Зов северной луны

Натобу, Лэйван

Настоящее время

Колокол, возвещающий о беде, зазвонил сразу же, как только Ноирин распрощалась с товарищами по учёбе. Тревожные гулкие удары разнеслись по всему Лэйвану вместе с раскатами грома, и вскоре вся площадь перед Анэнх-Бухари была заполнена высыпавшими на улицу студентами. Самые смелые стояли у ворот, пытаясь рассмотреть происходящее через плотную цепь стражников и поисковиков, охраняющих вход; остальные же или прижимались друг к другу, боясь пошевелиться, или отбегали обратно в здание университета в надежде укрыться там.

Ноирин всеобщее замешательство не передалось. После встречи с матерью и обещания защиты с её стороны она впервые почувствовала себя настолько уверенной в себе, что все переживания вмиг перестали казаться весомыми. Эту перемену заметили и близкие: Феникс восхищённо рассматривала Ноирин в упор, пытаясь отыскать причину изменений в её внешности; Шиван долго допытывался у неё, что такое сделал Нэйхан, раз она так резко изменилась; а Нэйхан, в свою очередь, просто сдержанно удивлялся неизвестно откуда взявшейся смелости.

Сама Ноирин ничему не удивлялась. Все прежние чувства и эмоции странным образом исчезли после угроз бело-розовой тени: вместо них осталась выжженная пустыня, на которой только-только начали появляться свежие ростки, словно она — или то, что жило внутри неё — переродилась, став кем-то другим. По сути, это так и было: внутренний голос, преследующий её с первого дня жизни, исчез, и она, избавившись от тяжёлых оков, наконец-то сумела измениться.

Ноирин догадывалась, что влияние тени — точнее, обеих богинь — прекратилось ненадолго, но старалась не думать об этом, наслаждаясь новой собой: решительной, рассудительной и вдумчивой, совсем как мать, от которой шла ощутимо сильная энергия. О встрече с женщиной она никому не рассказывала, понимая, что это должно остаться между ними двумя; да и про вину Звёздной и Туманной богинь больше не заикалась, так и не объяснив Нэйхану, что она имела в виду.

Забросив учебник по основам фундаментальных систем в холщовую сумку, Ноирин поспешила к стоявшим у ворот студентам. Поисковики настойчиво пытались отправить зевак подальше от эпицентра событий, но никто из них не сдвинулся с места.

— Вы нас почему тут держите? — крикнул один из старших студентов. — Среди нас воинов всяко побольше, мы легко со всем справимся!

— Это дело стражников Натобу! — вызверился в ответ поисковик с пухлым детским лицом. — Не мешайте!

Студенты протестующе зашумели. Ноирин протиснулась мимо пары возмущённых господ, чуть не наступив на белоснежный носок сапога одного из них, и подошла к благообразному юноше в сине-чёрных одеждах какого-то из аньдийских кланов. Он покосился на неё сквозь толстые стёкла круглых очков и деликатно посторонился, чтобы она смогла встать рядом.

— Что происходит-то? — поинтересовалась она. — Кочевники напали?

Набеги воинов из некоторых племён Скрытых земель не были такой уж редкостью для Натобу. Иногда дикари неведомым образом прорывались через двойную границу и добирались до самого Лэйвана, уничтожая всё на своём пути огнём и острыми клинками. У столицы их встречало достойное сопротивление в лице имперских стражей и военных поисковиков, но стратегия степных жителей менялась в одночасье, и угадать, на что и как они нападут в следующий раз, было невозможно. Произойти могло всё что угодно, и новых студентов первым делом предупреждали об опасности и том, как следует вести себя в случае вторжения кочевников.

— Нет, — гнусаво ответил парень. — Вроде бы там что-то поинтереснее происходит. Если я правильно понял, десятки каких-то тварей в город пробрались. То ли вутхи, то ли нет, но...

Не дослушав, Ноирин развернулась и побежала вдоль высокого каменного забора, расталкивая зевак. Она знала, что когда-нибудь настанет тот день, когда существа, свободно расхаживающие по Лэйвану, в конце концов размножатся так, что не обращать на них внимание станет невозможно. Лишь пару раз за несколько месяцев до неё доходили возмущения по поводу бездействия стражников, которые не предпринимали ничего против странных созданий, но все вокруг были так заняты своими делами, что предпочли закрыть глаза на незваных гостей: не нападают — и ладно.

