Глава 11
- Вставай, - резко дернув одеяло, сказал Ёнджун. Бомгю же поморщился и недовольно глянул на парня. - Что смотришь? Одевайся, - кинул Чхве напоследок и вышел из их общей комнаты.
Бомгю же тяжело выдохнул и поднялся с кровати. Такое резкое пробуждение оставило неприятный осадок внутри. Вдруг юноша поймал себя на мысли: начиная со вчерашнего вечера, он больше не чувствует ту самую тяжелую пустоту внутри себя, как всегда. Наоборот.
- Неужели книга не соврала и даровала мне негативные чувства? - взъерошив себе волосы, парень встал с кровати и подошел к своей сумке, что висела на краю стула.
Посмотрев по сторонам, Гю неуверенно достал ее и открыл. От нее шла неприятная и темная энергетика. Внутри были различные слова, которые были ему незнакомы, как и раньше. Пустых страниц, как в его мире, он не обнаружил. Все они были заполнены и написаны кем-то от руки. После того как Бомгю нашел ее в том странном доме в лесу, больше не открывал. Даже забыл, но она все же дала о себе напомнить.
- Как же мне найти ее брата? - томно вздохнул брюнет и сел на стул. Вдруг в комнату вошел Ёнджун.
Он был явно недоволен тем, что тот еще не вышел из спальни. И, по всей видимости, даже не собирался этого делать. Увидев, кто вошел, Гю сразу же спрятал «Эпитафии Светил» обратно в сумку и сделал вид, будто что-то яро в ней искал. Джун же странно глянул на него, подозревая его в том, что тот что-то явно скрывал.
- Ты идешь? - подойдя ближе, спросил он и невольно заглянул внутрь сумки, но парень сразу же закрыл ее.
- Да, иду, - ровным голосом ответил юноша и встал со стула. - Мне нужно одеться, и я выйду. К чему такая спешка? - его голос был немного раздражен, но чтобы не сильно выдавать себя, Бомгю пытался сдерживать себя и вести как обычно.
Вчера он сорвался и совершил ошибку. Никто не должен заметить изменения в его поведении. Даже если Ёнджун не знает его хорошо и, по сути, почти не разговаривал с ним до того, как Чхве заключил контракт с книгой в его мире.
- Работа, мальчик, работа. Она не ждет, - похлопал его по плечу рыжеволосый. - Или ты никогда не работал? - подняв бровь в его сторону, спросил Джун.
В этот момент перед глазами Бомгю появились картинки прошлого, и внутри стало ужасно неприятно. Будто кто-то медленно раздирал когтями на куски его изнутри. Такая эмоция была для него чем-то новым. Парень вспомнил свою работу в мире, где брюнет жил все свои годы жизни. Она была не из приятных. Даже в другом городе, где никто его не знал, находились люди, которые разносили слухи о том, откуда он и какие странности выдавал в детстве.
Эти взгляды и перешептывания преследовали его всю жизнь. Но все это время ему было все равно на это. Он привык. Но почему же сейчас эти воспоминания вызывают такую душевную боль? Работа в сером и унылом офисе для человека, который мечтал об искусстве, была еще той каторгой, но имея эмоциональную слепоту, Бомгю считал, что это лишь часть его жизни и он не должен ничего менять. От судьбы не убежать - так думал всегда он. Но как же Гю был не прав.
- Эй, что ты застыл? Будто монстра увидел, - клацая пальцами перед ним, пытался вывести его из некоего транса Ёнджун.
- Я? Просто задумался, - придя в себя, ответил ему Чхве. Его взгляд был направлен сквозь него, а лицо напоминало неподвижную маску.
- Ладно, - странно глянув на парня, сказал Джун и отступил назад. - Я приду через 10 минут, чтобы ты был уже готов, - после парень развернулся и вальяжной походкой вышел из комнаты, стуча по полу при каждом новом шаге своей тростью.
