Поцелуй Кириэлла

Раздевалка превратилась в хаос, когда Бонн выплеснул свою ярость, швыряя стулья и переворачивая столы.
При росте 6 футов 2 дюйма (прим. 185 см) у него были крепкие мускулы, и он привык запугивать людей. Ему нравилось запугивать, и если не помогал размер, то помогали деньги.
У Бонна было много денег. И все из-за того, что он поставлял кучке инопланетян женщин для секса.
Он случайно попал на эту работу несколько лет назад, когда предыдущий куратор влез в неприятности в клубе, где Бонн был вышибалой. Прежде чем Бонн успел выбить из него все дерьмо, Нили предложил ему работу на выходные, за которую намеревался платить больше, чем за год работы в клубе. Все, что ему нужно было делать, это проверять документы.
Бонн быстро понял, что происходит на самом деле, и Нили пришлось сделать его своим помощником, чтобы заставить замолчать. Был ли он шокирован, когда узнал, что их клиенты на самом деле инопланетяне? Может быть, на мгновение, но и большая часть «людей», с которыми он работал, тоже была довольно странной. Теперь, после несчастного случая с Нили, куратором стал сам Бонн.
Волновало ли его, что клиенты здесь только для того, чтобы трахать женщин? Что женщины никогда не узнают, что на самом деле с ними было?
Черт возьми, нет! Пока идут деньги, его ничего не волновало.
Теперь все это было под угрозой. И все из-за одной гребаной женщины!
Его руки дрожали от ярости, когда он вчитывался в оставленные здесь бумаги.
Кристи Пафф.
5 футов 7 дюймов (прим. 167 см).
Каштановые волосы с красными и белыми прядями.
Голубые глаза.
Совсем не похоже на женщину, которую он привел в комнату Драгуна!
— Вы не проверяли ее?! — спросил он у Раттлера.
— Зачем? Она приехала на лимузине, который вы прислали! Я спросил, как ее зовут. Она сказала, что ее зовут Кристи Пафф.
— И вы не взяли ее анализ?
— Зачем? Она уже была здесь, и вы приказали мне привести ее прямо к вам.
Если бы девушка пошла к тому инопланетянину, с которым была в прошлый раз, ничего бы этого не случилось, потому что Дэк сразу понял бы, что это не Кристи. Вместо этого ее отвели к кому-то по имени Кирэлл, который, судя по услышанному, был каким-то сексуально озабоченным инопланетянином и важной шишкой.
Бонну было все равно, кто трахал девушку, лишь бы ему платили, но если то, что услышал Раттлер, было правдой, все оказалось под угрозой. И все из-за этой девчонки.
Руки Бонна рвали бумаги, жалея, что это не шея той сучки. Зачем она здесь? Как он сможет избавиться от нее?
Он должен вытащить ее из этой комнаты, и чем скорее, тем лучше! Но как это сделать? Очевидно, пришельцу она понравилась. И это было хорошо. Так что, возможно, это окажется не полной задницей. Он просто подождет, пока этот Кирэлл закончит с ней, позволит им изменить ее воспоминания, и все.
И если после того, как они улетят, с ней что-то случится... ну, они никогда не узнают об этом, ведь так?
Бонн сделал глубокий вдох и улыбнулся. Да, так и будет. Все будет хорошо. Наклонившись, он начал собирать разбросанные повсюду разорванные документы. Это было еще одно требование инопланетян — комнаты всегда должны быть безукоризненно чистыми.
И вдруг он перестал улыбаться.
Что это?

Его глаза сузились, когда он двинулся к белому предмету на полу. Это была не бумага. Нагнувшись, он поднял его. Это была таблетка. Болюс, который он дал девушке! Когда она его выплюнула?
Черт! Что же ему теперь делать?!
С помощью болюса их Целитель должен был изменить воспоминания этой женщины. Если она его не проглотила...
Что они будут делать, когда узнают?..
Что будет с ним?
Он должен избавиться от девушки до того, как они узнают!
Раздавив таблетку между большим и указательным пальцами, Бонн посмотрел на Раттлера.
— Собери людей и жди меня у комнаты, в которой находится девушка.