Ей же хотелось одного: лично поймать одну из вёртких тварей, притащить её к императору Лэю и вытряхнуть из него всю информацию о Дайши, в котором эти монстры и скрывались. Это было чересчур безрассудно и глупо, ведь она сама даже не понимала, почему её так тянет к этому таинственному месту, однако тха упорно посылала беспокойные сигналы при каждом упоминании фиолетового свечения, и к ним Ноирин не могла не прислушаться.

Нырнув в проём между стволами мятного ириса — невысоких деревьев с диковинными тёмно-синими листьями, — она завернула за живую изгородь и очутилась на небольшой полузаброшенной площадке. Там стояли одинокая скособоченная скамья и разбитый каменный фонтан, доверху поросший плющом. Под скамьёй лежала целая гора пожелтевших бумаг и размякших от постоянных дождей книг. Чуть поодаль располагались пустые винные бутылки: какие-то из них были разбиты вдребезги, а какие-то ещё блестели подозрительной чистотой.

Ноирин уже бывала здесь: однажды Феникс, перебрав аньдийского вина из ирги, привела её сюда, в одно из «потайных местечек Анэнх-Бухари», чтобы продемонстрировать большой лаз в заборе, беспечно прикрытый старыми ветками. Почему преподавательница это сделала, оставалось загадкой, но Ноирин определённо была ей за это благодарна: сейчас тайный проход мог сослужить ей неплохую службу.

Но...

Он оказался не таким уж и тайным: осмотревшись, Ноирин с замиранием сердца услышала доносящиеся со стороны лаза голоса. Сначала она хотела развернуться и поискать другие способы выйти в город незамеченной, но, моментально узнав один из голосов, уверенно побежала вперёд.

В расчищенном проёме мелькнуло знакомое серо-зелёное платье. Изловчившись, Ноирин схватилась за край ткани и потянула её на себя. Шиван взвизгнул, как застигнутый в неподобающий момент придворный мальчишка, рванул вперёд и, обернувшись, округлил глаза.

— Ч-что ты здесь делаешь?

— А ты? Какого чёрта...

Конец фразы камнем застрял у неё в горле, когда в проходе появился ещё один человек. Царапнув камень краем рогов, Яншу посмотрел на сидящего в траве Шивана и точно так же, как он, широко раскрыл глаза.

— Вы что, знакомы? И с каких пор? — озвучила Ноирин первое, что пришло ей в голову.

— Не думаю, что у нас есть время это обсуждать. — Яншу попытался перекричать удары колокола. — Нужно бежать, пока не стало совсем худо!

— Ты что, знаешь, откуда появились эти твари? Почему раньше молчал?

— Потому что раньше я только догадывался, с кем это может быть связано, — мрачно ответил Яншу, протянув Шивану руку. — А теперь точно знаю.

— Вообще-то Яншу прав, — взволнованно вставил тот. — Нам надо торопиться, иначе потом вообще ничего расхлебать не получится...

— Тогда я пойду с вами, — дерзко сказала Ноирин. — По дороге расскажете, что к чему!..

Рассказывать о случившемся, стараясь не попасться поисковикам и монстрам, было непросто, но у Яншу и Шивана всё же получилось поведать о том, почему им пришлось воспользоваться потайным ходом на заднем дворе университета. Слушая их сбивчивую речь, Ноирин то и дело щипала себя за предплечье, чтобы убедиться, что она не спит: настолько неожиданной оказалась истина.

Как оказалось, Яншу пытался определить происхождение похожих на вутхи существ с того самого дня, как они с Ноирин увидели одного из них на улицах Лэйвана. Образование, опыт работы с человеческими телами и пара недель наблюдений за чудищами подсказали ему, что причины их появления следует искать в незаконных опытах и экспериментах, которые бывшие студенты закрытых медицинских направлений по-прежнему проводили в своих убежищах.

Таких нарушителей закона в Лэйване осталось немало, и учёный, наверное, никогда бы не догадался, с кого именно ему следует начинать, если бы не тот факт, что один из предполагаемых преступников был ему знаком.

