Часть 19
И как-то так вышло, что, увидев на пороге мисс Ольгу с шальными глазами, на дне которых плескалось настоящее безумие, Амелия вдруг прониклась к ней симпатией, хотя до этого никогда не упускала случая подшутить над француженкой. Она отпоила Ольгу горячим чаем, они сидели рядом с настежь распахнутым, несмотря на прохладу поздней осени, окном, чтобы не надо было никуда выходить, курили сигареты и говорили обо всём на свете. Мисс Ольга рассказала и про Карла, про то, как случились их внезапные и не состоявшиеся в итоге отношения, про все звонки и особенно про сегодняшнюю ночь. Про мужа, который только с веревкой на шее наконец лишился своего вечно высокомерного выражения лица и даже о том, какое она испытывает преступное облегчение сейчас, осознавая постепенно, что он мертв.
А Амелия рассказала про ту ночь с Карлом и Оливией, за которую ей до сих пор очень неловко – она и не стала бы рассказывать, если бы не одно внезапно открывшееся обстоятельство. Когда она по вчерашней просьбе мисс Ольги решила поговорить с соседями Карла, выяснилось, что незадолго до своей пропажи его навещала гостья.
- Всем нам известная гостья, - мрачно затянулась Амелия и выбросила докуренную сигарету в пустую бутылку из-под вина. – К нему приходила Оливия.
Мисс Ольга округлила глаза, но промолчала, ожидая продолжения.
- То есть, понимаешь – я знаю, что поступила плохо, но так сделали мы оба. И после этого она не ко мне приходит, к подруге, - а идет к Карлу! И зачем? Ей всегда было на него плевать. Неужели эта ситуация махом расколдовала её от девственности? И сразу подавай добавки.
- Ты ревнуешь?
- Да кого там, - Амелия отмахнулась. – Просто мне она такую истерику закатила, из общаги сбежала, настолько я ей была омерзительна. А он, значит, белый и пушистый.
- А она точно сбежала из общаги? Может, она жила у него?
Амелия задумчиво проводила взглядом спешащего внизу студента и покачала головой.
- Да нет. Все бы уже знали. Это же общага. Уж если её крошечный ночной визит не остался незамеченным, что говорить про остальное. Исключено.
- Ну хорошо. И что же она приходила? Есть ещё информация?
- Только та, что после её визита Карла больше никто не видел. Как в воду канул. Предполагаю, она уболтала его бежать.
- И они побежали так быстро, что он забыл телефон, а через несколько недель обнаружен мертвым? Что-то не сходится. и, судя по виду, - Ольга с трудом переборола подкатившую к горлу тошноту, - судя по виду, он там всё это время и проплавал.
- Тогда у меня только один вариант – она наговорила ему такого, что он пошёл и сбросился с моста.
- Нет, Карл не такой. Он же...
- Да знаю я, что он не такой. Он слишком кайфовал от жизни, чтобы принять такое решение самостоятельно. Хотя, с другой стороны, ты со своей свадьбой могла его порядочно расстроить.
Амелия сказала это скорее в шутку, но мисс Ольга вдруг скисла и на глазах у неё выступили слёзы:
- А вдруг?.. Сначала я, потом Оливия. Может, у него ещё какие-то истории случились, о которых мы не знаем, все наложилось одно на другое, и он не выдержал?
- Ой, да перестань, - Амелия обняла Ольгу, - и вообще-то, прежде, чем гадать, надо дождаться результатов экспертизы. Но бесполезные догадки нас ни к чему не приведут.
Ольга обреченно кивнула. Амелия легонько встряхнула её и добавила побольше оптимизма в голос:
- Ну все, лично мне надоело кукситься. Сделанного не исправишь. Предлагаю выпить пива и расслабиться.
- Ох, мне бы поспать, - простонала Ольга и тоскливо посмотрела на кровать Оливии, которая стояла за ширмой, что создавало там приятный полумрак. Амелия засмеялась:
- Ну хорошо. Спи. Тогда я просто схожу в кафе и потом принесу что-нибудь на вечер. Не против, если мой новый парень заглянет вечерком? Всё цензурно, мы с ним до самого интересного еще не дошли.
