7.
Проснувшись утром следующего дня, Родион лежал в постели, вспоминая вчерашний день. Кэти уже не было в спальне, как и вчера. «Должно быть, она опять скажет мне идти за водой, - предположил парень, - а потом еще и в лес пойдем. Искупаться надо, да и воду мы всю вчера вылили на огород. Кстати, огород. Полоть его, наверное, тоже придется, хотя вчера, вроде, много успели сделать. Масло тоже готово. Вот дрова могут снова понадобиться, хотя это вряд ли – Кэти вчера сказала, что я наколол на несколько дней. Зато сама она опять будет много готовить для родителей и не пустит меня на кухню. Все должно быть, как и вчера. У них тут, скорее всего, каждый день похож на предыдущий. Ладно, пора уже вставать и помогать Кэти.
Родион оделся и посмотрел на стул, где уже стоял завтрак. Сегодня в меню опять был сок, правда, уже виноградный. Еще в глиняной мисочке лежало что-то белое и воздушное. Оно напоминало персиковый творожный десерт. Также Родион съел довольно большой кусок кисло-сладкого пирога со вкусом винограда, яблок и манго и закусил его свежей малиной. «Чудесный завтрак, как и вчера. И что очень хорошо, без тыквы», - подумал парень и вышел во двор.
Во дворе он застал Кэти, которая сыпала в землю какие-то семена.
- Доброе утро! – улыбнулась она, завидев парня.
- И тебе доброе утро. Большое спасибо за вкусный завтрак. Сходить за водой? – предложил парень.
- Нет, потом сходишь.
- Давай сейчас, пока не жарко, - не сдавался Родион. – Я быстро, а потом помогу тебе на огороде.
- Нет, я сейчас досею морковь, и мы с тобой пойдем на рынок, - сказала Кэти.
- У вас есть рынки? – удивился Родион.
- Да, у нас один большой рынок в Деревне Косинусов, - ответила Кэти. – Мелкие покупки я могу совершить и здесь, но на рынке собирается много функций с разными товарами, легче найти нужное и продать свое.
- Мы что, пойдем аж в Деревню Косинусов?
- Да, а что здесь такого? Я хожу на рынок каждые два-три дня.
- Но ведь деревня далеко, - напомнил Родион.
- Ничего она не далеко, - возразила Кэти. – К тому же, у нас все сокращают путь через лес. По дороге ходят, в основном, не местные.
- Ладно, я согласен пойти с тобой, - сдался парень.
- А ты и так бы пошел, - заметила Кэти. – Вон, видишь, в тележке помидоры, тыква, яблоки и ананас? Это все я буду продавать. А кто поможет мне это донести, как не ты?
- Когда идем? – поинтересовался Родион.
- Сейчас полью морковь, и сразу пойдем.
- Хорошо, я сейчас приду.
Родион зашел в дом. «Еще неизвестно, выпадет ли мне еще когда-нибудь возможность побывать на центральном рынке Тригонометрии, - подумал он. – А на больших рынках часто продают какие-нибудь сувенирчики или просто какие-нибудь интересные штуки. Стоит прикупить чего-нибудь на память об этом странном местечке», - парень достал кошелек из рюкзака, положил его в карман и вышел во двор.
Кэти уже ждала его там.
- Бери тележку, и идем, - сказала она.
Парень кивнул и покатил тележку за собой.
Друзья спустились с холма и зашли в лес. Все было точно так же, как и вчера, правда, маршрут немного отличался. «Интересно, Деревня Косинусов такая же, как Деревня Котангенсов или нет? – размышлял Родион. – По идее, должна отличаться, ведь по каким-то причинам именно в Деревне Косинусов есть рынок. Причем, как я понял, это единственный большой рынок во всей Тригонометрии, и туда стекаются торговцы со всех шести деревень. Кстати, здесь только функции торгуют или еще уравнения, неравенства? Они, как я уже узнал, тоже живут в болоте, только в другой стороне. Вот интересно, где у них обитают гиперболические функции? Они ведь так тесно связаны с тригонометрическими...»
Парень посмотрел на Кэти и забыл свой вопрос. Сегодня девушка надела длинный сарафан с необычной расцветкой: на нем были разводы желтого, оранжевого и красного цвета. Сверху, почти до самой земли свешивался белоснежный платок, закрывая косы. Лишь несколько золотых прядок выбилось возле самого лица и красиво подчеркивало сияющие синие глаза.
- Кэти, у тебя красивый сарафан, - сказал Родион, думая про себя: «Что же я хотел спросить?»
- Тебе нравится? – девушка оглядела себя. – Мне тоже. Между прочим, я купила его со скидкой.
- У него есть какой-то дефект?