***
Осень лежала на боку, в объятиях Кирэлла, его Монстр и Дракон спрятались внутри. Уставившись в стену, она попыталась привести в порядок свои разум и тело. То, что Кирэлл только что сделал с ней, было...
Чудесно... но это было слишком мягко сказано.
Потрясающе... нет, не так.
Мироизменяюще! Да, так, потому что даже когда ей сотрут воспоминания, она уже не станет той, какой была до встречи с Кирэллом. Она изменилась навсегда.
Кирэлл отметил ее.
Нет, подождите... он укусил ее... поцеловал...
— Кирэлл... — нерешительно позвала она.
— М? — тихо отозвался он, кружа по ее животу пальцами.
— Ты поцеловал меня.
— Да.
— В губы, — уточнила она.
— Да.
— Но почему? — она повернулась в его руках.
— Почему что? — спросил он, недовольно заворчав, когда его член выскользнул из нее.
— Почему ты поцеловал меня? Укусил меня. Ты сказал, что это то, что ты сделаешь только со своей парой.
— Так и есть, — сказал Кирэлл. Его голос был полон глубокого удовлетворения.
— Тогда почему ты поцеловал меня?
— Потому что ты моя пара, Осень.
— Что?!! — воскликнула она, садясь.
— Я сказал, — Кирэлл не двигался, просто протянул руку, чтобы нежно погладить метку на ее плече. Он не смог бы объяснить, что с ним творится, когда он видит эту метку, — что ты моя пара.
Прикосновение Кирэлла вызвало дрожь желания, пробежавшую по телу Осени, прежде чем его слова дошли до разума.
— Нет! Это невозможно, — возразила она и встала бы с кровати, если бы он не притянул ее обратно в свои объятия.
— Почему невозможно? — спросил он, целуя ее в губы.
— Потому что я не могу ей быть. Ты должен отказаться от меня?
— Отказаться?! — он потрясенно посмотрел на нее.
Осень увидела, как что-то блеснуло в его глазах. Это не могло быть болью... ведь правда?
— Да! — она не позволит себе отступить. — Ты сказал, что принятие Другого в качестве пары ослабляет Драгуна, что ты можешь отказаться принять Другого и найти себе более сильную пару!
— Осень...
Он вдруг начал понимать ее беспокойство.
— Я не Драгун. Я даже не Другая, и я уже повреждена! Ты будешь постоянно подвергаться нападениям из-за меня, и я буду так же бесполезна, защищая тебя, как была, когда напали на моих родителей и Джека! Я не смогу пройти через это снова! Я не позволю твоей жалости к тому, что случилось со мной, убить тебя! Откажись от меня!
От рева Кирэлла задрожали стены, и впервые Осень увидела его по-настоящему разъяренным.
И причиной ярости была она.
— Ты не повреждена! — он перевернул ее на спину и наклонился так, что его лицо оказалось в нескольких дюймах от ее лица. — Никогда больше так не говори! Ты — женщина, которая выжила! Неужели ты думаешь, что я отвернусь от тебя только потому, что ты не Драгун?!
Осень видела, как изменилось его лицо, когда все три его формы рванулись наружу. Она видела, какую боль это ему причинило.
— Остановись, — не в силах больше видеть его боль, она протянула руку и коснулась его щеки. — Пожалуйста, Кирэлл... успокойся.
— Как ты можешь просить меня об этом! — сказал он, все еще сердясь, но ее прикосновение уже немного успокоило и Монстра, и дракона в нем.
— Кирэлл... — она боролась со слезами, которые вот-вот готовы были пролиться. Она делала это для него. — Твой Жар Соединения сбивает тебя с толку.
— Жар Истинной пары, — тут же поправил он. — Осень, — Кирэлл прижался лбом к ее лбу, заметив блеск слез в ее глазах. — Я должен принести свои глубочайшие извинения. Я должен был сразу же понять, что происходит, но не понял, и теперь ты сомневаешься.
— Этого не может быть...
— Может. Может. — Он коснулся губами ее губ, наслаждаясь своим правом сделать это. — Мне всю жизнь говорили, чего ожидать, когда я впервые увижу свою пару. Рассказывали о том, каким сильным может быть Жар и как внезапно он может наступить. Я просто никогда этого не понимал...
