Часть 30
Просидели мы так больше часа, пока на столе не остались лишь остатки от пиршества. С набитыми животами мы встали из-за столов и принялись помогать бабушке Карлоса. Я и Мел убирали со стола и мыли посуду, пока парни на улице разжигали костер, чтобы посидеть под открытым небом и насладиться деревенской тишиной. Регина Осиповна пожелала всем нам доброй ночи и ушла в свою комнату. На наше предложение посидеть с нами она отказалась, ссылаясь на то, что время уже позднее и ей куда лучше спать, чем караулить молодежь. Мы поблагодарили ее за теплый прием и отправились к ребятам.
Выйдя на крыльцо, я почувствовала непередаваемый запах свободы: уловимые звуки цикад, лай соседской собаки, шелест звезд, колыхание травы – я слышала абсолютно все, что происходило вокруг, и несмотря на это разнообразие шумов, было тихо. Эрнест и Карлос, сидя на бревне, уже грелись около костра, изредка подкидывая поленья. Я подошла к ребятам и села около Эрнеста, чуть позже к нам присоединилась Мелания, приютившись около плеча Карлоса. Сперва мы ничего не говорили, а лишь слушали как потрескивали дрова. Никто не хотел нарушать это спокойствие, которое говорило куда громче слов. Погруженные в свои мысли, мы подняли головы и посмотрели на небо, усыпанное пылинками мерцающих звезд, к которым стремились попасть золотистые искры огня. Я протянула руку, пытаясь сорвать одну из них, но вместо этого сжала в руке лишь прохладный воздух.
- Кажется, что они очень близко. – прошептал Эрнест, смотря вверх черными глазами, в которых отражался танцующий огонь.
- Так близко, как никогда раньше – ответила я.
- Да, гораздо ближе, чем мы думаем.
И хотя я продолжала рассматривать бесконечное ночное небо, я ощущала, что Эрнест смотрел на меня.
В этот момент Карлос поднялся с бревна и направился в дом, вернувшись с коричневым глиняным кувшином, закрытым маленькой крышечкой.
- Возьми – он протянул мне теплый сосуд и довольный уселся обратно.
Я сняла крышку и сразу же почувствовала приятный, слегка сладковатый аромат из детства. Ничего не говоря, я посмотрела на Карлоса.
- Домашнее – улыбнулся тот.
Я поднесла кувшин к губам и сделала один глоток. Затем второй, третий. Я чувствовала, как небольшие капли стекают по моему подбородку, а нелюбимая мною в детстве пенка, оставалась на моих губах, но я продолжала пить, вспоминая слова мамы о том, что домашнее молоко самое вкусное. Оно действительно было таким. Жаль, что раньше я этого не понимала. Передав кувшин Эрнесту, я вытерла губы.
- Надеюсь, молоко ты любишь?
Эрнест кивнул и сделал пару глотков. По его лицу было видно, что он остался доволен.
А после снова наступила тишина. Наверное, у нас было много тем для рассуждений, но сейчас они казались совершенно ненужными и неуместными. Зачем портить понятное всем молчание пустыми разговорами?
- «За то, что только раз в году бывает май» - напела я, вспомнив строчки из песни, которые уже успели раствориться где-то в воздухе, оставив после себя приятное чувство.
- «За блеклую зарю ненастного дня» - подхватил Карлос, обняв за плечи Мел и Эрнеста.
- «Кого угодно ты на свете обвиняй» - продолжила Мелания.
- «Но только не меня, прошу, не меня» - завершил Эрнест, приобняв меня за плечо.
Дальше уже казалось, что музыка играет сама по себе, словно кто-то включил ее по нашему зову, и, хотя вокруг не было слышно ни звука, в голове каждого из нас, стайкой перелетных птиц, мелькали строки из песни.
«Этот мир придуман не нами,
Этот мир придуман не мной»
Мы начали слегка покачиваться из стороны в сторону, продолжая держать руки на плечах друг друга, и улыбаясь, словно дети, смотреть на радостные лица своих друзей. Где-то позади нас падали последние желтые листья, предвещая зиму, скрипела старая приоткрытая калитка, стоял опустошенный мной и Эрнестом кувшин, сохранивший запах парного молока и блестели нескончаемые звезды, под куполом которых мы чувствовали себя по-настоящему счастливыми.
Спалось мне, как младенцу. Для нас с Меланией была отведена спальня Карлоса, ребята же расположились в гостиной. Как только моя голова коснулась подушки, я сражу же погрузилась в сон, и лишь утром смогла рассмотреть комнату. Небольшой дубовый стул и стол около окна, на котором лежали тетради, шахматы и маленькие холсты с местными пейзажами, слева стоял стеллаж с учебниками, причем книг на нем так много, что не было свободного места даже для тоненького атласа, зеленый раскладной диван, на котором мы спали, а еще красный сундук около двери, в котором лежали салфетки ручной работы, похожие на те, что я видела вчера на кухне и множество деревянных фигурок.
