Глава 8. Возвращение домой
Вихрь света рассеялся, и Рей с трудом открыл глаза. Вместо привычной земной ночи его мгновенно окутала реальность, где каждый штрих казался нарисованным рукой древнего художника. Небо переливалось фиолетово-золотыми полосами, как будто в нем сплелись закат и рассвет сразу. Вокруг раскинулись гигантские деревья с серебристыми листьями, от которых исходило мягкое, мерцающее свечение — словно лес был живым, дышал и наблюдал.
Тишина была абсолютной, но не мёртвой — она пульсировала под кожей, как предчувствие. Воздух был насыщен свежестью и тонким ароматом: смесь прохладной мяты, мокрого камня и чего-то неуловимо волшебного, от чего у Рея щемило в груди.
— Мы... на Аэлионе? — выдохнул он. Голос звучал глухо, будто мир не спешил его впускать.
Макс, не отпуская оружие, медленно крутился на месте, улавливая каждое движение ветра, каждую тень.
— Похоже на то, — пробормотал он, напряжённо всматриваясь в лес. — Но мне это место не нравится. Слишком тихо. Даже птицы молчат... Как в фильме ужасов, только вместо маньяка — мы.
Рей надел медальон, переданный Кайларом. Камень на тёмной цепочке вспыхнул нежным светом, и от этого света по ладони растеклось ощущение покоя и силы, будто сама земля торопливо шептала: «Ты дома. Не бойся». Ему почудилось, что корни деревьев отозвались на его присутствие — и этот отклик был не чужим, а долгожданным.
— Этот медальон... — Рей провёл по камню пальцем, — он будто тянет меня куда-то. Как будто всё вокруг ожило и ждёт нас.
Внезапно издалека донёсся странный звук, похожий на переливающийся звон. В глубине леса вспыхнула световая река — тонкая, сияющая лента, прорезающая чащу и устремляющаяся к вершине ближайшего холма. На самой вершине проступила фигура. Она была почти нереальной: высокая, стройная, с длинными волосами, переливающимися золотом и серебром, словно в ней соединились две стихии.
Рей замер — в груди словно кто-то сжал сердце. Взгляд этой женщины был глубок и прозрачен, а в нём — тайная сила, властность и древняя печаль. Когда она посмотрела на него, внутри Рея вспыхнуло что-то забытое — чувство, будто он уже видел её во сне или в далёких воспоминаниях.
— Принц, — её голос разнёсся над лесом, будто шелест ветра, но в нем был приказ, от которого хотелось выпрямиться. — Мы ждали тебя.
Слова зазвенели, как призыв. Рей на мгновение почувствовал себя маленьким мальчиком, которого позвали к тайному костру. Он сглотнул:
— Я... Я не знаю, готов ли я, — признался он, ощущая, как медальон на груди становится всё тяжелее, будто в нём собрались все ожидания и страхи мира.
— Ты готов, — с едва заметной, почти материнской улыбкой ответила незнакомка. — Иначе Кайлар не отдал бы свою жизнь. Его вера и твоя решимость — вот что привело тебя сюда.
Макс продолжал озираться, его шутливый тон вдруг сменился мрачной серьёзностью. Он тихо прошептал:
— Не нравится мне всё это...
— Что нам делать дальше? — спросил он уже громче.
— Сначала отдохните, — ответила женщина, и её голос убаюкивал и тревожил одновременно. — А потом готовьтесь. Аэлион сам покажет вам путь, если научитесь слушать его шёпот. Но помните: не всё, что выглядит светом, — не-пременно добро...
На мгновение её лицо стало почти призрачно прозрачным, как будто она была частью самой магии этих земель.
Рей крепче сжал рукоять меча. Металл был непривычно лёгким, почти живым, и на секунду он ощутил, как древняя сила проходит сквозь него, соединяя с мечом тысячи забытых воинов. Он взглянул на Макса, и в их взгляде промелькнуло безмолвное согласие: они пройдут через это вместе.
— Тогда начнём, — твёрдо сказал Рей. — Мы не подведём Кайлара и... — он замялся, — и не дадим этому миру погибнуть.
И вместе они пошли по серебристой тропе, которая вела к центру света, где должна была развернуться новая битва за судьбу двух миров.