Ты - моя новая жизнь
Декабрь 2021
Первый снег в ее родном городе был серым и липким, превращаясь под колесами редких машин в грязную кашу. Диана стояла у окна в своей старой комнате, положив ладонь на еще плоский живот. Утренняя тошнота стала ее верным, хоть и неприятным, спутником. Она пила минералку крошечными глотками, пытаясь заглушить подкатывающую волну дурноты.
Ее день начинался в семь. Не с будильника, а с приступа тошноты. Потом — тихий завтрак с мамой. Ольга молча ставила перед ней тарелку с овсянкой. Молчание было их новым языком общения. В нем жили непрошеные советы, непролитые слезы и тяжелая, как камень, забота. После завтрака Диана надевала свой самый просторный свитер и шла в женскую консультацию. Запах хлорки и лекарств, очередь у кабинета с усталыми женщинами, безликие голоса из динамика… Это был ее новый университет. Ее новый факультет — факультет выживания.
В это самое время Даня просыпался в своей комнате в питерской коммуналке. Разбитый, с тяжелой головой после вчерашних посиделок со Славой. Его утро начиналось с сигареты и чашки обжигающего кофе, которую он варил в дешевой кофеварке, купленной на сдачу с первого крупного доната. Потом он включал компьютер и погружался в мир — в аналитику своих стримов, в монтаж коротких, хлестких видосиков для соцсетей, в переписку с менеджером. Его мир был ярким, быстрым, виртуальным. Он не чувствовал запаха снега или хлорки. Он чувствовал только запах успеха, который начинал щекотать ноздри.
Февраль 2022
Живот Дианы стал заметным. Она больше не могла скрывать его под объемными свитерами. Теперь на нее показывали пальцами соседки, а в магазине продавщицы смотрели с жалостливым осуждением. Она научилась не замечать этого. Ее мир сузился до размеров ее тела. Она разговаривала с ним, читала ему вслух не романтические романы, а учебники по детской психологии, которые брала в местной библиотеке. По вечерам, когда малыш начинал активно шевелиться, она ложилась на кровать, клала руки на живот и слушала. Это был ее диалог. Ее единственный по-настоящему честный диалог.
Даня в это время праздновал. Его канал преодолел отметку в полмиллиона подписчиков. Он снял первую серьезную рекламную интеграцию — энергетический напиток. Полученный гонорар казался ему фантастическим. Он снял студию побольше, все в той же коммуналке, выкинул старый диван и купил новый, модный. Вечером того дня, когда он получил деньги, он устроил грандиозный стрим с розыгрышем призов. Он кричал, смеялся, пел свои песни под гитару. Тысячи людей в чате писали, как он крут, как им нравятся его треки. Он парил. Он был счастлив. Мысль о том, что где-то есть девушка, которая вынашивает его ребенка, даже не мелькнула в его перегруженном впечатлениями сознании. Его мир был полон, ему не хватало места для старых призраков.
Апрель 2022
Диана и ее мама начали обустраивать детскую. Комнатой служила бывшая кладовка. Они сняли старые, пропитанные нафталином коробки, отмыли стены, поклеили самые простые, но светлые обои. Ольга принесла с завода лист ДСП, и они смастерили из него пеленальный столик. Диана красила его в белый цвет, и запах краски смешивался с запахом ее пота. Это был труд. Физический, изматывающий, но очищающий. Каждый штрих в этой комнате был кирпичиком в стене ее новой, самостоятельной жизни.
Даня записывал свой первый официальный трек. Не в домашней студии, а в настоящей, профессиональной. Он стоял за стеклом, в наушниках, и пел в дорогой микрофон. Звукорежиссер, взрослый мужчина с сединой в бороде, кивал ему, делая знак «окей». Даня ловил этот взгляд и чувствовал, как его распирает от гордости. Он был не просто стримером, он становился Музыкантом. После сессии он пошел в бар с командой, пил виски и говорил о грядущих турах, о клипах, о славе. Его жизнь была похожа на яркий, быстро монтирующийся клип, где не было места для длинных, медленных планов.
Июль 2022
Диана была огромной. Лето стояло невыносимо душное. Она целыми днями сидела у раскрытого окна, подставляя лицо слабому ветерку, и шила. Распашонки, ползунки, крошечные чепчики. Иголка в ее пальцах была послушной и точной. Это занятие успокаивало. Монотонные движения, ровные стежки… Это была медитация. Иногда малыш упирался в ребра ногой, и она останавливалась, закрывала глаза, дышала глубоко и ровно, как учили на курсах. «Терпи, сынок, — шептала она. — Терпи.»