— Его зовут Мирн, — произнёс Яншу, слегка запыхавшись, когда они бежали по пустой улице. Где-то за углом слышался недовольный рёв одного из существ. — Раньше он был моим ассистентом, но я вовремя раскрыл его дурные замыслы и вышвырнул на улицу без инструментов и снадобий, которые могли бы ему пригодиться, поэтому я удивлён, что ему удалось снова начать свои эксперименты...

— И почему ты думаешь, что это именно он виноват в появлении этих чудовищ, раз уж в Лэйване так много других учёных, разбирающихся в этой теме? — справедливо поинтересовалась Ноирин.

Яншу замялся. Ему, очевидно, было непросто делиться пока ещё ничем не подтвержденными подозрениями: резко зардевшись, он так же быстро побледнел и отвернулся, сделав вид, что не расслышал вопрос.

Они повернули на небольшую торговую улицу. На дверях всех лавок висели одинаковые объявления о закрытии на неопределённый срок: вероятнее всего, у их владельцев существовал определённый план действий на случай колокольной тревоги. На мгновение Ноирин показалось, что в соседнем переулке мелькнула чья-то тень, словно некто бежал параллельно с ними — или за ними. Она замедлилась и повернула голову, чтобы рассмотреть преследователя, одетого во что-то похожее на зелёную форму поисковиков, но тот, заметив её взгляд, стремительно исчез из поля зрения.

Яншу тем временем набрался смелости, чтобы ответить. Его хвост напряжённо вытянулся, как подзорная труба, на лице появилось мучительное выражение, а рот искривился, будто учёного мучила сильная зубная боль.

— Ну... Я работал с Мирном достаточно долго и знаю, чего он хотел добиться и какими способами он это делал. Он стремился создать из покойников кого-то вроде вутхи, только более послушных, готовых исполнять любые его приказы, и все эти создания отдалённо похожи на его старые наброски...

Ноирин опешила.

Послушных вутхи?!

Страшно было представить, на что могли оказаться способны подобные существа, особенно ведомые рукой безумца. Холодное оружие кочевников и в подмётки бы не годилось клыкам человекоподобных чудовищ, их вечно голодным пастям и невероятно сильных лап с длинными когтями, которыми они лёгкостью рвали плоть на части. Вообразив себе реки крови и ошмётки тел на улицах Лэйвана, она поёжилась.

— Эта идея казалась мне несбыточной, но... — продолжил Яншу. — Возможно, что-то у Мирна всё же получилось, хотя, похоже, совсем не так, как он задумывал. В общем... Спросим у него обо всём лично, когда доберёмся до его логова, если оно всё ещё находится на прежнем месте...

— А поисковики? — крикнула Ноирин, перепрыгнув через широкую дорожную яму.

— Они пока заняты тем, что пытаются словить хотя бы одного из монстров. Но, судя по тому, что начинается дождь, им это не удастся.

Ноирин кое-как затормозила, заслышав приближающийся топот целого отряда то ли стражников, то ли поисковиков, и присела за поваленной телегой рядом с Шиваном, который за всё время их беготни не сказал ни слова. Яншу примостился рядом, сжавшись в комок, что, учитывая его габариты, выглядело комично, и прикрыл рога ладонью.

— Почему им это не удастся? Хочешь сказать, местные поисковики не привыкли работать в дождливую погоду?

— Нет, — шёпотом ответил учёный. — Эти твари, они... Растворяются в воде. Поэтому их никто и не может поймать. Забегают в переулок, наступают в лужу — и готово. А поисковики теряются, не понимая, куда они подевались. Я сам пытался поймать одного и своими глазами увидел, как он испарился, когда на него попало несколько капель дождя.

— Подожди, — прервала его Ноирин. — А ливнемрак? В тот день, когда мы с тобой гнались за чудищем, лило как из ведра! Почему оно тогда не растворилось?

С опаской выглянув из-за телеги, он покачал головой.

— Точно не знаю. Но многие коллеги предполагают, что дождь, возникающий во время ливнемрака, отличается от обычного составом воды. Думаю, дело именно в этом. Ну, побежали!

