Глава 14
- Никон, ты придурок! Мозги вовсе отсутствуют. Какой из тебя колдун вообще? - всё бурчал голос в голове парня, но тот молчал. Юноша прекрасно знал, что смысла спорить с ним нет. - Самый глупый носитель этого знака. Мне стыдно быть твоим наставником.
- Заткни свой рот! - крикнул Никон, не выдержав всех оскорблений, которые он успел услышать в свой адрес. - Вечно меня оскорбляешь, вечно мной недоволен. Я был бы только рад не обладать этим знаком, а жить как все нормальные люди! - вырвалось изо рта Сэлениэля. Через секунду к нему пришло осознание того, что он только что сказал.
Повисла тишина - гробовая, темная и невыносимо давящая. Голос впервые за долгое время просто умолк и больше ничего не говорил. Никон не знал, почему так сказал, но эта фраза вырвалась будто сама собой. Неужели он действительно не хотел этой силы? Где-то в глубине души просто желал быть обычным, как все? Всю жизнь его прессовали, издевались за то, какой он. Каким бы он ни был. Вечные издевки, что он сын чудовища. Вечно белое пятно, вечно чужой. И снова то же самое.
- Нет, в этот раз всё по-другому. Я не дам никому себя обидеть. Больше никогда. Я больше терпеть не намерен, - проговорил сам себе под нос парень.
Подняв голову выше, будто демонстрируя уверенность в своих словах, Никон зашагал более твердой походкой. «Даже тебе не разрешу больше над собой издеваться», - подумал Сэлениэль. «Когда-то и тебе отомщу, обязательно», - смотря вдаль, всё размышлял юноша. Хоть голос и помогал ему, но точно преследовал свои цели. Парень давно научился никому не доверять.
Спустя час Никон уже подошел ко входу в Звездную пристань. С каждым шагом дышать становилось всё тяжелее - воздух стал будто вязким, неприятным и тяжелым. Внутри всё болезненно сжималось и пульсировало, в горле пересохло. Ладони стали холодными и потными; сжав их в кулаки, Никон старался не думать о плохом. Прикусив губу почти до крови, парень пытался успокоиться. Надев капюшон, который наполовину скрывал его лицо, он стал идти быстрее, смотря вниз. Жезл Сэлениэль спрятал сзади под свой плащ.
- Куда мне идти, когда я войду в город? - спросил еле слышно он. Долго ответа ждать не потребовалось.
- К порту. Прыгнешь в воду, а дальше поймешь, - коротко сказал дух. Никон же еле заметно кивнул.
Когда тот вошел в город, внутри всё еще больше сжалось. Парень давно не видел столько людей. Он в принципе всегда пытался держаться от них подальше. Шум улиц сразу же ударил ему в уши. Кто-то громко спорил, кто-то кричал, а кто-то просто разговаривал. Обрывки различных фраз доносились каждый раз, когда он проходил мимо.
На столбах он заметил свое фото и имя. Его разыскивали. «Странно, только сейчас решили развесить мои фотографии по городу? Идиоты». Подойдя к очередному объявлению, его уголки губ поднялись в еле уловимой насмешке. Ему было смешно от того, насколько король боялся. Боялся его.
«Разыскивается парень. Сэлениэль Никон. Возраст: 25 лет. Имеет два знака класса: рыцарь и колдун. Этот человек несет большую опасность нашему королевству. Если встретите его - немедленно оповестите власти. Фото прилагается».
Прочитав содержимое листка, Никон незамедлительно сорвал его, порвал, а затем выбросил на землю. Втоптав кусочки бумаги, он почувствовал, что ему стало немного легче. Внутри всё кипело от злости. По венам разлился жидкий огонь. «Опасность нашему королевству... А сами-то? Ублюдки», - думал Никон, смотря вниз. В глазах вспыхнул опасный, первобытный блеск.
- Успокойся и не привлекай внимания, идиот, - устало проговорил дух в голове. Услышав знакомый голос, Никон лишь хмыкнул. - Пошли дальше.
- Это несправедливо, - пробурчал под нос Сэлениэль, отойдя от столба, где недавно висело объявление о его розыске.
- В этом мире нет справедливости. Только судьба. От нее не убежать, - голос сделал паузу, а после продолжил: - И то, что ты сказал мне ранее... Это твоя судьба. Ты колдун. Хочешь ты этого или нет. Ты обязан стать злом, чтобы совершить переворот и свергнуть другое зло. В этом мире нет добра. Лишь разная форма тьмы. Ты - одна из ее форм.
