Глава 35
Финал Гран-при закончился громкими аплодисментами.
Тем странным моментом, когда ты уже стоишь на пьедестале, свет бьёт в глаза, медаль холодит кожу, а в голове не всплывает ни одна чёткая мысль. Только ощущение: мы сделали это. Как надо. Не без страха. Но честно — от первого толчка до последней секунды проката.
Я смотрела на лёд снизу вверх и вдруг поймала себя на том, что думаю не о победе, а о том, что будет дальше. После финалов всегда наступает пауза — опасная и притягательная. Когда кажется, что вершина уже под ногами, но на самом деле впереди ещё больше.
Что ждёт нас теперь?
Новый сезон. Новые ожидания. Новый уровень давления. И мы — уже не те, кого можно недооценить.
Мы с Минхо стояли рядом, когда к нам подошли журналисты. Камеры, микрофоны, знакомые лица — всё это вдруг вернуло меня в реальность. Он привычно выпрямился, собранный, спокойный. Я — чуть медленнее, всё ещё догоняя собственные эмоции.
— Поздравляем с победой, — сказала девушка с микрофоном, улыбаясь слишком профессионально. — Это был невероятный прокат. Какие планы дальше?
Я успела вдохнуть, но Минхо заговорил первым.
— Сейчас мы хотим немного восстановиться, — ровно сказал он. — Этот сезон был длинным.
Я кивнула, чувствуя, как камера на секунду смещается в мою сторону.
— Но в целом, — продолжил он, — наша цель остаётся прежней. Мы смотрим в сторону чемпионата мира.
Слова повисли в воздухе — громкие, уверенные.
— Да, — добавила я, уже увереннее. — Мы понимаем, сколько ещё предстоит работы, но именно туда мы хотим прийти. Не просто участвовать, а быть конкурентоспособными.
На секунду наступила тишина, а потом посыпались реакции.
— Это очень смело.
— У вас огромный потенциал.
— После такого финала — это более чем реально.
Я улыбалась, но внутри всё сжималось от ответственности, которая росла с каждым подобным комментарием. Восхищение всегда идёт рука об руку с ожиданиями.
— Ребята, — раздался знакомый голос сбоку, — хватит на сегодня.
Адам появился словно по расписанию — строгий, собранный, с тем выражением лица, которое не оставляло пространства для обсуждений.
— Они только что откатали финал, — добавил он, уже обращаясь к журналистам. — Дайте им выдохнуть.
Камеры начали опускаться, микрофоны — отодвигаться. Кто-то ещё успел пожелать удачи, кто-то — подмигнуть.
Мы с Минхо переглянулись.
Мы свернули в служебный коридор, и шум арены остался где-то позади, будто его приглушили невидимой дверью. Здесь было прохладнее и тише: гул голосов превращался в далёкое эхо, шаги звучали глухо, а свет ламп казался слишком белым после прожекторов.
Адам остановился у стены, и к нему сразу подошла Клара. Она выглядела так, словно пережила за нас каждую секунду проката — глаза блестели, щеки чуть порозовели.
— Вы были великолепны, — сказала она, не скрывая улыбки. — Правда. Спокойно, уверенно, по-взрослому.
Я кивнула, не сразу найдя слова. Вместо этого машинально дотронулась до медали на шее. Металл был холодным, реальным — как подтверждение того, что всё это не сон. Я улыбнулась, коротко, почти смущённо.
Краем глаза я заметила, как Клара и Адам переглянулись. Это был тот самый взгляд — быстрый, тёплый, слишком согласованный, чтобы быть случайным. В следующую секунду Адам мягко положил руку ей на талию.
Я резко перевела на них взгляд.
Глаза сами расширились, будто я увидела что-то, что давно было на поверхности, но почему-то только сейчас стало очевидным. Сердце пропустило удар — не от тревоги, а от неожиданности.
Ой.
— Эмма, Минхо... — начала Клара и тут же замолчала.
— Нам вообще-то... — одновременно сказал Адам.
Они переглянулись снова и почти синхронно рассмеялись.
— Ладно, давай ты, — сказала Клара.
— Нет, ты, — ответил он.
Я почувствовала, как напряглись плечи. Минхо чуть выпрямился, а я поймала себя на том, что сжимаю край юбки. В таких паузах редко говорят что-то незначительное.
Клара вдохнула глубже.
— Мы хотели сказать вам... — она на секунду опустила взгляд, а потом снова посмотрела на нас. — Мы планируем свадьбу.
Мир будто замер.
— Скромную, — добавил Адам. — В начале лета.
— И мы будем очень рады, — продолжила Клара, — если вы придёте.
Пару секунд я просто смотрела на них, не моргая. В голове было пусто — тот самый ступор, когда эмоция ещё не успела оформить себя в слова.
А потом меня накрыло.
— Что?.. — выдохнула я и тут же рассмеялась, закрыв рот ладонью. — Вы... вы серьёзно?
Я шагнула ближе, не задумываясь, и обняла Клару первой, почти порывисто.
— Это... это так прекрасно, — слова путались, выходили слишком быстро. — Я так за вас рада. Правда. Это... это идеально.
Грудь сжало от какого-то тёплого, почти домашнего счастья. Я чувствовала, как улыбаюсь шире, чем за весь день, и глаза предательски щиплет.
Рядом Минхо заулыбался — не своей сдержанной, а редкой, широкой улыбкой. Он хлопнул Адама по спине, крепко, по-мужски.
— Поздравляю, — сказал он. — Это отличная новость.
Коридор снова наполнился тихими голосами и смехом. И впервые за долгое время будущее, о котором я так много думала, перестало казаться пугающим.
Адам прочистил горло — коротко, почти незаметно, но этого хватило, чтобы внимание снова собрались в одной точке.
— Минхо, — сказал он уже спокойнее, без тренерского нажима, — ты сможешь присутствовать?
Я сразу поняла, о чём он.
И сразу же выпрямилась, будто вопрос адресовали мне.
Я посмотрела на Минхо, не скрывая напряжения. Его перерыв, Корея, пауза — всё это вдруг вернулось слишком резко, не вовремя. На секунду мне показалось, что коридор стал уже.
Минхо ответил не сразу. Он чуть кивнул, словно принял решение уже давно.
— Я сделаю всё, что возможно, — сказал он сухо.
Без обещаний. Без лишних слов.
Я выдохнула — почти незаметно — и тут же поймала себя на том, что не хочу дальше держаться за эту мысль. Не сейчас.
— Клара, — быстро сказала я, поворачиваясь к ней и заставляя голос звучать легче. — А ты уже выбрала платье?
Слова вылетели сами собой, чуть поспешно. Я тут же почувствовала странное ощущение — будто переступила невидимую границу. Раньше наши разговоры с Кларой всегда были... рабочими. Чёткими. О тренировках, графиках, восстановлении. Никаких личных тем.
Но она не смутилась.
Наоборот — её лицо будто смягчилось.
— Пока нет, — ответила она с улыбкой. — Но у меня уже есть пара идей.
Она на секунду наклонила голову, внимательно посмотрела на меня — не оценивающе, а по-доброму.
— Знаешь, — добавила Клара, чуть тише, — ты можешь помочь мне с выбором. Если хочешь.
Я моргнула, не ожидая этого.
— Правда? — вырвалось у меня.
— Да, — уверенно сказала она.
Я почувствовала, как внутри что-то мягко отзывается на её слова. Странно — но именно от неё это прозвучало особенно значимо.
Я отметила про себя то, как сильно изменилась за все то время, что она проводила с Адамом. Ее взгляд, ее мимика, движения. Все стало мягче.
Видимо, это и есть влияние любви.