Ария во время битвы
... и после раздался страшный крик – Каосу рухнула на колени, крепко обхватив живот руками, и закричала от нестерпимой боли, которая обняла её колючим кольцом и прожигала тело. Несколько секунд – и девушка поняла, что боль она не ощущает – та вдруг исчезла столь же резко, как и напала на неё там, на Арене. Крови, которую она ожидала увидеть на руках и теле, тоже не было.
Вообще ничего не было.
Вокруг была только тьма, а сама девушка будто бы сидела в воде, но кроме глухого звука всплеска при контакте не было ничего. Пространство не ощущалась как вода, не оставляла следов или влаги на ногах, которые должны были быть погружены в эту «воду». Но были белые круги, порожденные каждым любым движением – круги расходились, становились всё больше и... внезапно пропадали, доходя до невидимого края.
– Что произошло? – девушка уперлась на одну руку, а второй крепко себя обняла за талию. – Это – смерть в этом мире? Я умерла??
Осознавание своего «нежитья» заставило девушку осесть, ошарашено пялясь в пустоту впереди. Страшная паника начала нарастать в груди, да с такой силой, что совсем скоро Каосу почувствовала, будто чьи–то руки стали душить её, сжимая пальцами тонкую шею девушки. Когти паники пробили собой площадку под ключицами, забрались под кожу и кости, разорвав мышцы, обхватила своими холодными пальцами её трепещущее сердце и начало сдавливать.
– Дыши! Дыши! – приказывала сама себе Каосу, ощущая горячие слезы, которые крупным бисером катились по её щекам, оставляя солоноватый след на губах Волшебницы. Вдруг где-то впереди послышался странный шорох – неужели в этом пространстве есть кто-то ещё?
«Я хочу уйти! Я так больше не могу!! П–почему они так ведут себя со мной? Я делаю всё, что только знаю и умею, я пытаюсь ко всему привыкнуть здесь, а они вместо помощи просто позорят меня п–перед всеми!!» – Каосу замерла, поняв, что слышит собственный голос – и это отвлекло её от приступа паники, дав возможность переключиться. Девушка подняла глаза, увидев перед собой собственное воспоминание. Как–то не столь давно она пыталась уволиться с работы, так как разговоры с коллегами не давали никакого толку. Каосу вдруг увидела силуэт, который скоро обрел форму – и вот перед ней стоит она же, трясясь как кленовый лист, которая пыталась выговориться директору компании. Но тот лишь махнул рукой, говоря: «Ты на больничном, правильно? Вот и иди лечись! Потом поговорим...» Конечно, никто с ней так и не поговорил. Ситуация стала только ухудшаться, что совсем выбило девушку из строя.
– Что... это? – девушка осторожно поднялась на ноги и прошла вперед, протягивая руку к своему воспоминанию – застывшая фигурка замерла, отражая на своем лице всё то отчаяние, которым на тот момент было перегружено сердце Каосу. – Это был ужасный день... Но я это пережила. Уволилась. Нашла место лучше. Всё хорошо... – пусть слова звучали неуверенно, Каосу всё же обняла своё воспоминание – и то распалось на кучку сияющих семян одуванчика, которые полетели куда–то вверх и растаяли. Волшебница следила за ними глазами, пока клочки воспоминания не исчезли, оставляя странное ощущение после себя. Почему ей показали именно это воспоминание? Может ли быть так, что именно после тех событий она как-то оказалась в этом мире?
- Неужели меня привело в этот мир моё отчаяние? – девушка поджала губы. – Даже если так... что же могло произойти, чтобы я..? – но страшная мысль заставила её резко закрыть рот руками и, ошарашено смотря вперед, оборваться на полуслове. На не скажет этого вслух. Но мысль её сильно напугала – и Каосу замотала головой. – Нет! Я не могла этого совершить... Только не из-за такой глупой причины! Да никакие работы и коллеги не стоят того, чтобы я... да хоть кто-нибудь! Чтобы кто-либо погибал таким... любым образом! – от страха её голос сорвался в конце на крик, а от возмущения она топнула ногой.
Всплеск воды резко прервался, хотя должен был ещё продлиться до момента, пока капли не упали бы обратно. Казалось, в этот момент время замерло. Хотя... есть ли здесь вообще какое-то время? Этого Каосу никак не могла понять – она лишь коснулась замеревших капель воды пальцами – те не изменились и почти не дрогнули, хотя на ощупь были приятными и совсем не холодными.