«Наверное, сектор исключительно негативных эмоций - это уже и не так приятно. Лучше, чем пустота, но все же...» - думал Гю, пока одевался.
Выйдя из комнаты, он увидел, что за столом уже сидели Ёнджун и Серена. Они о чем-то беседовали и ели только что приготовленный парнем завтрак. Бомгю подошел к столу и сел за него. Для него так же стояла порция яиц с беконом, как и у других.
- Серена, не хочешь сегодня присоединиться к нам? - мило спросил рыжеволосый у девушки. Та же покачала головой.
- Я хочу пойти в лес и немного поиграть на лире. Может, так я почувствую Никона. И пойму, где он. Это село находится не так далеко от Эль, поэтому попробую хоть что-нибудь.
- Никон - это твой брат, да?
- Да, - поджав губу, ответила ему Серена.
- Ясно, - Ёнджун заметил по ее реакции, что лучше больше ничего не спрашивать у нее о нем, ибо это была для девушки, скорее всего, не из приятных тем. - Что ж, Бомгю, пора идти, - он глянул на юношу, который уплетал горячую еду. - А тебе, Серена, хорошего дня, - Джун одарил ее своей очаровательной улыбкой, девушка сделала то же самое в знак вежливости. Чхве же странно глянул на них и поднял одну бровь в их сторону. Похоже, он не всегда сможет контролировать себя. Иногда чувства выше разума. Но, благо, этого никто не заметил.
Закончив с завтраком, они все вышли из дома, и каждый направился своей дорогой. Ёнджун с Бомгю пошли в сторону людных мест, а Серена - на выход из Теневала.
- Куда мы держим путь? - спросил брюнет у парня, как вдруг в этот самый момент юноша ощутил боль яда где-то в районе сердца. Снова оно дает о себе знать. Немного сморщившись, он залез в сумку и выпил колбочку из трав, которые прописал ему пить Сону.
- Мы идем в библиотеку.
- Ты там работаешь?
- Нет, я работаю на себя сам. Я учитель. Помогаю детям раскрывать свои способности и подобное.
- Так зачем мы идем в библиотеку? - спросил Бомгю. Что-то ему было тяжело уловить его нить мысли.
- Не задавай лишних вопросов, - ответил ему бесцветно Ёнджун. Вдруг он заметил, как маленькая девочка уронила корзинку с фиолетовыми ягодками, и без раздумий подошел к ней. - Тебе помочь? - мило спросил рыжеволосый и присел напротив нее. Та же грустно кивнула. - Смотри, что я могу.
В этот момент он улыбнулся и встал на ноги. Взмахнув тростью, в момент все ягодки поднялись в воздух и засветились синим цветом, а из посоха исходили еле заметные блески. Ёнджун еще раз махнул им, и все ягоды оказались через секунду в корзине девочки.
- Не грусти, - парень дружески погладил ребенка по голове и подмигнул.
- Спасибо, дядя, - улыбнулась во все 32 зуба она. Помахав в знак прощания волшебнику, девочка подбежала к родителям. Ёнджун же оперся о свою трость и повторил ее жест.
- Видишь? Это называется приятное послевкусие чужого счастья, - сказал Чхве, подойдя к Бомгю. Парень же странно глянул на него, не понимая, к чему тот клонил. - Я знаю, что у тебя эмоциональная слепота или как ее там называют, - отмахиваясь, ответил на его неозвученный вопрос Джун.
- От... откуда? - немного запнувшись, спросил Гю. Все же не просто так ему не нравился этот парниша. Что-то в нем явно было не так.
- Я вижу людей насквозь. Когда я разговариваю с человеком, то незаметно питаюсь их эмоциями, и в основном хорошими. Им это не вредит, а для меня это пища, - идя прямо, начал он. - А вот ты, - Ёнджун резко остановился и направил свой посох прямо к шее Гю, но тот даже не шевельнулся. - От тебя я не могу питаться. Но вот только со вчерашнего дня я чувствую негатив. Исключительно его. Когда ты был без сознания, в тебе что-то изменилось, - рыжеволосый сузил глаза.
