Глава 16. Письмо
Вернувшись в гостевую комнату на пике Зелени, Ло Хэян и Циян, не сговариваясь, разошлись. Куда именно направился владыка Диюя Циян не уточнил, главное, что не следом за ним.
Закрывшись в спальне, он взглянул на себя в зеркало, оценил слипшиеся пряди влажных волос, сырые и грязные одежды, с подола которых всё еще капало, и начал спешно стягивать их с себя, думая: «Хорошо бы ещё помыться... Вот только времени нет».
[Задание «Подружиться с Яньло-ваном» выполнено. Для получения статуса «неприкосновенный» поднимитесь на небеса и встретьтесь с Юй-ди.]
Циян чуть не выпрыгнул из штанов, на которых только что развязал пояс.
«Система, ты снова здесь! — Он мысленно выдохнул. — Как я рад, что ты помогла мне на озере. Ты бы знала, что я пережил за те дни, пока тебя не было!»
[Я уже покопалась в ваших воспоминаниях и могу представить, о чем речь. Простите, что не была с вами в тюрьме. Заклятия, окружающие темницу, не позволяли дозваться.]
Циян передернул плечами и, войдя в умывальню, бросил грязные вещи в корзину.
«Не напоминай. Я забыл ту тюрьму как страшный сон, — подумал он, подходя к умывальнику, чтобы хотя бы обтереться влажным полотенцем. — Ли Цзиньфэна нет, и я надеюсь после его гибели у бессмертных пропадет желание еще раз заточить меня в плен. — Он вздохнул, намочив ткань в прохладной воде. — Но сейчас не об этом. Совсем скоро мы с Яньло-ваном поднимемся на небеса, и в моей голове зародилась мысль, что теперь не дает покоя... Хочу услышать твое мнение, чтобы разобраться. — Циян начал спешно обтираться полотенцем, убирая с кожи песок и частицы водорослей. — Что ты думаешь об испытании того дракона? Раз изучила мою память, то понимаешь, о чем я».
[Понимаю, но что вы хотите от меня услышать? Испытание было таким, каким должно.]
«Нет, я не об этом. Тебя не беспокоит вероятность, что на небесах Яньло-ван может всех убить, как в той иллюзии?» — Циян ополоснул испачканное полотенце.
[А он может?]
«Ну... — По спине Цияна пробежали мурашки, когда он вспомнил тот взрыв духовной силы, сметший всё в иллюзии. — Да». — Отжав полотенце он бросил его на лавку возле пустующей бочки и вернулся в комнату.
[Но захочет ли?]
Циян фыркнул, распахнув дверцы шкафа. Он достал голубо-белые одежды с рисунком облаков и начал спешно одеваться, боясь замерзнуть.
«Ты его не знаешь, он жаждет мести не из ненависти. Это чувство давно потонула в горе и сейчас им движет лишь принцип, а это куда страшнее». — Циян заправил рубашку за пояс и накинул халат с рукавами, заправляемыми под наручи.
[Что есть «принцип» в вашем понимании?]
«Фундамент, на котором он построил свою жизнь».
[Но ведь принципами можно поступиться, разве нет? Например, ради кого-то.]
Циян нахмурился, взглянув на себя в зеркало.
«Намекаешь на меня?»
[Рада, что вы не стали притворяться дурачком и смотрите на жизнь трезвым взглядом.]
Циян тяжело выдохнул, поправляя одежды.
«Не знаю, хорошо ли, если он поступиться принципами ради меня, ведь лучше, если он сможет простить и сдастся в этом бою сам, без моего влияния».
[Ваше влияние на него уже не обратимо, так или иначе вы внесли свой вклад, а какой результат нас ждет — узнаем позже.]
«Не боишься, что что-то может пойти не так, как нам бы хотелось?» — Циян взял гребень и принялся расчесывать почти высохшие, но ужасно спутавшиеся волосы, попахивающие озерной водой.
[Я не обладаю таким спектром чувств и эмоций, как вы, но если рассуждать логически, то с Яньло-ваном всё может пойти не так, как нам бы хотелось.]
Циян закатил глаза и отложил гребень.
«И зачем я спросил...» — разочарованно подумал он и взялся за заколку-корону, которой всегда украшал волосы, но, начав собирать пряди у висков, понял, что желает сменить прическу.