- Раньше здесь меня бы успокаивала вода, но сейчас и её не стало, - девушка поджала губы и решила пройти немного вперед. Край её плаща всё ещё касался поверхности застывшей воды, никак её не беспокоя своим прикосновением – он едва ли касался её, скользя по поверхности как по льду. Каосу сделала ещё несколько шагов, как вдруг кто-то словно схватил её за край одежды и потянул на себя. От резкости неизвестного захватчика девушка упала на спину и должна была остановиться, попав на пол (или ту поверхность, что заменяла его в этом странном мире), но вместо этого Волшебница вдруг провалилась куда-то дальше. Было очень трудно дышать, будто она попала в безвоздушное пространство, а вездесущая тьма и вовсе давила на глаза. Ещё миг – и что-то вытянуло её на поверхность, продолжая тянуть Каосу назад.
Когда девушка открыла глаза, всё вкруг закружилось. И ещё несколько секунд глаза никак не могли сфокусироваться на чем-либо, а окружение вокруг давило тем, как быстро начало набирать цвета. Вдруг чернота превратилась в свет, в который неизвестный художник подмешивал всё больше и больше красок – зеленые, синие, голубые пятна. Чтобы не стало плохо, Каосу зажмурила глаза – и открыла их когда послышался легкий перезвон.
Внезапно девушка оказалась посреди какого-то леса. Всюду цвели цветы, на кустарниках зрели ягоды и цветы, деревья вытягивались всё выше, а через их крону тянулись к земле солнечные лучи. Попадая на лужи, они создавали солнечных зайчиков – и те, оживая, перепрыгивали с цветка на цветок, а от него – к озеру, и там прыгали по кувшинкам. Очаровательно.
Мягкая трава, на которой лежала девушка, была похожа на перину самой удобной постели, на какой сейчас лежала девушка. Легкий ветерок едва колыхал бутоны цветов, подгоняя разноцветных бабочек и пушистых пчел.
- Ах, если бы моя магия могла создавать такую красоту... Я бы смогла изменить этот мир к лучшему.
- Это – последний уцелевший мой Алтарь.
Услышав голос, девушка резко поднялась и, несколько секунд выжидающе сидя на коленях, оглянулась по сторонам. Вскоре перед ней появился силуэт прекрасной женщины с большим цветочным украшением справа на голове. Её волосы были выше плеч, хотя передние пряди опускались до самых колен, внизу будучи украшены драгоценными камнями и тонким золотом, создающими цветочные узоры, оплетающие пряди. Элегантный наряд нельзя было назвать броским, но и скромным его не назовешь. В целом, эта женщина была похожа на сказочную фею или королеву этого заколдованного кусочка Эдема.
- Вы – Матушка Природа? – осторожно спросила Каосу. Женщина ласково улыбнулась, и Волшебница, не вставая, поклонилась её. – Я – Каосу, Волшебница...
- Я знаю, милая. Мы сейчас в нашем общем сознании – и я узнала кое-что о тебе. Прости, это невежливо, но я не могла иначе. Мне было любопытно, кто теперь меня заменяет, - её улыбка стала немного печальнее, - точнее, заменял. Мне очень жаль, что с тобой такое произошло, моя милая. Но твоя жертва... - она приложила руку к груди и тяжело вздохнула, - так трогательно... и вполне достойный конец.
- Стойте! Стойте... - Каосу, нахмурившись, поднялась с колен, но плечи её всё ещё были слегка напряжены – она отчего-то не спешила выпрямиться перед Богиней этого мира. – Я... умерла?
- Именно так. Несколько волшебных копий пронзили твоё тело в семи местах, задев твои органы и разломав кости. Единственное, что поддерживает тебя от полного исчезновения – последний след моей силы. И так как это – очень хрупкая опора, я поспешила скорей найти тебя и поговорить. Я... хочу рассказать тебе кое-что. Если вдруг случится так, что ты наследуешь мою волю, ты станешь хранителем моей истории. И передашь её следующей Зеленой Ведьме.
- Стойте... Я не понимаю...
Но Мать Природа уже не слушала. Внезапно запела она, а с ней – весь окружающий мир. Птицы, звери, растения – все они каким-то необыкновенным образом создали музыку, которую не сыграл бы даже самый талантливый оркестр под руководством самого искусного дирижера. Каосу молча села на колени и с изумлением стала слушать.
