Chapter 47
Страх. Я свыклась с этим понятием, когда жила за стенами больницы. В большинстве случаев я чувствовала страх из-за Гарри. Боялась того, что они могут с ним сделать, что он может сделать, куда они его заберут, как его накажут, какими будут последствия его действий. Но на этот раз я чувствовала его не из-за Гарри.
В этот раз мое сердце колотилось от того страха, от которого трясутся кости и очищается ум. Из-за странного покалывания волосы на затылке встали дыбом, а живот скрутило. На этот раз противник позвал меня, следуя за мной. На этот раз было слишком темно, чтобы увидеть того, кто шептал позади.
— Роуз, — заговорил другой тихий голос, но на этот раз это был Гарри. Он был осторожен, будто если бы он заговорил громче, неизвестный человек напал бы на нас. — Ползи так быстро, как только сможешь, черт возьми, и не оглядывайся назад.
Я была счастлива последовать его указаниям. Я зарылась руками в грязь и оттолкнулась от земли. Я заставила себя двигаться вперед и в буквальном смысле бороться за жизнь. В венах закипала паника, и я могла только быстрее ползти.
Гарри тоже ускорился.
— Давай, Роуз, — обеспокоено сказал он. Казалось, он был напуган и потрясен, и раньше я никогда его таким не видела. Я напомнила себе, что он тоже мог бояться. И мои чувства только усиливались, когда я понимала, что он чувствует. Женщина, а я думала, что это женщина, не подавала никаких признаков своего присутствия. Но я знала, что она там. Если я остановлюсь и прислушаюсь, я услышу слабый звук. Но я не могла услышать его, пытаясь убежать. Так что на мгновение я подумала, что все себе представила, как и тот самый шум за углом в коридоре Викендейл.
Но нет, он был настоящим. Гарри тоже знал это, и он разделял не только мои наблюдения, но и страх. Либо она не существовала, и мы с Гарри просто сходили с ума, либо она существовала и шла за нами. Я не знала, какая мысль была страшнее.
Но у меня не было времени, чтобы это обдумать, я продолжала ползти вперед от прилива адреналина, быстрее, чем когда-либо в жизни. Я чувствовала себя диким зверем, когда царапала грязь, чтобы сделать безумный рывок и выбраться из туннеля.
Меня утешало только то, что впереди меня двигался Гарри, хотя в такой ситуации ничто не может утешить.
Но несмотря на это, я все еще чувствовала напряженность, наполняющую нервы и сердце, как статическое электричество. Я могла представить и почти почувствовать, как она схватит мою лодыжку, ее рука была в нескольких дюймах, царапаясь, чтобы добраться до меня так же, как и я рвалась, чтобы избавиться от ужасов Викендейл.
Казалось, спустя миллионы ударов сердца, безумно тяжелого дыхания и часов жжения в мышцах, мы достигли финиша. Гарри остановился. Это был тупик. Повисла тишина, и я поняла, что она была не в нескольких дюймах, как я думала. Но странный звук все еще можно было услышать далеко в туннеле, она не прекратила преследование.
— Что за фигня? — задыхаясь, спросил Гарри, судорожно ощупывая стену, чтобы найти выход.
— Я... — начала я, нуждаясь в передышке. — Я понятия не имею.
— Черт, — сказал он. — Не подпускай это близко к себе, мы выберемся и убежим.
Я кивнула, поворачиваясь в сторону странного шума и шепота. Не было ничего, что отделяло бы меня и эту женщину. Ничего. Сердце бешено билось от страха и паники, и я могла смотреть только в ту сторону, откуда мы пришли. Я придвинулась ближе к Гарри, пытаясь найти любые ее признаки, но было трудно что-то рассмотреть в кромешной тьме. Это был тот страх, когда ты не можешь думать ни о чем другом, а только о шуме и движениях в темноте, которые только добавляли нервозности. Этот был тот страх, который требовал внимания, пока он не пройдет. И он пока не утих.
— Понял, — пробормотал Гарри, и я с облегчением вздохнула. Но я не могла избавиться от мысли, что она может прийти в любой момент, у нее могло быть оружие и план нашего убийства. Она знала мое имя.