- Да, видишь эти разводы? Это он так неровно окрасился отваром цветов. Но получилось даже красиво, - улыбнулась Кэти.
- Согласен. Скажи, где живут гиперболические функции? – забытый вопрос внезапно всплыл у парня в голове. – По идее, они должны жить рядом с вами.
- Ты про этих гиперчудиков? Почему все считают, что мы с ними похожи? – спросила Кэти.
- Потому что вы с ними похожи, - ответил Родион.
- Нет, мы похожи по жизненному укладу больше, чем, скажем, с логарифмами, но все-таки, различий много.
- А на другие функции в Тригонометрии вы похожи?
- Ну, с ними у нас несколько более общий знаменатель, но все-все народы отличаются между собой, - объяснила Кэти.
- И все-таки, где обитают гиперболические функции? – сделал вторую попытку Родион.
- У них свой мир и наши плоскости не пересекаются. В их мир можно попасть как сверху, так и через наше болото. Это легко сделать. Ты ведь спускался по ступенькам, когда попал в болото? – уточнила девушка.
- Разумеется.
- Вот можно было не спускаться до конца, а свернуть к гиперболическим.
- Все у вас странно как-то... - протянул Родион. – До косинусов хоть близко?
- Достаточно.
Пройдя по лесу еще минут 20, друзья вышли на дорогу. Спустя минут 15 ходьбы по ней, вдалеке показались домики.
- Это Деревня Косинусов? – спросил Родион.
- Да, мы почти пришли, - обрадовала его Кэти.
«Вот и хорошо, - подумал парень, уже уставший тащить продукты на продажу. – Сейчас она продаст все это, и мы пойдем обратно с пустой телегой. Хоть по жаре, зато налегке, - пытался бодриться он. – Только вот неизвестно, сколько придется просидеть на рынке, пока у нее все не скупят. Но там хотя бы должна быть тень».
Кэти тем временем шла между домами, здороваясь со всеми, кого видела. На вид у косинусов все было точно так же как и котангенсов: те же дома в один этаж, те же деревянные заборчики, те же непривычно открытые люди...
Друзья прошли по узенькой улочке между домами, и перед взглядом Родиона предстал рынок. Это была огромная, просто необъятная площадь. На ней довольно хаотично росли какие-то деревья. Сам рынок казался муравейником. Люди были везде: какие-то сидели на земле со своим товаром, кто-то неспешно ходил, присматриваясь, кто-то бегал между торговцами, а кто-то просто стоял и разговаривал. Мимо Родиона прошла высокая женщина с короткими черными волосами. Она тащила за руку маленькую девочку с такими же черными косичками, торчащими в разные стороны. Девочка упиралась, хныкала: «Мама, еденеть!» и тянула женщина в сторону бабушки, торгующей леденцами на палочке.
Неожиданно кто-то в стороне крикнул: «Кэти!» Девушка обернулась и в ту же секунду кинулась в сторону крика. Родион взглянул туда. Кэти обнималась с какими-то двумя девушками. Парень решил пока разглядеть их издалека. Одна из них стояла чуть ближе. Она была довольно полненькой, однако, с красивой женственной фигурой. У нее были волосы длиной до плеч, темные с фиолетовым отливом и большие красивые глаза. Она была симпатичной, ее милые пухлые щечки придавали ей особый шарм. Одета она была в черные штаны и красную футболку с черной надписью: «Cos – самые классные». Девушка, что стояла подальше, обладала прямо противоположной внешностью. Худенькая и тоненькая, она казалась еще тоньше из-за своего длинного серого сарафана. Свои русые волосы она заплела в косички. Черты ее лица были довольно мелкими, и она могла бы быть хорошенькой, если бы не сильно вытянутое лицо.
Родион подошел поближе и встал чуть позади Кэти. Остаться незамеченным у него не получилось.
- Это с тобой? – спросила у Кэти девушка в красной футболке.
- Да. Познакомьтесь, девочки, это Родион, моя добыча, - улыбнулась Кэти. - И ты, Родя, познакомься, это мои подруги...
- Мэри, - представилась полненькая. – Я – косинус.
- Я – Анабэль, - сказала девушка в сером, - синус. Наполовину косинус.
«Хм, даже такое бывает», - удивленно подумал Родион. Тем временем Мэри продолжала:
- С каких это пор твоя мама сжалилась над тобой и разрешила поймать двоечника, дабы облегчить труд по дому?
- Родион – настоящий отличник. Именно поэтому он и остался у нас, - объяснила Кэти.
- Хм, а может, прикидывается? – не поверила Мэри. – Что-то подозрительно видеть у нас отличника.
- Ты что! – возразила Анабэль. – Тетю Лауру так просто не проведешь.
