Преображение
Пусть Клаус и не был в других комнатах, кроме этой и той, в которой молодой человек проснулся, он точно понял, что именно здесь находятся покои местного властителя. Может дело в золотых колоннах, на которых держится шелковый балдахин его огромной постели; может всё дело в обилии украшений, блеск которых заставлял Клауса то и дело щуриться, когда порожденные игрой света солнечные зайчики прыгали ему на лицо; может дело в огромном портрете в полный рост, на котором Хозяин Леса (или Князь) был изображен во всём своём великолепии – кто знает, здесь много причин. Но именно последняя показалась Клаусу наиболее значимой, да и увидеть нового оппонента было важно и весьма познавательно.
Итак, Хозяином Леса оказался мужчина с длинными каштановыми волосами, которые красиво струились вниз по его плечам. На голове, помимо венца из золотых лоз и листьев, вытягивались изящные ветвистые рога вроде оленьих, на которые красиво падал свет. Художник, написавший этот портрет, особенно постарался над текстурой одеяний Лесного Правителя – Клаус вспомнил картины, которые он видел в музее, и поражался, как творцам удавалось рисовать такие тончайшие ажуры, добавляя им блеск и тени? Вот она – настоящая магия, не иначе!
– Напоминаешь персонажа из игры, в которую Каосу всё играла... – задумавшись, парень цокнул языком и чуть прищурил глаза, вглядываясь в портрет. – Почему мне кажется, что ты что–то скрываешь, м? – парень стал ощупывать рамку картины, но, не найдя ничего особо подозрительного, Клаус махнул на портрет рукой и отправился осматривать покои дальше. – Вспоминаем игры... Может тут есть какой–то рычаг в книгах или подсвечниках?
На полочках стояло большое количество шкатулок с драгоценностями – особенно много таких было для рук и, видимо, рогов – ну, или пальцев Хозяина Леса, но Берсерка смутила странная перемычка на кольцах. Он не стал трогать их, хотя промелькнула мысль о том, что можно было бы сейчас спокойно совершить кражу... Парень усмехнулся – на его плече была татуировка жука, и как однажды Каосу расшифровала это: «Желаю удачных краж» – и это заставило Клауса слабо улыбнуться – он вспомнил, как тепло улыбалась его любимая. Скоро, уже скоро он снова сможет её обнять, прижать к себе и рассмешить, чтобы услышать этот потрясающий смех.
– Ищем дальше! – казалось, ничто не могло сбить его настроя, но вот отвлечь – вполне. Как раз таким оказался вид из окна покоев: был виден прекрасный лес, который будто бы светился из–под крон как яркий теплый свет сотни фонариков. Как оказалось, вокруг дворца – так решил называть это место парень, – вытянулась плотная стена, отгородившая его от города, что раскинулся совсем рядом. А вот рядом с воротами он заметил кое–что странное – что–то распласталось на кресте.
– Бабушка Ната... – Клаус чуть было не вздрогнул от неожиданности – к нему подошла Кассандра и, приобняв за плечо, прижалась, пока её взгляд без отрыва был прикован к распятому телу, – Хозяин Леса казнил её прямо на моих глазах. Знаешь, незадолго до того, как Каосу должна была попасть в город, Ната нашла нас и забрала вместе с Эланном, чтобы спасти от людей. Уже дома я вдруг почувствовала изменения в себе – никогда не знаешь, когда к тебе придет Откровение и ты откроешь в себе дар. Я обрела свой. Князь почувствовал это, прислал за нами, но... он решил, что Ната скрывала меня специально. Ведь пока я жила у неё в Избушке, дар не проявлялся – это как у женщины, прожившей лет пятьдесят, всё ещё не выпали бы молочные зубы. Князь решил, что Ната назло подавляла мою магию – и убил её, заставив меня после поблагодарить за... «освобождение».
Нимфа шмыгнула носом, быстро стерев подкравшуюся к уголку глаза слезу.
– Я не прощу ему этого. Никогда и ни за что. Даже если всё это правда, Ната всё равно не заслужила подобной участи! Лучше бы я и вовсе осталась без дара...
Клаус не знал, какой была та самая Нимфа при встрече с Каосу, но вот он сам видел, сколько злобы и мстительного огня сейчас сдерживала в себе девушка. Кажется, ещё немного и Кассандра вспыхнет самым жарким пламенем, спалив им всё это место дотла, праха, который скоро развеет ветер. Но что–то заставляло её сдерживаться – всё, что она сейчас делала, это прижималась к парню и осторожно впивалась аккуратными ноготками в его плечо. Каосу тоже так делала иногда, прижимаясь к Клаусу, ища в том поддержку. Но в такие моменты она быстро себя брала в руки, боясь оставить следы на коже юноши от своих порой острых ноготков.