Я подпрыгнула, когда Гарри ударил кулаком во что-то над нами. Что-то твердое, как дерево. Это была крышка, закрывающая дыру в земле. Так что он пытался ее открыть. Я сидела и ждала, а мысли все наполнялись страхом и паникой. Чувства Гарри, казалось, влияли не на мысли, как мои, а на действия, так как он стукнул по дереву кулаком со всем адреналином и чувством срочности, которые текли по его венам.
А затем снова послышался шепот. Скрипучий и низкий, но говорил он то же, что и раньше.
— Роуз.
Она была все ближе.
По мне прокатилась еще одна волна тревоги, и я повернулась к Гарри. Своими тощими руками я толкала и толкала дерево месте с ним, не сомневаюсь, что у нас обоих завтра будут синяки. Если мы доживем до завтра.
Это было похоже на фильм ужасов, будто мы были похоронены заживо и стучали, чтобы выжить. Мы толкали и били поверхность, но все тщетно.
Так что Гарри лег на спину. Сделать это было трудно в таком небольшом пространстве, но ему удалось.
— Берегись, — сказал он. С силой, о которой я даже не подозревала, он толкнул крышку, используя все тело, когда обе его ноги коснулись древесины. Под этим воздействием она с оглушительным треском сломалась. Древесина раскололась, и несколько щепок упало в грязь. Мы были так близко, теперь мы только должны были оторвать древесину. Но мы не понимали, что пока мы старались, она подбиралась ближе.
Краем глаза я заметила движение. Голова инстинктивно повернулась влево, она была там. Не рядом, но достаточно близко. Был виден лишь силуэт, светлее, чем все вокруг нее. Эта женщина, с ее близостью и страхом, который внушала, больше не была человеком, она превратилась в монстра.
Вдруг мое сердце больше не билось само по себе, вместе с ним, казалось, пульсировало все тело. Глаза расширились, воздух застрял в горле, и каждая косточка в теле тряслась от ужаса.
Я бросилась отрывать древесину, что уже начал делать Гарри. Я слышала, как она придвигалась все ближе, и я начала кричать. Мои глаза наполнили слезы, и я кричала. Я кричала, пока крик не заглушил все остальное, я кричала за Гарри и за себя, кричала на чудовище рядом, чтобы остановить его, и кричала, чтобы избавиться от непреодолимого страха.
— Давай, давай, давай! — снова и снова отчаянно кричала я вместе со словами: "Пожалуйста" и "Остановись".
С моих глаз падали слезы, а хаотичные крики, вырывание древесины, напряженное кряхтение Гарри только добавляли к сумасшествию дикого невероятно пугающего страха, который развивался так же быстро, как по моим щекам катились слезы.
Я кричала, пока наконец не вырвали последний кусок дерева. На нас с Гарри свалилась грязь. Тем не менее мы продолжали, пока дыра не стала достаточно большой, чтобы пролезть, меня трясло от адреналина. Грязь была у меня в глазах, на одежде и на Гарри. Нас покрывал толстый слой грязи, и я быстро стряхнула его и в первый раз за некоторое время посмотрела на ясное небо.
Но мы еще не закончили. Гарри быстро встал и вылез из ямы, но в ней оставалось еще двое.
— Гарри! — снова вскрикнула я, когда ее грязные руки потянулись ко мне. Прежде чем она подобралась ближе, большие руки Гарри схватили меня за плечи, и он поднял меня с душной ямы, с меня скатывалась грязь и падала обратно на землю.
Последнее, что я увидела, это бледная грязная рука, тянувшаяся к дыре, а затем мы отвернулись.
— Давай, Роуз! — приободрил меня Гарри, как только мои ноги коснулись земли. А потом мы побежали. Я уже тяжело дышала, но теперь была уверена, что любой мог бы услышать мое тяжелое дыхание, пока легкие пытались соответствовать скорости, с которой работали ноги.
Пока мы не могли отпраздновать то, что стояли на земле и вдыхали воздух, которые были за пределами стен Викендейл. Пока мы не могли радоваться тому, что сбежали. Потому что нас все еще преследовала та женщина. Мы с Гарри замедлились на мгновение, так как нуждались в том, чтобы перевести дыхание.
