Разбитые обещания

Внимание! В данной главе присутствует сцены физического насилия и ненормативная лексика‼️
                                  Илья:

Ночной двор был погружен в густую, липкую тишину, которую лишь изредка нарушал шелест голых ветвей на ветру.

Илья сидел в салоне своей машины, не включая свет. В темноте кабины светились лишь тусклые огоньки приборной панели, отражаясь в его глазах, которые сейчас были похожи на два куска обсидиана. Он не курил — просто сидел, положив руки на руль, и чувствовал, как внутри него, словно в двигателе перед стартом, нарастает вибрация.

Внезапно тишину разрезал визг тормозов и резкий свет фар. Во двор на скорости влетела черная машина, встав чуть наискось, перекрывая выезд. Дверь распахнулась. Из салона вышел Егор.

Его фигура в свете фар казалась угрожающей, а движения были резкими, рваными от переполнявшего его адреналина и ярости.

Илья не стал ждать, пока к нему подойдут. Он не собирался прятаться за тонированным стеклом. Он медленно открыл дверь и вышел навстречу, плавно выпрямляясь во весь рост. Несмотря на ноющую боль в ребрах и общую усталость, он стоял твердо, как скала, о которую разбиваются волны.

— Ты! — Егор преодолел расстояние между ними за считанные секунды. Он не шел, он пер напролом, и его кулаки были сжаты так, что костяшки белели в темноте. — Ты Илья?

Егор остановился в метре от Ильи, и воздух между ними буквально затрещал от статического электричества. Брат Полины дышал тяжело, его глаза рыскали по лицу Ильи, ища хоть малейший повод, чтобы нанести удар.

— Да, я Илья, — голос гонщика прозвучал на удивление спокойно и глубоко, контрастируя с истеричным состоянием Егора. — И прежде чем ты начнешь махать руками, послушай: она спит. В своей постели. Я укрыл её пледом и запер дверь. Она в безопасности.

Егор на секунду замер, его плечи чуть опустились, но взгляд остался таким же колючим.

— В безопасности? — прошипел он, делая еще шаг вперед, так что они оказались почти вплотную. — Ты хоть понимаешь, что там было? Если бы я не проезжал мимо... если бы я не услышал, как она пытается закричать... Эти ублюдки... Денис орал твоё имя, парень! Это из-за тебя они на неё накинулись! Ты втянул её в своё дерьмо!

Илья принял этот словесный удар, даже не моргнув. Внутри него всё перевернулось от упоминания о том, как Полина пыталась кричать, но он заставил себя сохранять ледяное спокойствие.

— Я знаю, — глухо ответил Илья. — Знаю, что это из-за меня. И поверь, Егор, я виню себя в этом в сто раз сильнее, чем ты когда-либо сможешь меня обвинить.

Он посмотрел Егору прямо в глаза — честно и открыто.

— Спасибо тебе. За то, что успел. Если бы не ты... я бы себе этого никогда не простил. Но сейчас мы здесь не для того, чтобы выяснять, кто виноват. Денис и его псы перешли черту. Они тронули то, что нельзя было трогать.

Илья чуть понизил голос, и в нем прорезалась та самая смертоносная сталь, которая заставляла соперников на треке уступать дорогу.

— Я не собираюсь извиняться за то, что люб... — Илья прервал себя на полу слове. — Но я собираюсь сделать так, чтобы Денис больше никогда не смог ходить по этим улицам спокойно. Нам нужно решить, что делать дальше. Вместе.

Егор смотрел на него долго, оценивающе. Он видел перед собой не просто «какого-то пацана на быстрой тачке», а мужчину, в чьих глазах горела такая же черная ярость, как и в его собственных.

Илья стоял, и внимательно впитывал каждое слово Егора. Адреналин, который до этого заставлял его сердце бешено колотиться, теперь превратился в холодный, расчетливый расчет.

— Где именно это было? — голос Ильи прозвучал как сухой щелчок затвора. — Назови мне адрес. Точный.

Егор, всё еще тяжело дыша, выплюнул название улицы и номер ближайшего дома. Это был старый спальный район, зажатый между промзоной и железной дорогой — место, где крики тонут в гуле поездов, а случайных прохожих почти не бывает.

