Часть 31
- И пирог сделаем! Яблочный! Только как тут духовкой пользоваться я не знаю, поэтому на сковороде будет! - выпалила с энтузиазмом Мелания.
Начиналось все хорошо. Мы поставили молоко на тихий газ, почистили яблоки и замесили тесто. Конечно, не обошлось без неуклюжестей. Открывая пачку муки, моя рука соскочила, и я чуть не выронила весь пакет, большая часть содержимого которого высыпалась на мою подругу. Отставив муку, я принялась быстро обтряхивать Мел, однако вместо того чтобы очистить ее, я испачкалась сама. В этот момент мы пожалели, что не надели фартуки, но совсем ненадолго, успокоив себя тем, что нам идет белый цвет. Запах на кухне стоял великолепный, особенно, когда мы открыли пакетик с корицей. Затем, убрав рабочую поверхность мы принялись лепить форму нашего будущего пирога. Дело в том, что мы решили попробовать сделать его верхушку в виде сетки, как это обычно делают в фильмах. Аккуратно все утрамбовав, я пошла мыть салатницу и венчик, а Мел тем временем расставляла посуду по местам. И в момент, когда я уже вытирала руки, я почувствовала, что мы что-то забыли, а после почувствовала запах чего-то горелого.
- Молоко!
Сделав огромные три шага от раковины до конфорки, я судорожно выключила первый регулятор огня и, забыв о том, что кастрюля горячая, я обожгла ладонь, но даже не заметила этого, если бы Мел не крикнула. Намочив полотенце, которое все это время было у меня в руках я начала оттирать плиту от выкипевшего молока, как вдруг почувствовала нехарактерное для выключенной конфорки тепло. Подняв полотенце, я с ужасом закричала
- Мамочки, горим! – воскликнула я, продолжая держать в руке горящее полотенце.
- Спокойно! Не кричи! – завопила Мел, мотаясь из стороны в сторону.
- Так это ты кричишь! Почему полотенце горит?
- Может ты так усердно им плиту терла? Сила трения, все дела – в панике тараторила Мел.
- На возьми его! – я протянула руку, на что Мелания отрицательно закачала головой.
- Так я сгорю! - ответила она, с ужасом смотря на меня.
- А я нет?
- Кинь его! – крикнула Мел указывая на раковину.
Я швырнула его под струю воды отчего по кухне еще сильнее распространился запах гари, а перед глазами появился едва заметный дым.
Продолжая смотреть на сгоревшее полотенце, я услышала позади себя голос Мел, который уже был гораздо спокойнее, чем пару секунд назад, однако шокирующая интонация все еще прослеживалась.
- Ты выключила тот регулятор, что для пирога был, а молоко кипело, вот полотенце и загорелось.
Я повернулась и огромными полными испуга глазами, посмотрела на подругу. От запаха пряностей и выпечки не осталось ни следа. Обсыпанные мукой, со слезами на глазах мы смотрели то друг на друга, то на пол, где валялись задетые Мел сотейники и ложки, то на потолок, окутанный шлейкой дыма, то на плиту, которая была вся в горелом молоке.
- А я говорила, что у меня оно всегда убегало – прошептала я.
- Астра, ты же понимаешь, что мы чуть...
В этот момент к нам ворвались ребята, на лицах которых читался испуг, смешанный с недопониманием сложившейся ситуации. Эрнест осматривал меня и Мел, придерживая Карлоса за плечо, чтобы тот, по всей видимости не накинулся на нас.
- Вы чего натворили, повара высокой кухни? – прошептал Карлос, осматривая созданный нами хаос.
- Ну тут кое-что чуть-чуть пошло не по плану – пропищала Мелания, пытаясь стать так чтобы скрыть раковину, в которой валялась сгоревшая тряпка.
- Эрнест, друг мой сердечный, не ты ли мне заверял, что дом они не спалят? – еле сдерживая свой гнев, проговорил Карлос.
Тяжело выдохнув, Эрнест понял, что нас тут никак не защитить.
- Я беру все слова обратно, если тебя это успокоит.
- А я спокоен, я полностью спокоен, вот только ответьте мне на один вопрос: вам зачем в суп молоко понадобилось! – выкрикнул Карлос, указывая на стоявший на плите сотейник, на котором было сгоревшее молоко.
