После лета

Крупная мягкая кисточка повторяющимися движениями скользила по коже, избавляя себя от тонального крема. Громкий чих заставил отдёрнуть руку. И если бы это происходило впервые... Звуки чавканья, что и без того всегда вызывали омерзение, стали главными раздражителями.
— Вы вообще собираетесь заканчивать свою работу? Я по-моему предупреждала, что тороплюсь на мероприятие.
— Но ведь Вы сами постоянно отвлекаете меня от работы. Пришли в салон красоты, достали пирожок, и принялись его есть. После того, как он всё-таки закончился, взяли в рот эту отвратительную жвачку. Пять минут назад, Вы наливали себе воду, и выпили целую кружку, чтобы прервать першение в горле. Я говорила, что мы такими темпами не успеем доделать макияж.
— Хотите сказать, что я должна извиняться за свои базовые потребности?! Ну и сервис, в нормальных заведениях, наоборот, предлагают закуски и напитки. Я пожалуюсь вашему руководству, на то, что Вы мне грубите.
— Все верно, эти заведения называются ресторанами. А грубите здесь только Вы.
Хамство простым разговором не закончилось. Клиентка открыла рот, и высунула язык, дожидаясь, пока жевательная резинка не упадёт на пол.
— Ну чё вы на меня так смотрите? Продолжайте! Мне не хотелось бы опозориться перед всеми.
Слов оставалось настолько мало, эмоции могли бы взять своё, но Кира выбрала мирное решение проблемы. Зачем продолжать диалог с глупым человеком, если можно промолчать? Игнорировать все его выходки, делать то, что от тебя требуется. Конфликт ни к чему не приведёт. Точнее, безусловно повлияет на мастера в плохом ключе. Особенно, когда руководство, и без того, негативно относится к новому мастеру.
Персиковые румяна, строгой линией, легли на щёки. Зеркало готово было взорваться от осуждающего взгляда, направленного на него. Тактика игнорирования не позволяла задавать наводящие вопросы, из разряда : «Вас все устраивает?». Конечно, это несло за собой большие риски. Но разве кто-то должен всматриваться в лица, чтобы сделать для себя определенный вывод? Не для того, миллионами лет ранее, были придуманы слова. Эта барышня и представить не может, насколько же неверный выбор она сделала, решив выместить злость именно на молодой девушке, попавшейся под руку.
— Что Вы сделали? Мне совершенно не идёт такой оттенок. Неужели не замечание? Он ржавый, и делает из меня старуху! Лучше бы я сама накрасилась, и то больше знаю, что мне идёт, а что уродует.
— Да, вы абсолютно правы. Почему же именно в этот раз, Вы приняли для решение обратиться к специалисту? Ехать куда-то, сидеть на неудобном кресле по несколько часов, умирая от скуки, а потом ещё и деньги за это платить. Сущий ад.
-Модель усмехнулась, и похлопала глазами, демонстрируя негодование от сказанного в её адрес.
— А с чего это вы взяли, что я буду за это платить? И сколько же стоит порция просроченного тона, которую Вы мне, столь любезно, нанесли?
— Хватит, с меня довольно. Я сейчас же заполняю все документы, и увольняюсь, так что никакие жалобы, как и штрафы, мне не грозят. А вы, либо дожидайтесь более приветливых слуг, либо убирайтесь. Чёрт меня дёрнул пойти в сферу услуг.
-Не дожидаясь выговора, и не выслушивая смех, последовавший сразу же после эмоционального всплеска, Кира покинула салон. Столько самой различной работы, столько всеми любимых городов, и нигде не получается найти себе места. Разочарование в мире достигает предела. Казалось, убежала от всех проблем, а по итогу, их стало только больше. Иногда кажется, что все ныне существующие загоны, были придуманы и реализованы, самостоятельно. Допустим, та же ситуация с домом. Родители никуда не выгоняли, не запрещали возвращаться. Все эти рамки – выдумка. Решение, ставшее ошибкой, но почему-то никак неисправляемое. А ведь это стало началом конца. Далее проблемы в школе, вокзал, бабушка. Как же там Раиса Васильевна совсем одна? Я даже не позвонила ей, хотя обещала. И правда хотела, но вместо этого, нанюхалась порошком. Ах да, вчера же было воскресенье. То самое, из-за которого пришлось всё бросить, и уехать. Отец не заставлял доставлять вещества, не оказывал ни малейшего воздействия. Однако это не помешало достать дозу. Неужели всё же стала его маленькой копией?
Не самые приятные размышления, и наводки, проецировали ком в горле. Больше всего хотелось расплакаться, позволить кому-то пожалеть. Одна мысль о слезах вызывала мерзость. Я ведь должна оставаться сильной! Но как, если ошибки преследуют на каждом шагу? При чем, одна страшнее другой. Странно было бы делать вид, будто всё идёт по плану.
Ручка рюкзака опустилась с плеча. Создавалось ощущение, что до неё кто-то дотронулся. Трое полицейских переглядывались между собой. Стоявшего посередине невозможно было не узнать. Тот нескончаемый допрос, третьего сентября, ещё надолго оставит след в памяти. И сколько же поменялось за эти две недели...Одно пугало – Как, и с какой целью, они вышли на след невинной девушки? Вскрылась какая-то новая информация?
— Златова Кира?