— Подворотня за гаражным кооперативом «Спутник-2», — хмуро добавил Егор.

Илья на мгновение замер, и его глаза опасно блеснули. Он знал это место. Знал слишком хорошо.

— Ясно... — протянул он, и на его губах появилась жесткая, недобрая ухмылка. — Значит, решили действовать на своей территории. Это совсем рядом с домом Артура.

Егор вскинул голову, подозрительно прищурившись. Ярость в нем всё еще кипела, и любое новое имя вызывало у него вспышку недоверия.

— Артур? Это еще кто такой? — грубо спросил он, делая шаг к Илье.

Илья не обратил внимания на тон Егора. Он уже был мыслями на пару ходов вперед.

— Мой лучший друг. Человек, которому я доверяю так же, как себе. Он живет в двух кварталах от того места, где они зажали Полю, — Илья открыл водительскую дверь и бросил взгляд на Егора. — Артур знает те дворы как свои пять пальцев. И у него есть кое-какая информация на Дениса, которую он давно приберегал. Мы заскочим за ним.

Егор на мгновение заколебался. Он привык решать проблемы сам, кулаками и напором, но в глазах Ильи он видел не просто ярость, а план. Страшный, холодный план возмездия. И осознание того, что за Полину сейчас пойдут мстить сразу трое мужчин, заставило его внутренне собраться.

— Поехали, — коротко бросил Илья, кивая на пассажирское сиденье.

Егор не стал спорить. Он захлопнул дверь своей машины, оставив её прямо посреди двора, и обошел BMW. Сев в салон, он почувствовал запах дорогой кожи и чего-то неуловимо технического — запах силы.

Илья рванул с места без лишних слов. Мотор машины взревел, и она пулей вылетела из двора, оставляя за собой лишь черные полосы на асфальте. В салоне царило тяжелое, гнетущее молчание. Илья вел машину жестко, на грани фола, ввинчиваясь в повороты так, что шины протестующе визжали.

Машина неслась в сторону района Артура.

Илья резко ударил по тормозам, машина замерла у обшарпанного подъезда старой пятиэтажки. Район здесь был по-настоящему суровый: тусклые фонари, разбитый асфальт и гнетущая тишина, которую нарушал только далекий лай собак.

Егор, выйдя из машины, лишь мазнул взглядом по облупившимся стенам. Такие декорации его ничуть не смущали — напротив, они идеально соответствовали тому мрачному настроению, которое сейчас владело обоими.

— Пошли, — коротко бросил Илья, захлопнув дверь.

Они вошли в темный подъезд, пропахший сыростью и старой побелкой. Егор на автомате направился к дверям лифта, но Илья перехватил его взгляд.

— Забудь. Лифт здесь не работает уже года два. Местные давно привыкли ходить пешком.

Они начали быстро подниматься на пятый этаж. Шаги гулко отдавались в пустом лестничном пролете. На ходу Илья выудил из кармана телефон и набрал номер Артура. Гудки шли долго, разрывая тишину подъезда, пока на том конце наконец не раздался заспанный, но мгновенно ставший сосредоточенным голос:
— Ты время видел? Что стряслось?

— Артур, не спи. Мы уже в твоем подъезде, поднимаемся. Выходи в тамбур, — Илья говорил быстро, чеканя каждое слово. — Денис и его псы сегодня напали на Полину. В твоем районе, за «Спутником».

На том конце провода воцарилась гробовая тишина, которая была страшнее любого крика. Илья слышал, как Артур тяжело выдохнул.

— Что?.. — голос друга стал ледяным. — Полина? Эта мразь тронула её?

— Поднимайся, всё объясню. Я не один, со мной её брат. Нам нужно знать, где эти с*ки. Ты знаешь эти дыры лучше всех.

— Понял. — коротко бросил Артур и отключился.

Когда Илья и Егор достигли пятого этажа, дверь на площадку уже была приоткрыта. В проеме стоял Артур — высокий, подтянутый, с жестким взглядом человека, который прошел через многое. На нем была простая черная футболка, подчеркивающая напряженные мышцы, а в руках он уже сжимал связку ключей.

Егор и Артур столкнулись взглядами. Два волка, защищающих свою стаю.