Под слова песни стали появляться призрачные образы – и вот около озера появилось три фигуры: сама Матушка во всей красе; рядом с ней мужчина, похожий на Джошуа, только более опрятный и свежий; и высокий мужчина с оленьими рогами на голове, который и вел женщину под руку. В своей песни Матушка рассказала, что они трое стали теми, кто создал этот мир – однажды их сюда призвали, чтобы из мертвого камня взросли деревья, появилась вода, а с ними – вся жизнь. Матушка создала леса, горы, пустыни; Джошуа принес людям науку и дали роли местным божкам; Лесной Царь стал покровительствовать волшебным существам, чтобы те жили в мире с людьми.
И всё было прекрасно, пока к ним не пришла сама Любовь. Джошуа был более скромным и всё надеялся, что Матушка сама придет к нему, а его товарищ действовал смелее – он проводил время с женщиной, уводил её на прогулки, дарил подарки. Но Богиня сомневалась в нём – всё же, он единственный из них троих дал себе высокий титул и надел Корону, заставляя всех называть себя Царём. Была, была в нём какая-то Тьма, которую сложно было рассмотреть из-за слепой веры, что друг не может оказаться ненадежным.
- И вот услышал он отказ... - поющая Богиня с болью посмотрела на пару силуэтов у самой кромки воды. Лесной Царь начал резко вскидывать руки, явно крича и угрожая девушке. Та, дрожа, всё же смогла дать отпор – и ушла, оставив озлобленного мужчину одного.
- Пришел ко мне, подарок принося... - следующий куплет открыл перед Каосу образ комнаты, украшенной чьи-то портретами и с узкой странной постелью. Когда Богиня надела черное ожерелье, произошли изменения: казалось, кто-то разбавил её водой и макнул кистью с черной краской – и черная акварель, вытягиваясь из пятна, стала поражать собой всё тело девушки. Её обуяла Тьма.
- Думал, стану я покорной, А сердце мигом одолеет страсть... - проятнула Матшка печально, но затем в её глазах блеснул истинный гнев, - Но этой Тьмою жизнетворной Меня заставил новой Смертью стать! – и перед глазами Каосу разгорелась настоящая война обезумевшей Богини против всего того мира, который она сотворила. Виновник трусливо сбежал, пока Джошуа пытался помочь. Но его поразило Тёмное Копьё, не только пронзив его тело, но и заразив своей черной магией. Какое-то время Безумная Богиня уничтожала всё живое, пока Джошуа не нашел способ её усыпить – и она закрыла глаза, а вместе с тем закончилась история.
- Что было дальше, я уже не знаю, - Богиня тяжело вздохнула. – Но я знаю, что Эрик делает всё, чтобы вернуть меня к жизни.
- Мне очень жаль... - Каосу поджала губы. – Там был Джошуа и... Эрик?
Матушка посмотрела на Волшебницу.
- Эрик – это мой друг, который пытался меня спасти. Второй же – Лесной Царь или как он там себя величает... - она скучающе подперла рукой щеку и уставилась на озеро, - подлый гад! Я думала, он правда меня любит, но ему нужна была не такая чистая и нежная любовь... Думал, если заразит меня Тьмой, я превращусь в развратную чертовку, хах... - она отвела взгляд в сторону, - ничего другого ему не было нужно.
- Я Вас понимаю, - осторожно произнесла девушка, опуская глаза, - кажется, я прошла через нечто подобное. Правда, без магии. В том мире, откуда я, магии нет, но вот таких... уродов – более чем достаточно. Я несколько раз доверяла тем, кто просто хотел мной воспользоваться, однажды даже была в опасности из-за этого... - Каосу было трудно, но она всё равно решила рассказать, - один человек решил, что вправе воспользоваться мной без моего согласия. Благо, всё не зашло слишком далеко... Но я долго пыталась от этого отойти, - она вдруг почувствовала, как мягкие руки Матушки обхватили её и бережно прижали поближе.
- А потом?
- Потом... - на лице девушки вдруг появилась улыбка, - появился мой дорогой Рыцарь. Тот, кто занял роль Берсерка в этом мире. Он... до сих пор так нежен и заботлив, он всегда волнуется за меня и считается с моими желаниями. Он любит меня по-настоящему. И я его. Я всё для него готова сделать.
- Я знаю, - женщина грустно улыбнулась, - ты отдала жизнь ради него.
- И сделала бы это снова, если бы это понадобилось.
Матушка Природа задумалась. Они обе некоторое время молчали, пока Богиня не уложила девушку себе на колени.
- Поспи. Тебе пригодятся силы.
- Для чего?
- Скоро узнаешь.
Каосу послушно легла и прикрыла глаза. Она чувствовала, что что-то тяжело легло на её шею – словно ожерелье из камней. Вскоре она откроет глаза.
По-настоящему.