Глава 21
Щекотка от гомофобии, или как подружиться с императором
Комната была устроена по всем правилам своего назначения. Палитра интерьера в основном белого и красного оттенков. Почти на каждой тумбочке стояли минимум по три свечи в подсвечниках, напоминающих лавовые лампы. Мягкий, будто только что купленный светлый коврик под ногами и сделанное из живых красных цветов фосфоресцирующее сердце посередине одной из стен комнаты. Как потом узнал Руслан, цветы могут выглядеть как только что срезанные в течение нескольких месяцев, благодаря наложенной на них магии долгоцвета. Другая же стена оказалась полностью остеклённой. Прикрывала её полупрозрачная красная тюль, обрамлённая тяжёлыми белыми гардинами с вкраплениями бордовых лент и различных контрастных вставок. За ними пряталась стеклянная дверь, ведущая на (мать моя женщина!) огромную террасу с личным джакузи, или как там её здесь называют - брачная купель. Но Руслану это слово категорически не понравилось, и он решил остановиться на более-менее привычном «джакузи». Помимо неё на террасе стояли двухместные качели, украшенные вьющимися сиреневыми цветами, скамейки и лежаки, обитые чем-то мягким, много-много различных горшков и ваз с растениями, столик на трёх ножках и входящие к нему в комплект два плетёных стула. Ну и, конечно же, изумительный вид на ночной город, где сейчас по всем улицам горели огни начинающегося празднества. Но центром всего этого подталкивающего к демографическому росту неприличия была бесспорно она - кровать. Огромная и круглая она так и манила в свои объятья тёмно-фиолетовыми шёлковыми простынями и мягкими, как пух, подушками. Напротив неё Русик разглядел дверь, видимо, в ванную.
Обойдя весь номер и дождавшись, пока неистово зевающие работницы гостиницы приведут в первоначальное состояние кровать, доложат недостающие средства гигиены в ванную и активируют печать очищения в джакузи, Руслан и Рудалон, в целом, не пожалели, что рискнули на такую небольшую авантюру ради него. Ну, рискнул-то Рудалон, а Русик просто успокоил себя и свою алчную душу. На часах показывало половину первого ночи, но... уборщик почему-то не чувствовал прежнюю сонливость.
Вскоре работницы ушли. Мужчина пожелал им спокойной ночи, но они только непонимающе на него зыркнули и удалились восвояси, так ничего и не ответив. Не жаловали они, видимо, полуночных гостей. Руслан в очередной раз оглядел комнату, и его взгляд снова задержался на исполинских размеров кровати. «Раньше я бы и на односпалке ютился с другим человеком, так в чём же дело сейчас?» - поймал себя на тревожных мыслях уборщик. «Ну, этому есть разумное объяснение, - продолжил он за невидимого собеседника, - на однушке ты бы спал с таким же бомжом, как и сам. А тут - император. Ещё и вдобавок твой работодатель. Конечно, всем станет не по себе! И эти свободы в отношениях... Когда знаешь, что до вас тут жила парочка женатых мужчин, а теперь сюда, в такую обстановку, заселились вы... Начинаешь невольно сравнивать себя с ними».
- А тут точно нет кресла-кровати или раскладушки какой?
- М? Ты о чём? - удивлённо взглянул на него император.
- Ну, дополнительные спальные места, - попытался объяснить мужчина.
- Зачем?
Этот вопрос ввёл Руслана в ступор. Ну, как ему это объяснить? Как объяснить монарху, что ему именно в данный момент не хочется с ним спать в одной кровати? Как объяснить, если даже себе Русик не может этого толком сделать?
- Ты боишься меня? - неожиданно спросил Рудалон, с тяжёлым вздохом сев на край кровати.
- Нет-нет-нет! - тут же отчаянно замахал руками уборщик, - я просто... волнуюсь.
- Почему? - император чуть склонил голову набок, испытующе глядя на Руслана.
- Сам не знаю, - дёрнул плечом мужчина.
- А я, кажется, знаю. По крайней мере «фундамент» твоих волнений мне известен, - неожиданно мягко сказал монарх, отчего сердце его собеседника гулко стукнуло и переместилось куда-то в левую почку.
