Сказка о бумажном тигре

Город Демонического Пограничья странным образом одновременно казался огромным и невероятно плотным, словно с трудом втиснутым в узкий кувшин. Над головой - тёмно-синие тяжёлые тучи, плотные, грозовые, которые с первого взгляда могут показаться сводами подземной пещеры. Вокруг - дома, почти человеческие, с изогнутыми крышами и окнами-огоньками. И различие только в фигурках на зданиях, которые двигаются, оживая на глазах, и в существах, что эти дома населяют.

За их спинами - та же чайная лавка с закрытыми бумагой окнами, увитая голубоватым плющом. Она почти не изменилась, лишь потемнела как-то, уподобляясь общей атмосфере.Улица по разные стороны от "Мастера" и ученика тянулась атласной лентой куда-то вверх, изгиб ее не был виден сквозь нагромождение зданий.

- Аккуратнее надо быть! - прошипела очень низкая дамочка, врезаясь в Бай Сыюя с такой силой, что тот пошатнулся и едва не познакомился с местной землей поближе.

- Мой ученик стоял на месте, - тут же огрызнулась Яна, чувствуя себя мамой-уткой со стажем.

Дамочка, которой приходилось запрокидывать голову, чтобы демонстрировать переполненные презрением светлые глаза, в раздражении щелкнула пальцами с длинными ногтями и ехидно припечатала:

- Значит плохо стоял.

Потом она зачем-то клацнула зубами и пошла дальше по своим делам.

Первая мысль Яны при виде толпы - это что демоны все поразительно разные. Рога, как ни странно, вызывали не такой уж сильный шок на фоне длинных шей, десятка глаз на одном лице, четвероногих рыб и прочего. Демоническое население сновало туда-сюда по улице, кося глазами на двух застывших заклинателей. Мимо прошел великан с вывернутыми коленями: был он столь огромен, что его верхняя накидка могла с легкостью покрыть весь главный корпус Водной резиденции - Яна проводила его нечитаемым взглядом.

- Мастер Цзи... - неуверенно протянул Бай Сыюй.

Яна взмахнула рукой, призывая к молчанию. Бай Сыюй определенно хотел задать много вопросов, но ответить на них было некому. Голос его, и так тихий, быстро сошел на шепот. Яна притянула мальчишку ближе, стараясь касаться рукава, и преувеличенно величественно пошла по улице, ближе к стенам домов. Почему-то в этот раз лицо ученика показалось более округлым, словно он стал младше на несколько осеней.

Идти назад, в лавку, было глупо - Яна сомневалась, что хозяйка пустит их на порог. А если даже и пустит, то скорее всего это будет путь в один конец.

Отсутствие солнца демоническое население пыталось заменить огромным количеством фонариков, ламп и светящихся растений, которые росли прямо под стенами зданий, обвивали скаты крыш и натянутые между домами веревки с яркими флажками. Из-за этого сложно было определить цвета одежд и кожи местных, ведь с каждым новым шагом их окутывали разные оттенки: от холодного белого, напоминающего Яне светодиодные лампочки в старом коридоре общежития, до едва заметного болотного, который испускали грибы с широкими шляпками, растущие прямо в каменной кладке.

«А я говорила! Я знала! Я чувствовала левой пяткой!» - мысленно кричала Яна, не принимая во внимание то, что вообще-то своими предположениями относительно странности чайной лавки она ни с кем не делилась.

Судьба быть сбитыми незнакомцами, видимо, передается воздушно-капельным путем, потому что не успели они даже свернуть с основной улицы, как что-то чуть не повалило Яну с ног. Причем "что-то" определенно было заклинателем - его буквально окутывала энергия ци, мягкая, податливая и свежая как утренний воздух. Даже дышать на секунду стало легче, и только тогда девушка поняла насколько сильно давит демоническая энергия.

- Ой, простите-простите! - воскликнул врезавшийся в Яну заклинатель.

