Chapter 46
Я понятия не имела, куда шла. Я мчалась сквозь темноту и безумие. Все еще держала палец на курке, я почувствовала столько власти, когда вылетела пуля и когда из колена Нормана потекла кровь. Все произошло так быстро, что даже сейчас события были не полностью ясны.
Но он не мертв. Так что мне пришлось убегать от места, где стреляла, так как в считанные секунды туда, несомненно, пришли охранники. В то время это казалось лучшим вариантом. Однако не сейчас, так как я в одиночку бродила по темным коридорам. Да, у меня все еще был пистолет, но я не хотела снова нажимать на курок.
Так что я бежала, прищурившись и ища в полумраке Гарри. Хотелось бы мне, чтобы я смогла притащить его с собой в подсобку. Мы бы сидели там вместе, а я ждала бы пока он проснется. Но подсобка была далеко, и охранники бросились в коридор за несколько секунд, я не смогла бы дотащить его и не попасться. Так что я должна была убежать и довериться ему, как он и сказал. Но он сказал еще и оставаться в подсобке, в чем я, собственно, провалилась, учитывая то, что сейчас я находилась в пустом коридоре больницы.
Стук сердца не утихал, он еще ускорился, когда меня осенил неприятный факт: я была совершенно одна. Я не знала, где Гарри или в сознании ли он, поэтому могла только искать, пока не найду. Одна.
Я отчаянно искала его за каждым углом, понимая, что это первый раз, когда я одна сталкиваюсь с ужасами этого места. С тех пор, как он переступил порог больницы, я доверилась Гарри, знала я это или нет. Он был моим защитником, взваливал тяжести Викендейл на свои плечи, когда я совсем их не чувствовала. Он пережил одиночное заключение, порку и даже электрошоковую терапию, а я всего лишь смотрела на это. Но теперь я осталась без защиты, только с оружием, одна.
А затем нет. Из ниоткуда появился еще кто-то, его можно было определить только по небольшому шуму. Он был далеко, но приближался. За углом. Меня не было видно, так как я встала за угол у отступа в стене. Он был всего несколько футов в глубину, с одной стороны я видела коридор, а позади меня была большая дверь. Этого было достаточно, чтобы меня скрыть.
Я затихла и прислушалась, пытаясь понять этот звук. Казалось, это не охранник. Не было позвякивания ключей и частота шума была слишком медленной. Но это был и не пациент. Не было шаркающих шагов или бормотания, тяжелого дыхания, которое слышалось от большинства пациентов.
Но был другой звук. Будто тянули бессознательное тело, а ткань, обувь и кожа царапались о землю.
Гарри.
Нет, это не мог быть он. Это было невозможно. Потому что если он направлялся в мою сторону без сознания, его должен был тянуть кто-то другой. И я больше никого не слышала. Шагов не было. Только тот странный шум. Но в любом случае он приближался. Я прижалась спиной к стене, чтобы оставаться вне поля зрения. Они былы в нескольких метрах от меня и могли увидеть в любую секунду. Я убедилась в том, что сумки все еще были у меня на плечах, а я все еще сжимала пистолет, полностью положившись на оружие.
Вскоре шум был настолько близко, что я была уверена, что еще один шаг, и меня будет видно. Но звук прекратился прямо за углом. Человек остановился прямо рядом со мной. Я затаила дыхание и заставила себя оставаться на месте. Я прислушалась. Но было только тишина, не слышно было даже дыхания.
Ничего. Только напряжение неподвижность мной и неизвестным человеком в нескольких футах от меня. Я чувствовала еще чье-то присутствие. И у меня появилось чувство, что любое движение привлечет внимание, так что я оставалась неподвижной.
Я ждала примерно минуту, думая о том, чтобы посмотреть, кто там, но потом передумала и решила подождать еще немного. Все еще было тихо. Будто это было каким-то противостоянием или конкурсом. Разгоняющим кровь, полным опасности и ожидания конкурсом.
В друг тишину нарушили.
— Роуз?! — позвал в коридоре голос.
Это был Гарри! Он был далеко, но он был. Я должна была добраться до него. Его голос нарушил неподвижность, и я рискнула и выглянула из-за угла. Сердце бешено билось, готовясь к худшему. Это мог быть охранник с пистолетом или другой пациент, готовы напасть на меня или разрушить наш побег. Я медленно, медленно двинулась с места. Я посмотрела в темноту пустого коридора и увидела...
Ничего. Там никого не было.
— Роуз?! — снова прокричал глубокий хриплый голос. Я покачала головой. Что за черт? Странность того, что произошло только что, я обдумаю позже. Я быстро избавилась от этой мысли, решив переключиться на более важное.