- Знаешь, однополые пары у нас встречаются довольно часто, и избегать каждую встречную-случайную у тебя просто физически не получится. Так что тебе надо как-то изменить своё мнение о них, иначе у тебя просто крыша поедет шугаться ото всех и каждого, - Его Величеству не хватало только чая и тонких очков на кончике носа, чтобы сгодиться за какого-нибудь клинического психолога. Его поза была расслабленной, а взгляд будто пронизывал насквозь, из-за чего «пациент» почувствовал себя немного неуютно и по принципу «в ногах правды нет» тоже сел на кровать рядом с Рудалоном. Как-никак, а за время их пока ещё недолгой поездки император стал для него немного больше, чем просто начальником. Мужчина рассказал ему столько всего, что какие-то ужимы и недосказанности были бы теперь с его стороны просто неуместными или даже смешными.
- Это... ненормально. Как они могут... вот так? - прошептал Русик, опустив взгляд куда-то в район своих коленок.
- Как, так?
- Вы сами знаете.
- Ну как?
- Не издевайтесь, пожалуйста.
- Я не издеваюсь. Я просто хочу услышать от тебя внятный ответ. Так как?
- ...
- Невзирая ни на что, любить друг друга?
- Это не любовь! - неожиданно вспылил Руслан, - это извращение какое-то! Существуют мужчина и женщина - вот между ними существует симпатия и настоящие чувства, а это... это...
- Что?
- Не любовь. Однозначно не она.
- Почему же так категорично? - улыбнулся император, - что в твоём понимании вообще значит любовь?
- Желание создать семью с этим человеком.
- И всё?
- А что, этого недостаточно?
- То есть, ты считаешь, что именно этот факт и характеризует настоящую любовь?
- Да, - как китайский болванчик в очередной раз кивнул Руслан, - а с мужчиной семью не заведёшь.
- Хорошо. Тогда, я тебе скажу другую сторону этой проблемы. Любовь между мужчиной и женщиной можно объяснить неосознанным инстинктом к продолжению рода. Мужчине нужна самка для дальнейшего потомства, женщине нужен самец для оплодотворения, на этом, в основном, всё и завязывается. Где ты видел пары, которые безудержно друг друга любят и обожают и при этом даже не задумываются о детях? Судя по твоим словам, если мужчина и женщина не хотят детей, то это не любовь, это чисто так - удовлетворение потребностей, так?
- Ну, получается... Нет, не совсем, - нахмурился уборщик, чувствуя себя как маленький ребёнок, которому объясняют таблицу умножения.
- Вот. Если говорить в общих чертах, не разделяя на виды этих отношений, почему сознательная любовь, которая не требует от партнёра дальнейшего потомства, которая не основана на инстинкте самовоспроизведения и сохранения своего рода - это извращение?
Руслан молчал. С такой стороны он этот вопрос ещё не рассматривал. Нет, скорее даже не пытался рассматривать.
- Мне кажется, что это и есть истинная привязанность друг к другу, когда тебе наплевать на мнение общественности, на всякие негласные правила и законы и ты просто хочешь быть рядом со своим любимым. Может, я, конечно, в чём-то не прав, но мне кажется, что однополые отношения имеют право на существование. Разве не так?
- Вы сейчас так говорите, словно любовь между мужчиной и женщиной неправильная. Разве это всего лишь какой-то инстинкт? И вообще это выглядит всё так, будто вы вообще не считаете гетеросексуальность искренней. Но это же не так!
- Не воспринимай настолько радикально мои слова, - покачал головой Рудалон, - я всего лишь показал тебе другую сторону этой монеты. Я хочу донести тебе, что не так, как надо, - не всегда плохо. Ты можешь любить женщин и только женщин, а я, например, могу любить ещё и мужчин, - на этом моменте Русик икнул, - так разве это делает меня омерзительным, скажи?
- Я не говорил, что это омерзительно, - прошептал мужчина, - я говорил, что это неправильно.
- И извращённо, - кивнул монарх. - Значит, по-твоему, я извращенец?
- Нет.
- Аморал?
- Нет.
- Если я коснусь тебя, ты убежишь?
- Нет!
- А какой я тогда?
- Я не знаю... Нормальный!
- Но я же занимался сексом с мужчиной.
- Ну...
- И не один раз.
- А...
- И мне это нравится.
- Я...
- И моим партнёрам тоже.
- Да какая разница?!