– Мы всё сделаем правильно, – протянул Клаус, обняв Нимфу так, чтобы отвернуть её от окна, и осторожно отвел её вглубь комнаты, – и за Нату отомстим. Но сейчас мне нужна твоя помощь, чтобы найти Каосу и вернуть её к жизни.
Девушка осторожно отстранилась и, приложив руки к вискам Берсерка, ненадолго прикрыла глаза, сосредоточившись. Когда она распахнула ресницы, Клаус увидел кусочек галактики в её больших неземных глазах – в них даже будто звезда упала.
– Я вижу, что Хозяин Леса падет. Вижу, что Каосу проснется. Я вижу, что вас будет больше, но... там будет Богиня. Ох! – от волнения её сеанс предсказаний прервался – и девушка испуганно посмотрела на парня. – Не верь Богам! Не верь! От них пошла Тьма! Это они виноваты в падении Матери Природы! Пообещай мне, что не будешь верить ни им, ни их слугам! Все, кто там ещё живы, давно принадлежат Богам и сердцем, и душой, и телом! Запомни, Клаус! – Кассандра, явно переживая больше нужного, чуть ли не набросилась на обескураженного парня. Но поняв, что она перегибает палку, девушка осторожно выдохнула и убрала от него руки. – Прости. Идём...
Кассандра опустила голову и побрела вглубь комнаты. Возможно, именно благодаря своему дару девушка смогла так быстро найти нужный рычаг, или она очень хороша знала, где находится тот самый заветный рычаг. Тут портрет на стене дрогнул, а после стал «отходить» в сторону.
– Черт, я так и знал! – кажется, Клаус был рад, что его подозрения о тайне портрета оказались верными.
***
Тронный зал был поистине величественным местом, где каждый уголок дышал древностью и магией. Высокие своды потолка, украшенные изящной резьбой по дереву, уходили далеко вверх, создавая ощущение бесконечности пространства. На стенах висели гобелены с изображениями великих битв и триумфальных побед, а также сцены из мифологии местного народа.
Пол зала был выложен мозаикой из драгоценных камней, которые переливались всеми цветами радуги при каждом шаге. В центре зала стоял огромный трон, вырезанный из цельного куска белого мрамора, инкрустированный золотом и серебром. По бокам трона стояли две высокие статуи древних предков королей, держащих в руках мечи, символизирующие силу и мудрость. Вдоль стен располагались колонны из хрусталя, через которые проходил мягкий свет, создавая иллюзию того, что они сами излучают сияние. Между колоннами висели огромные люстры, сделанные из прозрачного стекла, внутри которых горели волшебные огоньки, напоминающие звезды.
На полу перед троном лежали ковры ручной работы, сотканные из тончайших нитей шелка и украшенные узорами, символизирующими природу и гармонию. Воздух в зале был наполнен ароматом цветов и трав, которые росли в больших вазах, расставленных по всему залу. Все это создавало атмосферу величия и благородства, достойную правителя такого древнего и могущественного народа, как нимфы и им подобные, населяющие этот мир.
И лишь оно темное пятно выделялось на общем светлом фоне. У самого подножия трона, на котором восседал благородный Хозяин Леса, на коленях и весь в заколдованных цепях, сидел Джошуа. Его иссиня–черные волосы спадали на лицо – было видно, что его не раз одарили множеством пощечин. Но он всё ещё усмехался и с презрением смотрел на раздраженного правителя этих земель.
– Мне надоело твоё упрямство! Скажи мне, как пробудить эту девушку? Почему я не смог её пробудить?
– Ваша королевская кишка излишне тонка для такого благородного дела! Её пробудить может только искренне любящее сердце, а мы все знаем, что у тебя в помине нет ничего подобного! Грязный ублюдок! – не сдержавшись, Джошуа плюнул Князю в лицо, но тот смог с помощью магии защитить своё лицо. Но за оскорбление Торговец получил очередную пощечину.
– Думай, прежде чем тявкать, жалкий оборванец! Всё ещё не можешь простить, что тебя отвергли? – тут уже усмешка будто бы перепрыгнула уже на лицо мужчины, покинув Джошуа. Но тот лишь горделиво поднял голову и прищурил глаза. Князь продолжил. – Я помню, как ты бегал за ней, но она всё равно предпочла меня... Помнишь?
– Помню, – кивнул Джошуа, – и помню как ты мучил её, как принуждал к тому, чем она не любила заниматься – от ваших дурацких помпезных ужинов до грубых и беспардонных поцелуев всем на обозрение. Но тебе этого было мало, правда? И ты решил воспользоваться помощью Богов, взамен пообещав оградить их от опасностей. Не так ли? И всё это ради таких грязных целей – таких же грязных, как остатки твоей жалкой души!