На бегу думалось не очень хорошо, но у Ноирин тем не менее получилось составить более-менее целостную картину таинственных лэйванских событий. Если Яншу был прав, и Мирн действительно стоял за всем этим, то его следовало остановить прямо сейчас. «И как он вообще додумался до создания «ручных» вутхи?» — в сердцах подумала она. Ей самой уже хотелось начистить физиономию Мирну за то, что его «творения» заставили её волноваться, лишив спокойного сна.

А вдруг... Ноирин едва не впечаталась в фонарный столб.

А вдруг Мирн использовал силу ещё одного чёрного кристалла, и именно поэтому её так тянет к этим существам?

— В списке богинь был фанатик... — пробормотала она.

Какова была вероятность, что в Натобу оказалось два кристалла? Один был найден «дуэтом», а второй... Кто знает, может, Мирн тоже участвовал в раскопках? Или он купил кристалл у странствующего торговца, чтобы изучить его, а в результате приспособился применять его силу в своих экспериментах? Вряд ли его чудовища появились из-за обычной смеси снадобий, о которых говорил Яншу: на них, безусловно, повлияло что-то более чудовищное.

— Фанатик... — повторила Ноирин. — Ты ли тот фанатик из списка, Мирн?

— Что? — переспросил Шиван. — Ты о чём?

По нему было заметно, что он выдохся из-за долгого бега: на лице блестел пот, румянец на щеках горел лихорадочно-красным цветом, из приоткрытого рта вырывалось хриплое дыхание. Шиван несколько лет не занимался усиленными тренировками, через которые проходили все клановые наследники, потому что предпочитал проводить время во сне или за чтением, и в данный момент явно жалел о своей лени.

Ноирин встрепенулась.

— Я говорю... Ты-то с какого бока в этой истории?

— Мы с господином Яншу встречались раньше, а общаться стали после одной студенческой конференции... Я просто решил ему помочь... Ну и....

Он хотел добавить что-то ещё, но не успел: огромный поисковик, размерами и буйной шевелюрой напоминающий разбуженного от спячки медведя, преградил ему дорогу и схватил за шиворот, как провинившегося в чём-то ребёнка. Второй таким же способом остановил принявшуюся брыкаться Ноирин, а на Яншу пришлось двое наряженных в доспехи стражников.

Целая толпа поисковиков и военных собралась перед домом, окна в котором были наглухо заколочены широкими досками. Он казался заброшенным, но за открытой дверью, расположенной на уровне земли, виднелись чьи-то изломанные силуэты.

Вывернувшись из мёртвой хватки, Ноирин увидела двойника вутхи, выбирающегося наружу на четвереньках. За ним следовал другой, низкий и толстый, песочно-коричневый, как оживший гриб-боровик. Несколько поисковиков, протянув руки, издали боевой клич. От них исходила плотная волна пришедшей в движение тха, и она притихла, нетерпеливо ожидая, что последует за готовящимся выбросом энергии.

В следующий миг по чудищам ударили плотные струи воды, вырвавшиеся из ладоней поисковиков. Раздался оглушительный визг, который достаточно быстро превратился в затухающий писк и вскоре стих окончательно. Недолго все молчали, и когда от монстров остались только еле заметные тёмные пятна, один из стражников победно крикнул:

— Господин Дахи-то был прав, что их обычной водой прикончить можно! А мы не верили!

— Сомнения — не порок, — со смехом ответил племянник императора. — Главное, что вы воочию убедились в моей правоте!

Ноирин задрала голову, чтобы увидеть Дахи в толпе. Он стоял на постаменте рядом с невысокой статуей, по-свойски обнимая каменную женщину за талию, и горделиво смотрел на хлопающих ему стражников. Его жгучий взгляд остановился и на Ноирин: она конвульсивно дёрнулась — поисковик, стоящий позади, презрительно хмыкнул, — но сумела вызывающе взглянуть на Дахи в ответ.

— Вытащите преступника на улицу и залейте подвал водой, — велел он. — Посмотрим, поможет ли это их остановить.

Поисковики бросились выполнять приказ. Сделав какой-то знак рукой, Дахи спрыгнул с постамента и подошёл к Ноирин. Яншу и Шивана тоже подтолкнули к ним. Учёный был мрачнее тучи: когда Дахи протянул ладонь в качестве приветствия, он отвернулся и промолчал.

