Сказка о бумажном тигре

Ши-ши едва не плакал. Он послушно выполнял поручения, мысленно пересматривая все варианты казни от Мастера Цзи. Впрочем, полностью уйти в горе ему не давала активная местная жительница, которая с удивительной настойчивостью находила им все новые и новые дела.
За полдня они успели перетаскать дрова, починить телегу и высадить клумбу под окнами улыбчивой женщины. Когда уже подбиралось время ужина она скорбно обронила:

— Ох, а крыша-то течет…

Ши-ши, уже собирающийся возвращаться на постоялый двор и падать в ноги учителю, замер.

— Тетушка… — тихо произнес он, бросая на Шэнь Чжао беспомощный взгляд. Но комментировать ничего старший ученик Огненной резиденции не собирался, — …мы поможем вам с крышей.

***

Из сна Яну вырвал тихий голос Бай Сыюя:

— Мастер Цзи, прошло уже четыре стражи*...

Рывком поднявшись на циновке, Яна спешно стёрла с щёк засохшие дорожки слез, которые неприятно стягивали кожу.

— Четыре стражи? — деловито переспросила она, будто зная сколько это.

За окном было все также темно: нависающие над миром черные облака словно только сильнее затянулись. Утро, вечер, день? Таких понятий в мире вечной ночи не существовала.

Яна вытянула ноги, случайно задев деревянный поднос, который ранее не заметила. На нем стояла плошка с овощами. Или фруктами? Не суть важно, но порезанная еда выглядела аппетитно. Вспомнив о булочке, которая так и лежала в рукаве, Яна решила выкинуть ее при первой возможности, пока та не покрылась плесенью.

Бай Сыюй на "Мастера Цзи" старательно не смотрел, делая вид, что это не Глава Водной резиденции "четыре стражи назад" потерял перед учеником и лицо, и гордость. Как говорится, если неловкую ситуацию нельзя исправить, то о ней можно забыть.

— Бай Сыюй…

«Хреновый тебе достался наставник», — мысленно посетовала Яна, не решаясь предупредить ученика о соглашении с демонами. Вдруг мальчишка проболтается? За такое их обоих могут как минимум изгнать из секты. Пусть мальчишка лучше мается смутными догадками, чем точно знает о происходящем непотребстве.

Ещё в прошлой жизни Яна осознала, что совершенно не умеет врать. Рассказы ее были нескладными, лицо дергалось как в лихорадке, а голос становился неправдоподобно тонким, писклявым даже. Так стоит ли дополнительно позориться?

«Надо перевести тему» — малодушно решила она.

— С каких пор ханьфу стало тебе велико?

Мальчишка тряхнул головой, пряча взгляд в словно бы укоротившихся прядях. Отвечать что-то он не спешил, поспешно закатывая рукава повыше.

«И что это значит?»
Яна могла развернуть мальчишку к себе и все выведать… Но не стала этого делать.
Слишком много событий, слишком много ответственности, которую она брать на себя не желала.

***

Старик Чэн был достаточно гостеприимен, чтобы любезно натаскать заклинателям воду для утреннего омовения. Лохань он поставил в соседней комнате, где до этого никто не ночевал, видимо, дабы не смущать благородных господ. Яна успела обрадоваться тому, что наконец сможет банально смыть пыль, но не тут то было — вода имела странный синеватый оттенок, а ещё в ней плавали подозрительного вида черви. Но если червей Яна стерпела бы, то запах гнили быстро заставил передумать принимать водные процедуры.

— Все готово. Выходим сейчас же, — объявила жена старика Чэня, перехватывая Яну на выходе из комнаты.

Где-то за ее спиной фиолетовым призраком маячил Бай Сыюй. В памяти всплыло данное той невесте из деревни обещание.
Не давая себе время передумать, Яна едва слышно произнесла:

— Потеряшек двое.

…на самом деле пятеро. Но Яна обещала вернуть невесте только Юэ Вэя, так что за остальных, как бы… Не так совестно? Да, определенно. И вообще, она всего лишь скромная бывшая студентка, а спасать людей от демонического рабства их на гостиничном отделении не учили.