Князь Леса усмехнулся и, откинувшись на спинку трона, закинул ногу на ногу.
– Ты так уверенно говоришь такие глупые вещи... От ревности видел всё таким образом, хах? Забавно ~... – протянул тот сладко, а затем зевнул, – но мне уже надоела вся эта чушь. Стража, уведите его к другому пленнику.
Джошуа почувствовал, как незримые руки перестали давить ему на плечи, позволяя наконец встать – потянувшись, мужчина шумно выдохнул. Когда к нему подошла стража, Джош лишь дернул плечом, не позволяя до себя дотронуться. Внезапно с него будто спали незримые цели, позволяя очагу магии в нём воспылать с новой силой – мужчина смог дышать свободно.
– Я не закончил, Рогатый. Хочешь знать, что скоро произойдет? Сделать тебе предсказание?
– Твои пустые угрозы меня не интересуют. У меня появилась Нимфа, которая предсказывает моё славное будущее. Как ты понимаешь, я верю её больше, чем тебе, старый друг, хе–хе!
Торговец усмехнулся.
– Ты думаешь, что здесь ты и твои прислужники – лешие и феи, неприкаянные души утонувших на болотах и трясинах и другие твари – что здесь вы все в безопасности? Но это наваждение. Весь наш мир пропитан Тьмой – весь! И я – тому подтверждение, – Джошуа вскинул руки – и цепи легко сорвались с них, звонко упав на пол. Затем Джошуа элегантным жестом заставил появиться на себя не только прекрасный черный костюм по типу парадного военного мундира, но и скрыл голову изящным шлемом, скрывший его лицо темной пеленой. Стражники замерли на месте, но не только от страха – Джошуа сковал их.
Хозяин Леса только сорвался с места, но стоило мужчина вытянуть вперед руку, как черные цепи приковали его обратно к трону.
– Место, – приказал Джошуа, явно усмехаясь. – Да начнется мой Суд. Хозяин Леса! – обратился он к правителю. – Я – Черный Офицер, обвиняю тебя в покушении на жизнь моей госпожи, Матери Природы, и заражении её и всего мира Тьмой!
– Ложь! Ты лжешь! – сорвался на крик Князь Леса и, вырвавшись из оков, бросился на оппонента – прекрасная плитка трескалась на мелкие кусочки, когда из–под пола резко вытягивались увитые шипами лозы. Они пытались опутать собой ноги Офицера, но тот был чрезвычайно ловкий, чтобы попасть в такую ловушку, даже когда их скорость стала резко возрастать.
Тут же рядом с Князем возникли Нимфы. Они появились совершенно неожиданно – казалось, из солнечного блика отделилась тройка блесток, которые мигом перевоплотились в девушек, бросившихся на врага. Волосы Огнива превратились в пылающий костер, а платье Зефир напоминал перевернутый бутон желтой каллы – легкий цветочный аромат окутывал её, заставляя края слегка покачиваться от потока её собственного ветерка. Шевелюра Водяницы была похожа на кусочек моря, в котором отражалось пламя Огнива, красиво переливаясь – словом, каждая из Нимф и впрямь как–то отражала в себе свою стихию. Может Офицер Джошуа и дальше бы с удовольствием рассматривал прекрасных воительниц, но те не давали такой возможности, нападая на противника, чтобы защитить своего господина. Тот даже расслабился и уселся обратно на трон, глядя на битву со стороны.
Огниво создала в руке огненный вихрь и направила его в сторону Джошуа – несколько таких вихрей стали преследовать мужчину, но тому удавалось их избегать. Зефир, поднявшись в воздух, стала направлять ветер так, чтобы враг попал в одну из этих ловушек пламени, но Офицер направил в её сторону руку и сжал пальцы – пространство исказилось, что–то произошло – и девушка упала на пол, ухватившись за живот.
– Больно! – протянула она жалобно.
– Прости, красотка, но ты мне мешала! – с улыбкой ответил мужчина, однако вновь оттолкнул её в сторону – один из огненных вихрей несся на неё и мог ранить. – Знаешь... – вдруг протянул он, – а я ведь чувствую кое–что в тебе, милая! Думаю, что–то родственное в твоей душе...
Спустя всего мгновение на том месте, где она лежала, появилась лужа – Водяница пыталась уберечь свою подругу от ожогов, но Джошуа успел быстрее. Обе девушки не поняли его намерений, но вот Огниво подобный жест не оценила.
– Вы, две бездарные дурочки! – крикнула она. – Почему я одна борюсь против Офицера Тьмы!? Зефир, Водяница, как вам не стыдно вести себя так, даже не пытаясь спасти нашего господина!