— Что это было, черт возьми? — спросила я.
Гарри покачал головой и вдохнул.
— Похоже, не мы одни хотели убежать.
Мы оба медленно повернули головы назад, в направлении, в котором пришли. И, наконец, смогли увидеть, кто был позади нас. Она была за деревом, в тени, в жуткой темноте. Но она двигалась. Просто не шла, как человек, но как кто-то, у кого было что-то серьезно плохое с ногами, чтобы двигаться. Она тянула ноги за собой.
Ее икры были не такими, какими должны быть. Грубый, ужасный шов отделял их от бедер. Ее пальцы указывали назад, будто ей отрезали ноги и пришили их другой стороной. Это была изуродованная, противная, страшная женщина, которую никто не должен видеть. И ее широкие, мертвые светлые глаза и движения рук устрашали.
— Роуз, — прошептал Гарри рядом со мной, когда увидел тот же ужас, который увидела я.
— Да? — пискнула я.
— Бежим.
Именно это мы и сделали. В безумном порыве мы оставили ее позади, пока она осталась там, раскачиваясь из стороны в сторону, с усилием вытягивая вперед ноги по одной.
Мы с Гарри оторвали взгляды и бежали рядом с друг другом, его обкуренные легкие наращивали темп, чтобы он был таким же, как у меня.
Мы не останавливались, даже когда я не могла дышать, даже когда горло и легкие горели, даже когда Гарри застонал от напряжения. Ужасающие ноги женщины не шли ни в какое сравнение с нашей скоростью, но все-таки мы бежали, пока адреналин не сжег все. Мы знали, что если остановимся, то нас, возможно, выследят и снова закроют в камерах, даже после всего того, что мы сделали. Так что пришлось бежать одну милю, две, три, мы бежали до тех пор, пока физически не были способны это делать.
Сумки, которые нам дали Лори и Келси, прижались к моей спине, и я ощущала напряжение в плечах. У меня был соблазн отпустить их, они замедляли нас, но я поняла, что там была еда, вода и деньги. Плюс, они понадобятся нам, когда мы будем далеко.
— Не останавливайся, — сказал Гарри, хотя он, казалось, был уже готов сделать перерыв.
Но ни один из нас не остановился, пока мы не достигли чего-то, к чему не готовили себя. Мы были далеко позади Викендейл, но все же частью ее огромного имущества была своего рода скала. Там был звук воды, волн и открытого неба.
Я жадно хватала воздух, когда мы остановились, пытаясь удержать пищу, которую ела сегодня. Пульс стучал в голове, и со лба капал пот. И прежде чем мы успели опомниться, нужно было думать, что делать дальше.
— Что… — задыхалась я, и это все, что я могла делать. Гарри положил руки на бедра и, закрыв глаза, наклонился вперед, пытаясь восстановить дыхание.
Наконец в состоянии дышать, я осмотрела скалу. Она была изогнута назад, так что как бы мы не побежали, в итоге пришли бы к Викендейл. Выхода нет — только вперед, с обрыва, в незнакомые воды.
HARRY'S POV
На протяжении всей своей жизни я видел много дерьма, но эта девушка и ее ноги выходили за рамки всего. Но в этом был и позитивный момент: они ее замедляли, и мы могли легко от нее оторваться. В побеге не было никакой спешки. Но нужно было хотя бы создать дистанцию между нами и людьми, которые будут нас преследовать, если еще не начали. И единственным вариантом был прыжок.
— Ты мне доверяешь, Роуз? — спросил я, как только перевел дыхание. И моя покрытая грязью, заплаканная, красивая девушка кивнула.
— Конечно.
— Хорошо, — сказал я. — Тогда возьми меня за руку, — скомандовал я и повернулся к волнам, разбивающимся о берег в десятках метров ниже.
— Мы прыгнем? — спросила она, ее голос по-прежнему дрожал.
— Это единственный вариант. Мы зашли так далеко, мы справимся с небольшим количеством воды, — сказал я. Но на самом деле я понятия не имел, насколько мелко там было, или есть ли там скалы. Но мы не могли вернуться. Это был не вариант. Прыжок был единственной альтернативой.