Руслан просто не находил себе места и каждую секунду порывался встать с кровати. Краска залила всё лицо вплоть до ушей, из-за чего он просто-напросто не мог смотреть в сторону императора, так спокойно рассуждающего на такую щекотливую тему. И хотя уже откровенные разговоры с Рудалоном не должны были быть чем-то сверхъестественным для уборщика, но в этом случае всё было почему-то словно в первый раз и на трезвую голову. Беседовать об этом было, мягко говоря, странно и стыдно. В голове у Руслана всё перевернулось с ног на голову, ведь то, что годами являлось для него неоспоримой истиной, вдруг взяли и поставили под сомнение. И действительно, почему неестественность должна быть обязательно отрицательным фактором? Какая разница, кого любит человек? С кем спит? Раньше ответить на эти вопросы было намного проще. Может, это потому что общество так на него влияло, стереотипы. Да и не встречались никогда мужчине в его прошлой жизни такие инакомыслящие личности. Никто не заставлял его задуматься над своими убеждениями, как-то изменить их. В этом разделе он, не глядя, поставил галочку, чисто чтоб была, и спокойно двигался дальше. Тогда это было ему просто-напросто не нужно. Но теперь его окружает совсем другой мир. Существа, культура, ценности, нравы и нормы - всё это теперь абсолютно отличается от прежней «Сонной» жизни. Так разве должен ли он идти вразрез с ним? Нет. Он слишком многим ему обязан. Этот мир дал ему работу, дом, интересный круг общения... эксцентричного начальника и настоящее ощущение жизни! Так разве не справедливо будет принять его таким, какой он есть? Тем более Рудалон даже после всего, что он сказал, совсем не противен ему. Нет даже малейшего чувства отторжения.
- Ну так что? - вырвал его из пучины своих мыслей император.
- Я... попытаюсь смириться с этим, - уклончиво ответил уборщик.
- Смириться? - улыбнулся Рудалон, - мне кажется, что ты это только что сделал. Лучше скажи: «Привыкну».
- Ну, да, - не стал спорить с такими словами Русик и устало откинулся на мягкую постель, - но теперь мне ещё неуютнее ложиться с вами в одну кровать.
- Боишься, что я тебе что-то сделаю? - фыркнул монарх, взглянув на него сверху вниз.
- Боюсь того, что это в принципе возможно. А то я раньше хоть как-то сомневался в этом, а сейчас... Кто знает, что от вас ожидать? - с максимально подозрительным видом посмотрел он на Рудалона.
- Действительно, кто знает? - тоже нацепив на себя серьёзную мину протянул император, - но не волнуйся - ты не в моём вкусе.
- Ага, как же, - усмехнулся Русик, - кажется ваш «младшенький» так не считает.
Реакция Его Величества была незамедлительной. Округлив от удивления глаза, он мгновенно прикрыл причинные место первой попавшейся под руку подушкой, и только потом до него дошло, что к чему. Руслан не сдержался и прыснул, зажав рот ладонью, чтобы не засмеяться в голос. Посмотрев в его сторону с откровенным скепсисом, Рудалон кинул вышеобозначенной подушкой прямо мужчине в лицо.
- Не забывай, кто я, шутник, - одёрнул он его, - а то в последнее время ты что-то слишком распалился. Балую я тебя много. Пора и начинать наказывать.
Неожиданно император схватил Руслана одной рукой за бедро, а другой за плечо и без особого труда перевернул того на живот. В следующий момент монарх уже сидел на его пояснице и с хитрой улыбкой крепко прижимал локти своего работника к постели.
- Э... Э! - только и смог произнести уборщик, оказавшись плотно впечатанным в прохладное шёлковое покрывало, - что вы?..
- Говорят, тела людей намного чувствительнее, чем у многих других рас, - наклонившись к самому уху прошептал император, чем невольно заставил Руслана вздрогнуть.
- Я от-ткуда знаю, - нахмурился мужчина, несмотря на железную хватку монарха, всё же попытавшись скинуть с себя незваного гостя.
- Стояяять, - протянул Рудалон, неожиданно поместив свои пальцы прямо на нежную кожу подмышек.
В ту же секунду Русик инстинктивно дёрнулся вперёд и прижал локти к бокам. Но это лишь сжало находившиеся там пальцы, но никак не обездвижило их. В голове всё перемешалось от нарастающей паники. Остро ощущая исходящую от них опасность, мужчина буквально окаменел, пытаясь ни единым движением не спровоцировать хозяина этих шаловливых конечностей.
