Часть 32
Мел по-прежнему молчала, дергая Эрнеста за толстовку.
- Что такое? – он повернулся к Мелании, а она указала на стоящую рядом с нами девушку.
Эрнест дрогнул от неожиданности, но совсем ничего не сказал, а лишь наблюдал за незнакомкой, схватив Меланию за руку.
Что-то в ней было мне знакомо и чем больше я рассматривала ее, тем больше мне казалось, что я уже где-то видела ее, но только не могла вспомнить где. Девушка все также продолжала стоять неподвижно и лишь изредка покачивалась от ветра, подобно тростинке. Она смотрела на нас блестящими глазами, из которых все еще текли слезы, ее губы дрожали, а руки были плотно сжаты в замок. Где же, где я ее видела?
- Ребят, с вами все хорошо? Вы уже минуты три пялитесь в одну точку.
Карлос с недопониманием и смесью страха посмотрел на нас, пытаясь разобраться, что происходит, и в этот момент незнакомка, дрогнув, улыбнулась.
Улыбка. Я ее видела. Точно видела. Вдруг меня резко осенило, как по щелчку пальцев, и я вспомнила кабинет Веселины и ту самую фотографию первого курса, где была запечатлена директриса с компанией других ребят. Точно! Я еще раз посмотрела на стоящую рядом с нами незнакомку, чтобы удостовериться в своей догадке. Это она! Точно такая же девушка была на том фото рядом с директрисой!
Но кто она?
Я заметила, что ее затуманенный взгляд был направлен не на всех нас, как мне казалось, а исключительно на одно человека. На Карлоса. И именно ему она улыбалась самой теплой и нежной улыбкой, которую может дать только один человек на всей земле.
Это была его мама.
Я прикрыла рот рукой, а по моему телу пошли мурашки. Мел и Эрнест все также молча смотрели на нее и лишь Карлос ничего не понимал, потому что видеть духов мог только Чейз.
- Карлос – прошептала я, боясь спугнуть его маму.
Как мне ему объяснить? Что ему сказать? Что он будет чувствовать? Я так не хочу причинять ему боль! Если бы он только мог увидеть ее.
Внезапно девушка подошла к сыну и опустила свою ладонь на его плечо, медленно поднимаясь к щеке. Замерев на мгновенье, она задрожала, вытирая второй рукой свои слезы. Неподвижно стоявший Карлос, казалось, что-то почувствовал и, протянув руку вперед, сам тому не веря, прошептал
- Мама, это ты? – с его щеки упала первая слеза, а затем вторая и третья.
Девушка убрала руку и испуганно смотрела на своего сына, а затем упала на колени, пряча в ладонях свое маленькое бледно-фарфоровое лицо.
- Мама, ты тут? – Карлос продолжал смотреть вперед, не понимая, где именно она сейчас стоит, но определенно чувствуя, что она рядом.
Как слепой котенок, он отчаянно трогал воздух руками, пытаясь ухватиться за самое родное, что у него когда-либо было и чего он так и не смог увидеть.
- Мама – продолжал шептать он – Она же здесь, да? – он посмотрел на нас глазами полными надежды.
Мы втроем нерешительно кивнули головами, после чего Карлос заплакал. Он плакал тихо, без крика, стона и даже всхлипов, все продолжая говорить родное слово «Мама»
Как же сильно сжималось и скулило мое сердце от этой непредвиденной, душераздирающей встречи. Подумать только, насколько близко они сейчас были друг к другу, но при этом настолько неизмеримо далеко.
- Какая она? – спросил он.
Девушка встала прямо напротив сына и улыбнулась. Я посмотрела на нее и сказала.
- Она неописуемо красивая. Чуть ниже тебя, у нее густые темно-русые волнистые волосы и зеленые глаза, прям как у тебя, а еще у нее такие же ямочки на щеках и множество веснушек. На ней голубое платье, ниже колен...
- Платье? Ей должно быть холодно – с тоской сказал Карлос, на что его мама слегка усмехнулась.
- Нет, - ответила Мел - ей не холодно, не волнуйся.
- Астра, побудь моими глазами еще немного – попросил парень.
Я улыбнулась и продолжила
- Сейчас она стоит прямо напротив тебя и смотрит самым нежным взглядом, которого заслуживаешь только ты. Ее рука лежит на твоем левом плече. Она гордится тобой и бесконечно любит.
Карлос положил руку на свое левое плечо, даже не догадываясь о том, что накрыл ею крошечную руку мамы.
- Мамочка, ты у меня такая красивая, я очень сильно тебя люблю. Мне тебя не хватает. Безумно не хватает. Прости, что веду себя как слабак, я не должен плакать. Не сейчас. Мне столько хочется тебе рассказать, а еще обнять. – вдруг Карлос дернулся, словно почувствовал что-то и сильнее сжал свое плечо - Мама, ты только не плач.