— Но это не я, Кирэлл, — сказала она ему, стараясь не показать, как это огорчает ее. — Просто у тебя не было выбора.
— Это неправда! Ты — единственная, на кого был направлен мой Жар. Я знаю, что все это ново и запутанно для тебя, Осень, но ты должна мне поверить. Когда начинается Жар пары, только сама пара может прикоснуться к Драгуну. Других дракон просто убьет. Вот почему ты можешь успокоить моего Монстра. Почему мой дракон так потянулся к тебе, почему захотел тебя. Вот почему я поцеловал тебя и соединил наши жизни.
— Отдав мне дыхание и кровь своей жизни.
— Да. Это продлит твою жизнь и навсегда свяжет нас вместе.
— Тебе это вредит? — спросила она.
— Нет, — он нежно погладил ее по щеке. — Это может ослабить меня на короткое время, пока мое тело приспосабливается, но это все.
— Ты уверен?
— Да, малышка, — глядя на нее, Кирэлл с удивлением обнаружил, что чувствует себя сильнее, а не слабее. — Найти свою пару — это самый драгоценный дар, который Бог, Кер, может дать Драгуну. Я думал, что понимаю это, но не понимал, пока не встретил тебя. Теперь ты — мой единственный смысл жизни. Без тебя моя жизнь бессмысленна.
Осень почувствовала, что ее глаза начинают наполняться слезами, и на этот раз, когда он опустил голову, чтобы поцеловать ее, она встретила его на полпути. Ее пальцы погрузились в его волосы, когда она ухватила его затылок, чтобы удержать рядом. Это было признание, которого она ждала с момента нападения на ее семью. Здесь была любовь, и она не собиралась терять ее снова.
Кирэлл устроился между бедер, которые жадно раскрылись для него, не прерывая поцелуя. Он собирался показать своей паре, как сильно он ее любит, и будет продолжать делать это до тех пор, пока она не поверит ему.
Звук распахнувшейся наружной двери заставил Кирэлла вскочить на ноги. Его Монстр рванулся наружу, готовый защитить свою пару от любого, кто осмелится войти в их покои.
Выбежав во внешнюю комнату, он обнаружил полдюжины тщедушных человеческих мужчин, стоящих на пороге. Его Монстр, готовый рвать и уничтожать, проревел о своем намерении.
***
Дэк только что закончил беседу с мужчинами в гостиной и собирался обсудить с Талфрином то, что он обнаружил, когда услышал рев Монстра Кирэлла. Завернув за угол, он был потрясен, обнаружив, что в покои Кирэлла ворвались люди.
Они так сильно хотели умереть?
***
— Взять его! — приказал Бонн из-за спины своих людей.
Мужчины остановились, как вкопанные, пораженные увиденным. Все они были настоящими головорезами и привыкли ко всякому. Но они никогда не сталкивались с трехметровым Боевым Монстром... и они сразу поняли, что не смогут победить его.
***
Осень смотрела в потолок, не понимая, что только что произошло. Только что они с Кирэллом собирались снова заняться любовью, а в следующую секунду он исчез. Что происходит?
Внезапно она услышала яростный рев Кирэлла, и все внутри нее замерло, как тогда, когда варанианцы напали на ее родителей.
«Кирэлл! — закричал разум Осени. — Кирэлл зовет на помощь. На него напали!»
Этого не случится снова!
Она этого не допустит!
Она не переживет, если ее снова оставят одну!
Она подвела свою семью. Она была недостаточно сильна, чтобы защитить их. Она не собралась, не нашла ту часть себя, которая могла бы это сделать.
Сейчас, с Кирэллом, этого не случится. Осень не собиралась подводить и его тоже. Она не собиралась смотреть, как он умирает.

Ломая барьеры, которые сдерживали ее раньше, она пошла защищать свою пару.
***
— Вы посмели войти в мои покои! — прорычал Кирэлл, его взгляд блуждал по мужчинам, которые пытались отступить. Запах их страха наполнил комнату, когда он позволил когтям вытянуться во всю их смертоносную длину. — Теперь вы узнаете, что происходит, когда паре Драгуна угрожает опасность.