- Что это? – поинтересовалась я у подруги, указав на сундук.
- Сокровищница Карлоса – улыбнулась Мел – Он там хранит все, что сделала его бабушка.
Я подошла поближе и взяла одну из этих игрушек. Это был крошечный, детально прорисованный деревянный мишка, с которого кое-где уже слезла краска. У него отсутствовало правое ухо и было бессчетное количество царапин.
- Знакомься, это Миша – Мелания подошла ко мне и посмотрела на медведя в моей руке – и почему ты вытянула именно эту игрушку?
Я заметила, как у Мел сжались губы и слегка опустились брови.
- А что такое?
Девушка забрала у меня медведя и указала на сломанное ухо.
- Однажды я на него случайно наступила и поломала. Я сотню раз просила прощения у Карлоса, но он на меня так сильно из-за него обиделся, что неделю хмурым ходил и наговаривал мне, что мол обычно медведи людям на уши наступают, а не наоборот! Я тогда впервые с ним поссорилась, даже испугалась, что не простит.
- А как вы помирились?
- У меня запершило горло, и я не смогла прийти сюда. Карлос забеспокоился и сам пришел, вручив мне ухо этого самого медведя! Нет, ну серьезно, я словно преступление совершила!
Мелания горящими глазами смотрела на эту игрушку, еле сдерживаясь чтобы не сломать ее.
- А ты здесь жила?
- Тут у папы дача была, но потом, когда мама ушла, нам пришлось продать ее.
- Точно, прости. – скорее всего я задела ее за живое, не думаю, что кому-то будет приятно вспоминать такое прошлое.
- Все хорошо. Что было, то было – она поставила медведя на стол и принялась заправлять диван.
Еще раз кинув взгляд на сундук, я увидела, что между всех этих деревянных фигурок, выглядывала одна отличающаяся от всех мягкая игрушка. Достав ее, я поняла, что это был плюшевый хорек.
- А это откуда?
Мелания повела плечами и отрицательно качнула головой.
- Не знаю, Карлос вроде говорил, что это Чейза.
Так вот какая я в представлении этого духа! Серо-белая игрушка с пятном около глаза, облезлым хвостом и торчащей ватой из живота?!
- Кстати, а где Чейз? Вчера он даже не высунулся.
- Регина Осиповна не знает о его существовании, поэтому он прячется от нее.
Собравшись, мы спустились на кухню, где увидели парней, которые сидели за столом и ели тосты.
- Доброе утро! – зевая сказала я, осматривая дом -А где Регина Осиповна?
- К соседке пошла сыр отнести – ответил Карлос, предлагая мне кусочек домашнего сыра.
- А когда она вернется? – спросила Мел.
- Думаю, где-то к обеду. Соседка та еще болтушка, пока все сплетни не расскажет, не отпустит.
- О, может мы с Меланией тогда обед приготовим?
Карлос и Эрнест настороженно переглянулись.
- Ну даже не знаю.
- Да ладно тебе, почему бы и нет? Бабушке твоей все легче будет – ответил Эрнест.
Немного подумав, Карлос посмотрел на меня и Мел серьезным взглядом. Мы же невинно улыбались, ожидая услышать положительный ответ.
- Хорошо, делайте, что хотите! Только дом не спалите!
- Да ладно тебе, они у нас девочки умные, не переживай – успокоил своего друга Эрнест.
Мы с Мел победно пожали друг другу руки и довольные побежали на кухню, услышав вслед насмешку Карлоса.
Оказавшись на кухне, мы начали заглядывать в шкафы в поисках необходимых нам ингредиентов. Потянувшись к верхней полке, мое внимание привлекли огромные, массивные часы с кукушкой, на которые из окна падал мягкий теплый свет, освещая витавшие в воздухе пылинки. И настолько эти часы выглядели величественными, что я даже глаз оторвать не могла до тех пор, пока моя рука не нащупала на полке какой-то пакетик.
- Ваниль – я показала Мел свою находку, которой она неожиданно обрадовалась.
- А может кашу молочную сделаем? Как в детстве? То все время супы, да борщи, а тут хоть какое-то разнообразие.
- Даже не знаю, – с опаской ответила я – у меня молоко всегда убегало.
Я положила ваниль на стол, в надежде, что Мелания отбросит эту идею, однако мои надежды не оправдались и девушка уже во всю гремела сотейниками и кастрюлями.
- Ищи вермишель! – скомандовала она мне, показывая на нижнюю тумбу.
- Мел, а может все же суп?
- Астра, не будь такой, как Карлос.
- Какой?
- Занудой! В конце концов это всего лишь каша, или ты правда думаешь, что мы способны спалить кухню?
- Да вроде нет, не способны.
- Вот и я о чем, тащи вермишель!
И возможно все действительно было бы хорошо, если б только Мелании в голову не пришла еще одна кулинарная идея.