- Ну мы курс сменили, кашу приготовить захотели – ответила я, сжимая пальцы, словно маленькая девочка, которую отчитывают за проступок.
- А это что? – спросил Карлос, указывая на сковородку с пирогом, при этом потирая другой рукой переносицу.
- Пирог – выпалила Мел.
- Пирог? – переспросил Эрнест, не ожидая от нас того, что мы будем такое готовить.
- Яблочный – дополнила я.
- С корицей – подхватила Мел.
- И верхушкой в виде сеточки. – закончила я.
- Пирог – протянул Карлос – Что ж, Эрнестушка, будем мы с тобой сегодня питаться горелым молоком и пирогом с хрустящей корочкой, думаю, именно о таком обеде ты мечтал всю жизнь.
- Может там все не так плохо, как кажется.
Мел и я стыдливо опустили глаза, не в силах их поднять. Нам оставалось только слушать как парни ходят по кухне и рассматривают итоги нашей готовки. Обойдя Меланию, Карлос по всей видимости заглянул в раковину и издал протяжный вздох, после чего открыл окно. Я не могла понять был ли он зол или же разочарован, но в любом случае, мы с Мел были готовы к худшему исходу событий. Однако ничего не последовало. Эрнест подошел к нам сзади и потрепал по головам.
- Да уж, вы девчонки, огонь!
Мы с Мел усмехнулись и опустили головы еще ниже, совершенно не понимая плакать нам или смеяться.
- Не поранились хоть? – спросил Карлос, облокотившись о подоконник.
Мы с Меланией дружно закивали головой, решив не говорить про мой несущественный ожог. Карлос облегченно выдохнул и посмотрел на Эрнеста.
- Ну что ж, Эрнест, кухня в твоем распоряжении, обед сегодня на тебе.
- Да я уже понял – парень взял сотейник с сгоревшей молочной кашей и заглянул внутрь – Это ж как вы так умудрились? – усмехаясь спросил он.
- Я полагаю, что мы отделались меньшим – улыбнулся Карлос.
- И то верно – поддержал его друг, отмывая плиту.
- А нам что делать? – спросила я, смотря на ребят.
- Не варить каши молочные – засмеялся Карлос.
- Я серьезно!
- Я тоже – ответил парень, но заметив мое расстроенное лицо, быстро стал серьезным – уберите все кастрюли и накройте на стол.
Получив указания, мы с Меланией собрали все, что валялось на полу, убрали муку и отмыли посуду. Я уже собиралась идти в гостиную, чтобы накрывать на стол, но Мел меня остановила и, повернувшись к Карлосу, печально сказала
- Прости, пожалуйста.
Парень посмотрел на нее и, сжимая сгоревшее полотенце, мягко ответил
- Все хорошо, главное, что вы не пострадали.
Когда мы накрыли на стол, Эрнест уже закончил готовить. В отличие от нас, он решил придерживаться нашего изначального плана, остановившись на супе, однако, пирог он тоже сделал, чему я была приятно удивлена. Оказалось, повар из него был превосходный, чему он был благодарен своей маме, которая привила ему любовь к готовке. Как только мы все расставили, на пороге появилась чуть запыханная Регина Осиповна, добродушно улыбающаяся нам.
- Ох, ребятишки, вы уже и обед приготовили, мои ж вы золотые!
- Да, это все девочки – ответил Эрнест, подмигнув нам.
- И мальчики помогли – улыбнулась я.
- Давай, бабуль, присоединяйся к нам! – Карлос подошел к женщине и забрал у нее пустые банки и контейнеры, в которых, скорее всего, была молочка.
Сев дружно за стол, мы принялись к трапезе. Суп был превосходным и даже сало, которое я ненавидела всей душой, я уплетала за обе щеки.
- Чем займетесь, молодежь? – спросила Регина Осиповна, отламывая кусочек домашнего теплого хлеба.
- Думаю ребятам речку сегодня показать - ответил Карлос.
- Это хорошо, воздух у нас чистый, а виды просто загляденье! Вам понравится!
- Мы не сомневаемся – воскликнули мы хором, отставив пустые тарелки.