Яростный рев, раздавшийся позади него, сопровождаемый звуками ломающейся мебели и падающего на пол металла, заставил Кирэлла обернуться и увидеть маленького красного дракона, ворвавшегося в комнату. Струйки дыма вырывались из раздувающихся ноздрей, а глаза, такие же серебристые, как кончики чешуи, покрывающей тело, обшарили комнату, прежде чем остановиться на нем.
Это была Осень! Конечно, это была она! Он был таким глупцом!
Она рассказала ему, как вцепилась в лицо генерала Террона, пытаясь защитить своего брата. Он и сам видел доказательства этого нападения, но так и не сумел собрать все воедино. Каким-то образом, будучи десятилетней девочкой, она смогла частично измениться! Он никогда не слышал, чтобы женщина-Драгун была способна на такое. Неудивительно, что варанианцы напали на нее с такой злобой. Каким-то образом они узнали, что Осень и ее семья происходят от Разета, и решили уничтожить их, как пытались уничтожить всех Драгунов.
Он должен был раньше понять, что она не могла быть Другой.
Она открыто бросила ему вызов, ему, Черному Прайму.
Она не боялась ни его Монстра, ни дракона.
Ее огонь горел так же сильно, как и его, когда они целовались. Он просто не осознавал этого. Он не понимал, что огонь, вспыхнувший в его крови, когда он смешал их кровь, был не огнем его желания, а ее огнем, потому что ее кровь была более сильной. Его укус не изменит ее. Это Кирэлл станет тем, кто изменится, станет Высшим, как только ее дракон отметит его как свою пару.
Ей было всего двадцать два, и она уже могла принять облик дракона.
Его пара была удивительной.
И судя по всему, она была в бешенстве!
— Кер! Это Высший!
Слова, произнесенные Дэком шепотом, привлекли внимание дракона Осени, и дым, который она испускала, начал темнеть.
Увидев это, Кирэлл быстро встал между ними, возвращаясь в свою человеческую форму.
— Все в порядке, Осень. Я в порядке, — но ее глаза продолжали дико смотреть ему за спину, фокусируясь на оставшихся мужчинах, ее дым все темнел.
— Нет, Осень! — он встал перед ней, широко раскинув руки. — Ты испепелишь нас всех! Ты должна успокоиться, любовь моя, — он осторожно положил руку на ее морду, лаская ее. — Ты такая красивая, Осень.
Она недоверчиво фыркнула, но когда ее взгляд снова встретился с его, дикость в ее глазах начала отступать, и зеленый цвет, который он так любил, начал возвращаться.
— Твой дракон так прекрасен, Осень.
Осень нахмурилась, глядя на Кирэлла. «Ее Дракон? О чем это он говорит?»
Посмотрев вниз, она обнаружила, что вместо нормальной кожи и рук, которые она привыкла видеть, теперь были покрытые чешуей конечности с длинными острыми когтями. Ее испуганный взгляд метнулся обратно к Кирэллу.
Кирэлл увидел страх и замешательство в ее глазах и понял, что она не знала, что вызвала своего дракона. Она, вероятно, даже не осознавала, что частично изменилась, когда пыталась защитить своего брата.
— Все в порядке, Осень, — сказал он ей. — Просто вернись обратно.
Панический взгляд заставил его понять, что она не знает, как это сделать.
— Все в порядке, моя Осень, — нежно сказал он ей, — просто представь себя такой, какой ты была.
Он снова погладил ее длинную шею.
— Девушка с длинными рыжими волосами и сверкающими зелеными глазами. Я рядом с тобой.
Он почувствовал, как ее большая голова опустилась ему на плечо, и ее охватила дрожь. Только что он держал в объятиях прекрасного дракона, а в следующее мгновение — свою очень красивую и очень обнаженную пару. Осень подняла голову, улыбаясь ему, когда внезапно ее лицо исказилось, и самый ужасный крик боли, который он когда-либо слышал, заполнил комнату. Он все еще был слышен, когда она упала в объятия Кирэлла.
