Часть 2 Аелион: Глава 9. Тени дворца
Дворец вздымался на чёрной скале, как застывший страж ночи, высеченный из единого куска обсидиана. Его шпили, словно острые когти, рассекали облака, заслоняя лунный лик, а стены, исчерченные тенями, отражали сотни огней — призрачный танец миллионов магических факелов. Всё здесь дышало стариной и властью, как будто время замедляло свой бег, преклоняясь перед этим местом силы.Внутри — звенящая тишина, где даже шаги стражи отдавались глухим эхом, а каждый голос в тронном зале множился, отражаясь от сводов, словно напоминание о тайнах и крови, пропитанной в этих стенах.На троне, словно изваянный самим мраком, восседал Король Драйн. Его лицо, суровое и безжалостное, было высечено чередой лет и сражений. Седина не приглушала мощи, а глаза — два угля в бездне — горели неугасимым огнём власти и гордыни. Рядом — Кернан, старший сын, высокий и сдержанный, закованный в мрак и золото, копия отца в молодости, с тем же холодом во взгляде и той же внутренней жёсткостью, что могла ломать судьбы одним словом. Кернан был тенью отца, но его тень была живой, способной к действиям и решению, и страна уже давно чувствовала два голоса в одном приказе.— Отец, — произнёс он ровно, наклонившись ближе, — слухи из Совета подтверждены. На границе миров замечено движение. Кто-то вновь разжёг древний портал.Глаза Драйна сверкнули — в тусклом свете они напоминали клинки, готовые ударить.— Значит, мальчишка всё же жив, — медленно, но с хищной усмешкой выдохнул король, и слова эти легли в зал, как приговор.В этот миг двери в тронный зал с гулом распахнулись. Вихрем ворвались Селена и Дрейк — принцесса в окровавленных доспехах и её младший брат, ещё с тронувшимися на плащах пылью и кровью охоты. В их глазах горели огонь и кровожадное веселье.— Мы вернулись, — бросил Дрейк, отряхивая с меча засохшую кровь, — и, как видишь, не с пустыми руками.Селена фыркнула, её взгляд скользнул по брату, острый и холодный, как клинок.— Если ты называешь трофеями свою вмятину на шлеме, то да — ты герой дня.— А твоя добыча, сестра, сбежала ещё до того, как ты вспомнила, на каком конце лук, — ухмыльнулся Дрейк, сверкая глазами.Король ударил ладонью по подлокотнику трона, — звук расколол тишину, как гром пред грозой. Его голос был холоден, как лёд на горных вершинах:— Довольно. У нас есть дело важнее охоты.Он перевёл тяжёлый взгляд на обоих детей, потом — на Кернана. Старший сын выступил вперёд, слова его были кратки и точны:— На окраинах замечена группа шпионов. У них — медальон с зелёным камнем. Этот артефакт слишком ценен, чтобы оставить его врагам.В глазах Дрейка вспыхнул азарт, губы растянулись в оскал охотника:— Медальон, говоришь? Значит, охота только начинается.Селена прищурилась, её голос зазвенел, как тонкое лезвие:— Постарайся в этот раз не перепутать шпионов с крестьянами, брат.— А ты, конечно, отличишь врага по цвету плаща? — парировал Дрейк. Между ними искрами пробегала старая, привычная дуэль.Король пресёк спор, его слова были тяжёлыми, как камень:— Вы пойдёте вдвоём. Найдите шпионов. Верните мне медальон... и их головы. Пусть их смерть станет предупреждением для всех, кто осмелится бросить вызов моей власти.Тишина, словно покрывало, вновь легла на зал. Кернан склонил голову, принимая приказ. В глазах Селены и Дрейка промелькнула искра — но сегодня их соперничество было не игрой, а вопросом жизни и смерти.— Мы выполним приказ, — ровно произнесла Селена. — Медальон и головы будут у ваших ног.Дрейк хищно улыбнулся, его рука легла на рукоять меча:— Пора показать этим шпионам, что значит перейти дорогу дому Драйна.***С каменных ступеней их шаги разносились отголоском по коридорам, где стены словно слушали каждое слово. Факелы отбрасывали длинные тени — изломанные, угрожающие, полные древних секретов.— Медальон с зелёным камнем... — задумчиво произнесла Селена, прохаживаясь пальцами по рукояти меча. — Странно, что из-за побрякушки встаёт весь орден.— Побрякушка? — Дрейк усмехнулся. — Если отец так рвётся, значит, эта штука стоит армии. Или двух.— Или он просто не доверяет тебе одного, — холодно бросила Селена.Дрейк скривился, но промолчал.Во дворе их уже ждали. Лошади били копытами по плитам, в воздухе чувствовался запах кожи, железа и магии. Капитан стражи поклонился:— Принц, принцесса, ваши гвардейцы и взвод ордена ждут вашего приказа.Селена окинула строй взглядом. Рядом стояла Айлина — высокая, сильная лучница, волосы её были сплетены в тугую косу. В этой женщине Селена доверяла не только луку, но и сердцу. По другую сторону был Каэль — её личный рыцарь, молчаливый, закалённый в сотнях боёв, его меч всегда был острым, а взгляд — твёрдым, но только для неё он позволял себе лёгкий поклон, от которого у Селены невольно дрогнуло сердце.За спиной Дрейка возвышался Торвальд — гигант в сияющих доспехах, его сила внушала уважение даже врагам. Здесь же был Элар — маг в тёмной мантии, с глазами, в которых мерцали синие огоньки потаённой силы.Дрейк оглядел свой отряд и довольно кивнул:— Выглядите так, будто ждёте праздника, а не крови.— Или ждём, когда ты, наконец, перестанешь переоценивать себя, — бросила Селена, затягивая перчатки.— Не переживай, сестрёнка. На этот раз половина трофеев твоя, — хмыкнул Дрейк.Рыцари рассмеялись, но стихли, когда Дрейк вскинул руку:— Цель ясна: шпионы и медальон. Мы не просто берём его — мы должны оставить за собой предупреждение. Ни один враг не уйдёт.Айлина натянула лук, уголки губ тронула усмешка:— Как всегда, принцесса, прямо в сердце?— Всегда, — твёрдо ответила Селена.Каэль шагнул вперёд, положив меч на плечо:— Мы пойдём за вами до конца, миледи.Торвальд грозно ударил кулаком по доспеху — гул прокатился, как боевой барабан, а Элар прошептал заклинание, и по его руке пробежал холодный синий огонь.Дрейк взглянул на сестру — в его глазах светился азарт:— Ну что, сестрёнка, готова к охоте?Селена улыбнулась краешком губ:— Вопрос только в том, кто станет добычей.Словно по команде, под их предводительством отряд рыцарей шагнул в ночь. Звук шагов заглушил тишину двора, и высоко над ними стены дворца отразили это эхо — эхом судьбы, что уже витала в воздухе.Впереди их ждали не только шпионы и чужие артефакты, но и сама развилка истории, которая могла повернуть в любую сторону. Тени дворца скользили за ними, и даже факелы не могли прогнать древние страхи, что рождались в сердце самой власти.