Глава 5
— Из всех кланов, — проговорила она вслух, больше для себя, — лишь один является их заклятым, исконным врагом. Клан Драконов.
Ли Сянь насторожился.
—Драконы? Мари, они еще более замкнуты, чем демоны! И ненавидят всех подряд, особенно духов, вмешивающихся в дела других царств. Они тебе не помогут.
— Мне помогут, — парировала Мари с такой непоколебимой уверенностью, что у Ли Сяня перехватило дыхание. — У меня там есть... старый друг.
— А, ты о Лун Вэе что-ли? Вы же с ним лет так сто не общались. Думаешь он до сих пор будет исполнять твои прихоти как раньше? — усмехнулся Ли.
Неважно. Но ты, — ее взгляд стал острым, как бритва, — останешься здесь. В своем укрытии. Работай над своей силой и над контролем. Восстанавливай энергию. И, клянусь всеми девятью хвостами, не смей вытворять ничего. Ни единой выходки, ни одной попытки выяснить что-то самому. Ты уже достаточно наворотил. Теперь твоя задача — быть живым и не пойманным, когда я все подготовлю. Понятно?
Он хотел возразить, увидеть в ее глазах хоть тень неуверенности, но не нашел ничего, кроме гранита и стали. Этот взгляд не оставлял места для дискуссий. Он был приговором, который принимаешь, потому что знаешь — альтернатива хуже.
—Понятно, — хрипло выдохнул он, смирившись.
Ночь в «Нефритовом Павильоне» была в самом разгаре, когда Мари вернулась. Музыка, смех, шелест шелков — все, как всегда. Идеальная маскировка. Она нашла Сяо Фэй в небольшой гостиной, где та дипломатично улаживала спор двух молодых чиновников о поэзии.
Мари легким движением брови дала знак. Фэй извинилась и вышла вслед за ней в тихий внутренний дворик.
—Что случилось? — сразу спросила Фэй, прочитав в глазах подруги нечто большее, чем деловая озабоченность.
— Мне нужно уехать. Надолго. Возможно, на пару месяцев, — тихо сказала Мари, глядя на отражение луны в маленьком пруду. — Здесь, в Павильоне, ничего не должно измениться. Никто не должен заподозрить, что я отсутствую по какой-то иной причине, кроме отдыха или поиска новых декораций. Ты должна приглядеть за всем.
Сяо Фэй не задавала лишних вопросов. Она лишь кивнула, ее юное лицо стало серьезным и взрослым.
—Я справлюсь. Ты мне доверяла большее. Все будет, как всегда. Линь Лин продолжит играть, девочки будут улыбаться, а вино литься. Ты ведь вернешься?
— Вернусь, — Мари повернулась к ней и положила руки ей на плечи. В ее глазах теплилось что-то редкое и настоящее. — И когда вернусь, все тебе расскажу.
Они крепко обнялись. Для постороннего глаза это была бы картина хозяйки и ее протеже. Но в этом объятии была тяжесть доверия, молчаливая клятва и щемящая грусть от предстоящей разлуки. Сяо Фэй держалась изо всех сил, зная, что в мире, который они создали, сейчас образовалась трещина, и только Мари может ее залатать.
Позже, в своих покоях, Мари собрала вещи. Не платья и украшения, а иное: несколько флаконов с эссенциями, маленький, тускло поблескивающий медальон, пару свитков, написанных на языке, забытом еще до первых императоров. Все это уместилось в небольшую сумку из кожи тануки. Последней она взяла в руки свою нефритовую лисью шпильку, на мгновение прижала ее к груди, а затем воткнула в прическу с привычной, отточенной грацией.
Она вышла из Павильона на рассвете, когда последние гости разъехались, а город только просыпался.
Путь к логову клана Драконов занял несколько дней. Она шла не по дорогам, а по старым тропам духов, через леса, где деревья помнили ее юность, и через горные перевалы, где ветер выл песни о временах, когда драконы еще парили на виду у людей.
Логово скрывалось за водопадом, низвергавшимся в ущелье где-то на границе человеческих земель и владений духов. Мари произнесла древнее слово у скалы, и камень бесшумно отъехал в сторону, открывая проход, полный теплого, сухого воздуха, пахнущего серой, золотом и... мощью.
Ее встретили не слуги, а он сам. Как будто ждал.
Лун Вэй.