— Как Полина? — первым делом спросил Артур, глядя прямо на Илью.

— Напугана, но в безопасности, — ответил Илья, останавливаясь напротив друга. — Егор успел вытащить её в последний момент.

— В моем районе... — процедил он сквозь зубы. — Прямо у меня под носом. Денис, значит... Я знаю, где они. У них есть «точка» на заброшенной автобазе, за железкой. Они там часто ошиваются после своих «подвигов».

Илья посмотрел на Егора, затем на Артура. Воздух в тесном коридоре стал густым от жажды возмездия. Теперь их было трое. И эта сила была способна разнести всё на своем пути.

— Едем, — сказал Илья, разворачиваясь к лестнице.

Артур стоял в дверном проеме, и свет от тусклой лампочки в коридоре подчеркивал глубокие тени на его лице. Он перевел взгляд с Ильи на Егора, и в его глазах вспыхнул тот самый недобрый огонек, который появлялся только тогда, когда назад пути уже не было.

— Сразу ответку кинем, — Артур произнес это тихо, но в этой тишине слова прозвучали как удар молота по наковальне. — И за переулок, и за больницу. Хватит с них того, что они тебя, Илья, на больничную койку уложили. Думали, ты там надолго застрял, а они пока здесь хозяевами станут. Ошиблись, с*ки.

Илья лишь коротко кивнул, его челюсть была плотно сжата.

Егор, который до этого момента лишь изучал Артура взглядом, сделал шаг вперед. Он не собирался оставаться просто сторонним наблюдателем в этой игре. Его сестра была тем центром, вокруг которого сейчас вращался весь этот шторм ярости.

— Подождите, — голос Егора вклинился в разговор, твердый и бескомпромиссный. — Рассказывайте всё. Что за больница? Что еще эти ублюдки успели натворить, пока я был не в курсе? Я хочу знать каждую деталь, прежде чем мы сломаем им хребты.

Артур посмотрел на Егора с искренним уважением. Он видел перед собой не просто «брата девчонки», а человека, который готов идти до конца. Он протянул свою широкую, мозолистую ладонь:
— Артур.

Егор, не колеблясь ни секунды, крепко сжал руку Артура. Это не было обычное приветствие. Это было молчаливое мужское рукопожатие, скрепляющее договор о крови и возмездии. В этом жесте было больше смысла, чем в тысячах слов.

— Егор, — представился он, и их ладони разошлись лишь тогда, когда оба почувствовали силу друг друга. — Теперь рассказывай про автобазу. Сколько их там может быть? Какие входы?

Илья, наблюдая за ними, почувствовал, как внутри него кристаллизуется абсолютная уверенность. Его лучший друг и брат его любимой — вместе.

— На автобазе обычно трое-четверо костяка, — начал быстро пояснять Артур, накидывая на ходу кожаную куртку. — Денис, его правая рука Сиплый и пара шестерок. У них там ангар с отоплением и старая сторожка. Они думают, что их там никто не найдет, потому что место глухое, патрули туда не заглядывают.

— Вот и отлично, — Илья уже начал спускаться по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. — Значит, криков тоже никто не услышит.

В воздухе подъезда повисло тяжелое предчувствие неминуемой расправы. Три тени быстро скользили вниз, к ждущей у подъезда машины Ильи, которая своим рокотом уже предвещала начало конца для Дениса и его компании.

***

Ночной воздух у заброшенной автобазы казался густым и липким от запаха машинного масла и гнилой резины. Илья заглушил мотор за сто метров до главных ворот, чтобы не привлекать внимания раньше времени.

Три тени бесшумно вынырнули из салона и, пригибаясь, двинулись к громаде центрального ангара, чьи проржавевшие стены возвышались над пустырем подобно надгробиям.

Сквозь щели в железных воротах пробивался тусклый, грязный свет люминесцентных ламп. Внутри слышался гул голосов, пьяный смех и ритмичный бит дешевой музыки.

— Их там не четверо, — прошептал Артур, приникнув к щели. Его лицо в лунном свете казалось высеченным из камня. — Похоже, Денис собрал всю свою шоблу.