«Зато я знаю способы консервации черной икры» — успокаивала себя Яна. Вряд-ли эта информация ещё пригодится, но преподаватель мог ей гордиться.

Шуй гуй недовольно поджала губы, собираясь возразить.

— Господин Юэ. Юэ Вэй. Он… не помнит, что у него была невеста. Но она есть, — поспешно продолжила Яна.

Если она и рассчитывала как-то смягчить шуй гуй этими словами, то ничего не вышло: жена старика Чэня только бровью повела. Во взгляде ее читался явный вопрос: «а что мне с того будет?».

— Я могу обеспечить вам дом. На человеческой стороне, — предложение прозвучало еще тише, Яна очень надеясь на то, что у Цзи Фэнхань были на такую прихоть сбережения.

Шуй гуй размышляла несколько ударов сердца. Выцветшие глаза смотрели внимательно, неотрывно. Наконец жена старика Чэня отвела плечи назад и ответила, почему-то насмешливо смотря на Бай Сыюя.

— Нет. Сама со второй потеряшкой разбирайся.

«Ну… Ладно, попытаться стоило» — мысленно Яна пожала плечами.

***

Госпожа Чан вновь ждала их на пороге. Она застыла возле ворот словно хрупкий, изящный цветок у обочины торгового тракта. Со спокойным выражением лица и склоненной набок головой, она казалась совершенно лишней среди суеты демонического города.

— Не забудь свою клятву, — прошипела шуй гуй, в многозначительном напоминании обнажая часть клыков.

Старик Чэн деликатно потянул жену в сторону. Та сделала несколько шагов назад, кинула парочку угрожающих взглядов и ушла, явно считая, что на этом ее миссию можно считать исполненной.

Не говоря ни слова, Госпожа Чан поманила их с Бай Сыюем в лавку. Яна подавила в себе желание взять ученика за руку, чтобы не потерять, словно малого ребенка.

Будто вторя этому порыву, до них донесся отрывок чужого разговора.

— Говорят, пропал Наследный Принц! — громким шепотом поделилась одна призрачная дева, когда они проходили через зал. — Его послали к людям, так он там и сгинул!

— Глупость какая… Зачем бы ему к людям? — отвечала другая.

Ненадолго повисла тишина: призрачная дева либо вспоминала ответ, либо придумывала его. Яна уже прошла мимо, но Бай Сыюй притормозил, из-за чего пришлось легонько подтолкнуть его в спину.

— Очевидно же, что по очень важным делам! — в конце концов горячо  воскликнула первая дева.

Яна помрачнела.

...Это ещё одна история, которую стоит начать издалека. Как и полагается всем приличным героям и злодеям, путь до "вершины" они должны пройти через всевозможные лишения. Сие — непреложное правило любого отчаянного автора.

Не было трудного детства? Значит не герой! Иди отсюда и не возвращайся, пока не наработаешь груз психологических травм.

Следуя этому правилу, большинство проблем и несчастий случалось со второстепенными персонажами «Черного Небосвода» просто потому, что так сошлись звёзды. Не важно как ты живешь и что делаешь — автор похоронит тебя под волной бедствий, если очевидных путей для встречи с главной героиней нет.

Да и если есть — тоже.

Но Яна не то чтобы винила в этом автора… Спрос рождает предложение, поэтому вполне очевидно, что аудитории больше нравится читать именно о травмированных героях, которые не только мир спасают, но и преодолевают внутренних демонов.

К тому же на тот момент Яне казалось, что это довольно жизненно: сидишь себе, никого не трогаешь, а тут бац, и происходит что-нибудь нехорошее, неудача выбивает дверь в твой дом с ноги, ломая все сложившиеся устои.

Это как с неожиданным наследством, когда тебе может перепасть огромное поместье от давно потерянного дядюшки-миллионера, а может огромный долг от такого же потерянного близкого родственника.