— Осень! — закричал он, медленно опуская ее на пол и не понимая, что происходит. Переход из драконьей формы в форму Другого не должен был причинить ей никакой боли. Посмотрев на нее, он ощутил потрясение: левая нога и правая рука Осени были выгнуты под немыслимыми углами.
«О, Кер! Прутья! Вот что означали эти металлические звуки».
Они вставили металлические прутья в кости, которые раздавил варанианец. Превращение заставило их покинуть ее тело. Именно так Драгун мог исцелиться даже от самых тяжелых ранений. Сила дракона исцелит их, но на это потребуется время, а Кирэлл заставил ее обернуться слишком рано.
— Осень! Вызови своего дракона! — приказал он, но она, казалось, не слышала его, продолжая кричать.
Осторожно подхватив ее на руки, он повернулся к Дэку.
— Где Целитель?
— Сюда, — Дэк оттолкнул оставшихся мужчин-людей в сторону, расчищая коридор, чтобы Кирэлл мог идти впереди.
— Все будет хорошо, Осень, — бормотал Кирэлл, его губы касались ее макушки. — С тобой все будет в порядке. Я помогу тебе.
Чем дольше он нес ее, тем жалобнее становились крики Осени, пока не превратились в тихие всхлипывания.
— Убедись, что Целитель там, — приказал он.
— Нет! — ее единственное, дрожащее, наполненное болью слово заставило желудок Кирэлла сжаться, как и последовавшие за ним слова. — Никаких врачей. Никаких лекарств. Никогда больше.
— Он поможет тебе, Осень. Все будет не так, как раньше, обещаю, — добравшись до комнаты, он осторожно положил ее на стол, на котором размещался лечебный аппарат. — Где Целитель? — прорычал он через плечо.
— Он уже почти здесь, — заверил его Дэк, не сводя глаз с Осени.
— Не смотри на нее! — Кирэлл развернулся, его Монстр взял верх. — Она моя! Моя пара!
Он схватил Дэка за горло и прижал к дальней стене, его когти вонзились в плоть.
— Я знаю! — прохрипел Дэк, опуская глаза под взглядом более сильного Драгуна. — Я не претендую. Я просто никогда раньше не видел Высшего!
***
Бонн незаметно проскользнул в комнату, пока Кирэлл и Дэк разбирались между собой. Подойдя к столу, он посмотрел вниз на женщину, которая угрожала его существованию.
Во-первых, она обманула его, проникнув через охрану, что заставило инопланетян усомниться в его способности служить им. Во-вторых, она не стала принимать болюс. Если инопланетяне узнают, что она не приняла его, это будет конец, ведь Талфрин не сможет изменить ее воспоминания.
Он не мог этого допустить. Он не собирался позволить какой-то глупой женщине разрушить его жизнь. Он не знал, как собирается это сделать, но пришельцы только что дали ему такую возможность
Он увидел на столе шприц с лекарством. Как он знал, Талфрин использовал это лекарство на девушках, чтобы изменить их воспоминания. Он знал, что в шприце находится несколько доз, и что если он введет ей все, этого будет достаточно, чтобы убить ее. Тогда он сможет заявить, что пытался помочь ей, что он не знал, что это убьет ее. Они все будут винить чужака, Кирэлла, который причинил ей боль.
Улыбаясь ей сверху вниз, он прижал шприц к шее и нажал на поршень, снова, снова и снова.
— Нет!
Отчаянный крик Осени заставил Кирэлла обернуться и увидеть Бонна, прижимающего шприц к шее его пары.
— Что ты делаешь?! — Кирэлл вонзил свои когти в спину Бонна, игнорируя крик, и отшвырнул его прочь от своей пары. — Осень!
Заглянув ей в глаза, он увидел в них не только боль. Он увидел свое поражение.
— Осень... — в отчаянии повторил он.
— Я не могу, — прошептала она со слезами на глазах. — Я не могу пройти через это снова, Кирэлл. Я не могу вернуться в этот ад. Я больше этого не переживу.
Она почувствовала, как холодная пустота начала заполнять ее тело. Как и раньше, только на этот раз она была сильнее, смертоноснее.
— Ты переживешь! — возразил Кирэлл в ответ. — Ты сильная.