- В-Ваше Величество, не н-надо, - задушено прошептал мужчина, - пожалуйста. Я щ-щекотки с детства очень боюсь.
- Ага, - кивнул император, - теперь мы так запели, - и неожиданно двинул пальцами.
- Ааах! - чуть ли не подбросило Руслана, - Нет! Прошу!
- Хм, всё-таки чувствительнее, - покачал головой Рудалон. - Почему ты такой слабенький, чучундрик?
- Я... А! Нет! Хва-хватит!
Императору явно понравилось сие действо. Такой, знаете, ухищренный метод полного подчинения или щадящий вариант пыток. Улыбнувшись, он протолкнул пальцы глубже, добившись того, что Руслан вскрикнул и выгнул спину от резких ощущений.
- Прошу... Не надо... Я понял. Я всё понял. Отпустите, пожалуйста!
С самой юности Русик очень остро переносил щекотку. Он кричал, вырывался, плакал, отчего вызывал смех у дворовых мальчишек, которые специально поднимали и удерживали руку своего товарища и нещадно щекотали до полного бессилия. Правда, после этого им не хило доставало в челюсть, но сути это не меняло - Руслан просто панически боялся пальцев под своими подмышками.
- Так я же ещё ничего не сделал! - засмеялся Рудалон и вдруг с удвоенной силой начал щекотать мужчину, на этот раз больше не останавливаясь и, видимо, намереваясь довести бедного человека до полного истощения.
- Ааааааааа! - вскричал Русик, словно в припадке, извиваясь под своим мучителем, - Пре!.. Хва!.. Нет! ААХ!!!
Казалось, вакханалия на кровати длилась не меньше полуминуты, а вечность. На глазах выступили слёзы, лицо раскраснелось, а тело дрожало, словно в припадке. От беспрерывного смеха из горла уже начали вырываться хрип и откровенный скулёж. Мужчина, сопротивлялся как мог, но в конце концов уткнулся носом в покрывало и в беззвучном хохоте стал смиренно ждать, когда же эта пытка закончится.
- Ну, так не интересно, - вздохнул император и прекратил щекотать своего подчинённого. Однако, пальцы из складок кожи так и не вытащил, - и где мольба о прощении? Где выпрашивания моей милости?
- Я просил... - тяжело дыша, простонал мужчина, отодрав лицо от кровати, на которой отчего-то остался мокрый след, - просил!..
- Но-но-но, ты чего? - Рудалон мгновенно переменился в лице и слез с поясницы уборщика, - так больно было, что ли?
- Нет, не больно, - произнёс Руслан, с трудом переворачиваясь обратно на спину, - но было такое ощущение, что ещё чуть-чуть и я сдохну.
- Сам виноват, - нахмурился монарх, - нечего было так со мной похабно вести.
- Но я же шутил!
- Шутил он, - покачал головой Рудалон, - а если ты так пошутишь потом, при какой-нибудь иностранной делегации? Что тогда будет?
- А что будет? - удивлённо посмотрел на него снизу вверх Русик, еле касаясь кудрявой макушкой колен императора.
- Как ты не поймёшь, - вздохнул полудракон, - Великий Император должен внушать страх и уважение своим подданным, а так получается, что я... со своим собственным уборщиком шутки шучу. Как-то неправильно это.
- Кажется, вы некоторое время назад говорил мне что-то про «не так, как надо, - не всегда плохо», - улыбнулся мужчина.
Отчего-то на душе царила удивительная лёгкость. Словно что-то тёмное и тяжёлое вдруг взяло и отпустило его сердце. Хотелось дышать, дышать глубоко и медленно. И улыбаться. Все переживания и проблемы неожиданно стали блеклыми, почти прозрачными; и казалось, что всё отрицательное, накопившееся в этом теле за многие годы, сейчас просто исчезло. Эта невиданная доселе лёгкость была похожа на эйфорию. Полёт без крыльев - они были не нужны. Руслан сам не понимал, что с ним творилось в этот самый момент. Хотелось лежать, но вовсе не от усталости! Если он встанет, то может и в пляс пуститься, но он был парень скромный.
- А если я пообещаю, что во время визитов иностранных делегаций буду прятаться в кладовке, вы мне простите моё неофициальное поведение? Ну, пока никто не видит? - вместе с этим странным чувством откуда-то взялась и смелость. На всякий случай Руслан приготовился уворачиваться от цепких рук правителя Арии. А то вдруг он ещё додумается повторить недавнюю пытку. - М?