И Наследный Принц был одним из тех рожденных под несчастливой звездой, чья нить судьбы не рвалась только чудом. Мать его была человеком, а вот отец демоническим заклинателем. Может, ещё кто из духов в родне затесался, потому что родился мальчик с красивым личиком, клыками и глазами цвета мака, которые к тому же светились в темноте, словно бумажные фонарики.

Не желая привязываться к "бракованному" созданию, мать даже не дала ему первого имени... Да и второго. Поговаривают, до сих пор он безымянный, потому и обращаются к нему только как к Наследному Принцу.

Мальчика, когда он ещё был маленьким, быстро пристроили бродячим артистам, которым как раз демонических животных для выступления не хватало. Но он выступать перед публикой категорически не хотел, кусался, бросался на всех и вел себя похуже диких демонических трехвостых кошек из-за чего его довольно быстро продали рабовладельцам. Дальнейшая жизнь его тоже не отличалась добротой и позитивом, но однажды стал он большим и сильным: отомстил всем обидчикам, ступив на путь демонического заклинательства. Заслуги его были так велики, что сам Демонический Император назначил его своим наследником, даровав титул Принца...

В книге он мелькал едва ли пару раз, когда за любовь Цзи Яньлинь бились сильные мира сего и Наследный Принц, естественно тоже влюбленный в героиню, пожертвовал собой ради нее!

Эх, такая красивая история была, Яна даже всплакнула украдкой. Но обратившая внимание на сплетни девушка быстро осознала, что информация эта ей просто ни к чему — Наследный Принц никак не пересекался с Цзи Фэнханем, потому что тот к моменту появления венценосной персоны уже был объявлен сумасшедшим.

Коридоры чайной лавки напоминают лабиринты. Множество поворотов, одинаковые лампы и ни одной картины, только похожие друг на друга узоры. Нарисованная лоза обвивала стены словно живая, тянула стебли к потолку, распускала пышные бутоны цветов.

— Вы хотели поговорить, не так ли? — вопрос госпожи Чан вырвал из странного оцепенения.

Яна несколько раз моргнула, перевела взгляд на спину Бай Сыюя и вдруг поняла, что перед ней не ученик, а служанка. Удивительно, что она смогла их перепутать, ведь и телосложение и одежда у них сильно различалась.

И нет больше коридоров — Яну встречает знакомая просторная комната с закрытыми бумагой окнами.

— Не волнуйтесь, вашему подопечному ничего не грозит, — непринужденно улыбнулась хозяйка чайной лавки. — Он всего лишь помогает с путами Фэн-Фэна.

Веры в эти слова никакой, но и возмущаться глупо: на чужой территории Яна слабее дохлой рыбешки. Страх поднялся с глубин сознания, охватил трясучкой руки и заставил резко набрать в грудь воздух.

— Так?.. — мягко вопрошает хозяйка.

— Господин Юэ.

— Господин? Ох, наш Вэй-Вэй оказывается так статен! — госпожа Чан хихикнула, прикрывая нижнюю часть лица рукавом. — Его Тетушка отдала мне одним из первых.

— Вы случайно не знаете почему ста… Тетушка мстила Юэ Вэю и Сюн И, но не стала ничего делать невесте господина Вэя?

Яна думала, что госпожа Чан отмахнется, но ответ последовал почти незамедлительно:

— Тетушка хотела отомстить всем, просто не до всех успела добраться. Внучка ее, сосватаная за ненавистного Юэ Вэя, смотрела как любимый ухаживает за другими. Потом она пропала, но все кроме тётушки вздохнули с облегчением: семья нашего Вэй-Вэя отправила три письма уже другой девушке, а "возлюбленный внучки" продолжил песни сочинять каждой проезжей красавице.
Тетушку обидело равнодушие. Сюн И был тем, кто видел как внучка ее идёт в сторону проклятой части реки. Вэй-Вэй, жених между прочим, сразу забыл о ней. А о семье певцы-повесы и говорить нечего, ведь видели они, что сын всем головы кружит и забывает тут же, но и слова поперек не вставили. Вот их первыми тетушка мне и отдала.