— Гарри! — позвала я. Вероятно, нас могли услышать охранники, но в тот момент мне нужно было быть с ним. Я не могла больше идти по Викендейл одна, мне нужен был Гарри, чтобы сражаться со всем, с чем я могла столкнуться. Может, я кажусь слабой, но я не верила в то, что смогла бы сделать что-то без него.
— Роуз! — снова закричал он, и я выбежала из своего укрытия. Частично стремясь к Гарри, частично убегая от того, кто мог бы скрываться в темноте.
— Гарри! — закричала я, сворачивая за угол, откуда доносился голос.
— Роуз! — в последний раз позвал он, и я увидела его. Он бежал через коридор, как сумасшедший, его волосы были взъерошены, а на лице появилось облегчение. Наверное, у меня тоже. Я чувствовала, как моя напряженность рассеялась в воздухе, как только я его увидела.
Я ускорилась, и мы оба побежали друг к другу. За несколько секунд я почувствовала его тело, и я наконец снова начала дышать, хотя даже не понимала, что затаила дыхание. Я почувствовала, как его знакомые руки обнимают меня за талию, а я обняла его за шею.
Но затем я взяла его за подбородок и прижалась губами к его губам. Это был быстрый поцелуй, хотя полон страсти и желания, которые всегда присутствовали в наших поцелуях.
Когда мы отстранились, он крепко прижал меня к себе, и я уткнулась носом в его грудь, прерывисто дыша.
— Я так рада, что нашла тебя. Господи, Гарри, я так беспокоилась.
— Как и я, — сказал он, еще крепче прижимая меня к себе.
— Ты в порядке? — спросила я, поднимая голову, чтобы осмотреть его.
К счастью, на его лице не было никаких признаков боли.
— Да, все хорошо, — правдиво ответил он. — А ты?
— Да, — сказала я. Физически так и было. А на счет психического состояния, то я нервничала, боялась и была в смятении.
— Хорошо, — вздохнул он, осматривая меня, чтобы убедиться в этом. — Ну, тогда давай убираться отсюда. У тебя есть пистолет?
Я кивнула, точно зная о том, что он попросит. Я выпустила оружие из потной ладони и отдала ему.
— Откуда ты знаешь?
— Увидел Нормана по дороге сюда, — сказал он. Так он знает, что я в него выстрелила.
Он, казалось, был впечатлен и попытался скрыть гордую улыбку, когда смотрел на меня. Но он больше ничего не сказал, мы оба знали, что это следует обсудить позже. Мы больше не хотели тратить время.
Так что возобновили план. Он был слишком рискованным и не очень обдуманным. Мы слепо ходили по коридорам, существовал большой шанс, что в любой момент нас могли увидеть охранники. Он было лучше быть здесь, в темноте, но вместе, чем в одиночку в камерах, где мы были прикованы к собственным могилам.
— Хорошо, следуй за мной, — сказал он. — Держись за униформу и не отпускай.
Я кивнула, следуя его указаниям, и взялась за петлю на его ремне. Он не хотел снова терять меня, как и я не хотела терять его. Я посмотрела назад, а затем по сторонам, слыша, но не видя охранников, которые были дальше по коридору.
Я отмахнулась от шума и сделала шаг за Гарри, он осторожно выглянул из-за угла.
— Пойдем, — прошептал он, и я послушалась. Он пошел в ту сторону, откуда я пришла, к неизвестному человеку, который мог бы там быть.
— Гарри, — прошептала я. — Здесь раньше кто-то был. Думаю, другой пациент, — я кивнула в сторону темного коридора.
Он прищурился.
— Я никого не вижу, — ответил он. — Должно быть, он ушел, но я буду внимателен, — и мы продолжили идти.
Звук наших шагов был тихим, и мы все ближе подходили к месту, где я пряталась несколько минут назад. Я все еще держалась за Гарри, а он обеими руками держал пистолет, будто был готов в любой момент выстрелить. Я все еще боялась, но чувство безнадежности отступило. С ним я чувствовала себя в безопасности настолько, насколько это было возможно в такой ситуации.
Мы сделали несколько шагов и оказались там, где я стояла, когда я услышала странный шум. Но на этот раз звука не было. Гарри остановился напротив двери, я стала рядом и придвинулась чуть ближе к нему.
"Почему мы сюда идем?" — спросила я себя. Но затем поняла, где мы находились. Это был не просто какой-то кабинет или подсобка. Это дверь, которую я не заметила раньше, была слишком большой и массивной. Я посмотрела вверх и прочла еле различимые буквы. Крыло С.