- И все равно подозрительно, - не успокаивалась Мэри. – Кто знает, что у него на уме? Держись от него подальше, Кэти.
- Мэри, он спит в моей комнате. Потому, что я ему доверяю.
- Как, на моем месте? – возмутилась косинус. – И где я теперь буду у тебя ночевать?
- Он ненадолго. Если что, кто-то из вас поселиться на чердаке, - улыбнулась Кэти.
- Ладно, на самом деле я рада, что у тебя теперь есть отличник, - призналась Мэри. – Это даже подняло мне настроение, которое испортил один тупой угол.
- Надоела уже со своим углом, - вздохнула Анабэль.
- Ну что поделаешь, не люблю я тупые углы. Они такие тупые! – воскликнула Мэри. – Невозможно с ними общаться. Я просто вся становлюсь отрицательной!
«А ведь она права, - подумал Родион. – У тупых углов всегда отрицательные косинусы».
- А я уж подумала, что этот тупой угол – твой новый кавалер, - высказалась Кэти, - и настроение плохое, потому что ты с ним рассталась. То-то я удивилась. Я бы не решилась на роман с тупым углом, у меня ведь тоже настроение портится от этих тупиц.
- Кстати, - воодушевилась Мэри, - я тут с одним арктангенсом познакомилась...
- А что случилось с тем арккосекансом? – поинтересовалась Кэти. – Еще два дня назад ты рассказывала, какой он чудесный.
- О, наши графики уже пошли на расхождение, - ответила Мэри. – Ничто не может пересекаться вечно...
- В тебе умер философ, - заметила Анабэль.
- А в тебе скептик, - усмехнулась Кэти. – Мы должны уважать любовные переживания Мэри.
- Ой, да они пустого множества не стоят, - отмахнулась Мэри. – Вот мой арктангенс...
- Между прочим, мой сосед до сих пор бредит о тебе, - не успокаивалась Анабэль. – А ведь вы уже дней 30 не вместе.
- 32, - поправила Мэри.
- А ты знала, что он сочиняет стихи и горланит их во всю глотку, чтобы я их услышала и пересказала тебе? - рассказала Анабэль. – Я уже устала с утра до ночи слушать все эти: «Я любовь потерял, ведь у Мэри интеграл. Мэри, я люблю тебя, вернись и все начнем с нуля!»
- Ха, он еще помнит, что я променяла его на того сутуловатого... Как там его звали? Джон? – припоминала Мэри.
- Это мой сосед – Джон! А того звали вроде Тимур... - помогла ей Анабэль.
- А, точно. Так это Джон пишет стихи? Я помню, он был довольно милый. Правда, романтики в нем немеренно... Но он любит меня. Может, я еще решу с ним пересечься во второй раз. Косинусоида, это же не прямая, - задумчиво произнесла девушка.
- Ты же не любишь возвращаться к бывшим, - напомнила Кэти.
- Это правда, но его стихи... Да, он не поэт, но сам факт. Хотя, мой арктангенс в бесконечность раз лучше.
- Кстати, что там с этим арктангенсом? – поинтересовалась Кэти.
- Ты посмотри, какие он мне перчатки подарил! – Мэри вытащила из-за пояса перчатки. – Он сказал, что на такие ручки, как у меня, только такие перчатки и надо.
Кэти взяла перчатки из рук подруги. Родион тоже решил взглянуть на это чудо и отшатнулся. Это было похоже на клочья зеленой чешуи с ящерицы или любой другой рептилии. Неестественно длинные пальцы заканчивались острыми загнутыми когтями на концах.
- Разве не прелесть? Идеально для охоты, - восхищалась Мэри.
Эти перчатки выглядели страшно дико и совершенно никак не сочетались с нежным образом Кэти, однако сама нежная Кэти, казалось, пришла от них в неописуемый восторг.
- Они восхитительны! Как приятны на ощупь! А как мне нравится окрас – точно настоящая чешуя! – восклицала она. – Должно быть, они идеально облегают кожу. Как я хочу такие же! В моих старых ужасно жарко и душно. А эти просто идеальны. Они ведь еще и пальцы удлиняют.
- Да, - согласилась Мэри, - мне они тоже нравятся. Так что, если хочешь, бери Джона себе. А то и до тридцатника замуж не выйдешь.
Девушки рассмеялись. Родион почувствовал, как в нем поднимается возмущение. «Еще не хватало, чтобы рядом с Кэти был какой-то сопливо-романтичный Джон! – злился он про себя. – А перчатки и я могу купить. Точно! Раз это самый большой рынок, я пойду и куплю Кэти самые лучшие перчатки, какие только здесь будут. Может, даже лучше этих. Это будет сюрприз!»