Илья прижался плечом к стене, чувствуя, как адреналин сжигает остатки боли от больничных травм. Он обернулся к Егору. Тот стоял, сжимая кулаки так, что суставы белели даже в темноте, а в его глазах горел первобытный огонь. Брат Полины кивнул: готов.

Илья резким движением навалился на узкую боковую дверь. Она поддалась с протяжным скрипом, и троица ворвалась внутрь.

Ангар был огромен.

В центре, вокруг наспех сколоченного стола, заставленного бутылками, расположилась толпа. Илья мгновенно оценил обстановку: человек пятнадцать. Почти все — молодняк, жаждущий самоутверждения через жестокость, и пара «стариков» из окружения Дениса.

Сам Денис сидел во главе стола на старом автомобильном кресле, закинув ноги на столешницу. В руках он крутил зажигалку, а на его лице застыла самодовольная, паскудная ухмылка.

Музыка резко оборвалась. Тишина, наступившая в ангаре, была такой тяжелой, что, казалось, её можно было потрогать руками. Пятнадцать пар глаз уставились на вошедших.

Илья шел первым. Его обычно сосредоточенное лицо сейчас превратилось в маску из застывшего камня. Глаза, ставшие абсолютно черными, горели таким неистовым, демоническим огнем, что на него было больно смотреть. Внутри него всё «зажигало»: адреналин выжигал остатки больничной немощи, превращая боль в топливо. Он выглядел как человек, которому нечего терять, и это делало его самым опасным в этой троице.

Артур шел чуть левее, его массивная фигура в черной куртке казалась в полумраке ангара еще огромнее. Его челюсти были сжаты так, что на лице отчетливо проступили острые углы скул. Он не просто злился — он был в бешенстве от того, что в его районе, под его боком, устроили этот беспредел.

Егор замыкал шествие. Его грудь тяжело вздымалась, ноздри раздувались при каждом вдохе. Он выглядел как натянутая тетива, готовая лопнуть в любую секунду. Он был самым «взрывным» — каждое движение его рук, сжатых в кулаки до побеления костяшек, говорило о том, что он готов убивать.

Денис, сидевший на облезлом кожаном кресле в окружении своих псов, на мгновение замер. Зажигалка в его руке щелкнула, но пламя дрогнуло. На его лице промелькнула тень страха — он не ожидал увидеть Илью на ногах, а присутствие Артура и «амбала» явно пошатнуло его уверенность. Но, оглянувшись на свою толпу, он быстро вернул себе наглую ухмылку.

— О-о-о, посмотрите-ка, какие гости! — протянул Денис, картинно развалившись. — Илья... недолечился? Смерти ищешь? И Артурчик здесь... старые обиды покоя не дают? А этот амбал что тут забыл?

Егор дернулся вперед, его глаза налились кровью, он был готов сорваться с места и в один прыжок преодолеть расстояние до Дениса, но Артур резко выставил руку, преграждая ему путь. Его взгляд, холодный и расчетливый, впился в Егора: «Еще нет. Не давай ему повода думать, что он нас зацепил».

Денис, видя это замешательство, решил ударить по самому больному. Он сплюнул на бетон и мерзко, приторно засмеялся.

— Ну что, как там твоя сучка, Илья? — Денис обвел взглядом своих дружков, и те заржали, подхватывая тон вожака. — Видать, хорошо она сегодня в переулке поскулила. Раз вы её втроем пришли защищать, значит, и трах*ете её втроем? Или она по очереди вам дает?

Мир в ангаре взорвался.

Первым сорвался голос Егор, перекрывая смех толпы.

— Я тебе твой поганый язык в глотку засуну так глубоко, что ты им до конца жизни дышать будешь!

Илья не кричал. Его голос прозвучал тихо, но в этой тишине он был страшнее любого вопля. Он сделал шаг вперед, и толпа Дениса невольно попятилась.

Илья смотрел ему прямо в зрачки, и его слова падали как тяжелые капли свинца.

— Ты сегодня не выйдешь отсюда на своих двоих. Никто из вас не выйдет.

Илья перевел взгляд на пятнадцать человек, стоявших за спиной Дениса, и в этом взгляде было столько ледяного презрения и жажды крови, что двое парней у стола непроизвольно опустили арматуры.