Никон слушал, и впервые ему не хотелось перебить его или возразить. Судьба... какое интересное слово. Парень всегда верил в то, что ее невозможно изменить. То, что написано ею с самого твоего рождения - твой путь, который ведет тебя к твоему предназначению.
- Эй! - вдруг кто-то окликнул его. В этот момент внутри юноши всё буквально перевернулось. Сердце стало колотиться, как бешеное. Еще чуть-чуть, и оно бы выскочило из его груди. Ноги будто застыли, не способные сделать ни шагу. Рука само собой нащупала жезл на спине; всё тело было готово к обороне.
- Вы потеряли, - протянул рыцарь кожаный мешочек с деньгами, который, очевидно, отвязался с его ремня на штанах.
- Спасибо, - смотря в пол, сказал Никон. Он облегченно вздохнул. Как только парень хотел уже уйти, незнакомец поймал его за руку.
- У вас такой голос знакомый, мы раньше нигде не встречались? - спросил юноша у него. Тот лишь тяжело сглотнул, продолжая смотреть так же вниз, чтобы не выдать свою внешность.
- Вряд ли, - коротко ответил он. Но рыцарь никак не отпускал его.
- А можно глянуть на вас? - кивнув на капюшон, который явно мешал рассмотреть лицо, заинтересованно спросил он. Но вопрос больше прозвучал как приказ. Никон напрягся, всё тело сжалось.
- Читай заклинание иллюзий, быстро, - послышался голос в голове.
Никон незамедлительно стал что-то шептать на древнем языке, а после поднял голову, надеясь, что не напутал слова, и магия сработает. Когда он взглянул на рыцаря, то тут же опешил. Перед ним стоял Кай. Тот самый парень, который поначалу казался ему приятелем в академии, но после предал его. Его золотистые волосы отблескивали на солнце, а глаза горели интересом.
Когда Кай увидел незнакомого ему мужчину, то его взгляд тут же заметно погрустнел, а рука медленно отпустила его.
- Извините, - его взор потерял былой блеск, став мутным и безразличным. - Вы просто напомнили мне одного знакомого. У него тоже был такой бархатный и низкий голос. Можете идти, - сделав шаг назад, он поклонился в знак извинения.
Никон лишь кивнул и направился дальше. Через пять минут заклинание пропало. Но голова уже была забита не этим, а Каем. Хоть тот и выбрал сторону Хисына, как ему показалось, но всё же... Мысли о нем не давали покоя. Как он мог узнать его лишь по коротким ответам?
Всё время в темнице он думал о том, кто его сдал. Кто рассказал. Но однажды ему кто-то подбросил лист. В нем говорилось о том, что именно Кай сообщил Хисыну о его силе. А со временем сам Ли и донес на него, предварительно согласовав это с Хюнином. В этот момент мир будто исчез, ушел из-под ног. Лист упал на холодный пол, но он не был для него таким ледяным, как содержание письма. Послание стало для него еще одним подтверждением того, что в этом мире никто не будет верен тебе, если ты не такой, как все.
Никон и не старался скрывать свой секрет перед Каем, даже планировал рассказать, но не успел. Его задержали. А оказалось, что парень и так всё знал. Догадался. И вместо того, чтобы сохранить тайну - донес.
- Я же мог только что убить его, но не стал. Почему? - смотря в пол, хмыкнул Никон. Уголки его рта дрогнули в горькой улыбке. - Сказать лишь небольшое заклинание - и убить, отомстить.
- Если бы ты это сделал, то немедленно раскрыл бы себя. Иногда нужно уметь отпускать. Мстить всем и каждому - удел придурков. Ты должен стать умнее, - вмешался во внутренний диалог дух.
Сэлениэль нахмурил брови, услышав его слова у себя в голове. Впервые за долгое время голос не подколол его, не обозвал и не назвал ничтожеством. А просто... поддержал.
- Что это за сладкие слова? А где же подколы? - едко ответил ему Никон. Но голос лишь промолчал. - Молчишь, значит? Ладно, - хитро протянул парень и стал идти в полной тишине.
Мысли о Кае порой возвращались, но он сразу задвигал их в самый дальний угол памяти. Пройдя наконец людную часть города, Никон приблизился к порту. Где-то там, под толщей воды, скрывался вход в Виланию. Цель была почти у его рук, осталась лишь малость.