Его человеческий облик был столь же величественен, сколь и обманчив. Высокий, с телом воина, одетый в простые, но безупречного кроя одежды белого цвета. Волосы белее снега, заплетенные в строгую косу, оттеняли лицо с резкими, словно высеченными из камня чертами. Но глаза... Глаза выдавали его сущность. Золотисто-янтарные, с вертикальными зрачками, они светились собственным, глубоким, мудрым и бесконечно уставшим светом. Он правил своим кланом уже девятьсот лет. И смотрел на Мари так, словно видел не только ее, но и все те долгие века, что они знали друг друга.
— Мари, — его голос был удивленным и взволнованным, — Мои стражи заметили тебя еще у гор. Неужели спустя столько времени ты решила заглянуть сюда. И явно не из-за того, что соскучилась. Что-то случилось и нужна моя помощь? Докладывай давай, нефритка.
— Всегда прямолинеен, Вэй, — она позволила себе маленькую, настоящую улыбку. Здесь, с ним, можно было на миг опустить часть щитов. Она рассказала ему все. О Ли Сяне, о подставе, о клане Го, о принцессе демонов и о ее брате-короле, правящем из тени.
Лун Вэй слушал, не перебивая. Когда она закончила, он долго молчал, а затем произнес:
—Демоны и цветочники сплели паутину. Грязная история. И ты хочешь, чтобы я в нее вмешался?
— Ну нет конечно. Просто так решила поделиться с тобой этой информацией, мне же делать нечего, — закатила она глаза и встала в более серьёзную позу. — Я хочу, чтобы ты помог мне в нее вмешаться, — поправила она. — Ты ведь единственная сила, которую и клан Го, и Король Теней будут опасаться по-настоящему. Твой гнев — это не интрига, а стихийное бедствие.
Лун Вэй усмехнулся — сухое, беззвучное движение губ.
— Ценю лесть, даже от тебя. Я согласен помочь. Но с одним условием.
— Говори.
— Жемчуг Лунного Прилива, — произнес он, и в его глазах вспыхнул холодный огонь давней обиды. — Артефакт, украденный у нас демонами Тени пять поколений назад. Он должен вернуться в логово. Раздобудь его для меня. Взамен, мои драконы позаботятся обо всем, что касается публичного обвинения твоего лисенка. Мы обеспечим ему алиби, найдем «свидетелей», надавим на нужных чиновников в мире людей. Его имя будет очищено от этой грязи. Но настоящее очищение, — он прищурился, — начнется, когда жемчуг будет у меня.
— Неужели наш дракончик не смог сам раздобыть его, что просит меня? Ну ладно, договорились. Но чтобы раздобыть жемчуг, мне нужно попасть ко двору Короля. Вызвать доверие. Мне нужен пропуск.
— У меня есть идея, — сказал Лун Вэй, и в его тоне появился оттенок жесткого, драконьего коварства. — Мы сделаем тебе пропуск из плоти и крови. И легенду. Демоны охотятся за одним артефактом уже пятьдесят лет — Когтем Павшего Небесного Дракона. Мы создадим для тебя точную подделку. Несовершенную, но достаточно убедительную, чтобы обмануть их алхимиков на первый взгляд. А еще...
Он подошел к ней. Его присутствие было осязаемым, как давление перед грозой.
— ...мы оставим на тебе следы. Шрамы, которые может нанести только драконья магия. Глубокие, старые, источающие остаточную энергию ярости моего клана. Ты придешь к ним как жертва, вырвавшаяся из нашей пасти ценой невероятных усилий и несущая в руках то, о чем они мечтают. Они захотят и артефакт, и информацию. А ты получишь доступ.
План был дерзок, болезнен и идеален. Мари стояла с округлыми глазами.
— Угробить меня решил?! Раны на моем теле не быстро заживают, ты же сам знаешь.
Лун Вэй посмотрел на нее, и в его древнем, уставшем взгляде промелькнуло нечто, что не было ни дружбой, ни простой договоренностью. Нечто сложное, тянущееся через века.
— Это будет больно, но другого пути у нас нет. Только проклятый шрам драконов смогут убедить его в том, что ты очень серьёзно провинилась чем-то перед нами.
—Я знаю, — она выпрямилась, встречая его взгляд без страха. — Ну хорошо. Я готова.
И когда в глубине логова вспыхнуло пламя драконьей кузницы, а Лун Вэй протянул руку, с когтей которой уже сочилась сконцентрированная магия боли и правдоподобия, Мари знала, что игра вступила в новую фазу. Теперь на ее коже навсегда останется отметина дракона. И в сердце — тень от его взгляда, который смотрел на нее не как на союзницу по сделке, а как на нечто гораздо, гораздо большее.