— Ну что, суки, — прошипел Илья, сбрасывая куртку на пол и оставаясь в одной майке, под которой перекатывались напряженные мышцы. — Посмотрим, как вы будете смеяться, когда я буду ломать вам кости.

Шайка Дениса зашевелилась. Те, кто сидел, медленно поднялись, перехватывая поудобнее обрезки труб и монтировки.

Скрежет металла о бетонный пол в тишине ангара звучал как предсмертный хрип. Они терли кулаки, сплевывали под ноги, пытаясь нагнать на себя побольше жути, но в воздухе уже отчетливо пахло не их силой, а их страхом.

Денис почувствовал это. Его наглая ухмылка на секунду дрогнула. Он окинул взглядом Илью, Егора и Артура, понимая, что перед ним не просто три парня, а три разъяренных хищника, для которых закон перестал существовать в ту секунду, когда они переступили порог этого ангара.

— Ты же понимаешь, Илья... — Денис попытался вернуть голосу уверенность, но в нем прорезалась предательская хрипотца. — Если ты нас сейчас тут отмудохаешь... мы же к ментам можем пойти. Заявление напишем всей толпой. Нас дох*я, а вас трое. Как думаешь, кому поверят? Мы скажем, что вы ворвались и устроили бойню.

Илья медленно повернул голову к парням. Егор, чьи кулаки были сжаты до белизны, коротко и зло усмехнулся. Артур лишь приподнял бровь, и в его глазах блеснуло ледяное презрение. Они переглянулись и одновременно издали сухой, резкий смешок.

Этот смех прозвучал под сводами ангара страшнее любого мата.

— То есть, ты уже готов к поражению, Денис? — тихо спросил Илья, делая еще шаг вперед. — Еще ни одного удара не пропустил, а уже про ментов вспомнил? Настоящий «герой» подворотен.

Илья остановился в центре круга света. Его лицо было спокойным, но это было спокойствие перед штормом.

— Раз мы заговорили о законе... — Илья медленно потянулся к краю своей футболки и задрал её.

Под тонкой тканью, на боку и ребрах, расплывался огромный, жуткий синяк — багровое пятно с желтоватыми краями, которое только-только начало затягиваться. Вид этого повреждения заставил даже некоторых парней из шайки Дениса непроизвольно отвести глаза.

— Я тоже могу к ментам пойти, — Илья опустил футболку, и его взгляд снова впился в Дениса. — Показать справки из больницы. Показать выписку. Рассказать, как именно я там оказался. У меня есть всё, чтобы ты уехал очень надолго, Денис.

— Только вот в чем проблема, — вклинился Артур, делая шаг в сторону и перекрывая последний путь к отступлению. — Мы сегодня здесь не для законных разборок. Но раз уж ты, с*ка, заговорил о законе... У меня на каждого из вас есть папочка, — процедил он, обводя взглядом всех. — Кто что украл, кого избил, где засветился. И поверь, если я это солью — вы до тюрьмы даже не доедете, вас свои же порешат за длинные языки.

Егор, который всё это время едва сдерживался, сделал выпад вперед, сокращая дистанцию до минимума.

— Ну что, — прорычал он, и его голос ударил в барабанные перепонки. — Менты тебе не помогут. Твоя шайка — тоже.

Денис побледнел. Он оглянулся на своих парней, ища поддержки, но увидел, что многие из них начали медленно пятиться в тень, подальше от света ламп. Они поняли: Илья и его друзья пришли не просто драться. Они пришли восстанавливать справедливость так, как это делают на улицах — до конца.

— Нападайте, — коротко бросил Илья, вставая в стойку. — Или я начну сам.

Атмосфера в ангаре окончательно протухла. Те самые пятнадцать «бойцов», которые минуту назад скалились и терли кулаки, теперь начали боязливо переглядываться. Вид покалеченного, но стоящего на ногах Ильи, спокойная уверенность Артура и бешеная, животная аура Егора сделали своё дело. Толпа посыпалась.

— Слышь, Илья... Мы это... мы не подписывались на такое. Сорян, короче. Мы в это не лезем.

Он сделал шаг вперед, и толпа Дениса испуганно отшатнулась, притираясь спинами к ржавым станкам.