Каждый раз, когда Сэлениэль видел рыцарей в белом - в их золотых доспехах, слепящих на солнце, - в голове пролетали еле уловимые мысли: «А что, если... Что, если бы я стал одним из них? Если бы никогда не превратился в того, кто я есть сейчас. Неужели меня бы тоже так уважали?» Но он тут же их отбрасывал. Ему становилось стыдно за то, что он о таком даже осмелился подумать. Парень - колдун, а не какой-то жалкий рыцарь, который подчиняется указам короля.
- Просто прыгнуть в воду? - стоя на краю кирпичной дороги, спросил Никон. - Тут уйма людей.
- Просто прыгай, а дальше не волнуйся. Даже если они всё поймут, то не успеют тебя догнать, - сказал ровным голосом дух.
- Ладно, - промямлил он, глядя куда-то в район своих ботинок. Втянув носом воздух, пропахший солью, юноша прыгнул вниз.
Звуки исчезли, остались только холод и синева. Его волосы расплылись в воде, одежда вздулась. Было темно, всё вокруг казалось одинаковым и неразборчивым.
- Бери жезл и свети им. Когда ты подплывешь к телепорту, он засветится ярким фиолетовым цветом, - проинструктировал его дух. Никон тут же послушался и снял посох со спины. Он действительно еле-еле, но освещал путь. - И плыви быстрее. Воздух у тебя не бесконечный. Тебе повезло, что никто особо не обратил внимания на твои попытки суицида, - в его голосе был слышен очевидный сарказм.
Сэлениэль лишь закатил глаза. Ответить он ничего не мог в силу того, что был под водой. Проплыв так несколько метров, жезл стал светиться всё сильнее и сильнее, указывая, что цель уже близка. Через пару минут глазам Никона предстал разлом. Огромная черная полоса на дне, за которой не было видно ничего. Только холод, тянущий за ноги вниз.
- Ныряй туда, - сказал вдруг голос, будто прочитав его мысли о том, что тот колеблется. - С тобой ничего не будет. Это просто разлом между двумя мирами. Единственное, что ты почувствуешь - давление и сжатие. Но это будет несколько секунд.
Сэлениэль кивнул, давая понять, что услышал его. Легкие уже начали гореть от того, что воздуха стало катастрофически не хватать. Резко сорвавшись с места, Никон отбросил все мысли и нырнул в бездну.
***
На заднем дворе библиотеки одиноко сидел Бомгю и старался выполнить новое задание Ёнджуна - почувствовать земную энергию. Почувствовать жизнь растений - то, как они дышат и общаются между собой. Но у парня было тяжело с концентрацией. Уже два дня Серена не разговаривала с ним. Избегала и пыталась не попадаться ему на глаза.
- Да почему не выходит? - закинув голову назад, он пробормотал это себе под нос, словно просто разминал шею.
- Учитель Ёнджун, у меня вышло! - радостно вскрикнул ребенок, когда у него получилось самому вырастить тюльпан. Бомгю глянул в его сторону и раздраженно закатил глаза.
- Молодец, - похвалил его Джун и погладил по голове. - Смотри, Бомгю, даже ребенок может вырастить цветок. - Ёнджун ехидно улыбнулся, а его глаза блестели озорством.
Гю же сделал вид, будто ему вовсе это не интересно. Чхве сидел на земле, вжимая ладони в кору дерева. С закрытыми глазами он пытался представить, как глубоко уходят корни, как они переплетаются с другими, создавая под землей целый мир. Дыхание стало ровным, а мысли впервые за долгое время растворились. Шум, что окружал его всё время, пропал. Больше не было слышно ни детей, с которыми занимался Ёнджун, ни обычных прохожих, ни птиц, летающих неподалеку.
Будто всё стихло в один момент. Вместо глухой темноты Бомгю увидел фиолетовую энергию, которая ползла по корням, а после стихала. Он услышал чей-то голос. Это было больше похоже на застывшее воспоминание, которое осталось в корнях деревьев.
- Чертовы заклинания! Будь проклят тот день, когда я стал колдуном, - раздалась эхом фраза незнакомого парня. А после Бомгю почувствовал выплеск темной энергии.
Резко открыв глаза, парень ощутил, как по его венам вновь стала расползаться черная жидкость - яд Саурус. Прикусив губу от боли, Гю схватился за грудь. Яд так быстро распространялся по его организму, что буквально в секунду оказался прямо у сердца. Сжав руку до крови, Бомгю облокотился о забор и закрыл глаза. Дышать было очень тяжело, настолько, что парень чуть не задыхался. Опустив руку, юноша стал нащупывать сумку, которая всегда была при нем. Еле как найдя там бутылочку, он жадно выпил содержимое.