Госпожа Чан изящно взмахнула рукой. Тут же служанки, без особой суеты поднявшись с места у стены, поставили на столик чашу с полупрозрачной зеленоватой жидкостью.

На слова хозяйки чайной лавки Яна кивнула, откровенно говоря так и не понимая до конца хитросплетения деревенских страстей.

А хозяйкам чайной лавки тут же продолжила мысль, которая, казалось бы, была совершенно неуместна. Но почему-то каждое слово втягивалось в странный стих без рифмы, где новая строка тянула за собой следующую.

— Иногда мир стирает людей. Чужих, лишних, он просто смазывает, словно капли грязи с дорогой вазы. Такие люди и при жизни-то незаметны: они растворяются в полупустых помещениях также легко, как в огромной толпе. Их голоса всегда полуслышны, лица невзрачны, а слова спокойны, даже если те кричат. Других же стирает не мир, а сами люди.

Служанки зажгли свечи, расставляя их по всему помещению. И вновь лица этих девушек показались более симпатичными, чем при первой встрече.

— Вы хотите забрать Вэй-Вэя? — проницательно уточнила Госпожа Чан. Дождавшись нерешительного кивка, она продолжила. — Пожалуй, эта скромная хозяйка сможет исполнить ваше желание. Надеюсь этот поступок положит начало хорошим взаимоотношениям. Все же заклинательский век долог, а демонический и того дольше.

«Звучит как повод для будущего шантажа» — подумала Яна. Почти сразу пришла другая мысль: а было ли это все и правда обменом? Или хозяйка чайной лавки изначально согласилась обменять Фэн Чэнмэя на того, кого выловила шуй гуй, просто чтобы оставить заклинателей в своих должниках?

Этот вывод был отвратительно правдоподобен.

Почти механически Яна глотнула предложенный напиток и тут же чаша с отваром выпала из рук.

Яна закашлялась, сгибаясь почти пополам. Изнуряющий, со свистящим звуком кашель раздражал горло, словно глупая попаданка вместо нормальной еды все это время ела песок, даже не запивая его водой. Пальцы ее ухватились за деревянную поверхность столика, сдирая ногтями блестящее покрытие. Легче стало далеко не сразу и, не в силах отдышаться, она сидела уткнувшись лбом в колени. Яна силилась позвать хозяйку, может — извиниться за очередной приступ, но звук вышел слишком высоким.

А ещё удивительно чисто, без сипов и хрипов, будто и не задыхалась она несколько ударов сердца назад.

Госпожа Чан понимающе улыбнулась. Колокольчики в сложной прически всколыхнулись, будто бы тоже смеясь.

— Очищающие отвары от тётушки Ван всегда славились своей остротой. Хотя, быть может, это сделано лишь для яркости… Неприятное на вкус люди запоминают куда охотнее пресного. Вы так не считаете?

— Надеюсь заклинатели не затаят зло на эту скромную хозяйку…

— Я не считаю себя достаточно компетентной для осуждения. Но было бы несправедливо всю оставшуюся жизнь продержать Мастера Фэня в чайной лавке, — осторожно произнесла Яна.

Очевидно, лучше было она промолчала.

Госпожа Чан потянулась за упавшей чашей, одной рукой придерживая широкие рукава, чтобы те не испачкались в разлитом отваре. Неторопливые движения, тихий голос и миловидная внешность хозяйки чайной лавки пленяли взор. С трудом можно было предположить, что перед Яной не заклинательница, а демонесса из Пограничного Города.
Смахнув с чаши капли, Госпожа Чан поставила ее на край столика. Потом она наклонилась к Яне, все также мягко улыбаясь:

— Справедливость? С каких пор праведные заклинатели начали верить в эту сказку?

Голос ее был тих и ненавязчив, а еще безмерно любопытен, что на контрасте со смыслом самих слов могло показаться жутким.