— Ты думал, — Илья снова перевел тяжелый, удушающий взгляд на своего врага, — ты думал, что облаешь Полину, напугаешь её до смерти, а я тебя пальцем не трону, потому что ты про ментов заикнулся?

— Слышь, герои... — голос Артура был низким и угрожающим. — Раз вы такие «не при делах», то у вас есть ровно десять секунд, чтобы свалить в туман. Убирай своих шавок. Нам не нужна эта массовка. Нам нужны те, кто был в том переулке.

В ангаре началось судорожное движение. Парни, почуяв шанс спасти свою шкуру, начали буквально просачиваться сквозь щели в дверях и убегать в темноту двора. Топот их ног по гравию звучал как признание в трусости. Через минуту в огромном пустом помещении, залитом грязным светом, осталось всего трое: сам Денис, побелевший как полотно, и двое его самых верных отморозков — те самые, что были в переулке.

Илья медленно начал разминать шею, и его глаза превратились в два холодных лезвия.

Егор сорвал с себя куртку, бросая её в сторону. На его предплечье вздулись вены.
Пространство ангара сжалось до размеров ринга, где не было судей, а только ярость и жажда расплаты. Музыка смолкла, остался лишь тяжелый хрип и звук ударов.

Илья сорвался первым. Он буквально снес Дениса с ног, впечатывая его спиной в старый деревянный стол, который с треском разлетелся на щепки. Илья не давал ему вздохнуть. Всаживая кулак в скулу Дениса.

Голова Дениса дернулась, изо рта брызнула кровь, но Илья уже не мог остановиться. Он схватил его за воротник, приподнял и снова впечатал в бетонную стену. Каждый удар Ильи был пропитан образом Полины: её испуганными глазами, её дрожащими руками, тем самым пледом, в который она куталась часом ранее. Илья бил методично и страшно. Он вкладывал в каждый замах всю свою боль, всё свое бешенство от того, что его не было рядом.

Но Денис не зря считался вожаком этой стаи. Почуяв запах собственной крови, он озверел. Его ударила наотмашь судорога самосохранения. Пока Илья заносил руку для второго удара, Денис, извернувшись, нанес короткий, но мощный удар снизу вверх, попав Илье в скулу. В голове Ильи словно взорвалась граната, в глазах на мгновение поплыли кровавые круги.

Денис воспользовался этой секундой. Он ударил Илью обоими коленями в живот, сбрасывая его с себя, и тут же вцепился пальцами в его горло, пытаясь придушить.

— Сдохни! — прошипел Денис, его лицо превратилось в маску из слизи и ярости.

Илья захрипел, чувствуя, как кислород перестает поступать в легкие, а старая травма в ребрах отзывается невыносимой, режущей болью при каждом движении. Но перед глазами всплыло лицо Полины — заплаканное, испуганное, прижатое к стене в том темном переулке. Эта картина подействовала на него как разряд тока.
Он перехватил кисть Дениса и с рывком вывернул её в сторону. Раздался сухой щелчок — палец Дениса вылетел из сустава. Тот взвизгнул, и хватка на горле ослабла.

Илья тут же нанес сокрушительный боковой удар в челюсть, выбивая из врага остатки спеси.

В это время за их спинами разверзся настоящий ад. Егор бился сразу с двоими. Один из них, мощный парень в тяжелых ботинках, нанес Егору удар ногой в бедро, заставив его пошатнуться. Егор рыкнул, перехватил эту ногу и, используя свою массу, просто снес противника, впечатывая его головой в стальной верстак. Второй навалился на Егора сзади, обхватив его за шею и пытаясь повалить. Егор, не раздумывая, со всей силы откинул голову назад, ломая нос нападавшему своим затылком. В воздухе стоял запах пота, железа и нескрываемой ненависти.

Артуру достался «технарь» с цепью. Звенья металла со свистом прорезали воздух, рассекая Артуру бровь. Заливая глаз кровью, Артур не отступил ни на шаг. Он дождался момента, когда цепь пойдет на замах, и сократил дистанцию, входя в ближний бой.

Он наносил короткие, жесткие удары в область печени и солнечного сплетения. Противник Артура хватал ртом воздух, пытаясь отбиться, но Артур был неумолим.

