ii; michael
еще до того как хью знакомит их с майклом с кинематографического, всем становится ясно что он - такая же неотъемлемая часть их, как и лимон для чая.
майкл восторженный, немного наивный и совсем каплю эмоциональный. люди, способные без ошибок написать слово «экстравагантный» добавили бы его к общей характеристике, но большинство предпочитает просто косо смотреть.
за его деньги они позволяют себе ходить в starbucks, где майкл беспеременно берет себе карамельный фраппучино и частенько заглядывается на бариста.
он любит гулять вдоль темзы в костюмах, смутно напоминающих времена золотой молодежи, кричать «дорогуша!» каждому знакомому и бесстыдно смущать гарри и луи.
в чай он кладет лимон и две ложки меда.
он точно часть их.
сам же майкл правда не знает, что он забыл в компании, куда входят два влюбленных первокурсника, девочка, в роду у которой наверняка были ведьмы, и выпускник с разбитым сердцем, но он абсолютно точно вписывается в эту атмосферу.
он ведет их в starbucks и говорит о своем будущем квир-проекте, предлагая луи и гарри сыграть в нем главные роли.
он сажает их за любимый столик и не отрывает взгляда от бариста.
- как всегда, ангел?
- да, пожалуйста.
на его бейджике написано «теннант», но майкл не уверен, что это реальное имя. у него рыжие волосы, и он меняет прическу почти каждые полмесяца. глаза обычно скрыты за темными очками, на ногтях черный лак, и он часто улыбается, когда видит майкла в кофейне примерно в пятый раз за эту неделю. возможно, он хочет с ним познакомиться, но майкл не уверен.
он вообще мало в чем уверен.
весна к концу подходит. солнечные лучи сквозь бежевые занавески проникают, освещая мягкие кудри на склоненной голове падшего ангела.
у майкла сценарий не дописан. если честнее, то никакой идеи нет и вовсе.
те же люди, что называют его эмоциональным, сказали бы еще, что он слишком чувствительный. мальчик же считает, что он просто бездарность.
в стену летит очередной смятый клочок бумаги.
жанр: комедия с элементами драмы.
название: история майкла шина - самого неудачливого неудачника за всю историю кинематографа.
майкл старается не плакать и начинает завитушки на полях тетради рисовать. совсем немножко они походят на черты бариста в starbucks.
солнце печет все жарче, мысли становятся все беззаботней.
наступает июнь. июнь - это адские муки, стресс перед экзаменами, во время экзаменов и после экзаменов.
но еще июнь - это месяц гордости.
майкл не дает себе забыть, потому как лишь это помогает ему держать голову прямо. он не может придумать сценария, дедлайн на следующей неделе, а хью закатывает вечеринку.
конечно же, в их стиле.
подростков в комнате набивается где-то два десятка. многие выходят в коридор, сменяются другими, и
г о р д я т с я, и любят, и живут.
у майкла глиттер на щеках и (почти) легкое сердце. иногда ты обязан быть веселым - если не для самого себя, то для людей вокруг. поэтому он танцует, разбрасывает «дорогуша!» налево и направо, делает полароидные фотокарточки эллы, двигающейся так богемно, будто она одна-единственная в этом мире, украдкой целующихся гарри и луи, и курящего хью, с лениво наброшенным на плечи серым флагом.
все вокруг похоже на фильм «золотая молодежь», но каждый приглашенный чувствует себя на приеме у гэтсби.
ангельский мальчик давится шампанским.
иногда ты обязан быть веселым.
иногда ты от этого устаешь.
майкл выходит за пределы кампуса, потому что ему нужен воздух. он немного пьяный, его щеки блестят и алеют, а незаконченная работа тяжким грузом лежит на сердце.
он приваливается спиной к холодной стене, откуда-то звучит breezeblocks. мальчику хочется, чтобы кто-то похоронил его под шлакобетонными блоками.
- эй, ангел!
майкл давится, пытается утереть невольно выступившие слезы, и лишь где-то на задворках сознания звенит предупредительный колокольчик.
к нему подходят и загораживают тусклый свет фонаря. майкл, икая, поднимает взгляд и забывает все слова на свете.
перед ним стоит рыжий бариста, волосы забраны назад солнечными очками, и его теплые карие глаза смотрят прямо на майкла. юноша, который на каждой вечеринке танцует как в последний раз, бесстрашно флиртует с каждым встречным и пьет до потери сознания, сейчас испарился. на его месте настоящий майкл - плачущий, с растершейся подводкой и оставшимися следами глиттера.
рыжий бариста наклоняет голову:
- у тебя все в порядке?
- да, - майкл хочет собраться, но это лишь сильнее разбивает его. - да, да, я в порядке.
- я так не думаю.
майкл заплаканными глазами смотрит и рассказывает все. бариста рыжий выглядит незаинтересованным, но майклу почему-то кажется, что он все понимает. именно сейчас, в тусклом свете фонарей, рождается ощущение дома.
бариста слушает, но в ответ лишь ладонь протягивает, на ногтях черный лак.
- дэвид.
- майкл.
- я помню, - он улыбается, и майкл готов прямо сейчас умереть на месте. - позволь мне соблазнить тебя?
- с чего ты решил, что ты мне нравишься?
- да брось.
майкл прячет улыбку и ему вроде как больше не хочется быть похороненным.
- и на что же ты надеешься?
- я угощу тебя карамельным фраппе, а ты согласишься на свидание. можешь написать об этом.
майкл улыбается, закрывает глаза и напевает:
- твоя рука хватает мою руку, когда мои глаза закрываются. ты знаешь, куда деваются все безумства?
пальцы переплетаются.