- Бомгю, что такое? - заметив странное состояние, Ёнджун подбежал к нему. - Дети, продолжайте заниматься, я сейчас! - крикнул им он и сел рядом с Гю.
Тот ничего не ответил, а лишь еле слышно простонал. Глаза были по-прежнему закрыты, на шее выступали черные следы.
- С чего вдруг яд так активизировался? - заметив отметины на коже, задал риторический вопрос Джун.
- Уже... всё... нормально, - делая долгие паузы, ответил Бомгю. Открыв глаза, он заметил встревоженный взгляд друга, который бегал по всему его телу.
- Что ты только что делал? Можешь вспомнить? - лицо Ёнджуна осталось неподвижным, а голос стал пугающе низким. В нем не было гнева - только ледяная, выверенная серьезность, от которой по коже пробежал холодок.
- Я услышал чей-то голос и видел сгустки фиолетовой энергии, которая текла по корням деревьев. Скорее всего, я уловил воспоминание, - боль постепенно стала уходить, как и чернота на коже. Но всё равно в голосе была слышна еле уловимая усталость.
- Да что тебя так тянет к чернухе этой? - Чхве раздраженно цокнул и тяжело вздохнул, до боли растирая переносицу. - Похоже, ты наткнулся на нашего колдуна и по совместительству брата Серены, - его голос звучал ровно, будто ничего удивительного парень не услышал. Джун встал с земли и отряхнул одежду от песка. - Расскажешь Серене?
- Она со мной не разговаривает, - имя девушки было для него своего рода триггером. Гю закатил глаза так, что на миг у него пропали зрачки.
- Я бы на ее месте вообще с тобой не возился, - рыжий криво усмехнулся, явно довольный своей колкостью.
Бомгю лишь махнул рукой, показывая, что разговор исчерпан и ему не хочется его продолжать.
- Хватит с тебя тренировок сегодня. Пойдем, поможешь мне с детьми, - похлопав его дружески по плечу, сказал уже более веселым голосом Ёнджун.
- Как? Я в магии ни черта не знаю, - встав на ноги, он кинул на него вопросительный взгляд.
- Читай книги, которые я тебе дал, и будешь знать, - снова колкость. От очередной шутки Бомгю передернуло.
- У тебя рот не затыкается?
- Увы... - Ён наигранно вздохнул и пожал плечами, будто ему было грустно от этого. - Это лучше, чем быть занудой вроде тебя, - кинул ему напоследок Ёнджун и ехидно улыбнулся. А после подошел к ребенку, не дав парню ответить.
День прошел быстро, солнце уже садилось, прячась за высокими домами и деревьями. Ученики уже давно разошлись, Ёнджун сидел в библиотеке и заполнял бланки, отмечая достижения своих подопечных. Бомгю сидел недалеко от него и читал книгу, которую ему всунул буквально двадцать минут назад Джун. Читая содержимое, Гю не особо вникал в смысл, и оно явно не откладывалось у него в памяти.
Вся его голова была забита другим. Если парень действительно наткнулся на след Никона... Серена же говорила, что чувствовала его энергию где-то недалеко. Тяжело вздохнув, юноша откинул голову назад и посмотрел в потолок. «Стоит ли ей рассказывать? Это же ее брат», - думал он. Эти мысли не давали ему покоя. «Интересно, что будет, когда я встречусь с ним. Серена, наверное, возненавидит меня». Бомгю снова тяжело вздохнул и закрыл на миг глаза. С одной стороны, ему было тяжело от того, что он ведет двойную игру с человеком, который хотел лишь помочь ему. Но с другой стороны... почему его должны волновать чувства других людей? Почему его волнует то, что о нем подумает именно Серена?
- Задрала, - вдруг подал голос брюнет и взъерошил волосы. Ёнджун лишь криво взглянул на него, но ничего не стал спрашивать. - Почему мне не всё равно? - Его голос звучал устало: ситуация с Сереной и её обидой явно выпила из него все соки.
- Извинись просто, - не выдержав, вмешался Джун, не отрываясь от тетради. Он понял, о чем говорил Бомгю. - Ты действительно сложный человек. Представь только, сколько раз она подавляла обиду и прощала тебя. Знаешь, порой мне тоже не хочется с тобой разговаривать, - положив за ухо карандаш, проговорил Чхве, а после закрыл тетрадку.
Бомгю ничего не ответил, а лишь задумался над словами Ёна.
- Ладно, пошли уже, - устало потянувшись, сказал рыжий и встал из-за стола.