Убедившись, что Кэти всецело поглощена разговором с подругами, Родион тихонько отошел от них и направился вглубь рынка. Люди вокруг торговали всем, чем только можно: разнообразными фруктами, овощами, посудой, одеждой, инструментами, игрушками, выпечкой, сладостями, тканями... Одежда интересовала Родиона больше всего. Футболки с надписями, как например «Cos – самые классные» у Мэри или «Sin – лучше всех» пользовались, видимо, большой популярностью. Причем буквы были не нарисованы на ткани, а вырезаны из другой и пришиты сверху. Вот только перчаток, как назло, нигде не было. «Может, тот арктангенс сам сделал эти перчатки, а я их ищу тут уже целую вечность, - беспокоился Родион. – Но если он их сшил, то что мешает кому-то еще или ему самому шить такие же и продавать? В конце концов, если я так их и не найду, то смогу подарить Кэти футболку. Я видел там одну, на ней было написано «Ctg – самые красивые». Она вполне подойдет, ведь Кэти и правда очень красивая», - подумал парень и замер. Перед ним стояла палатка с перчатками.
Он подошел поближе. На прилавке лежало много перчаток разных цветов, размеров, длины и разновидностей, некоторые свешивались сверху. Зелено-серые, болотные, серо-коричневые, черно-зеленые, еще какие-то, с когтями и без, с длинными и короткими пальцами... От разнообразия и богатства выбора разбегались глаза. В палатке сидела мощная женщина с очень короткой стрижкой. Ее руки до локтя были словно покрыты чешуей – сама она тоже активно использовала свой товар. На коленях продавщицы лежал молодой подсолнух, из которого та ловко доставала и ела семечки длинными и крючковатыми пальцами с когтями, как и на перчатках Мэри. Заметив Родиона, женщина отложила цветок в сторону и встала.
- Чего желаешь, перчатки приобрести? – спросила она.
- Да, за ними я к Вам и пришел, - ответил Родион.
- Это хорошо, сейчас подберу тебе по размерчику. Давай руки, - женщина протянула свои когти к парню, желая взять его за руку.
- Я не себе беру. Мне женские нужны, - Родион чуть смутился.
- А-а, подарок даме сердца, - протянула продавщица. – Тут у меня тоже есть что выбрать.
- «Даме сердца», это громко сказано, - заметил парень, - но покажите, что у Вас есть.
- Вот, смотри, - женщина показала на одни из перчаток, которые свешивались сверху. – Длинные, расцветка интересная.
Расцветка действительно была своеобразная: она, как и везде, напоминала чешую, только состояла из зеленого, серого и коричневого цветов. «Хорошо хоть у нас девушки такое не носят, - подумал Родион. – Но Кэти, по идее, они должны понравиться. Вот только подойдут ли по размеру?» Парень с сомнением оглядел перчатки.
- Пальцы слишком длинные. Боюсь, будут большие, - произнес он.
- Так это с увеличителем, - объяснила хозяйка. – Хочешь без?
- А как лучше?
- А твоя девушка собирается в них охотиться? – уточнила женщина.
- Да она не моя девушка, - возмутился Родион. – Но если честно, я даже не знаю начет охоты.
- Увеличитель делает пальцы более длинными и загнутыми. Так легче цеплять двоечников, - объяснила продавщица.
- И они дороже?
- Естественно.
- Давайте их. Я думаю, ей понравятся. А если что, можно мы придем их поменяем? – поинтересовался парень.
- Конечно, приходите, подберем по размеру.
- Сколько они?
- Смотря, чем платишь. Что у тебя есть?
Родион достал кошелек из кармана, вытащил из него купюру и показал женщине.
- Такие деньги принимаете? – спросил он.
В следующую секунду банкнота оказалась в когтях торговки. Она поднесла ее близко к глазам, внимательно разглядела и затем неожиданно возмущенно воскликнула:
- Ты что думаешь?! Что я за какую-то бумажку тебе хорошие перчатки отдам?
- Вообще-то да, - удивленно ответил Родион, - это же деньги.
- Ты меня тут иностранными словами не путай! – продавщица вернула купюру парню. – Забирай ее и без помидоров не возвращайся.
- Каких помидоров? – опешил парень.
- Если хочешь перчатки, то принеси взамен помидоров, - женщина была неумолима.
- Все. Понял. Помидоры.
Родион медленно отошел от палатки. «Помидоры... Помидоры! Она хочет, чтобы я платил ей помидорами! – не мог успокоиться он. – Деньги для нее – бумажки, зато за помидоры она готова отдать мне перчатки. Неужели они все тут просто меняются товаром? Это какой-то маразм! У них тут просто каменный век с этим натуральным обменом! Все же, если я хочу подарить Кэти перчатки, мне придется искать помидоры», - решил парень, немного поостыв. К счастью, недалеко от палатки с перчатками сидел дедушка, а возле него стояли ящики с овощами. В одном из них были помидоры. Родион обрадовался и подошел. Продавец разговаривал с какой-то женщиной, возле которой бегало трое маленьких детей.