Он вскинул брови, принимая виноватый вид, который наверняка использовал часто и легко. Для эффектности даже махал руками, словно подбитая птица, но медленно отступал, увеличивая расстояние. Потом вгляделся в лицо Яны, повернулся к Бай Сыюю и протянул глубокомысленное "о", прикрывая рот ладонью.

Яне показалось, что она его где-то видела. В Клане? Да, именно он и еще один мужчина сидели за столом с главной героиней, когда Яна только-только появилась. Значит - это Глава какой-то резиденции или другая важная заклинательская персона.

Просьба о помощи замерла на губах. Попросить вывести из этого странного места? Но Цзи Фэнхань так никогда не сделал бы, он не смог попросить главную героиню о помощи даже когда Фэн Аи сдал его предателям вместо Фэн Чэнмэя, хотя возможность была.

Молчание затянулась - заклинатель первым отвел взгляд.

А Яна так и не решилась ничего сказать.

- Простите, столько дел, столько дел! До встречи, шиди Цзи! - громко воскликнул деятельный незнакомец и быстро скользнул в толпу.

***

- Это конец, - тихо, но уверенно произнес Ши-ши.

Таким голосом объявляют начало похоронной процессии.

Шэнь Чжань собрал в кучку дрова и сложил пальцы в элементарную печать. Внутренняя ци молодого заклинателя скользнула по запястью, что в ярком солнечном свете могло показаться просто мелькнувшим отблеском. Дрова взмыли в воздух и послушно полетели вниз по улице, к домику у реки.

Ши-ши проводил их невидящим взглядом, бормоча под нос:

- ...этот недостойный сдохнет в канаве как уличная крыса. Нет, Мастер Цзи самолично порубит его на куски! И обязательно с позором выгонит из резиденции!

Шэнь Чжань хотел спросить каким образом Мастер Цзи выгонит из резиденции рубленные куски, но вместо этого решил тактично уточнить, проявляя братское участие:

- Где ты мог его оставить? Может меч на постоялом дворе?

...Он надеялся, что издевка в голосе звучит не слишком явно.

- Я его не оставлял! - тут же обиженно заявил Ши-ши, подскакивая с места. - Он... Он... Он на поясе висел!

- Уже не висит.

Шэнь Чжань взглянул на Ши-ши спокойно, почти равнодушно. А лицо младшего ученика примерило все оттенки красного и только шея оставалась белоснежно-бледной, пока он не всплеснул руками.

- Ох, милосердная Гуаньинь*, а я-то не заметил! Спасибо, что сказал, зоркоглазый Хоу И*, да вознесут хвалу твоей внимательности! - Ши-ши отвесил глубокий, но совершенно непочтительный поклон.

Шэнь Чжань уже набрал в грудь воздуха для резкого ответа, когда раздался громкий голос женщины, живущей у берега:

- Господа заклинатели, так вы нам поможете с дровами? В сарае ещё есть.

***

Время в городе Демонического Пограничья текло странно, оно совершенно не ощущалось, ведь ночь не сменял день, небо все не светлело, а толпа не становилась меньше.

Они ещё долго бродили по улицам в поисках ни то городских ворот, ни то волшебного таяния насущной проблемы (а все потому что Яна решила, что возвращаться обратно в чайную лавку к радушной хозяйке будет глупее и в перспективе опаснее, чем шататься среди толпы демонов), когда встретили у одного из закоулков знакомое лицо старика Чэня и его... дочери?

«Ага-ага, дочери, которая появилась из воздуха» - ехидно шепнул Яне здравый смысл, прежде чем девушка решительно направилась к знакомым силуэтам.

Пробираться через толпу оказалось сложнее, чем хотелось бы, ведь буквально каждый несправедливо задетый считал своим долгом кинуть в адрес обнаглевших заклинателей проклятье или ругательство. Яне даже показалось, что маленький демон со свиным телом плюнул ей на подол. (Она очень надеялась, что ей и правда просто показалось.)

Не говоря ни слова Яна оттеснила парочку в закуток между домами короткой вспышкой энергии - этому трюку она научилась в пути к Шицзиню.