— Нет, — сказала Осень, отчаянно желая ощутить его поцелуй в последний раз. Но ее губы уже онемели, и она знала, что это будут последние слова, которые она когда-либо скажет.
— Я люблю тебя, — прошептала она, и тьма поглотила ее.
— Нет! — закричал Кирэлл.
— Что происходит?! — в комнату ворвался Талфрин.
Он увидел изуродованное тело куратора, кровоточащее горло Дэка и искалеченную женщину на столе. Неужели Жар Кирэлла свел его с ума?
— Что ты с ней сделал? — сердито спросил он.
— Ничего! Варанианцы напали на нее много лет назад. Человеческие целители вставили ей в руку и ногу металлические стержни, чтобы заменить сломанные кости. Когда она превратилась в своего дракона, ее тело отторгло эти стержни. Я заставил ее вернуться в форму Другого слишком рано, и она не смогла заживить раны, — сказал Кирэлл убито.
— Она Драгун? — Талфрин в шоке уставился на маленькую женщину. — Она пережила нападение варанианцев?
— Да, когда ей было десять, — ответил Кирэлл, — и она моя пара.
— Тогда зачем ты дал ей это? — Талфрин поднял пустой шприц и потряс им.
— Я этого не делал! — тут же возразил Кирэлл. — Это сделал Бонн!
— Бонн? — Талфрин повернулся к мертвому куратору и плюнул в него. Смерть этого ублюдка его была слишком быстрой.
— Помоги ей! — потребовал Кирэлл.
— Не могу, — с сожалением ответил Талфрин.
— Что ты имеешь в виду? — Монстр Кирэлла сердито зарычал.
— Она Драгун. Такое количество наркотика сделало бы даже тебя неподвижным. Она такая маленькая... шансы на ее выживание невелики.
— Нет! — все три его формы взревели, когда колени Кирэлла ударились об пол, не чувствуя боли, когда треснула плитка. Он уткнулся головой в стол рядом с неподвижной Осенью.
Талфрин испуганно отступил на шаг от обнаженного Прайма. Волны боли, исходящие от Кирэлла, были ошеломляющими. Он слышал о связи между мужчиной-Драгуном и парой, но никогда не видел ее собственными глазами.
Но Кирэлл помог спасти его народ, его планету. Он должен был хотя бы попытаться помочь ему спасти свою пару.
— Может быть... но она так молода, — нерешительно сказал он.
Кирэлл поднял голову, его драконьи глаза пронзили Талфрина.
— Что ты можешь сделать? — прорычал он.
***
Осень чувствовала, что погружается все глубже и глубже в этот темный ад, где существовала только боль. На какой-то миг, всего лишь на краткий миг, она обрела счастье, признание и любовь. Она знала, что именно это видела в глазах Кирэлла, когда он смотрел на нее сверху вниз, готовый снова заняться с ней любовью. А потом его у нее вырвали, как когда-то вышло с ее семьей.
Когда очередная волна боли пронзила ее тело, она попыталась закричать. Если бы она закричала, Кирэлл смог бы услышать ее и помочь.
Кирэлл... он вообще реален? Он обещал, что не будет никаких наркотиков, но позволил Бонну дать их ей. Может быть, он был всего лишь плодом ее воображения, и они наконец сломили ее.
Может быть, она все еще в той больнице. Там, где они говорили о ней так, словно ее вообще не было в комнате. Возможно, они были правы, и она действительно сошла с ума.
Она не могла превратиться в дракона. Кирэлл не мог существовать. Он, должно быть, плод ее воображения. Эта мысль раздавила ее.
Пора было сдаться, пора было присоединиться к своей семье. Тогда, возможно, она обретет покой.
***
— Как?! — зарычал Кирэлл, пронзая взглядом Талфрина.
— Если ее дракон ответит на твой зов, и если он достаточно силен, то сможет вывести наркотик из организма. Тогда мы можем вылечить и раны, причиненные варанианцами.
— Она ответит мне, — уверенно сказал Кирэлл, поднимаясь на ноги. — Она моя пара.
Кирэллу даже не нужно было думать о том, чтобы позвать своего Дракона, потому что он уже поднимался внутри, взывая к их паре.