- И что ты хочешь этим сказать? - в его голосе звенела сталь, а взгляд выражал полную пустоту.
Ёнджун же вдруг рассмеялся и убрал трость от него, а после пошел дальше.
- Ты меня обмануть не сможешь, мальчишка. Я слишком много прожил здесь.
- Я не обманываю, что мне скрывать? Тем более от тебя, - оскалил зубы Бомгю. А внутри же била неприятная тревога.
- Просто жаль Серену. Она так добра к тебе, а ты... - протянул он и оглянулся назад, чтобы глянуть на выражение лица парня. Но тот был как всегда спокоен и безэмоционален.
- Давай закроем тему? Ты ничего не знаешь, - гнев внутри Чхве все рос, но показывать его юноша был не намерен. Тем более когда тот уже что-то заподозрил в нем.
- Хорошо, как скажешь, обманщик, - ухмыльнулся Ён и засвистел. Ему было забавно выводить его из себя.
На слова Чхве, Бомгю решил промолчать, чтобы не выводить это на конфликт. Оставшуюся дорогу они шли молча. Каждый думал о своем, тишина их не смущала, наоборот - вводила в состояние спокойствия, особенно Гю. Когда парни дошли до библиотеки, Ёнджун сразу же повел не внутрь, а на закрытый задний двор.
- И где дети, которым мы будем помогать раскрывать способности? Точнее, ты будешь, - ткнул в него пальцем Бомгю. - Потому что мои малость... - он стал подбирать правильные слова, но его перебили.
- Не раскрыты? Я знаю, - сказал как отрезал Чхве и сел на лавочку, которая стояла недалеко. - Моя задача сейчас - раскрыть твой внутренний мир магии.
- Зачем тебе это? Ты же сказал, что я буду помогать тебе с работой и так мы оплатим тебе проживание и подзаработаем, - Бомгю склонил голову набок и с полным непониманием в глазах глянул на него. Тот лишь усмехнулся и закинул голову назад. Положив руки по обе стороны, Ён скрестил ноги.
- Это и есть твоя работа. Хоть я и работаю на себя, мне велено, так сказать, - Ёнджун снова глянул на юношу, думая, какое слово лучше бы подобрать, чтобы тот отстал. - Свыше. Да, свыше. Помочь тебе. И хватит устраивать этот допрос, - закатил глаза Чхве и встал обратно на ноги. - Давай начинать.
- Почему-то мне кажется, что ты мне врешь, - его голос звучал крайне безжизненно, что того аж пробрали мурашки.
- Кошмар, какая от тебя исходит негативная аура, - Ёнджун весь съежился и скривился, будто что-то кислое попало ему в рот. - Это яд так работает, но еще и что-то иное. Что-то, что ты скрываешь глубоко внутри, - Джун навел своей тростью на него. - Весь негатив оттуда.
Чхве ожидал ответа от Бомгю, но тот даже бровью не шевельнул. Парень решил: лучше будет молчать, чем этот скользкий волшебник залезет ему еще глубже в голову.
- Что ж, ладно, - неловко поправляя край своей фиолетовой жилетки, подал снова голос рыжий. - Садись на землю и закрой глаза.
- Зачем? Ты мне так ничего толком и не объяснил.
- Так ты почувствуешь единство с природой. Ты же друид, - Джун кинул взгляд на его руку, где красовался знак в виде листка. Парень проигнорировал его вторую фразу намеренно.
- Хорошо, я тебя послушаю. Но только из-за того, что в этом есть логика, ясно? - в его голосе проскакивали еле уловимые нотки раздражения. Тот же просто кивнул.
После того как брюнет сел на землю, он сразу же закрыл глаза. Бомгю стал вслушиваться: как дует ветер, как где-то шелестят деревья, как недалеко течет вода, как рядом ступают люди и о чем говорят, как летают птицы. Он поймал себя на мысли, что ему это нравится... чувствовать, слышать.