Женщина действительно плакала, а затем, дрожа всем телом, заключила сына в объятья. И он это понял. Обхватил ее руками, словно знал какая она крошечная и обессиленно склонил голову, прикрывая челкой свои покрасневшие глаза.
- Мамочка, любимая моя, – задыхаясь шептал Карлос – ты у меня самая лучшая. Я знаю, что ты всегда рядом, прости, прости, что не вижу тебя.
Они стояли долго, но на фоне всего времени их расставания это было равно секундам. Карлос подрагивал плечами и, подняв голову вверх, пытался остановить подступающие слезы. Женщина гладила его по спине, тихо что-то нашептывая. Впервые в жизни я увидела Карлоса таким разбитым и потерянным. Он дал волю своему маленькому ребенку, которого прятал все это время, пытаясь быть сильным. Он очень рано повзрослел, лишив себя всех прелестей детских непослушаний и легкости дней, обременив себя взрослой и сложной жизнью, но в этом не было ни его вины, ни вины его мамы. Все произошло само, как и многое в этом мире, по велению чего-то неизвестного, что заставляет нас чувствовать себя живыми, подбрасывая нам ситуации, из-за которых мы радуемся, печалимся, удивляемся, огорчаемся или, к сожалению, страдаем.
- Спасибо. – женщина посмотрела на нас и искренне улыбнулась – Спасибо, что присматриваете за ним.
- Это он за нами присматривает, Анастасия – озвучил мою мысль Эрнест.
Анастасия улыбнулась и, поцеловав сына, подошла к нам. Карлос это понял и тоже приблизился.
- На самом деле я хотела с вами поговорить.
Женщина села на плед, поджав ноги и пригласила нас присоединиться.
- Есть кое-что, что я должна вам рассказать. Это касается мечей.
Услышав последнее слово, мы все насторожились, а лицо Карлоса сменилось и в нем начали проявляться очертания Чейза.
- Здравствуйте, Анастасия – сказал он совершенно несвойственным для него добрым тоном.
- Здравствуй, Чейз, рада тебя видеть.
Парень кивнул и смущенно опустил голову.
- Честно признаться, я не думала, что история с Масамуне и Муромасе зайдет так далеко, а уж тем более не думала, что в ней будет замешан мой сын и его друзья.
- Да мы и сами не ожидали – грустно произнесла Мелания, на что Анастасия печально улыбнулась.
- Отчасти в этом моя вина. Несколько лет назад, когда я только поступала в академию, я совершенно ничего не знала о мечах, но знала о духах, потому что видела их. И именно поэтому выбрала Святую Вивьен, так как изначально она была создана для одаренных детей, в особенности как я и вы. Я училась в группе с Веселиной и Соломоном. Подружились мы не сразу. Я бы сказала, что сперва мы ненавидели друг друга, ведя постоянную войну за первые места: упертая Веселина, не умеющий проигрывать Грейнджер и привыкшая быть лучшей я. Из нас создавали воинов, защитников от всего потустороннего. По итогу наша борьба привела нас к тому, что мы стали элитой академии – студентами, которым доверяли самые сложные задания. Тогда-то мы и начали сближаться. Мы стали командой. Нас троих всегда ставили в пример, и мы были этим довольны, забыв про вечные разногласия и битвы за первые места. И хотя нас изнуряли нескончаемыми тренировками, требовали гораздо больше, чем от других студентов, мне тогда все казалось таким простым и интересным, а главное вечным и стабильным, но всему приходит конец. Когда в академию принесли Масамуне, его охрану сразу же доверили нам троим. Это было самое важное задание из всех, которое мы получали. Естественно, нам рассказали о существовании второго меча – Мурамасе, однако, то, что он тоже находился в стенах Святой Вивьен, от нас утаили.
- То есть как в стенах Святой Вивьен? – перебил рассказ Чейз – Меч был в академии? Но Веселина ничего не говорила нам!
Анастасия кивнула и продолжила.
- Об этом знала только я. Однажды вечером я спустилась в тайную комнату, где хранился Масамуне, чтобы проверить все ли в порядке. Спустившись, я услышала голос директора и его товарища. Не желая показываться им на глаза, я решила развернуться и уйти, понимая, что если они там, то с мечом все хорошо, но неожиданно до меня долетел обрывок их разговора, а именно фраза о том, что Мурамаса тоже теперь в академии. Я подошла к двери и стала вглядываться в щель. Какое же было мое удивление, когда я увидела, что все это время Мурамаса был спрятан в том же сейфе, что и Масамуне, только под тайным дном.