- Здравствуйте, - несмело поздоровался Родион.
- Здравствуй, - ответил дедушка.
- Мне бы помидоров у Вас купить, - сказал парень.
- Так покупай. Что предложишь?
- А что предложить?
- Мне бы яблок, - задумчиво произнес торговец.
- А что-нибудь кроме яблок Вам подойдет? – спросил Родион.
- Ты что мне голову морочишь? – возмутился дедушка. – Говори, что у тебя есть и будем думать. Нечего тут вокруг меня окружность рисовать. Или ты график такой?
- Нет. Я сейчас принесу яблоки.
Родион вздохнул, отошел и подумал: «Да уж. Чтобы купить помидоры, мне нужны яблоки, а все потому, что без помидоров мне не продают перчатки... Хотя чему я удивляюсь? Чего можно было ожидать в стране, где вместо мыла мне предлагают глину с берега? Но все-таки, где мне взять яблоки?» - парень огляделся. Деревьев было много, но яблок на них не было. Зато, под одним из них сидела женщина, торгующая яблоками. Как назло, она заметила Родиона.
- Юноша, тебе помочь? – крикнула она. – Ты так внимательно смотришь на мой товар. Угощайся, - улыбнулась она и протянула одно яблоко.
Парень подошел к ней.
- А если я возьму у Вас одно яблоко, мне его хватит, чтобы купить помидоров? – с надеждой спросил он.
- Смотря сколько помидоров тебе надо, - ответила продавщица, но легче от этого совсем не стало.
- Мне надо столько, чтобы мне за них продали перчатки, - попытался прояснить Родион.
- Перчатки могут и подождать, - заметила женщина. – Иди, насобирай помидоров и приходи за перчатками, или купи их в другой день. Такие вещи срочными не бывают.
- Бывают, - возразил Родион. – Я хочу сделать подарок одной девушке.
- А-а, любимая девушка. Понимаю. Тогда, возможно, это и срочно.
- Ну она не любимая... - начал отрицать парень.
- Не была бы любимая, не торопился бы так делать ей подарки, - улыбнулась женщина.
- Вы мне не верите?
- Не верю. Но есть ли смысл спорить? Давай так: ты принесешь мне хоть что-нибудь полезное, и я дам тебе яблок, - предложила торговка. – Просто так я не могу тебе их дать, это же товар.
- Спасибо! Я скоро приду, - обрадовался Родион и быстро пошел вглубь рынка.
«Допустим, эта добрая женщина пошла мне навстречу, - раздумывал он. – Она не сказала принести ей что-то конкретное. Но толку? Где мне взять хотя бы что-нибудь? У меня ведь совсем ничего нет... Можно взять что-то у Кэти... Нельзя! Еще не хватало дарить девушке подарок за ее же счет. У нее, помнится, были и помидоры и яблоки. Нет. Я решил подарить ей перчатки, и я найду способ это сделать. Пусть не сегодня, но я куплю их. А сейчас лучше вернуться к Кэти, все равно я ничего не найду и не смогу купить яблоки. Кстати, где я оставил ее? – парень растерянно огляделся. – Она была с подружками, они стояли под каким-то деревом и разговаривали. Только где это дерево? Тут много деревьев...»
Поиски привели Родиона на окраину рынка. Здесь было тихо и безлюдно. «Ну вот, и рынок кончился, а девочек все нет», - огорченно подумал парень. Тут его взгляд упал на дерево, растущее здесь. Почти все его ветки были облеплены небольшими круглыми ягодками. Родион попробовал одну. На вкус они были кислыми, немного сладкими и терпкими. «Вот он, мой шанс! – обрадовался парень. – Я куплю яблоки за эти ягоды, они же все равно ничьи, и вроде съедобные», - предположил он и начал собирать их в свою футболку.
Минут через 20 Родион гордо стоял перед женщиной, торгующей яблоками.
- Вот, - сказал он. – Я принес Вам эти ягоды.
Продавщица взяла одну, осмотрела ее и рассмеялась.
- Что-то не так? – забеспокоился парень.
- Это же дикая слива. Она и даром никому не нужна, - женщина показала вверх.
На дереве, под которым она сидела, были такие же ягоды, только немного меньше. Родион огляделся. Такие же деревья росли по всему рынку.
- Что мне теперь с ними делать? – грустно спросил он.
- Если совсем нечего, то я могу дать тебе одно яблоко взамен на них, - пыталась утешить его женщина. – Они сгодятся разве что на компот, но ты все-таки старался.