— Готова? — спросил я ее, и хотя она сходила с ума от страха, она кивнула. Никто из нас не был готов, но не было ничего, что бы мы могли сделать, чтобы подготовиться. Ну, разве что только это. — Секунду, — сказал я. Я осторожно снял сумку с плеч Роуз, а затем и свою. Я бросил их на берег, и они приземлились рядом с водой. Позже они нам потребуются.
Я взял ее за руку, сжимая ее, чтобы приободрить.
— На счет три, — сказал я. Мы переглянулись, а затем я начал отсчет. — Один... Два... Три...
Мы держались за руки, когда ноги оторвались от земли. Мы были в воздухе, вдвоем падали в неизвестность. Ветер трепал наши волосы, а у меня не было времени, чтобы это почувствовать. Была только вспышка эмоций, которые я понять не мог, а затем я погрузился в воду. Тело похолодело от ледяной воды, окружавшей меня. Из легких выбило воздух, когда холодная вода начала жалить, как пощечина. Но я был жив. Здесь не было скал и было глубоко. Вместо того, чтобы ненавидеть боль, я полюбил облегчение, радуясь тому, что сердце все еще билось в груди. Я радовался воде, которая текла по волосами и намочила одежду, прилипшую к рукам.
Мои руки. В них ничего не было. Я больше не держал Роуз.
Я плавал на поверхности и тяжело дышал. Волосы прилипли ко лбу, а из-за формы было трудно удержаться на плаву, но мне было все равно. Я должен был найти Роуз, а затем решать тривиальные проблемы.
— Роуз! — закричал я. На опасных волнах темной воды ее не было видно. Мое сердце ушло в пятки, когда я повернулся, отчаянно ища ее во всех направлениях. — Роуз! — снова закричал я.
Меня переполнило облегчение, когда она, наконец, появилась из воды. Она задыхалась и кашляла, но с ней все было хорошо.
— Иди сюда, — выдохнул я, направляясь к ней, а она плыла ко мне. — Держись за меня, держись за мою шею, — сказал я.
Она обвила меня руками, и я держал ее хрупкое дрожащее тело. Нам удалось оставаться на плаву несколько минут, потом мы плыли к берегу. Как только моя рука коснулась земли, я встал, вытащив Роуз, она встала и легла на спину, как только выбралась из воды.
Выбравшись на землю, я лег возле нее, сделав то же самое. Из-за того, что мы быстро бежали, мы выиграли себе минуту или две. Всего несколько минут, а затем нам снова придется бежать, но нужно было отдохнуть. Я на короткое время закрыл глаза, мне было интересно, куда мы пойдем отсюда. Но улыбка, появившаяся на лице Роуз, после всего, с чем мы столкнулись, позволила мне пожить настоящим. Я забыл о следующем шаге и мыслях о том, что случилось раньше.
— Гарри? — спросила она.
— Да? — поинтересовался я, уже улыбаясь тому, что она могла сказать.
— Мы выбрались.
И эти слова, эти два простых слова заставили меня чувствовать себя... счастливым.
— Черт возьми, — сказал я. И тогда я начал смеяться, а Роуз рядом со мной хихикала, и я еще никогда не чувствовал такой радости.
— Мы выбрались, черт возьми! — закричал я, а глупая улыбка на моем лице стала еще шире. Я встал на ноги и на мгновение забыл о сумасшедшей женщине, приближающейся к обрыву, ужасной начальнице, которая, несомненно, сформировала поисковый отряд, и человеке, которого недавно убил.
Потому что прямо сейчас существовали только мы с Роуз. Я наклонился, обнял ее за талию и взял на руки. Она засмеялась, как и я, когда кружил ее в своих объятиях. Она обвила ногами мой торс, и мы оба смеялись, у нас было больше силы, чем у огромных волн, бьющихся о берег рядом.
Вскоре мы должны будем снова бежать, найти место для ночлега, у нас будет еще много трудностей. Но сейчас, в этот момент, ничего не имело значения.
Потому что мы, черт возьми, убежали из Викендейл.