Здесь, в Приграничье, стало совершенно понятно, что кем бы "дочка старика Чэня" не являлась, но как минимум человеком она не была. Может, в прошлом и принадлежала людскому роду, но сейчас... Слишком худая, тонкорукая, будто изможденная голодом, с аккуратными посиневшими ногтями. Во рту ряд зубов, тонких и редких, как у хищных рыб.

Честно говоря, Яна не очень понимала почему орава мелких заклинателей и целый Фэн Чэнмэй не смогли разобрать это сразу. "Мастера Цзи" в расчет по понятным причинам не берём. В книге это было... элементарно? Почуял демонов, вытащил меч, да и порубал как рыбу на ужин.

Понятно, что на человеческой стороне и вид она имела более привычный, но это не отменяло сути дела. Это буквально подрывало всю непобедимость заклинательской братии в глазах Яны, ведь разве могут у них происходить такие неудачи?

Бай Сыюй прищурился, чуть пригибаясь, словно дикий зверь перед прыжком. Исподлобья бросая взгляд на странную парочку, он спросил:

- Ты дочка старухи из деревни?

И было в детском голосе намешано много эмоций: от брезгливости до недоверия и настороженности. Казалось, словно этот странный дуэт не просто повстречался ему на улице, а как минимум настойчиво постарался продать ведро помоев по завышенной цене.

- Я не ваша слуга, чтобы отчитываться о чем-то, - шипяще ответила "дочка старика Чэня", рукой подавая какой-то знак мужчина.

...Яна не поняла как это случилось. Просто краем глаза уловив движение, она вдруг вскинула руку и наклонила вперед корпус. Миг - и под ее рукой, с виду обманчиво хрупкой, ощущается живое тепло, а старик Чэн сглатывает и смотрит со страхом, вставая на носочки в бесполезном желании спокойно вдохнуть. А "дочка" его подскакивает на месте, шипит, но глаз не сводит, следя внимательно, со страхом, который, как оказывается, присущ даже нелюдям.

- Ты дочка старухи из деревни? - настойчивее повторил Бай Сыюй.

Клыкастая собеседница даже взгляд на него не скосила, продолжая с особым вниманием следить за руками Яны.

- Же... Жена, - выдавил старик Чэн, из глаз которого на удивление быстро уходил страх, сменяясь спокойствием.

Или смирением? Не суть важно, на самом-то деле.

Пытаясь сформировать ускользающую мысль, Яна полуутвердительно спросила:

- Это ведь не твое тело. Шуй гуй?

С основной улицы послышались какие-то крики, смех, гам и в небе расцвела огненная вспышка. В краткий миг лицо нечисти стало совсем другим - старым, дряхлым и опухшим, испещренным язвами. Но не прошло и удара сердца, как видение растаяло.

На самом деле Яна помнила всего несколько водных монстров (позор для Главы Водной резиденции, но мы это упустим), потому что Цзи Яньлинь вместе с отцом выросла в Главной резиденции и в основном занималась вопросами других кланов и демонов, довольно редко пересекаясь с мелкими монстрами. Следовательно, читатели о заклинательской фауне тоже были ознакомлены постольку поскольку. Шуй гуй же Яна запомнила потому что очень долго не могла прочитать один довольно неприятный эпизод с темной тварью в главной роли. Там излишне подробно (для книги с главный уклоном в любовную линию) описывалась смерть пушечного мяса* - шуй гуй, вполне себе материальный дух утопленника, менял свою старую шкурку на новую, только что снятую с неудачливого рыбака.

- Какие догадливые заклинатели пошли, - после недолгого молчания выплюнула... таки шуй гуй.

Воображаемые кусочки пазла в голове Яны начинали складываться. Когда заклинатели встретили шуй гуй она уже прижилась в чужой личине. Но чужая кожа - не своя, долго скрыть чужую суть она не может. Скорее всего они решили уйти из деревни, когда начала "пробиваться" демоническая ци.

- Чье это тело? - уже предполагая ответ спросила она, и добавила, пока Бай Сыюй не успел повторить третий раз. - Дочери той милой тетушки, которая призвала марионеток?