- Даже не думай.
- Так у вас совсем друзей не будет!
- А ты так хочешь им стать?
- А вы так не хотите, чтобы я им был?
На это Рудалон только устало вздохнул.
- Ну так что? - спросил Русик. Он сейчас сам не понимал, что говорит и чего хочет добиться, но им двигала до того неслыханная настырность и решительность, что не подчиниться этому было бы высшим преступлением.
- Наглец, - покачал головой император, - такого себе даже Лана не позволяет, понимаешь?
- Так я, значит, буду первопроходцем! Стойким и бесстрашным.
- Глупым и безрассудным. Что на тебя нашло? Никак подлизываться вздумал?
- Нет, - нахмурился мужчина. - Не хотите друзей - так и скажите. Я отстану. Раз вам кажется, что я в корыстных целях...
- Так я и так знаю, что не в корыстных, - вздохнул монарх, - просто... неожиданно ты как-то начал.
- Ну, вы ведь Великий Император. Вам не в первый раз принимать быстрые решения.
- Ты мне ещё и время ограничиваешь?
- Никак нет, Ваше Величество! Я всего лишь ваш покорный слуга!
- Хах, прекрасно, и что мне с тобой делать, покорный слуга?
В ответ он получил лишь лучезарную улыбку своего, как оказалось, настырного работника. А почему бы и нет?
- Ну, ладно... Я попытаюсь смириться с этим, - усмехнулся Рудалон, передразнив прошлое высказывание уборщика, и взлохматил непослушные барашки наглого иномирца, - который час?
Русик в самом хорошем расположении духа приподнялся на локтях и взглянул на туалетный столик, где стояли классические для этого мира часы. Они выглядели как песочные, только плоские и широкие. Днём песок сыпался вниз, но сразу не достигал дна, а, словно по невидимым изгибам вырисовывал знаки, обозначающие цифры. Ночью всё было точно также, только на этот раз песок устремлялся каким-то образом вверх и точно также проявлял текущее время. Очень, кстати, высокоточная система.
- Ну, если немного округлить, то три.
- Хочешь, подождём ещё немного и встретим Летнюю Звезду? Уверен, тебе понравится.
- А как же «наконец-то мы выспимся в нормальных условиях»?
- Решать тебе, я её уже видел.
Русик прислушался к себе. Усталость была, но не настолько явная, что можно было бы без лишних слов взять и свалиться без сил.
- Ну, хорошо. Увидим, и сразу же в постель, - сказал он, словно сам себя уговаривая. - Только... я бы хотел ещё кое-что сделать.
- Если это то, о чём ты сейчас думаешь, то я определённо с тобой, - усмехнулся император и, встав с кровати, стянул футболку.
***
- Есть какие-нибудь новости?
- Ничего, что могло бы вас, хозяин, заинтересовать, я пока не слышала. Все в императорском доме обсуждают только предстоящую свадьбу и меня.
- В смысле? Ты что, совершила ошибку и привлекла к себе внимание?
- Нет, что вы! Судя по тому, что я подслушала, подозревают всех подряд, но только не нас, уверяю! Да и как нас могут заподозрить, я вас умоляю, сразу на смех этого сумасшедшего поднимут. Я имею в виду, что обсуждают меня как «крысу».
- То есть, они уже поняли, что у меня свои уши в императорском доме?
- Ну, не совсем в доме, конечно, но суть такая, да.
- Хорошо, главное, что пока все находится под контролем. Ты точно нигде не прокололась?
- Точно. Хотя, один раз было перед этим иномирянином, но он сам даже не понял, что произошло. Я уверена, он уже давно про это забыл.
- Надеюсь. А... как там она?
- Вы имеете в виду...
- Она. Ты её видела?
- Я её вижу почти каждый день, хозяин. Впрочем, как и всех остальных.
- И как продвигается работа?
- Я делаю всё возможное. Понемногу её ментальная защита истончается, что уже глобальное достижение, если смотреть на немалые ограничения в моих действиях и условия работы. Думаю, к установленному сроку мы успеем.
- Я всё ещё надеюсь, что это не понадобится.
- Учтите, она своевольна.
- Я тоже. Не зря же у нас общий создатель.