- Мгм, - промычал Гю и закрыл книгу. Он уже хотел было оставить её в библиотеке, но Ёнджун велел забрать с собой, ибо два дня они приходить сюда не будут. Гю явно был этим недоволен, но сделал так, как было велено.
Придя домой, первым делом Бомгю, как назло, наткнулся на Серену, которая лежала на диване и читала какую-то книгу. Ее волосы спадали с одной стороны и почти доставали до пола. Она не сразу услышала, как они пришли. Отложив лишь на миг книгу в сторону, девушка поздоровалась лишь с Ёнджуном, специально проигнорировав парня. Так было и вчера, а два дня назад он даже не видел ее. Закрылась в своей комнате и не выходила до утра. Бомгю хотелось спросить, что случилось, но в то же время он прекрасно понимал, что это не его дело.
Поджав губу, Гю прошел мимо нее. Серена же провела его взглядом, а когда тот резко остановился и посмотрел на нее, тут же сделала вид, будто внимательно читает.
- Серена, - подал голос брюнет, но та даже бровью не повела. - Серена, - повторил он и подошел ближе. Его голос был еле слышным и низким. В руке Бомгю почувствовал знакомый укол боли. - Прости, - процедил сквозь зубы он. Было видно, что слова давались ему тяжело.
Девушка же продолжила лежать на диване и смотреть в книгу, но ее мысли уже давно были далеко от сюжета. От простого слова «извини» по коже пробежали мурашки. Она явно не ожидала, что он снова признает свою вину.
- Да хватит читать! - Бомгю резко вырвал предмет из её рук и кинул на пол. Его взгляд пылал каким-то незнакомым огнём, а дыхание стало сбивчивым. - Я с тобой разговариваю или со стенкой? - юноша стиснул зубы так, что во рту появился привкус металла.
- Возможно. Я же для тебя пустой звук, - пожала плечами девушка. Во взгляде читалась уверенность, которая раздражала и манила одновременно. Гю лишь хмыкнул и усмехнулся одним уголком губ.
- Так, значит? - произнес он нарочито спокойным, но опасно вибрирующим голосом. - Ладно, продолжай думать так дальше. Ты же лучше знаешь, что творится в моей голове, - нарочно выделив последние слова, парень развернулся и направился в свою комнату, сжимая кулаки до боли.
- А хрен его знает, что у тебя в голове. Ты же вечно врешь мне, - сказала вслед ему Серена. Эта фраза была как стрела, которая прошла сквозь него и оставила болезненный след внутри.
Чхве резко остановился и снова зашагал к ней, только в этот раз быстрее. Секунда - и девушка даже не успела понять, как он оказался так близко. Бомгю положил руку на спинку дивана и склонился к ней. От такой неожиданной близости она сжалась.
- Ты тоже не так проста, Сэлениэль Серена, - процедил сквозь зубы парень и прищурил глаза, смотря на неё так пристально, будто пытался прочитать мысли по движению зрачков.
- Кто бы говорил, - ответила ему тем же она и приподнялась на локтях, сокращая расстояние между ними до минимума, будто дразня его и показывая, что не боится.
Бомгю лишь склонил голову набок, смотря на нее уже с нескрываемым интересом. Между ними словно натянули невидимый провод под высоким напряжением - любой случайный жест мог привести к взрыву.
- Почему ты два дня назад закрылась в своей комнате и не выходила до утра? - спросил почти в губы Гю, продолжая сверлить ее взглядом.
Когда та услышала вопрос, прежний огонек в ее глазах тут же потух, и она оттолкнула его от себя.
- Не твое дело, - процедила она и встала с дивана. - Когда ты расскажешь мне то, что скрываешь, и почему ты так изменился за последнее время - я отвечу на твой вопрос, - ответила шатенка, стоя к нему спиной. Было заметно, что всё ее тело напряжено.
- Это сложно, - сказал Чхве тихо и отвел взгляд в сторону.
- Тогда мне тоже, - кинула она напоследок и скрылась за дверью комнаты. Бомгю лишь провел ее тяжелым взглядом. Внутри всё хотелось сорваться, подойти к ней и рассказать хотя бы часть правды, но в то же время что-то останавливало его.
Заметка: друиды могут чувствовать и видеть воспоминания о том, что когда-то было, просто сконцентрировав всю силу на растении. Каждый корешок связан между собой и может привести к чему-то конкретному. Но не все друиды могут войти в контакт с подземной сетью. Радиус этой силы небольшой - 3-5 км.