— Нельзя использовать разумных существ также бездумно, как… Палочки для еды, — четко произнесла Яна, впрочем, не рассчитывая переубедить собеседницу.

Госпожа Чан выпрямилась, темные глаза невинно распахнулись:

— И эту скромную хозяйку еще уличали в лицемерии? Удивительно.

Она не звучала сердито, только удивлённо слегка.

— Но раз ты веришь в справедливость… Эта госпожа сделает тебе небольшой подарок, — неожиданно воодушевленно произнесла госпожа Чан.

Она развернулась и быстро коснулась лба Яны двумя пальцами. Кожу в том месте сначала обожгло болью, а потом, мгновением спустя, словно голову с размаху проткнули острой сосулькой и стало в сто раз хуже. Закричав, Яна повалилась на пол. Руками она сжимала виски, пальцы впились в кожу, путаясь в волосах.

«К гуям эти ваши подарочки!».

Всем своим существом Яна надеялась, что вот-вот потеряет сознание, но боль только нарастала, будто в голову вбивали гвозди. Девушка открыла рот, но из горла не вырвалось ни звука, только невнятные хрипы.

Неожиданно всё прекратилось.

Яна огляделась. Она больше не сидела на мягкой подушке, а почему-то лежала… Под кроватью? Наверняка это была кровать…

…которая в тот момент очень характерно двигалась. Сверху раздавались едва слышные голоса — женский и мужской. Яне не пришлось вслушиваться, чтобы понимать происходящее: она поспешно закрыла уши, совершенно дезориентированная.

«Это что за аудиопорно? И почему я его слушаю? Где я вообще?»

Вдруг все стихло. Прошло некоторое время, прежде чем мужчина встал — Яна видела его щиколотки и часть уже надетых штанов. Он быстро вышел из комнаты, так ничего и не сказав.

Женщина же несколько раз вздохнула, завозилась, видимо натягивая одежду.

—  А-Сюэ… Выбирайся скорее!

И Яна, сама от себя того не ожидая, медленно выползла из-под деревянных досок кровати.

Сидевшая на кровати женщины выглядела молодо. Тело ее скрывала яркая тканью без узоров и росписи, а каштановые волосы свободно лежали на плечах. На лице — скрытое за строгостью сожаление. От него хочется спрятаться, сделать вид, что никогда не смела так расстраивать кого-то.

Женщина провела изящными пальцами по щекам девочки, собирая влагу. Тело не слушалось, словно все происходящее — это фильм, в котором Яна может быть исключительно зрителем.

Такое положение дел пугало.

— Сюэ-сюэ, в следующий раз слушайся меня и не возвращайся, пока я тебе не скажу. Договорились?

Яна непроизвольно кивнула. Слезы продолжали течь, капали на дешёвую пыльную ткань и сжатые в кулачки пальцы. В сознании совершенно обособленно от понимающего хоть что-то сознания зрела уверенность, что никогда больше Сюэ-Сюэ не ослушается, никогда не позволит появиться сожалению.

Женщина улыбнулась, обняла девочку, и стоило Яне на миг закрыть глаза, как открыла она их вновь в чайной лавке, лежащая на дощатом полу.

Госпожа Чан задумчиво улыбалась, читая какую-то книгу.

— Кто это… был? — хрипло спросила Яна, подтягивая колени к груди.

— Заклинатель и мальчишка уже у ворот, — вместо ответа намекнула женщина, мило улыбаясь.

Служанки предельно аккуратно подхватили Яну за руки, помогая встать, а потом и довели до тех самых ворот — через невероятно длинные коридоры, которым словно не было конца.

/\/\/\

И маленькая зарисовка от автора:

Яна в начале книги: я буду тише воды, ниже травы, буду молчать и никуда не лезть, авось меня никто и не заметит…

Яна несколько глав спустя: *заключает сделку с духом, лезет спасать Фэн Чэнмэя и пьет чай с демонессой*

И напоследок чибик Яны от KasikomiRay💜