— Ну и что вы хотели сделать? Внести свой вклад в спасение Лэйвана? Спасибо, мы сами справились!

Дахи обращался к Яншу, но тот никак не отреагировал. Решив помочь, Ноирин обстоятельно ответила:

— Мы хотели поймать того, кто придумал создавать этих недо-вутхи! Я с первых дней здесь видела их во дворе Облачного дома и думала, что...

Он захохотал — да так сильно, что согнулся пополам.

— Ну, ты умеешь обращать на себя пристальное внимание! То Дайши интересуешься, то преступников ловить собираешься...

— Командир! — окликнул его стражник. — Достали! Куда его?

Ноирин с любопытством посмотрела на наголо выбритого молодого мужчину в мокрой одежде. Вид у него был абсолютно безумный: выпученные глаза вращались с невероятной скоростью, а неестественная улыбка походила на оскал дикого животного. Дахи скривился.

— В Альянс, — коротко распорядился он и, убедившись, что мужчину уволокли прочь, снова повернулся к Яншу. — Ну а ты что, Сирен? Тебе заняться нечем, раз с детишками бегаешь по городу, когда колокол звонит? Думал, мы ничего не знаем? Ну, извини, что не поторопились с активными действиями. Император хотел сначала основательно разобраться, откуда появляются эти твари и кого за это следует наказать. Или ты решил, что раз дело касается твоего бывшего ассистента, то ты и должен из него дурь вытряхнуть?

— Да какая уже разница, что я думал. Хотя ты прав, я действительно планировал поговорить с Мирном быстрее, чем вы, и убедить его в том, что с человеческими телами нужно обращаться уважительно.

— Его не убеждать нужно, а судить. Увещевания здесь бесполезны.

Молчавший до сих пор Шиван, проведя ладонью по торчащим во все стороны волосам, недоумённо спросил:

— И зачем вы так долго тянули со всем этим? Фальшивые вутхи аж по всему городу разбрелись! Да и весь университет на ушах стоит из-за колокола...

Дахи скучающе зевнул.

— Не знаю почему, но их в Дайши тянуло. А Дайши — отдельный разговор: если оно оказывается на пути, действовать надо с осторожностью и не торопясь. Что насчёт колокола ... Надо же как-то чересчур любопытных в узде держать! Нам нужны были пустые улицы!

Ноирин вздохнула. Ситуация с самого начала казалась ей абсурдной, однако стоило ли удивляться, учитывая, что решения и приказы императора Натобу ещё не самые взбалмошные, какими могли бы быть?

— Вы не расстраивайтесь! — добавил Дахи. — И кроме вас ещё много было тех, кто замечал этих чёртовых созданий и бегал за ними, как петух за курицами. Весь Лэйван всполошился всего-то из-за придурка, который экспериментировал с запрещёнными зельями и собственной тха, ничуть себя не жалея!

Ноирин нахмурилась. Она хотела возразить, что Лэйван «всполошился» в первую очередь не из-за Мирна, а из-за бездействия императора и его стражи. Неужели не проще было оповестить население о том, что жуткие монстры не опасны и на них не стоит обращать внимание, раз уж за ними решили понаблюдать подольше? Всё-таки среди студентов и гостей столицы много представителей кланов и других знатных людей, и ради их спокойствия можно было и не скрывать истину...

Или же императору Лэю просто нравится смотреть, как город шумит и беспокоится, не зная, что происходит, в то время как он сам целиком и полностью контролирует ситуацию?

Ей показалось, что эту крамольную мысль озвучил внутренний голос. Кое-как успокоив поднявшееся внутри волнение, она мысленно напомнила себе о том, что тень богинь сейчас зализывает раны и вряд ли может вмешиваться в её раздумья.

— Ну что? — поинтересовался Дахи. — Разобрались?

— Да, — хором ответили Шиван и по-прежнему мрачный Яншу.

— Нет, подождите! — рьяно запротестовала Ноирин. — Ещё не разобрались!

Три пары глаз уставились прямо на неё. Сжав кулаки, она сделала глубокий вдох и разъярённо заорала:

— Да что такое это ваше хреново Дайши?!..