Идти было недалеко. Всего лишь какие-то пятнадцать минут, и мы оказались около тихой речки, в которой плавали чьи-то утки и гуси, среди которых виднелись, упавшие в воду, желтые листья. Небо было темным, осенним, я бы даже сказала, угрожающим. Оно отражалось в реке и придавало ей бесконечную пугающую глубину. Мы поднялись на холмик и расстелили огромный теплый плед. Карлос рассказывал о том, как в детстве прыгал тут с тарзанки, и как часто приходил сюда с ребятами гонять уток, я с Мел развалились на пледе и всматривались в небо, а Эрнест, сидя в позе лотоса, что-то спрашивал у нашего друга, изредка говоря о том, как же тут умиротворенно.
- Как же хорошо! – промурлыкала Мел – Так не хочется возвращаться.
- Согласен – хмуро ответил Эрнест – Как представлю, что нас ждет в академии, так выть хочется.
- Вы про дела элиты? – поинтересовалась я.
Эрнест кивнул головой.
- А что будет, когда мы найдем мечи?
- Кто знает. – влился в разговор Карлос – Веселина нам ничего лишнего не говорит, впрочем, как и Соломон.
- Помню, я так боялась директрису, когда только поступила. – в моей голове тут же всплыли воспоминания про ее расспросы.
Только сейчас я осознала суть ее вопроса зачем я здесь нахожусь. Она либо уже тогда знала, что я вижу потустороннее, либо же она думала, что я на тот момент знала о существовании элиты. Хотя, зная директрису, я могу ошибаться даже в этих догадках.
- Она немного властная, но хорошая, – произнесла Мел – а вот Соломон меня пугает. Слишком уж он серьезный.
- Да не, он нормальный мужик, когда не сердится – повел плечами Карлос, задумываясь о правоте своего суждения.
- А мне казалось, что он тебя ненавидит – Мел приподнялась и повернулась на правый бок – смотрит так, словно взглядом пожирает и выискивает что-то.
- Ну что поделать, такой я неотразимый.
- А они же вместе в академии учились, да? – спросил Эрнест, намекая на Веселину и Соломона.
- Кажется, даже в одной группе были – неуверенно сказала Мелания – это же на их год выпуска пожар был.
- Кстати, а что за пожар? – я посмотрела на Мел, ожидая услышать ответ.
- Никто точно не знает, что тогда произошло, но все валят на электрическое замыкание, хотя версия так себе. Нам известно только то, что сама директриса и Соломон решили взяться за восстановление академии.
- Думаете это из-за мечей?
- Кто ж их знает -подытожил Эрнест.
Я поднялась с пледа и посмотрела вперед на расстилающуюся, словно тропинку, переливающуюся речку. В мыслях всплыл образ директрисы и Соломона. Веселина казалась мне женщиной строгой и сильной, несмотря на ее хрупкое телосложение, которая всегда боролась за справедливость и проявляла свою заботу очень скрытно, чтобы не показывать свою доброту, которой могли бы воспользоваться. Грейнджер же был для меня загадкой, о которой я знала лишь одно – он был диким зверем. Еще тогда на балу я почувствовала исходящую от него мощь, которая внушала страх. Однажды я поинтересовалась у директрисы почему именно Соломон стал ее замом, на что она ответила «Он самый преданный человек, которого я только знаю. У меня нет оснований ему не доверять.» Конечно ее ответ не был чем-то поразительным, учитывая, что они вместе еще со студенческой скамьи, но всегда ли Грейнджер был таким серьезным, как сейчас? А может что-то заставило его быть таким?
Сфокусировав свое внимание на бескрайнем горизонте, я вдруг заметила приближающийся к нам женский силуэт. Это была девушка лет двадцати трех, на которой было легкое, совершенно не подходящее для холодной осени платье голубого цвета. Темно-русые локоны прикрывали ее плечи, слегка покачиваясь из стороны в сторону от внезапно появляющегося ветра. Она шла к нам неспешно, словно плыла. Я пнула локтем Мел и кивнула головой в сторону приблизившейся зеленоглазой незнакомки, на лице которой хаотично были разбросаны веснушки.
- Кто это? – шепотом спросила я, на что Мел не дала ответа, а лишь с удивленным видом посмотрела на женщину.
Тем временем девушка приближалась еще ближе и ближе, а ее образ становился четче. Она остановилась в двух шагах от нас, и я увидела ее кристальные слезы.