Я стояла прямо рядом со входом в незнакомую часть Викендейл, только дверь разделяла меня и самых опасных преступников Англии, и я даже не понимала этого.
— Готова? — прошептал Гарри, прежде чем потянулся к бедру, чтобы взять ключ из униформы Джеймса.
— Нет, — честно ответила я.
— Я тоже.
И с этим он вставил ключ и медленно повернул его, прислушиваясь к треску в замке, когда ключ поворачивался. Когда мы услышали щелчок, он очень тихо повернул ручку. Сердцебиение отдавалось в ушах, пока нам сантиметр за сантиметром открывалась самая страшная часть больницы.
Я не знала, чего ожидать. Криков, шепчущих голосов, криков боли, невменяемых пациентов в углу камер. Армию охранников, ждущих, пока мы откроем дверь. Но не этого. По какой-то причине это было хуже, чем все альтернативные варианты.
Совершенно. Мертвая. Тишина.
Там абсолютно ничего не было. Казалось, что не было даже обычного фонового шума из вентиляционных труб. Гарри обернулся и аккуратно закрыл дверь, но больше никаких движений не последовало. Даже воздух не колебался. Большую часть места поглотила тьма. Все, что я могла разглядеть, так это два ряда камер, размещенных друг напротив друга. Блестящие металлические прутья освещали только аварийные лампочки, размещенные на стене так, чтобы создавать жуткие тени. Я не могла разглядеть ни оборудования, ни сотрудников. Были только слишком тихие пациенты, прятающиеся в темноте камеры.
Мы с Гарри по-прежнему не желали двигаться. Что-то было не так. Но мы должны были идти вперед. Мы не могли просто стоять и ждать какого-то движения. Гарри тихо сделал шаг влево, и я повторила его движение. Затем другой шаг. Медленно и осторожно мы шли между камер с неизменным светом к конце и тишине. Казалось, без изменений прошла вечность. Мы все еще тихо шли, минуя камеру за камерой.
Но вдруг мы кого-то увидели. Я застыла на месте, но Гарри двинулся вперед, таща меня за собой.
Это был другой охранник. Более серьезный на вид и больше, чем те, к которым я привыкла в другой стороне больницы. Но так же, как и другие охранники, он кивнул Гарри, а затем прошел мимо без лишних вопросов. Он принял Гарри за охранника. План все еще работал на нас.
И так было и дальше, когда мы прошли еще несколько охранников. Никто не видел лица Гарри, а я не могла видеть их. Во тьме никого не можно было узнать. Я спрятала сумки, как раньше. Никто не заметил.
Наконец мы добрались до той части крыла, где не было камер. Казалось, это был главный зал, с одной стороны было что-то напоминающее вход в столовую, может быть, с другой стороны была ванная. Были и другие двери, но я не была уверена в том, что скрывалось за ними. К нам подошел другой человек. Мы старались вести себя как обычно, медленными шагами направляясь к задней части коридора, что создавало иллюзию того, что мы не спешили.
Но на этот раз этот трюк не прошел. Этот мужчина был более умен, чем остальные, его окружала аура важности.
— Простите, сэр. Куда вы ведете эту пациентку? Камеры в той стороне, — поинтересовался он, кивая в направление, откуда мы пришли.
— Я веду ее в ванную, — просто ответил Гарри, отходя от мужчины.
Он кивнул, но настроен был, казалось, скептически, рассматривая нас более тщательно, чем другие.
— Где ее наручники? — спросил он.
Гарри среагировал раньше, чем мужчина смог собрать все воедино, толкнув его к стене.
— Позовешь на помощь или потянешься за пистолетом, я, блять, нажму на курок, — тихим угрожающим голосом сказал Гарри, стараясь не привлекать лишнего внимания. Он сунул пистолет под подбородок невинного человека, а охранник поднял руки, сдаваясь. — Хорошо, — сказал Гарри.
Одной рукой он держал мужчину, а другой полез в кобуру на его бедре, взял второй пистолет и протянул его мне. Я взяла его. После того, как мы оба были вооружены, Гарри перевернул пистолет, держа его над головой охранника, и ударил прикладом о голову мужчины.
Охранник тут же упал без сознания, по стене скользя к полу. Я была полностью поражена: либо Гарри родился, чтобы это делать, либо он делал это раньше.
— Нужно поторопиться, прежде чем кто-то придет, — сказал он и повел меня дальше по коридору. Мы увидели последнего охранника, который кивнул нам и продолжил свой путь. Он до сих пор не заметил силуэт тела, лежащего без сознания далеко от нас.
Мы шли вдоль стены, повернули за угол и пришли к более пыльному место, очевидно, здесь не часто бывали посетители. Здесь, в тупике, мы увидели подсобку, которая была ключом к нашему спасению.