- Берите. Мне они все равно не нужны, - Родион высыпал сливы в полупустой ящик.
- Возьми за старание, - продавщица протянула ему два яблока. – Второе просто так, помнишь, я обещала тебя угостить?
- Спасибо.
- И не печалься, - продолжала женщина. – Помни, всему свое время.
- Все нормально. Еще раз спасибо, - улыбнулся парень и отошел.
Одно яблоко Родион положил в карман, а второе надкусил. «Мда, - подумал он, - Тригонометрия балует сюрпризами». Внезапно к нему подскочила женщина с дочкой на руках. Эту девочку парень сразу узнал, он видел, как она выпрашивала леденец. Сейчас она сидела тихо и спокойно облизывала сахарный знак бесконечности. Судя по всему, конфету ей все-таки купили.
- Пожалуйста, подержи ребенка, - взмолилась женщина. – Я скоро вернусь, я уже обо всем договорилась, осталось только обменяться, - сказала она и убежала, сунув дочку в руки Родиону.
Тот вздохнул и перехватил малышку поудобнее. Однако, девочка, видимо, не так доверяла ему, как ее мама. Она сразу же сделала несколько попыток вырваться.
- Нельзя, - сказал ей Родион. – Надо подождать маму.
- Дядя, пусти! – не сдавалась кроха.
- Я сказал: нельзя. Все.
- Пьяхой дядя! Атьицатиный! – заявила малютка и что есть силы начала бить парня по голове своим леденцом.
Кэти тащила телегу с продуктами. Теперь в ней было молоко, сладкий сироп, баклажаны и большая клубника. «Где же Родя? – думала она. – Он так незаметно исчез. Хотя я сама виновата: заболталась с девочками, а ведь на рынке потеряться, что на единицу разделить, тем более, такому беспомощному, как Родя. Надо его найти, мало ли, во что он может вляпаться. Начнут к нему с просьбами обращаться, а он не поймет. Он же ничего не понимает по-нашему. А если он вдруг скажет какое-нибудь из своих странных слов, то наши не поймут. Родя не сможет один. Надо его срочно найти, пока чего не случилось... Ой! Уже, кажется, случилось», - девушка увидела Родиона. Он стоял с ребенком на руках. Его залипшие волосы кое-где стояли дыбом. Справа к голове был приклеен леденец, торчащий палочкой вверх. Вид у парня был ужасно измученным, футболка грязной, а взгляд уставшим. Зато девочка сидела на удивление смирно, и медленно грызла почти целое яблоко.
- Родя! – Кэти подбежала к другу. – Вот ты где! Я тебя еле нашла.
- Я тоже тебя искал, - сказал Родион. – Но потом не смог, так как на меня оставили эту обезьянку.
- Это маленькая Линда, - Кэти забрала малышку у парня. – Ее маму зовут Татьяна и они тангенсы. А что такое «обезьянка»?
- Обезьянами называют тех, кто очень подвижный и все время кривляется, - объяснил Родион.
- Нет, Линда может быть и тихой. Ты посмотри на нее сейчас.
- А ты посмотри на мою голову, - Родион повернулся той стороной, где торчал леденец. – Это она устроила, потому что я ее не отпустил.
- А чего ты ее не отпустил?
- Потому что ее мама попросила меня ее подержать.
- Тогда ладно. Вон она, кстати, идет, - Кэти показала рукой в сторону.
Слава Богу, мама девочки уже подходила. Линда, увидев ее, закричала: «Мама!» и попыталась вырваться из рук Кэти. Женщина ускорила шаг и наконец-то забрала дочь у девушки.
- Спасибо, что подержали, - улыбнулась она. – Кэти, этому юноше понадобилась помощь?
- Нет, он отлично справился, просто устал.
- Все прошло хорошо? – спросила Татьяна, но тут же заметила новую прическу Родиона. – Я вижу, что ты старался.
- Изо всех сил, - согласился парень.
- Что ж, мы пойдем, - женщина опустила девочку на землю и взяла за руку.
- До скорых пересечений, - попрощалась Кэти.
- А мы когда пойдем домой? – поинтересовался Родион.
- Сейчас. Бери телегу и вперед.
- Подожди. У меня для тебя кое-что есть, - парень достал из кармана яблоко и протянул девушке.
- Ух ты! Спасибо!
Кэти смотрела на яблоко, большое, сочное, беловато-зеленое, с нежным розовым бочком. Самое главное, оно лежало на руке Родиона. Его подарок для нее. Родион заботился о ней, вспоминал, думал, наверняка, выбирал самое красивое и представлял, как угостит ее. Ах, до чего же все это было чудесно!
Девушка взяла яблоко.