- Но если мечи объединить, то будет хаос – сказала я, вспоминая рассказ директрисы.
- Верно, но Мурамасе был обмотан специальной тканью, которая не пропускала его силу. Быстро убежав незамеченной, я решила не говорить ребятам об этой ситуации, в страхе быть исключенной. Тем более, если бы кто-то из них проговорился, то плюсом в карму им это явно бы не пошло. Поэтому я решила унести этот секрет с собой. Никто даже не догадывался о том, что я что-то знаю, поэтому я забыла про тот случай и не вспоминала о нем до четвертого курса. Я тогда редко академию посещала из-за беременности – Анастасия немного покраснела и посмотрела на Карлоса, однако, вспомнив, что сейчас перед ней Чейз, быстро увела взгляд – отец Карлоса был моей первой любовью, но к сожалению, сейчас этого человека нет в живых, поэтому я не буду сильно разглагольствовать. Большую часть времени я проводила дома. Ко мне часто заходила Вселина и делилась всем происходящим в академии. Иногда заглядывал Соломон, но общение с ним у нас стало чуть сдержаннее, чем раньше, однако он все равно поддерживал меня, хоть ему и было нелегко. Весной я родила своего любимого сына, а через месяц в академии случился пожар. Это была ночь. Мне позвонила Веселина и сказала, что Святая Вивьен погибает в огне, унося с собой жизни людей, в том числе и жизнь директора. Тогда я вспомнила про существование Мурамасе и помчалась к ней и Соломону. Когда оказалась на месте, увидела запуганного Грейнджера, в руках которого был сжат Масамуне. Я рванула в академию с уверенностью того, что вытащу Мурамасу. Не знаю, что мной тогда помыкало. Я осознавала, что о Муромасе знаю только я, следовательно, это была только моя ноша. Достав его из тайника, я уже собралась уходить назад, как вдруг горящая балка перекрыла мне выход. Бежать было некуда. Кричать о помощи бессмысленно. Прижав к себе меч, я четко осознавала, что уже не выберусь оттуда и единственное, что мне оставалось, это спрятать его так, чтобы он не был поврежден огнем. Засунув его под мраморную плитку, я пыталась найти хоть одну лазейку, чтобы спастись, но ее не было. Единственное и последнее, о чем я тогда думала, был Карлос. Мой сын, которому я не сделала ничего хорошего, чего он так заслуживает.
Анастасия уткнулась лицом в колени и заплакала.
- Вы подарили ему жизнь, а это самое ценное, что есть у человека – ответил Чейз, мягко поглаживая голову Анастасии.
Женщина поднялась и отряхнула свое платье, вытирая ладонью скатившиеся слезы.
- Так что получается, - неожиданно заговорила Мел – мы искали духа, который знает о местоположении мечей, уверенные в том, что этот самый дух будет в академии, так как он в любом случае привязан либо к мечам, либо к академии, в которой долгое время хранились мечи, но все это время дух, а точнее вы, были привязаны ни к тому, ни к другому. Ваша связь связывала вас с домом и сыном- самым близким, что у вас есть.
Анастасия утвердительно кивнула головой.
- Меч до сих пор в академии? – спросил Эрнест, уже зная ответ.
- Да, но кабинет закрыт. Вход забетонировали, но окно осталось. – сухо ответила Анастасия, понимая, что нам придется его доставать.
- Так это же замечательно! – воскликнула я – Достанем Муромасе и тогда человек, в курах которого сейчас Масамуне, не получит второй меч!
И тут до меня дошло. Анастасия так или иначе связана с двумя мечами сразу, потому что они представляют собой единое целое, но тогда получается, что она знает, у кого сейчас находится Масамуне!
- Анастасия, вы же знаете кто похитил меч?
- Знаю.
Ее лицо померкло и стало каким-то печальным и разочарованным. Мы затаили дыхание в ожидании ответа. Подумать только, через какие-то секунды мы узнаем имя того, кто украл Масамуне, через пару секунд все станет на свои места. Мы затаили дыхание, в ожидании ответа, но когда Анастасия приоткрыла губы, ее силуэт неожиданно замелькал, словно голограмма и начал постепенно исчезать.
- Меня зовут, простите, передайте Карлосу, что я очень люблю его и всегда буду рядом, он мое самое большое счастье.
Сказав это, она исчезла, а вместе с ней исчез и Чейз, уступив место Карлосу, чей вид был полностью опустошен.
- Что мы имеем? – тихо выдавил из себя он.
- Много чего, – ответил Эрнест и положил руку на плечо друга в знак поддержки, которая была как никогда необходима – она просила передать, что ты для нее самое большое счастье.