Гарри потребовалось немного времени, чтобы открыть дверь, он перебирал десятки ключей, чтобы найти правильный. У нас получилось с седьмой попытки, и дверь в конце концов распахнулась. Мы пошли через комнату, ища выход, который описала Келси. Там, позади, в полу был деревянный квадрат.
— Это он, — изумленно сказал Гарри. Но прежде чем мы стали слишком радостными, у входа в комнату появился еще один охранник.
Клянусь, они как муравьи, как только мы избавились от одного, появляется другой.
— Что ты... — начал он, но щелчок пистолета Гарри его прервал. Он за секунду направил его на мужчину. Охранник поднял руки, медленно пятясь назад от страха. Он не был сильным. Он выглядел как простой врач и был напуган.
— Представь, что нас не видел, и я не вышибу твои чертовы мозги, — сказал Гарри. Мой живот скрутило, и я молила Бога, чтобы это были всего лишь разговоры. Он же не выстрелит в невинного человека, да? Или выстрелит?
Бедный парень пятился назад, дрожа от страха, повернулся и побежал, оказавшись вне поля зрения после нескольких шагов.
— Он расскажет остальным, лучше идти, пока не пришли другие охранники, — сказал мне Гарри.
— Да, — согласилась я. Мы пошли в комнату, оценивая способ возможного побега. Туннель был за деревянным квадратом, привинченным к полу, так что мы не знали, как его преодолеть.
— Черт, — вздохнул Гарри.
— Стреляй в него, — предложила я. — Охранники придут в любом случае, будет лучше уйти, когда это случиться, чем ждать, пока решение придет само.
Брови Гарри сошлись вместе, пока он обдумывал это несколько секунд.
— Ты права, — согласился он. — Заткни уши.
Я сделала, как он велел, Гарри прицелился и выстрелил. В дереве появилась дыра, а опилки полетели в разные стороны. Как в стекле, появились зубчатые части, которые мы с Гарри вырвали. Теперь вместо деревянной доски в глубине подсобки в полу была зияющая дыра, которая вела в туннель. Там было слишком темно, чтобы сказать, насколько глубоким или широким или отвратительным он был.
— Давай я пойду первым, — сказал Гарри. — Хочу убедиться в том, что там безопасно.
Безопасно или нет, это был на единственный вариант, но я не спорила с предложением Гарри.
— Хорошо, — согласилась я, наблюдая за тем, как он спустился в большое отверстие.
— Дай мне фонарик, — приказал он, и я быстро принялась рыться в одной из сумок. Я дотронулась до фонарика и протянула его Гарри, он его включил, наклоняясь и освещая все вокруг себя.
— Выглядит хорошо, — сказал он. — Спускайся.
Он встал на четвереньки и пополз, позволяя мне войти. Сначала я закрыла дверь в подсобку, недалеко слышались шаги охранников, я взяла сумки. Это все стало просто занозой в заднице.
А затем я оказалась внутри, чувствуя коленями, ногами и локтями грязь.
— Ты в порядке? — спросил Гарри, поворачиваясь, чтобы посмотреть назад.
— Да, — ответила я. Поэтому он начал ползти по грязи, а я последовала за ним. Но, черт, здесь действительно было мало места.
Впереди я видела свет от фонарика Гарри и сосредоточилась на нем, пытаясь контролировать свое дыхание. Мы были так чертовски близко, и я не могла позволить учащенному дыханию из-за ограниченного пространства нас замедлить. Мы ползли через грязь, пока я думала только об окружении. Казалось, стены опускались, а грязь могла упасть и похоронить меня заживо в любую секунду. Я сосредоточилась на собственном дыхании, вдох и выдох, сосредоточилась на ботинках Гарри, на свете в конце туннеля, буквально говоря. Я не обращала внимания ни на какие изображения, знаки или шум.
Внезапно Гарри остановился, чтобы я затихла.
— Слушай, — сказал он, мы оба остановились, чтобы прислушаться. Беспокойство на лице Гарри из-за того, что он слышал, чертовски меня пугало. Потому что, если Гарри боялся, определенно было чего бояться.
Я слушала и ждала, но ничего не было. Только тишина.
Затем далеко в туннеле, возле входа, через который мы прошли, послышался шум. Такой, как я услышала, когда искала Гарри. Но теперь он был немного другим, так как здесь была грязь, а не бетон, но он был таким же пугающим. Это было больше, чем соскарбливание. Это был тихий шепот, эхом отдающийся среди грязных стен. Жуткий, невменяемый, тихий голос сказал:
— Роуз.
И тогда мы с Гарри поняли, что в туннеле мы не одни.