- Спасибо, мне очень приятно, - улыбнулась она.
- Так мы идем?
- Конечно. Но у меня тоже кое-что для тебя есть.
- Что же? – удивился Родион.
- Телега с продуктами, - Кэти засмеялась.
Парень взял телегу.
- Я не против. Только скажи, куда мне деть этот леденец в волосах?
- Отойдем подальше от рынка и выкинешь. Это все вопросы?
- Нет, есть еще один, но он больше личный, - подумав, ответил Родион.
- Задавай.
- Это по поводу твоих подруг, - неуверенно начал парень. – Разве можно быть «синусом, наполовину косинусом»? Так о себе сказала Анабэль.
- Легко, - Кэти слегка махнула рукой. – У нас это, что на ноль умножить. Чтобы быть синусом, достаточно, чтобы мама была синусом. Если отец – другая функция, то ребенок – все равно синус, но не чистый.
- То есть, у Анабэль мать – синус, а отец – косинус?
- Да. Функция определяется по матери, но это не обращает в ноль родословную, - объяснила Кэти.
- Понял. Если бы мама Анабэль была косинусом, то и Анабэль унаследовала бы эту функцию?
- Именно. Это касается всех функций.
- А как же вы тогда все познакомились? Котангенс, косинус и синус... - поинтересовался Родион.
- В школе. Мы дружим уже десять лет.
- Дети идут в школу в десять лет? – удивился парень.
- Да, а оканчивают ее в 17. Но наша с девочками дружба не закончилась с окончанием школы, - Кэти улыбнулась.
- У вас все функции в одной школе учатся? – продолжал расспросы Родион.
- Конечно, у нас же одна школа на все шесть деревень.
- Тогда, наверное, все дети-котангенсы должны учиться в одном классе, косинусы – в другом...
- Нет, - девушка, видимо, не вполне поняла сказанное. – Все дети разделяются на шесть групп. Это нужно, чтобы везде было равное количество детей, ведь с каждой деревни всегда разное количество. К тому же, так мы хорошо узнаем друг друга и потом дружим деревнями.
- И ты была в одной группе с Мэри и Анабэль?
- Да.
- Но как же вы все подружились? Вы ведь совершенно разные, - заметил Родион.
- Это очень забавная история. Сама жизнь свела нас под одну черту дроби.
- Расскажи, - попросил Родион. – Все равно нам еще идти.
- Хорошо, - согласилась Кэти. – Начнем с меня. Ко мне в школе всегда было особое отношение, как ко всем детям учителей. Тем более, что моя мама одна из самых строгих учительниц, многие опасались говорить с ней. Особенно сильно я чувствовала это со стороны одногруппников.
- Тебе что-то говорили? Или смеялись?
- Немного смеялись, но в основном из-за длины волос и платка на голове, - ответила девушка. – Просто я была под постоянным контролем и присмотром мамы. Никто не хотел такой же участи, поэтому близко со мной не дружили.
- А Мэри и Анабэль осмелились?
- У них были другие проблемы. Мэри всегда была шумной и полненькой, привлекала к себе много внимания, в том числе и учителей. Девочки не дружили с ней, считая ее некрасивой, зато вниманием мальчиков она никогда не была обделена.
- Это я заметил, - Родион усмехнулся. – А в чем была проблема Анабэль?
- В ней самой. Она всегда была очень тихой и скромной, - объяснила Кэти. – Ее просто не замечали, а сама она не стремилась заводить друзей.
- Так, а что вас объединило?
- Одиночество. Мы втроем оказались выброшены по другую сторону знака равенства в уравнении нашей группы. Мэри, конечно, могла общаться с мальчиками, но кого они интересуют в десять лет?
- То есть, вы просто объединились, потому что единственные остались без подруг? – уточнил парень.
- Ага. Без друзей, правда, был еще Рональд, но с ним лучше не связываться.
- Он и тогда был не с самым лучшим характером?
- Да. Но сейчас не о нем. А о том, как три девочки без подруг, я, Мэри и Анабэль создали свою неповторимую компанию, - продолжила рассказ Кэти. – Как только объединились мои смелость и ответственность, энергия и жизнерадостность Мэри, серьезность и спокойствие Анабэль, мы стали самой взрывной компанией в школе. Нами восхищались, нам завидовали, к нам хотели попасть. Но мы никого не брали, ведь мы были не нужны им, когда были по отдельности, а наша компания стала такой только благодаря сумме наших характеров, и мы знали, что если добавить еще слагаемое, то все изменится. Вот и вся история, - закончила Кэти.
- А что можешь рассказать про Рональда? – поинтересовался Родион.