- Нет, это же твоя комната, делай, что хочешь. Я просто хочу спать.
Ольга зевнула и прилегла на кровать. Амелия с улыбкой посмотрела на неё и решила, что, пожалуй, не стоит приводить сегодня никого.
Потом Ольга съехала на свою прежнюю квартиру и Амелия могла приводить кого угодно, однако дружить и общаться они не перестали. Через некоторое время Амелия всё же не удержалась и позвонила Оливии, потому что все же скучала, плюс тот момент с ее визитом к Карлу не давал ей покоя – правда, Оливия была так холодна и при этом так искренне удивилась его смерти, что Амелия не стала ничего спрашивать. А потом Карл сбил её на машине, и вот уже мисс Ольга с грустной улыбкой смотрела на лежащую в больничной койке Амелию. Она хотела подбодрить её, но улыбка получалась слишком вымученной, а когда она узнала, кто сидел за рулём, то и пытаться перестала.
- Чертовщина какая-то, - пробормотала она. Можно сколько угодно не верить своим ушам, но глазам она не поверить не могла – вот же Амелия, лежит, с переломанными костями и ушибами.
- Не очень, если учесть, что ты тоже с ним разговаривала, когда он был уже мёртв.
- По крайней мере, я его не видела. Это могла быть шутка. Это точно был он? Как сильно ты ударилась головой?
Амелия шутливо замахнулась гипсовым кулаком и попыталась рассмеяться.
- Голова у меня почти не пострадала.
Мисс Ольга задумчиво пожевала прядь волос, глядя в окно. Уже стемнело, хотя вечер только наступил, и она видела своё отражение в чёрном пузыре больничного окна – растрёпанная, растерянная и бледная. Звонок из больницы вытащил её из кровати, где она в последнее время перманентно находилась, если не преподавала.
- Мне кажется, тут есть какая-то закономерность. Карл исчез, когда к нему пришла Оливия, и он сбил тебя на машине в тот момент, когда ты преследовала её. Кажется, мы многого не знаем о твоей подруге. Как давно вы знакомы?
- С лета, - Амелия пожала плечами, насколько это было возможно с гипсом, стараясь скрыть то, как у неё перехватило дыхание. – У меня была сессия и я задержалась в общежитии подольше, она приехала на подготовительные курсы и её подселили ко мне. Так и сдружились. Я знаю только, что она – сама невинность, девственница и скромница, любит танцы и рисовать, но родители, кажется, считали её немного туповатой, потому что настояли на том, чтобы она поступила на специальность с самым низким проходным баллом и маленьким конкурсом, да ещё и отправили на бесполезные курсы, чтобы подстраховаться.
- То есть, выглядит так, как будто ей надо было поступить любой ценой?
- Ну да. Подумаешь, таких полно. И вообще, я не знаю, за что тут можно зацепиться, ничего необычного, всё гладко. Обычная девушка, чувствительная и творческая. Ничего такого, что бы дало повод обвинить её... в чём?
- Ох, я не знаю. Нутром чую, что-то неладное с ней. Может, я ей позвоню?
Амелия снова попыталась рассмеяться:
- Да, позвони и спроси, что за чертовщина произошла с Карлом и почему их видели вместе. Ольга, это смешно.
- Ты права. Сама не знаю, почему она крутится у меня в голове.
- Ох, да она у всех в голове крутится, - Амелия отмахнулась гипсовым кулаком и поёрзала на месте, чтобы размяться. Ей не хотелось признаваться даже Ольге, что в её словах был резон, ведь ей самой почудилось в Оливии что-то странное во время их последней встречи. Но она не хотела давать Ольге лишнюю пищу для размышлений, она и так сама не своя с тех пор, как всё это началось, тем более, что Амелии и самой могло всё это почудиться.
Мисс Ольга пробыла у Амелии ещё какое-то время, они болтали о всякой ерунде и грызли большую плитку шоколада, и всё, казалось, было без налёта той подозрительной напряжённости, но, уже уходя домой, Ольга обернулась и спросила:
- Может, я ей всё же позвоню?