Даня в это время давал свое первое уличное шоу. На набережной Мойки собралась толпа. Он пел, играл на гитаре, шутил. Девушки в первом ряду смотрели на него влюбленными глазами. Солнце палило нещадно, пот заливал глаза, но он был на седьмом небе. Кто-то из зрителей протянул ему бутылку воды, и он с благодарностью сделал большой глоток. В этот момент его взгляд скользнул по счастливым лицам и на секунду зацепился за пару — молодой парень поддерживал под руку беременную девушку. Что-то кольнуло Данино сердце. Смутное, неясное воспоминание. Но тут кто-то крикнул: «Кашин, ты лучший!» — и ощущение исчезло, растворилось в гуле толпы.
Сентябрь 2022. Роды.
Это была не боль. Это была стихия. Огненный вихрь, который рвал ее тело изнутри. Длинные, серые, безжалостные часы в предродовой. Ольга не отпускала ее руку, и Диана впивалась в эти шершавые, родные пальцы, как в якорь. Она думала, что сходит с ума, что умрет. Потом — финальная, режущая все внутри потуга, чувство пустоты, оглушительной, абсолютной, и…
Тишина.
И вслед за ней — пронзительный, яростный, живой крик.
Его крик.
Акушерка положила ей на грудь теплый, скользкий, шевелящийся комочек жизни. Он был смятый, красный, невероятный. Он широко открыл мутные глазки, будто пытаясь разглядеть этот новый, шумный мир, и его крошечная, идеальная ручка с неожиданной силой сжала ее палец.
Слезы текли по ее лицу сами, без ее воли. Она не рыдала, она просто плакала — от боли, от облегчения, от безумного, всепоглощающего ужаса и любви.
— Тимофей, — выдохнула она, заранее решив дать ему твердое, старое, надежное имя. Но сердце ее знало другое имя. Тайное, прощальное, выжженное в памяти болью и предательством. Даня. Ты — моя новая жизнь. Ты — мой сын.
Октябрь 2022 – Март 2023
Ее жизнь превратилась в циклический процесс, лишенный сна, покоя и личного пространства. Ночь в 2:23. Кормление. Тима сосал жадно, причмокивая, его маленькая рука упиралась в ее грудь. Потом — смена подгузника. Потом — он не хотел засыпать. Она ходила с ним по комнате, качала, напевала бессвязные песни. За окном была непроглядная тьма. Она падала от усталости, но стоило ему, наконец уснув, уронить головку ей на плечо и беззвучно вздохнуть, как в груди расцветало что-то теплое и сильное.
Однажды, в один из таких бесконечных дней, Тима впервые осознанно улыбнулся. Не во сне, а глядя прямо на нее. Улыбка была беззубой, неловкой, и от этого еще более прекрасной. Диана схватила телефон, сняла это, а потом разрыдалась, прижав его к себе. Это была первая награда. Первая победа в этой войне на истощение.
В это время Даня праздновал новый виток успеха. Его трек попал в мейнстрим-чарты. Он летел в Москву на свое первое телевизионное интервью. В самолете он смотрел на облака и чувствовал головокружение от высоты. Его менеджер говорил о новых контрактах, о гастролях. Жизнь мчалась с бешеной скоростью.
Как-то раз, уже глубокой ночью, после долгого стрима, он остался один в своей новой, стильной квартире-лофте. Тишина была оглушительной. Он подошел к панорамному окну, глядя на спящий город. И вдруг, откуда-то из самых потаенных уголков памяти, к нему вернулся образ. Не Дианы, а ее глаз. Таких светлых, полных безграничного доверия. Ему стало не по себе. Тоскливо. Он встряхнул головой, подошел к барной стойке, налил виски. «Призраки», — буркнул он себе под нос и сделал большой глоток, запивая ими эти внезапно нахлынувшие тени прошлого.
А в это время Диана, укачивая на руках заснувшего наконец Тиму, смотрела в окно своей комнаты на тусклый фонарь во дворе. Она была невероятно уставшей. У нее не было диплома, карьеры, денег. Но у нее был он. Теплый, тяжелый, дышащий ровно у нее на плече. Его запах — молока и детской кожи — был самым дорогим ароматом в мире.
— Ты моя новая жизнь, — прошептала она, целуя его в макушку. И в этих словах не было ни капли сожаления. Только усталая, бесконечная, всепобеждающая любовь.