- Я никогда его не замечала, ведь домашние дела, а потом и учеба, занимали все мое время, и мне было не до него. Я знала его, ведь мы с одной деревни, но не общалась с ним из-за его дурной славы ужасно избалованного ребенка.
- Нельзя было его баловать. Родители у него глупые, - сказал Родион.
- Не говори так, - Кэти нахмурилась. – Дядя Петр и тетя Мила – прекрасные функции. Особенно дядя Петр. Он добрый, честный, умный, работящий, веселый.
- А сын...
- Хотя и говорят, что по функции всегда видно первообразную, в их семье это не сработало. Рональд – единственный ребенок в семье, и родители баловали его, пока он был маленьким. Потом, правда, спохватились, но уже было поздно, - девушка вздохнула. – Тем не менее, родители очень любят его, помогают ему, чем могут, и всегда всем говорят о нем только хорошее. Послушаешь его отца – Рональд добрый, хороший и милый. Посмотришь на него в жизни – слизняк.
- Чтобы так кого-то называть, должны быть основания.
- А их разве нет? Да ты не знаешь Рональда! – воскликнула Кэти. – Он хитрый и подлый, а еще злопамятный. Обожает находить слабое место у других и потом использовать его в своих гнусных целях.
- И ты тоже была его жертвой? – спросил парень.
- Сначала нет. Он жил в своем дворе, и я, как уже говорила, не замечала его. Потом мы пошли в школу. С ним никто не дружил, мы с девочками объединились, а он остался один и начал портить отношения с одногруппниками. Он особо не выделял меня, разве что издевался насчет волос и платка. Когда нам было по 15 лет, все изменилось. Он ни с того ни с сего предложил мне стать его девушкой. Мне он не нравился никогда, да и мама не одобрила бы подобного.
- Ей-то какое дело? – удивился Родион. – Или Рональд успел к тому времени ей чем-то насолить?
- Нет, просто по старым традициям не принято ни с кем встречаться, - пояснила Кэти, - а особенно так рано. Вот я и отказала. За это Рональд обозлился на меня и начал искать слабое место.
- Нашел?
- Нашел. Это было нелегко сделать, но у него талант, - Кэти усмехнулась. – Он прознал, что я все время под контролем мамы, и она строго следит, чтобы я все соблюдала и заставляет отчитываться о каждой точке, через которую проходит моя котангенсоида.
- Как же он это узнал?
- Без понятия. Может, следил? Но я не знаю, на самом деле.
- Да уж, талант не спрятать и не потерять, - заметил Родион. – И как же он этим воспользовался?
- Он начал докладывать моей маме, что я нарушаю ее правила. Например, он часто прибегал и говорил: «Ваша Кэти опять ходит без платка!» и все в таком же стиле. Мама, естественно, ругала меня, хотя, такие выходки со стороны Рональда только располагали ее против него. Кстати, это еще одна причина, по которой родители разрешили тебе остаться, - сказала Кэти. – У нас никогда не было принято забирать чужую добычу, можно только дарить, но родители были совсем не против лишить Рональда добычи. Тем более, что ее поймал не сам Рональд, а его отец, и просто отдал сыну, чтобы того хоть немного начали уважать.
Родион вспомнил, как оживились Лаура и Генри, когда узнали, что он хочет забрать добычу именно у Рональда.
- Значит, охотник из Рональда тоже никудышный, раз отец охотится за него? – предположил парень.
- Да. И даже то, что дядя Петр отдал ему добычу, никак ему не помогло. Хорошо он умеет только находить уязвимые места у противников. Но мне повезло, что я встретила тебя. Я перекрыла его славу от добычи, и случайно отомстила за мучения в школе.
- Кстати, если мама ругала тебя из-за его доносов, почему ты просто давала ему повод? – неожиданно спросил Родион. – Носила бы платок, слушалась бы маму, и не было бы проблем.
Кэти махнула рукой.
- И так надо мной смеялись из-за платка и волос. А мама все равно все время ругалась.
- А сейчас ты почему в платке?
- От солнца.
- А я ведь тоже могу рассказать твоей маме про то, что ты пренебрегаешь платком в ее отсутствие. Ты этого разве не боишься?
- Нет, я тебе доверяю, - спокойно ответила девушка.
- Но почему? Ты ведь знаешь меня только два дня.
Кэти остановилась и взглянула на Родиона. На его залипшие темные волосы, смуглое лицо, зеленые глаза, кажущиеся меньше из-за линз в очках, нос, губы...
- Не знаю. Есть в тебе что-то такое, от чего тебе можно доверять, - сказала она и пошла дальше.
Родион шел за ней и думал: «Мне можно доверять. Мне, оказывается, можно доверять! Кэти мне доверяет! И правильно, я не подведу ее. Я оправдаю ее доверие. Ведь мне можно доверять! Ура!»