часть вторая.переписка
Школьный день тянулся бесконечно.
Черноволосая сегодня особенно выделялась: чёрные клёш-джинсы, чёрный топ с длинным рукавом — просто, но цепляюще. В зеркалах коридоров она ловила на себе взгляды, но привычно не придавала этому значения.
На переменах — дым в школьном туалете, нервный смех с подругой, разговоры ни о чём. На уроках — смешки над глупостями, попытки убить время до конца четвёртого урока.
И вот — спортзал. Девятиклассники уже стояли неровной толпой, кто-то переговаривался, кто-то крутился на месте, кто-то сразу искал глазами свою пару.
— Так, как мне сказали, каждый теперь с партнёром, — громко сказал хореограф. — Начинаем репетировать.
Ева оглядела зал и сразу поняла: её партнёра либо не будет, либо он, как обычно, опоздает. И, конечно, она оказалась права.
Дверь в спортзал распахнулась с опозданием.
Она машинально закатила глаза, едва поняв, кто именно вошёл.
— Извините, там это... очереди в столовке большие, — пробормотал Кислов, закидывая рюкзак куда-то в сторону и направляясь к ней.
Слегка запыхавшийся, растрёпанный, но всё равно уверенный в себе. Чёрное худи, широкие тёмные джинсы, пряди волос прилипли ко лбу. На лице — та самая самодовольная ухмылка.
— Ну здарова, выпускница, — бросил он, шмыгнув носом.
— И с чего вдруг ты так решил помочь? — она посмотрела на него с любопытством и её соблазнительная ухмылка была с ней.
— Да мне что, сложно? — усмехнулся он. — Как я такую недотрогу без пары оставлю?— он осмотрел ее с ног до головы.
Она хотела что-то ответить, но в этот момент резко включилась музыка.
— Смотрим сюда! — хореограф показал, как правильно встать в пару.
Ева не успела даже опомниться, как его руки уже легли ей на талию — уверенно, но без лишних движений. Она чуть напряглась, но виду не подала, аккуратно положив ладонь ему на плечо.
Он смотрел на неё внимательно, будто впервые по-настоящему. Длинные тёмные волосы, карие глаза, резкие скулы, спокойный, почти холодный взгляд. Она была ниже его, лёгкая, собранная — и совсем не такой, какой он её представлял.
Кислов прикусил губу, будто отметил что-то про себя, и чуть сильнее сжал ладонь, возвращая внимание к танцу.
Репетиция длилась недолго. Успели пройти лишь маленький кусок вальса — шаги, повороты, пару связок. Музыка оборвалась резко, будто кто-то выдернул провод из колонки.
Все разом отпустили друг друга.
Почти все.
Ваня всё ещё держал её — слишком близко, слишком уверенно. Его ладони не спешили исчезать с её талии, будто он просто забыл. Или не хотел вспоминать.
Ева почувствовала, как к щекам приливает тепло. На этот раз смущение не получилось спрятать — она отвернула взгляд, губы дрогнули. Он это заметил.
Спохватившись, Кислов всё-таки убрал руки.
— Ого, — усмехнулся он, — я уже смущать тебя умею. Не далеко до потрахушек
Он облизнул пересохшие губы, разглядывая её с каким-то странным, слишком внимательным интересом.
— фу Кислов, закрой рот— фыркнула она, закатывая глаза — только в твоих мечтах я буду лежать под табой
Ему это явно понравилось — ухмылка стала только шире.
— Ладно, я погнал, — он подхватил рюкзак и закинул его на плечо. — Если будут проблемы — пиши.
Подмигнул. Легко, будто между делом.
И уже через секунду исчез за дверью спортзала, где его ждали друзья.
Ева осталась стоять на месте.
В груди странно тянуло — не тревожно, не неприятно... скорее наоборот. В голове крутились его слова, его взгляд, этот дурацкий жест на прощание.
***
Вечером она наконец сделала уроки и рухнула на кровать, уткнувшись в телефон. Из кухни доносились привычные звуки — мама что-то жарила, гремела посудой, негромко включённое радио шло фоном. Дом жил своей обычной, спокойной жизнью.
Телефон вдруг завибрировал.
"kis6k подписался(-ась) на вас"
Ева тихо усмехнулась.
Любопытство победило почти сразу — она зашла в инстаграм. Профиль был пустоватый: всего один пост. Листая, она внимательно рассматривала фотографии.
На первой — деньги. Стопка пятитысячных купюр, снятая нарочито небрежно, будто между делом. На второй — он с друзьями, бутылки, смех, вечерний свет. На третьей — снова компания, но он выделялся даже там. Она поймала себя на мысли, что из всех он кажется ей самым симпатичным — не из-за внешности даже, а из-за этой наглой, уверенной подачи.
Пока она рассматривала фото, палец соскользнул. Лайк. Сердце неприятно ёкнуло.
Она резко убрала лайк, будто это могло что-то исправить. Экран погас, но облегчения не пришло.
Она прекрасно знала — уведомление ему уже пришло.
Ева откинулась на подушку и уставилась в потолок, чувствуя, как внутри поднимается странное волнение. Глупо. Пустяки. Но почему-то мысли снова и снова возвращались к одному имени.
Телефон снова завибрировал.
На этот раз — не уведомление.
Сообщение.
Ева резко перевернулась на бок и уставилась в экран. Сердце стукнуло слишком громко, будто его можно было услышать даже из кухни. В животе — те самые бабочки, глупые и неуместные, от которых хотелось одновременно улыбаться и провалиться сквозь матрас.
kis6k
ого уже насколько сохнешь по мне что лайкаешь мои фотки?
eva
мечтай кислов, это случайность
kis6k
удалять то не обязательно было, я не кусаюсь, а если кусаюсь то приятно
Она прикусила губу, пытаясь подавить улыбку
eva
кто тут ещё по кому сохнет Кислов
kis6k
очевидно что ты
eva
ты слишком самоуверенный
kis6k
а ты это только щас заметила? я думал ты более внимательная
че может погуляем завтра?
eva
а ты заслужил?
kis6k
услышал тебя)
В эту ночь оба почувствовали что-то странное.
Тихое, почти незаметное, но оттого ещё более тревожное. То, с чем раньше никто из них не сталкивался.
Ева долго лежала в темноте, глядя в потолок. Телефон давно погас, переписка закончилась, а мысли — нет. Внутри было непривычно тепло и спокойно, будто кто-то ненароком задел что-то важное. У неё никогда не было отношений — ни настоящих, ни «понарошку». Она всегда держалась в стороне, не подпуская близко. И сейчас это чувство пугало своей новизной.
Ваня в это же время сидел у себя, бессмысленно листая экран. Он привык к другому: лёгким историям, коротким срокам, неделе — максимум. Никакой привязанности, никакой глубины. Но сегодня всё было иначе. Мысли снова и снова возвращались к её взгляду, к голосу, к тому, как она стояла рядом, не стараясь понравиться.