нами произошло, мы теперь один на один, сами с собой! И, наверняка, и умрём здесь...
– Не говори об этом! У меня может начаться паника!
– Ну твоей истерии мне точно уж не хватало! – вздохнул Марк.
За их спинами послышался старческий, женский голос.
– Кто такие?
Марк и Элси одновременно вздрогнули и не оглядываясь пустились бежать прочь от плетня. Когда они наконец остановились, чтобы отдышаться, они заметили, что прямо на них несётся лошадь с телегой.
– Дорогу! Эй, оборванцы вы что, не видите, я еду? – раздался низкий, хриплый голос человека, что правил вожжами.
Элси взвизгнула и бросилась в сторону, а Марк, растерявшийся от неожиданности, так и остался стоять. Телега не останавливаясь неслась на него и только в последний миг он бросился в сторону, едва выскочив из под копыт. С грохотом телега промчалась мимо, при этом задев Марка деревянным краем так, что он упал.
– Марк! – закричала Элси, кинувшись к нему. – Что с тобой?
Марк поднялся и сморщился.
– Похоже, эта колесница снесла мне бедро, так больно! О, моя нога... Если бы ты знала, что это значит, быть сбитым телегой!
Он попробовал идти, сильно хромая на правую ногу.
– Если все будет продолжаться такими же темпами, то этим вечером мы будем трупики, – обернулся он к Элси
– Чего? Марк, ну что ты несёшь? – спросила она, нервно дернув бровью.
– Я говорю тебе правду, мы тут либо умрем, либо выйдем калеками, – хмуро сказал он, постоянно спотыкаясь из-за больной ноги. – Это тебе не фэнтезийное средневековье с эльфочками, ведьмами, гномами и другими существами. Обычные люди, естественные люди, только более жуткие и религиозные... Они нас убьют, я тебе говорю.
– Нельзя быть таким пессимистом!
– Ага. Чтобы ни случилось, нужно уметь сдохнуть весёлыми!
Взглянув на его прихрамывающую походку, Элси покачала головой.
– Э, да на тебя страшно смотреть, обопрись уже на моё плечо, хромуля!
Он недовольно хмыкнул и отвернулся, продолжая хромать.
Они, грязные и ободранные ещё с пещеры, шагали рядом, по неровной, пыльной дороге, мимо поломанных, пожжённых и разрушенных домиков. Марк постоянно охал, жалуясь на боль, а Элси то и дело причитала и слезы от воспоминаний о том мире, который она покинула, накатывались на её глаза.
– Я хочу в город... В большой магазин, где куплю себе новые шмотки, косметику... А как родители? – хлюпала она покрасневшим носом. – Нет, если я их вспоминать начну... Всё вокруг нас как запутанный клубок из тонких наушников, который нельзя порвать! Этот мир не виртуальная реальность. Здесь есть и боль и вкус и всё это живое!
– Ха, да ты прямо настоящий мыслитель! Здесь есть боль и вкус...
– А ты не знал? – язвительно спросила она
– Да, конечно знал, сестрёнка, твои умные мысли мне всегда так пригождались!
– Эй, хватит дразниться! Если не перестанешь, придётся тебе идти одному! Только знай, я не хочу ссориться... Мы и так с тобой только вдвоём остались.
– Это верно, сестрёнка.
Когда стемнело, они перелезли через чей-то забор и забились в кучу хвороста сваленного на дворе.