Глава 6. Испытание взглядом
В комнате мгновенно воцарилась тишина, которую, казалось, можно было потрогать руками. Ахмад стоял в дверном проеме, и его высокая фигура в темном одеянии словно заполнила всё пространство. Он не был сердит, но его взгляд, привыкший видеть людей насквозь во время молитв и проповедей, сейчас был направлен на Али с тяжелым исследовательским интересом.
Али почувствовал, как по спине пробежал холодок. Это не был страх перед физической силой — это было уважение к человеку, который излучал абсолютное спокойствие и власть.
— Ассаламу алейкум, дядя Ахмад, — Ислам первым нарушил молчание, сделав шаг вперед. — Это Али, мой капитан по команде. Тот самый парень, о котором я рассказывал — он помог Мали на стадионе, когда ей стало нехорошо.
Ахмад медленно перевел взгляд на дочь. Мали всё еще держала книгу в руках, и её пальцы чуть сильнее сжали кожаный переплет.
— Ваалейкум ассалам, — ответил отец, наконец проходя в комнату. — Так это ты тот молодой человек, который проявил благородство. Моя жена говорила мне о тебе.
Али склонил голову в знак уважения.
— Я просто сделал то, что должен был, уважаемый Ахмад-хаджи. Любой на моем месте поступил бы так же.
— «Любой» — это слово для толпы, — спокойно возразил имам, присаживаясь в кресло напротив. — В наше время многие предпочли бы достать телефон и снимать, вместо того чтобы прыгать через забор и помогать. Присаживайся, Али. Расскажи, что привело тебя в наш дом сегодня? Книга, как я вижу?
Али сел на краешек стула, чувствуя себя так, словно он сдает самый важный экзамен в жизни.
— Я узнал от Ислама, что Мали изучает арабский. В моей семье хранилось старое издание стихов — это каллиграфия мастеров из Дамаска. Я подумал, что в руках того, кто ценит этот язык, она принесет больше пользы, чем на полке в моем шкафу.
Мали слушала его, затаив дыхание. Ей было непривычно видеть Али таким — не шумным атлетом с поля, а рассудительным и почтительным юношей.
Ахмад внимательно посмотрел на книгу, затем на Али. Его сердце имама и отца чувствовало искренность парня, но он также видел ту искру в глазах Али, которая зажигается только тогда, когда юноша смотрит на девушку. И это пугало его больше всего. Он знал правду о сердце Мали. Он знал, что любая привязанность для неё — это эмоциональный риск, а для Али — будущая невыносимая боль.
— Благородный жест, — медленно произнес Ахмад. — Арабский язык — это ключ к пониманию Истины. Мали, покажи гостю свои работы. Не стесняйся.
Мали послушно открыла тетрадь. Али подошел ближе, и на мгновение их плечи почти соприкоснулись. Он почувствовал тонкий аромат благовоний и чего-то лекарственного, едва уловимого. Его поразила чистота её линий.
— Это очень красиво, — искренне сказал Али. — Ты пишешь так, будто буквы дышат.
Мали подняла на него взгляд и на мгновение забыла, как дышать самой. В его глазах не было жалости — только восхищение. Это было так ново, так окрыляюще.
— Али, — вдруг прервал тишину Ахмад. — Ислам говорит, ты профессионально занимаешься футболом. Это требует большого здоровья и сил. Спорт учит нас побеждать. Но знаешь ли ты, что самая большая победа — это победа над собой и принятие того, что мы не можем изменить?
Али замер. Он почувствовал скрытый смысл в словах отца. Будто имам предупреждал его о чем-то, о чем он еще не догадывался.
— Я учусь этому, дядя Ахмад, — ответил Али, глядя отцу прямо в глаза.
— Хорошо. Хадижа! — крикнул отец в сторону кухни. — Неси чай. У нас гость, который ценит знания не меньше, чем спорт.
Вечер прошел в удивительно теплой атмосфере. Али рассказывал о тренировках, стараясь подбирать слова так, чтобы это не звучало хвастовством. Мали почти не говорила, но её присутствие ощущалось физически — как тихий свет свечи в темной комнате.
Когда Ислам и Али уже стояли на пороге, уходя, Мали сделала шаг вперед из тени коридора.
— Али, — позвала она тихо.
Он обернулся.
— Спасибо за книгу. Я... я буду читать её каждый день.
Али улыбнулся — той самой открытой улыбкой, которая заставляла стадион ликовать.
— Тогда я буду ждать, когда ты переведешь мне мое любимое стихотворение из неё.
Уже на улице, вдыхая прохладный ночной воздух Махачкалы, Али шел молча.
— Ну что, видел? — спросил Ислам, толкнув его плечом. — Она как из другого века. Но ты видел её отца? Он теперь с тебя глаз не спустит.
— Она прекрасна, Ислам, — просто ответил Али. — И я не знаю почему, но мне кажется, что я должен быть рядом. Не просто приходить в гости, а сделать что-то... что-то важное для неё.
Али не знал, что в этот момент Мали, лежа в своей кровати, впервые за долгое время не смотрела на белый потолок. Она смотрела на свою руку, которой коснулся Али, и чувствовала, что её слабое сердце бьется чуть быстрее. И на этот раз это была не болезнь. Это была жизнь.