- Так как ты друид, у тебя повышенный слух, - объяснил ему Ён и сел напротив него. - А теперь, не открывая глаз, положи руки на землю и представь, как оттуда рождается жизнь. Как прорастает еле уловимый росточек, из которого в будущем вырастет невероятно красивый цветок.
Бомгю не задумываясь положил руки на землю и стал представлять. Но ничего не происходило. Ему было тяжело почувствовать это. Легко визуализировать, но этого было очевидно мало. Надо чувствовать. Юноша стал делать большие вдохи и выдохи, пытаясь сконцентрировать свое внимание лишь на ростке, который он должен создать.
- Попробуй вспомнить что-то хорошее, чтобы почувствовать росток, - видя, что у того ничего не выходит, посоветовал ему Ёнджун.
Когда Гю услышал, что ему сказал парень, то аж хмыкнул. У него не было счастливых моментов, брюнет даже не помнит, как это - чувствовать радость и счастье. А тут ему советуют вспомнить что-то хорошее из его жизни. Ему было проще вспомнить пустые, унылые моменты, чем радостные. В этот момент Бомгю ощутил, как из его руки идет теплый поток энергии. Открыв глаза, он был удивлен тому, что у него вышло пробудить в себе магию рождения чего-то. Но убрав руку, юноша заметил гнилой, черный, засохший росток.
- Ну... попытка не пытка, - криво улыбнулся Ёнджун, глядя на то, что вышло у его ученика. - Это чернота внутри тебя. Наверное, яд дает о себе знать. Даже у человека, у которого нет эмоций, должны быть маленькие моменты, где он чувствовал радость, но не понимал.
- Думаешь? - подняв глаза, глянул на него пустым взглядом Чхве. Тот же уверенно кивнул ему.
- Давай еще раз, - сказал ему Джун и похлопал по плечу.
***
Тем временем Серена нашла хорошее место для игры на лире. Она зашла не слишком далеко в лес, чтобы не наткнуться на какого-то монстра. Сев на пенек, девушка достала из сумки листочек, на котором была изображена вся семья Сэлениэль, кроме отца, которого она никогда не знала. Прижав ее к груди, шатенка закрыла глаза. Как бы ей хотелось, чтобы момент с той фотографии никогда не исчезал.
Это был день рождения их матери. Никон и Серена подготовили подарок маме. Долго собирали вместе. И подарили ей красивые туфли - они были ручной работы. Каблук выглядел в виде лиан, которые обвивали стебель дерева. А сами туфли были сделаны из кожи монстра, которая блестела при свете солнца яркими синими цветами. Да, обувь была специфичной, и не каждый такое наденет, но их мама любила все такое необычное.
В тот день они сфотографировались на фотоаппарат, который сразу печатал фотографии и делал их живыми. Последние три секунды до статичного кадра. Мама в тот день чувствовала себя хорошо и разговаривала с ними, а не сидела в своей комнате одна. Увидеть ее улыбку - увидеть что-то очень редкое.
По щеке Серены скатилась одинокая слеза, но она сразу ее вытерла. Собравшись наконец с мыслями, девушка открыла глаза и положила фото на колени, а после достала свою лиру и стала играть нежную мелодию. Ее пальцы ловко перебирали струны, она будто растворялась, когда играла на ней. Вдруг Сэлениэль почувствовала странную энергию. Она была смешана с энергетикой Никона и чего-то чужого. Да, ей удалось уловить еле ощутимый сигнал ее брата, но он был крайне странным и мерзким.
- Значит правда, - еле слышно сказала девушка и положила лиру на землю. - Ты все же стал поглощать темную энергетику и находишься где-то недалеко отсюда.
- Серена? - вдруг послышался сзади знакомый голос. Шатенка тут же обернулась и увидела Сону. Он стоял с корзинкой в руках, оттуда торчали различные цветы и травы, которые он, видимо, собирал для своих отваров. - Привет, а что ты тут делаешь? - радостно спросил юноша и подошел к девушке. - Я думал, ты ушла отсюда.