Амелия нахмурилась и пожалела, что не может встать и хорошенько встряхнуть Ольгу, чтобы та оклемалась:
- Мне кажется, они ясно дали нам понять, что хотят, чтобы их оставили в покое. Тоже хочешь угодить под колеса? Или повиснуть рядом со своим муженьком?
Ольга кротко кивнула и вышла из палаты. Амелия решила, что погорячилась, но, с другой стороны, должно же что-то привести Ольгу в порядок, как-то встряхнуть её.
Амелия устроилась поудобнее и уставилась в покрытый пожелтевшей штукатуркой потолок. Она потянулась почесать нос, но забылась и чуть не заехала себе по лицу гипсовым кулаком. Ей показалось это забавным, и она тихонько захихикала. Итак, в общей сложности она обзавелась переломом кисти правой руки, пары рёбер, голени, бедра, смещением позвонков и сотрясением мозга – и всё это она заполучила благодаря парню, на чьих похоронах всплакнула пару недель назад. То ли дело в сотрясении мозга, то ли она непрошибаемая оптимистка, но она на самом деле находила эту ситуацию забавной. А может, просто радовалась, что осталась жива. Однако, несмотря на готовность от души посмеяться над ситуацией (если бы не острая боль в грудной клетке, которая не давала это сделать), она понимала, что наилучшим выходом для неё будет уехать домой. Даже не столько потому, что она всё равно не сможет ходить на занятия и нормально за собой ухаживать, но ещё и потому, что чувствовала, что только демонстративное заявление того, что она уехала, даст понять Карлу и Оливии, что она оставила их в покое. Как бы бредово это не звучало и как бы ей не хотелось докопаться, что же всё-таки происходит, жить хочется сильнее.
Амелии пришла в голову дельная мысль, и она дотянулась до телефона, набрала Ольге. Та сразу же ответила, пожалуй, слишком обеспокоенным голосом:
-Да, Амелия? Что-то случилось?
- Нет, всё хорошо. Я просто подумала, не могла бы ты отвезти меня домой?
- Сейчас? Но ведь тебя ещё не выписали...
- Да нет, когда выпишут. В мой город, к родителям.
- Ах... да, конечно, - Ольга немного растерялась, но согласилась, и пообещала собрать вещи Амелии в общежитии.
- Вот и отлично, - сказала Амелия и положила трубку. – хоть отвлечёшься немного.
Амелия почесалась под гипсом и машинально посмотрела в окно. С её положения было видно только отражение верхней части палаты с полосками люминесцентных ламп, одна из которых раздражающе подмигивала, да пробивающийся с улицы кусок круглой луны. себя она в отражении не видела, зато заметила рядом с кроватью знакомую макушку. Она резко повернулась – никого. Сердце бешено заколотилось, она попыталась закричать, но не смогла издать ни звука. вместо этого снова повернулась к окну – макушка по-прежнему маячила рядом с её койкой.
- Отстань, - наконец смогла просипеть Амелия, - ты же видишь, я уже почти овощ. Думаю, можно считать, что мы квиты, Оливия.
Макушка в отражении зашевелилась, и Амелия услышала – или ей показалось, что она услышала – отдалённый глухой смешок. Сомнений быть не могло, так смеялась её бывшая подруга.
- Оливия – клуша, она ничего не помнит, - раздалось глухо в воздухе, голосом, от которого Амелию буквально парализовало от страха – вроде бы это был голос Оливии, но в то же время с какой-то жуткой примесью замогильности и металла, - а вот мне ты ещё должна. Так что я не прощаюсь.
Дьявольский хохот растворился в воздухе и просочился сквозь дырки больничного линолеума. Макушка в отражении исчезла, и Амелия наконец смогла повернуться от окна к палате. Разумеется, там никого не было – и, повернись она раньше, никого бы и не увидела. Она задышала глубоко, чтобы успокоиться, и заметила, как от её дыхания подлетело на секунду в воздух что-то, лежавшее у неё на одеяле прямо перед лицом. Она присмотрелась – это был белый бумажный цветок, украшенный бусинами. Амелия нехотя, но всё же потянулась до него здоровой рукой, и от её прикосновения цветок почернел и рассыпался в прах, осталась только горстка серого пепла на белом пододеяльнике, да пожелтевшая от старости бусина.