— Здравствуйте. Не очень рада Вас видеть.
— Между прочим, зря Вы так. У нас хорошие новости. Папу Вашего привезли в участок, на данный момент ожидается суд. Нашли на днях его, продававшего огромное количество запрещённых веществ. Далее, мы, довольно быстро, получили орден на обыск его дома, где обнаружили целый склад различных наркотиков. Если, мы подключим Вашу историю, то ему грозит до пятнадцати лет лишения свободы.
-С невероятной лёгкостью, даже воздушностью, был проделан мечтательный вздох. Облака неторопливо двигались по небу, пытаясь передать что-то важное.
— Я не приду в суд. Я остаюсь здесь навсегда. Пусть сидит, сколько положено.
— Почему? Он буквально терроризировал Вас. Это не должно оставаться безнаказанным? Может судья примет решение отмазать урода штрафом? Но услышав Вашу историю наверняка убедился бы, что человек опасен для общества.
— Извините меня, пожалуйста. Не имею желания копаться в никчёмной жизни отца, и вновь видеть его лицо.
— Конечно, мы не имеем права заставлять. Если вдруг передумаете, можете с нами связаться.
Полицейский протянул блестящую визитную карточку, и удалился вслед за коллегами. Прекрасное чувство, некую часть грязи, щедро переданную по-наследству, наконец смыли.
Жаль, не с кем поделиться своей радостью. Все попытки завести новые общения, оканчивались плачевно. Виолетта – хороший друг. К сожалению, ей таких подробностей знать точно нельзя. Однако можно удержать настроение, провести время вместе. С более позитивной установкой, шаги делались легче. Трудно поверить в то, что неуловимый отец, понесёт ответственность за свои деяния. Больше никто не станет заставлять навещать его, значит можно вернуться домой. Правда, от дома почти ничего не осталось. Слишком долгим было бегствие.
В спешке, Кира скинула с себя верхнюю одежду, и прошла вдоль по коридору, ожидая застать Ви в одной из комнат. Кухня, вместе со спальней, оказались пустыми, что, в целом, было вполне ожидаемо. По истечению дня, эмоции от новостей уже стихнут, а рассказ потеряет своей красочности. Ну и ладно, не привыкать. Зато есть возможность побыть одной, и отдохнуть от утомительных разговоров. Когда из поставленных задач осталось лишь открыть дверь, за которой стояла уютная кровать, мечтательность вскружила голову. Героиня, из последних сил, закрыла замок.  Руки сами потянулись к краю толстовки, ведь уличная одежда безумно надоедала.
— Эй, я здесь! Но ты можешь продолжать.
По телу пробежала дрожь, от знакомого голоса. Выпученные, от испуга, глаза, посмотрели в сторону, из которой исходил звук. София сидела на кровати, и скучающе перелистывала страницы книги. Голое тело накрывал строгий чёрный пиджак. Он был на несколько размеров больше, чем требовалось. Прямые брюки, наоборот, где-то плотно прилегали, подчёркивая каждый изгиб. На шее расслабленно висел галстук, ни капли не отличающийся оттенком, от остального костюма. Лак, цвета крови, сочетался с такой же ядовито-красной помадой. Сердце болезненно завыло.
— Я очень скучала по тебе...
Колени всё больше подкашивались, пока блондинка медленно приближалась. Стоя почти вплотную, никто не осмеливался прикоснуться. Взгляд, сконцентрированный на губах, доставлял напряжение. Задыхаясь, Кира продвинулась к аккуратной золотой серёжке, и шёпотом произнесла : «Ты меня с ума сведёшь...». Одним резким движением, школьница оказалась прижатой к стене. Длинные ногти впивались в горячую кожу, и оставляли царапины на талии. Страстный поцелуй позволял выплеснуть все накопленные чувства. Оказывается, они оставались незамеченными, на фоне насущных переживаний. Им просто не было места в быстро движующимся круговороте жизни. Долгожданное спокойствие, вместе с безумием, и одержимостью. Одновременно кончался запас воздуха. Девушки улыбались, смотря друг на друга. Рука заползла под пиджак, желая заполучить ещё больше, быть ещё ближе. Бёдра пылали от любого контакта с ними. Веки закрылись, показывая полное отсутствие сопротивление. Софи взяла ученицу на руки, и положила на кровать.
— Пообещай мне, что утром, вместе со мной, вернёшься в город, и больше никогда не сбежишь.
Напоминание о прошлом вызвало животный страх. Яркие воспоминания полыхали в огне из жестокости. Однако, большинство поставленных преград оказались выдумкой, а самой значительно, и, пожалуй единственное, вовсе не стало. Если сказать «да», то получится стать партнёром той, о ком надежда давно угасла. Невозможно смотреть в её красивые полные надежды глаза. С уверенностью хочется сказать, что это тот самый человек.
— Обещаю.
Серебряная пуговица на джинсах расстегнулась, а лёгкая ткань послушно сползла вниз. Тренерша раздвинула ноги Киры, чтобы пройти между них. Пальцы сжали одеяло, чуть ли не сдирая его с постели.
— Обещаешь мне?
— Да, я никогда больше не оставлю тебя. Ты – лучшее, что когда-либо случалось со мной.
— Но, мы же даже не знакомы... Хотя, честно признаюсь, я могла бы сказать о тебе тоже самое.