Глава 9. Близость на грани фола.
Загородное поместье Кассиана в Суррее больше напоминало крепость, чем жилой дом. Высокие стены, бесконечные ряды камер и тишина, от которой закладывало уши. После хаоса в Лондоне эта тишина казалась зловещей.
Кассиан отказался от госпитализации. Его личный врач наложил швы и уехал, оставив строгие инструкции. Тони настоял на том, чтобы я осталась: «В городе сейчас небезопасно, Алия. Варг ищет слабое место босса. А вы сейчас — его самая яркая мишень».
Я стояла у окна в гостевой спальне. На мне была простая белая рубашка, которую мне дала экономка, и мой платок, который я повязала сразу же, как только мы покинули особняк. Руки всё еще подрагивали, когда я вспоминала кровь на своих пальцах.
В дверь постучали. Это был Тони.
— Он зовет вас. Отказывается принимать обезболивающее и выгоняет медсестру. Вы — единственная, кого он сейчас не пристрелит за попытку подойти.
Я глубоко вздохнула и направилась в его спальню.
Комната была погружена в полумрак. Пахло антисептиком, дорогим табаком и чем-то еще — мужским, терпким. Кассиан полулежал на кровати, откинувшись на подушки. Его грудь была обнажена и туго перебинтована, правое плечо зафиксировано. В тусклом свете ночника он выглядел как падший ангел — израненный, злой и пугающе красивый.
— Пришли поглумиться над моей беспомощностью? — прохрипел он, не открывая глаз.
— Пришла сменить вам повязку, потому что вы распугали персонал, — я подошла к кровати, стараясь не смотреть на его атлетическое тело.
Я села на край кровати. Мои пальцы коснулись края бинта. Кассиан резко открыл глаза. Его взгляд, обычно холодный и расчетливый, сейчас был затуманен болью и лихорадкой.
— Почему ты не ушла, Алия? — повторил он свой вопрос из машины. — У тебя был шанс. Тони бы тебя прикрыл. Ты могла бы вернуться к отцу, к своим книгам... к своей тихой, правильной жизни.
— Я не бросаю людей в беде, — ответила я, аккуратно снимая старый бинт. Рана выглядела скверно, но швы были целы. — Даже тех, кто заставил меня предать себя.
Кассиан издал сухой смешок, который тут же перешел в болезненный стон.
— Предать себя? Из-за того, что ты показала волосы? Ты слишком строга к себе.
— Для вас это просто волосы. Для меня — это интимность, которую я храню для того, кого люблю. Вы отняли у меня право выбора.
Я прикоснулась к его коже прохладным антисептиком. Кассиан вздрогнул, его мышцы напряглись. Его левая рука, здоровая, вдруг взметнулась и перехватила мое запястье. Его хватка была слабее, чем обычно, но жар, исходивший от его ладони, обжигал.
— Ты ненавидишь меня, — это был не вопрос, а утверждение.
— Я не умею ненавидеть, Кассиан. Но я чувствую к вам... жалость.
Его глаза вспыхнули гневом.
— Жалость? Мне не нужна твоя жалость!
Он резко дернул меня на себя. Я не удержалась и упала грудью на его здоровое плечо. Наши лица оказались в сантиметрах друг от друга. Его дыхание, пахнущее мятой и жаром болезни, коснулось моих губ. Мое сердце забилось в горле.
— Ты боишься меня, — прошептал он, и его пальцы медленно скользнули по ткани моего платка, очерчивая линию челюсти. — Боишься того, что я могу сделать. И того, что ты сама можешь почувствовать.
— Вы бредите, у вас жар, — я попыталась отстраниться, но он не отпускал.
— Мой жар не от раны, Алия. Ты вошла в мою жизнь как наказание. Ты — единственная вещь, которую я не могу купить. Единственная душа, которую я не могу сломать, не уничтожив при этом самого себя.
Его рука переместилась на затылок, притягивая меня еще ближе. В этот момент между нами не было босса и ассистента, мусульманки и мафиози. Были только два человека в пустой комнате, окруженной врагами.
— Если я поцелую тебя сейчас... — его голос стал совсем низким, — ты возненавидишь меня навсегда? Или ты поймешь, что под этой маской праведницы бьется такое же грешное сердце, как и мое?
Я смотрела в его глаза и видела в них бездну. И самое страшное было в том, что бездна больше не пугала меня. Она манила.
— Кассиан... — мое дыхание сорвалось.
В этот момент в коридоре раздался тяжелый топот и голос Луки:
— Кассиан! Тони сказал, ты еще дышишь? У нас проблемы, люди Варга сожгли склад в доках!
Кассиан закрыл глаза и выругался сквозь зубы. Он медленно разжал пальцы, отпуская меня.
— Уходи, Алия. Пока я не сделал то, о чем мы оба будем жалеть каждое утро до конца жизни.
Я вылетела из комнаты, едва не сбив Луку в дверях. Он проводил меня подозрительным взглядом, но мне было все равно. Я бежала в свою комнату, прижимая ладонь к губам, которые всё еще горели от его близости.
Я поняла: рана Кассиана заживет. Но та трещина, что появилась в моей броне, теперь будет только расти.