- Мы решили остаться здесь на некоторое время, - так же даря улыбку, ответила Сэлениэль и спрятала лиру с фотографией обратно в сумку. - А ты тут травы собираешь? - глянув на полную корзинку, спросила она.
- Да. Часто хожу сюда, чтобы насобирать что-то, - почесав затылок, проговорил Сону и снова невольно улыбнулся. - А где именно вы остановились?
- У волшебника Ёнджуна. Знаешь его?
- Ой... - парень усмехнулся. - Кто этого пройдоху не знает. Хороший парень, хоть и странный очень. Часто детям помогает пробудить свою ману внутри, - рассказал блондин и сел на землю рядом с девушкой.
- Да, я заметила. Но с ним рядом нет тревоги какой-то. Мне кажется, он хороший.
- Ну... из того, что я слышал и знаю сам, так это то, что он сам себе на уме. Но плохого никогда за ним не замечал. Дети его особенно любят, - протараторил Ким. - А как там Бомгю? Лечится моими травами?
- Да. Недавно лежал, конечно, без сознания. Я тогда очень переживала.
- Опять? - вскрикнул Сону, его глаза расширились от удивления. Серена же просто кивнула. - Надеюсь, с ним в будущем будет все нормально... - хоть парень ему не нравился, но, будучи человеком, который лечит людей, тот был обязан желать только здоровья. - А, кстати, что ты тут делаешь? Ты так и не рассказала.
- Да я просто... - она поджала губу, ей не хотелось рассказывать ему всю правду, ибо еще не была уверена в том, можно ли ему доверять. - сидела и играла на лире. Я люблю иногда позаниматься этим наедине с собой.
- Я, получается, тебе помешал, - его лицо исказилось сожалением. - Прости, пожалуйста. Я не хотел, я уже ухожу тогда, - быстро проговорил Сону, вставая на ноги и беря в руки корзинку.
- Нет, что ты! - возразила девушка и замахала руками. - Я уже собиралась уходить, - солгала ему она. Серена не хотела, чтобы парню было неудобно.
- Тогда... - он опустил глаза вниз и неуверенно почесал затылок. - не хочешь пойти со мной? Нам же в одну сторону идти из леса.
- Давай, - улыбаясь, ответила Сэлениэль и поднялась с пенька. - Вообще, когда мы решили здесь остаться, то меня посещали мысли тебя проведать, - задумчиво рассказала девушка и заметила, как глаза Сону наполнились радостью, а щечки немного порозовели.
- Правда? Тогда заходи ко мне когда угодно. Пока ты здесь, можем пить чай, разговаривать у меня дома. Я же сейчас один живу, и мне не хватает общения, - отводя глаза в сторону, смущенно ответил блондин. Его мизинец нервно гладил ручку корзинки, давая понять, что ему было немного неловко говорить об этом.
- Тогда я буду приходить. Ты к нам тоже приходи. Я думаю, Ёнджун не будет против, - девушка положила руку на его плечо и улыбнулась. Она ловила себя на мысли, что юноша был очень милый и напоминал чем-то ее.
- Тогда пошли? - оголяя свои ямочки на щеках, спросил Ким. Та кивнула в знак согласия, и молодые люди направились к выходу из леса.
***
Придя домой, Серена заметила, как Бомгю сидел на земле с закрытыми глазами и держал руки на почве. Девушка сразу поняла, чем тот занимался. Детей друидов так учат познавать свою силу через создание жизни. Как только она хотела тихо пройти мимо, чтобы тому не мешать, увидела, как Гю поднял ладонь, а из-под нее пророс черный и гнилой росток.
- Я же говорил, что у тебя тьмы и пустоты больше, чем добра. Ты бесполезен, - сказал Ёнджун, смотря на то, чем занимался Бомгю, через окно дома.
- Заткнись, - вырвалось у него.