В мотивационном жесте она слегка сжала пальцы на чужом горле. Хрипло выдохнув, старик Чэн едва заметно кивнул.

Если Яна правильно поняла происходящее, то случилось следующее: много лет назад старик Чэн лишился любимой жены, что сделало его слегка (?) сумасшедшим. Видимо, жена его просто так войти в круг перерождения не смогла, вместо этого став шуй гуй и дожидаясь удобного случая, чтобы сменить гниющее тело на более живое. Но, увы, местные считали ту часть реки, где она обитала, "плохой", обходя ее стороной. И только недавно расстроенная неудачами в личной жизни дочь сумасшедшей старухи попалась в лапы жены старика Чэня... Старуха из-за пропажи дочери рассвирепела, связалась с хозяйкой чайной лавки, начала мстить направо и налево, а шуй гуй в новом обличии под шумок вернулась к мужу. Тут прибыли заклинатели, начался переполох, старуху раскрыли... И шуй гуй решила перебраться с любимым мужем в демонический город?

- Отпусти его, - шипение за спиной заставило насторожиться, но Яна лишь сильнее сдавила шею мужчины.

Тот захрипел, хватаясь за тонкое запястье. Девушка не боялась, что он сможет по пульсу определить ее секрет, поэтому позволила ему пытаться отвести от себя руку. На самом деле использовать фактически безоружного человека как способ сдерживать темное создание немного... неучтиво? Но Яна отогнала от себя призрачные крики совести, лишь коротко бросила:

- Слишком много хочешь.

Бай Сыюй тоже вытащил меч, показывая готовность сражаться. Краем сознания Яна заметила и оружие, которое до этого мальчишка прятал под верхним халатом (и кого из соучеников он ограбил?), и правильную стойку. Обучался ли Бай Сыюй где-то до их Клана? Мальчишка вообще вдруг резко оказался подозрительнее, чем предполагалось изначально.

Но это все могло подождать, а дела насущные уже шипели рассерженными змеями. И как назло к горлу подкатил кашель, словно кто-то неожиданно засыпал в рот Яны песок.

- Не забывай где ты, праведник... Здесь тебе не заклинательская секта! - шепот шуй гуй срывался на крик и напоминал набегающие на берег волны, которые то тихи как шелест листьев, то громогласны как ураган. - Едва ли ваша духовная энергия не придется по вкусу местным... Вас с этим мелким отродьем сожрут! Затащат в уличную лавку и сварят с перцем! А одежды растащат на тряпки для мытья...

- Обнадёживает, - спокойный, чуть хрипловатый голос девушки отдавал ленью, хотя внутренний голос и кричал дурной сиреной:

«Яна! Яна, ты что творишь, нельзя пожилых людей хватать за шеи! Яна, блин, окстись, блаженная!»

Примерно в тот момент, когда совесть почти сломила оборону настороженности, шуй гуй попыталась укусить Яну за руку. Удивительное дело - челюсть ее выдвинулась вперед, обнажая несколько рядов клыков. "Цзи Фэнхань" плавно шагнула (ага, конечно, - шарахнулась как восставший мертвец от талисмана) влево.

Они замерли друг напротив друга. Шуй гуй закрывала собой безучастного мужа, Яна - Бай Сыюя, который все пытался обойти Мастера Цзи и направить на оппонентов меч. Молчание затягивалось, пока его не нарушил тихий голос старика Чэня:

- Золотце, может угостим достопочтенных заклинателей чаем?

/\/\/\

Хоу И - Стрелок И, популярный герой герой китайской мифологии. По одной из легенд (самой популярной, как мне кажется) он выстрелом из лука сбил с неба девять солнц, которые уничтожали посевы и даже целые города

Пушечное мясо - выражение означает солдатскую массу, обреченную на бессмысленное уничтожение. В контексте книги - второстепенные герои, которые особо не влияют на сюжет и/или трагически умирают в угоду эпичности

Гуаньинь - в китайском буддизме богиня милосердия и сострадания