И Хозяин Леса разделил её настрой – крепкая лоза, появившись из–под пола, крепко сжала Зефир и откинула ту в сторону.
– Бестолочь, – разочарованно выдохнул мужчина, с презрением глядя на свою слугу. Та, сжавшись в комочек, придерживала живот и, трясясь, прижалась к стене. Перед её глазами всё кружилось, размывалось, а во рту чувствовался желчный привкус крови. Видя это, Водяница явно испугалась и тут же попыталась окатить Офицера водой, но потом вышел неуверенный и слабый, потому Джошуа легко его отразил так, чтобы потушить один из вихрей Огнива.
– Вот это трата талантов! – усмехнулся Джошуа и, отразив следующую атаку Водяницы, вскоре оказался у стены, где, дрожа, погибала Зефир. Он протянул ей руку. – Идем со мной – я помогу тебе расправить твои Тёмные крылья, – Джошуа понял, что именно в этой Нимфе скапливалась Тьма, которую он ощутил. Даже в злобной Огниве не было столько подавленной боли и страха – она просто была бурной и выражала свою верность Хозяину Леса через битвы. А ведомая Водяница никогда особо не держала в себе эмоции – в этом они были схожи с огненной Нимфой, просто самовыражались по–разному.
– Н–нет! – Зефир замотала головой, но от этого ей стало только хуже. – Я должна быть верной... верной слугой моего господина!
– Ты ему не нужна. Он выкинул тебя как мусор. Откуда в Нимфах такая верность?
– Он... даровал нам жизнь и имя. Без имени у Нимфы нет ни сил, ни жизни!
В этот момент Огниво и Водяница продолжили атаковать, и Офицер отвлекся на них:
– Да боги! Мы же разговариваем, грубиянки! – он сложил ладони и от хлопка затряслась сама земля – с потолка упали кусочки лепнины и мозаики, а со стен свалились картины. Нимфы упали на пол, а их глаза на время заполонила тьма – они ничего не видели и были оглушены. Прервав их атаку, Джошуа вернулся к Зефир. – Всех Нимф создала Мать Природа, чью силу просто нагло своровал Князь – и толком не понял до сих пор как с ней обращаться. Он – тот, кто погубил Матушку. Разве можно быть настолько слепой? Если бы Нимф создавал он, то почему вас только четверо? Почему он не мог пробудить силу последней твоей сестры? Да потому, что это не в его власти – и Младшей пришлось долго накапливать в себе последние частицы магии Матери, чтобы обрести свою силу. Да и разве ты не заметила, что он просто называет вас именами ваших сил? Наверняка, чтобы самому помнить, кто и чем тут управляет. Хватит быть такой наивной.
Зефир посмотрела на Князя, который, поднявшись с трона, уже направился к выходу. Видимо, мужчине наскучило шоу и он решил, что лучше покинуть Зал, пока враг отвлечен на его прислужниц, о благополучии которых он совершенно не думал.
– Если всё так... – она протянула мужчине руку и тут же потеряла сознание. Но ненадолго: Офицер через касание поделился с ней своей силой – и светлые волосы девушки тут же потемнели, а наряд стал более практичным – платье сменилось костюмом, который Нимфе пришелся по душе – особенно все те элементы, которые показывали её стихию.
Поднявшись на ноги, Зефир вдохнула глубоко и сделала выдох – от её дыхания в Зале поднялся такой сильный ветер, что пару оглушенных Нимф тут же отбросило к трону, а сам Хозяин Леса вжался в стену – его лозы никак не могли ему помочь здесь. Нимфа не останавливалась и шла вперед – звук её каблуков отражался от стен замолкшего Зала, пока Зефир не подошла к Князю. Девушка посмотрела на него своими черными глазами, будто ища в его взгляде ответы на свои вопросы, но мужчина лишь оскалился на неё.
– Это правда? – тихо протянула девушка. – Мой господин, Вы убили нашу дорогую Матушку?
– Это всё ложь! – разозлился Князь, но вдруг его искаженное злобой лицо расслабилось, а в глазах отразилось замешательство, когда он заметил, что черные слезы полились с лица Зефир. Но его оцепенение было кратким – Хозяин Леса вновь нахмурился и попытался схватить Нимфу за плечо, но тут же по его руке потянулись черные жилы, которые исчезли сразу, как он убрал руку – остались лишь черные ногти на нескольких пальцах. – Огниво! Водянка! Быстро поднялись и помогли мне!
Но девушки ничего не ответили.
– Черт... Хочешь сделать дело – делай всё сам... – процедил тот сквозь зубы, но вдруг всё затряслось, будто внезапно началось страшное землетрясение. – Да какого чёрта здесь происходит!?