- Я же говорю, - последнее, что сказал Джун, перед тем как уйти от окна.
На самом деле Ён говорил ему это специально, чтобы тот не подавлял свой негатив внутри. Любую эмоцию нужно показывать и не сдерживать, чтобы не накапливать внутри.
- Как же ты меня раздражаешь, - прошептал Бомгю, сцепив зубы.
Такой реакции от Гю Серена точно не ожидала и нахмурила брови. Все же вчера ей не показалось: что-то в нем явно изменилось. И было непонятно - к добру это или к несчастью.
- Бомгю, что случилось? - нежно спросила девушка, видя, в каком состоянии сейчас Чхве. Она села рядом с ним и посмотрела на тот самый росток. Немного оглянувшись, девушка заметила, что их было полно.
- Ничего, - кинул ей парень. - Просто... этот Ёнджун. Боже, что он из себя возомнил? - парень даже не замечал, как сильно сейчас был раздражен и потерян. Его выводил из себя этот рыжий волшебник с самомнением выше, чем самое большое многоэтажное здание в его мире.
Серена же лишь улыбнулась. Ей было забавно видеть парня таким. Более живым, чем всегда. Чхве же заметил ее выражение лица, и оно стало ему непонятным.
- Я разве смешной? Что ты улыбаешься? - тихо спросил парень и опустил голову вниз.
- Просто мило видеть, что ты стал чуть-чуть живее. Неужели терапия этого мира на тебя так действует? - пошутила шатенка и легонько толкнула его в плечо.
В этот момент парень резко поменялся в лице. Внутри все сжалось, будто она только что заглянула прямо в его душу.
- Не знаю, тебе кажется, наверное, - отмахнулся Гю и встал на ноги. Операция «сдерживать себя» безуспешно провалилась. Серена заметила его изменения в поведении. Ему не хотелось об этом говорить с ней, ибо она даже не может представить себе, насколько сильно сейчас парень погряз во лжи перед ней.
- Ты просто не замечаешь, я думаю.
Как же Серена ошибалась. Бомгю с самого начала все заметил. Он сам подписался на это. И эта ложь именно в этот момент стала есть его изнутри еще сильнее, будто поедая его большими кусками. Чувство вины? Вряд ли. Парень не способен на такое. Вдруг его запястье стало болеть, ныть такой болью, что хотелось упасть на пол. Скрывая ее, Бомгю засунул руку в карман, будто так ему станет легче, и глянул на шатенку.
- Может быть, - его глаза были пусты, как всегда. Он собрал все эмоции в себе и изобразил обычное выражение лица, чтобы Сэлениэль больше не продолжала этот разговор.
- Кстати, я все же почувствовала брата в лесу.
- То есть он где-то здесь? - тема Никона теперь очень волновала Гю в его-то положении.
- Думаю, что да, - твердо ответила Серена и глянула вниз. - Но теперь в его эмоциональном поле присутствует что-то мерзкое и неприятное, - поджав губу и сжав ремешок сумки, рассказала девушка.
Бомгю же просто томно вздохнул. Он понимал, что девушке грустно, но помочь ей никак не мог. Поэтому просто взял ее за руку и глянул ей в глаза, будто показывая, что она не одна. Что-то в подсознании подсказало ему так сделать, и он, видимо, не ошибся, ибо девушка тут же обняла его. Сейчас все тайны о ней знает только Бомгю. Только ему ведомы ее планы и желания.
Когда Гю почувствовал на себе тепло ее тела, его сердце застучало быстрее, чем обычно. Но вместе с этим оно и сильно заболело. Так сильно, как никогда раньше, будто миллионы иголок проходили сквозь него и кричали: «Почувствуй». К горлу подкатил ком. Но на объятия тот не смог ответить. Просто застыл как истукан, не способный даже двинуться.
Заметка: Одна из особенных способностей бардов заключается в том, что они умеют намеренно, через игру на лире, чувствовать эмоциональное поле других людей, с которыми были крайне близки.