Илья снова подмял Дениса под себя. Лицо гонщика было залито кровью из разбитого носа, футболка превратилась в лохмотья, обнажая сине-желтый синяк на боку, который теперь горел огнем.

Денис пытался закрыться руками, он уже просто скулил, поджимая ноги к животу. Его хваленая банда стояла в стороне, не в силах пошевелиться от того ужаса, который внушал этот окровавленный человек, избивающий их лидера.

Илья схватил Дениса за волосы и несколько раз ударил его затылком об бетон. Удары были такими сильными, что по ангару разносилось глухое эхо.

Илья нанес последний, решающий удар в челюсть, и голова Дениса откинулась назад.

Илья замер, тяжело и хрипло дыша. Его костяшки превратились в сплошное кровавое месиво, грудь ходила ходуном. Он огляделся. Егор стоял над двумя неподвижными телами, вытирая кровь с губы. Артур тяжело опирался на верстак, его плечо было располосовано цепью, но он победно кивнул Илье.

Шайка Дениса, оставшаяся в тени, начала медленно отползать к выходу.

Илья сплюнул кровь на пол рядом с головой Дениса. Его трясло от переизбытка адреналина, но в душе наконец-то воцарилась холодная, мертвая тишина.

Он отомстил.

Илья, Егор и Артур медленно отступили от своих противников, тяжело дыша и едва держась на ногах. Они снова встали плечом к плечу, представляя собой жуткое зрелище: одежда в клочья, лица в кровоподтеках. Артур прижимал руку к плечу, Егор сплевывал густую кровь, а Илья едва заметно подергивался от боли в ребрах, которая теперь пульсировала в такт его бешеному сердцу.

У парней из шайки Дениса вид был еще плачевнее. У того, что дрался с Егором, лицо превратилось в сплошной синяк, а подельник Артура хрипел, баюкая сломанные ребра. Но хуже всех пришлось Денису. Кроме разбитого лица, его рука висела плетью — палец был вывернут под неестественным углом, сломанный в пылу борьбы.

Денис, пошатываясь и захлебываясь кровью, кое-как приподнялся на локтях. Вся его спесь испарилась, остался только животный страх.

— Прости... Илья, прости, — прохрипел он, размазывая кровь по подбородку. — Мы переборщили... это была ошибка. Извинись перед ней... мы больше не подойдем, клянусь...

Илья посмотрел на него сверху вниз, и в его глазах не было ни капли жалости — только бесконечный холод.

— В жопу свои извинения засунь, — процедил Илья.

Он сделал резкий выпад, схватил Дениса за воротник куртки и одним рывком притянул его к себе, заставляя смотреть прямо в свои черные, безумные от ярости глаза. Денис вскрикнул от боли в сломанном пальце, но Илья лишь сильнее сжал захват, прижимая врага почти вплотную к своему лицу.

— Слушай меня сюда, — голос Ильи упал до зловещего шепота. — Я тебе уже говорил, и повторю в последний раз, чтобы в твоей тупой башке это отпечаталось навсегда: я за неё сесть могу. И я слов на ветер не бросаю, ты это прекрасно знаешь.

Илья чуть тряхнул его, заставляя голову Дениса мотнуться.

— Если ты... если кто-то из твоих шавок... хотя бы косо посмотрит в её сторону. Если ты имя её произнесешь своим поганым ртом где-то в подворотне. Если я узнаю, что ты хотя бы на шаг к её дому подошел — я не буду больше драться. Я приду за тобой ночью, и тогда справки из больницы тебе не понадобятся. Тебя просто не найдут. Ты меня понял?

Денис часто и мелко закивал, боясь даже вздохнуть.

Илья брезгливо оттолкнул его, и Денис рухнул на бетон, как мешок с костями. Илья выпрямился, вытирая тыльной стороной ладони кровь под носом. Он посмотрел на Артура и Егора. В этом взгляде было всё: усталость, боль, но и глубокое мужское признание. Они сделали то, что должны были.

— Уходим, — бросил Илья.

Они развернулись и пошли к выходу. За их спинами в ангаре стояла мертвая тишина — все провожали их взглядами, полными ужаса.

Когда они вышли на свежий ночной воздух, Илья остановился у своей BMW и тяжело оперся на капот.