Впереди ждало невесть что и волосы выглядели просто ужасно, поэтому заплести высокий хвост, подвязав голубой лентой, казалось самым разумным решением. Так и удобнее и опрятнее.
Повесив Гуансянь на пояс, Циян еще раз оправил одежды и покинул комнату. Не раздумывая, он направился в кабинет, где было удобнее написать письмо. И, разместившись за просторным полупустым столом в месте, где всё давно должно было покрыться пылью, но почему-то блестело от чистоты, развел тушь и взял кисть.
На какое-то время он застыл, глядя на пустой лист и размышляя, что написать и кому адресовать. Больше всего Циян желал сообщить что-то Фэй, но если этот конверт найдет кто-то другой, то послание от учителя к ученице будет выглядеть странным. И хотя он мог закрыть глаза на разницу в статусах, но ставить подругу в неловкое положение не хотелось.
Вздохнув, Циян начал писать обобщенное послание для всех. В нем он сообщал о том, что не пропал и не в плену, а добровольно ушел решать кое-какие дела и, «раз вы читаете это письмо, значит, я задержался в пути».
— У тебя хорошо получается, — прозвучал голос Ло Хэяна за спиной и Циян от неожиданности чуть не поставил кляксу.
«Как ты здесь появился? Когда?» — подумал он с заколотившимся сердцем, но, вспомнив об умении демона открывать порталы не стал задавать вопрос вслух. Вместо этого Циян буркнул, продолжив писать:
— Не подглядывай.
Ло Хэян проигнорировал требование и еще больше наклонился над ним, отбросив длинную тень на светлый лист.
— Откуда ты так хорошо знаком с нашей письменностью? В твоем мире ведь писали иначе.
— В моём мире можно много где ознакомиться с «вашей» письменностью, а точнее обучиться каллиграфии и традиционным иероглифам. Конкретно меня натаскал дедушка.
— Он хорошо постарался, но некоторые иероглифы ты все равно пишешь не так, как писал бы именитый лекарь нашего мира и глава пика Зелени.
«Вообще-то система сказала, что у нас с Ю Цияном одинаковый почерк», — подумал Циян, не способный произнести это вслух тому, кому о системе знать не следовало.
— Позволишь помочь, чтобы точно никто не заметил разницы? — шепнул на ухо Ло Хэян.
Циян поджал губы, ощутив, как горячее дыхание лизнуло шею, и взглянул на текст. Он не хотел его переписывать и вообще был возмущен тому, что демон сунул свой нос в его дело, но в то же время ему казалось неразумным отказываться от помощи. Текст был дописан, но из-за того, что Циян торопился, иероглифы не везде вышли аккуратными и это могло вызвать у читателя беспокойство и недоверие. Нехорошо, если кто-то заметит его спешку и нервозность, ведь в таком случае послание, призванное успокоить и заверить, что он ушел по своей воле, может превратиться в предсмертную записку, написанную под чужим давлением.
«Тц, всё же лучше переписать», — недовольно подумал Циян и сухо ответил, кладя перед собой чистый лист:
— Хорошо, помогай.
Он думал, что Ло Хэян сядет подле его рабочей руки, но тот как всегда удивил. Он разместился за спиной, видимо решив, что так удобнее направлять его, хотя Циян в этом очень сомневался.
— Ты пил снадобье? Пальцы ледяные, — дыхание Ло Хэяна окутало Цияна, когда он коснулся его руки, в которой была кисть.
— Не пил, мне пока не холодно, — буркнул Циян, слегка напрягшись. В просторном кабинете вдруг стало очень тесно и душно, жар окутал его, обжег щеки, затылок и поясницу.
— Я заметил, — ответил Ло Хэян со смешком и направил его руку к углу листа. — Расслабься и начни писать, я буду иногда поправлять тебя, — его голос звучал спокойно и мягко, как у наставника, заботящегося об ученике.
«Легко сказать. Подле тебя вообще кто-то может расслабиться?» — подумал Циян и уголок его губ нервно дернулся. Он сделал как велели, вспоминая как практиковал каллиграфию в детстве со своим дедушкой. Чужая рука не мешала и не давила, писать было легко, но он все равно проворчал, не в силах отпустить напряжение:
— И не стыдно было читать письмо, которое адресовано не тебе?
— Ты ведь не решил, кому его адресовать, вдруг я стал бы тем, кто найдет его первым?
Циян хмыкнул.
— Собирался вернуться сюда без меня? Иначе как бы ты нашел его раньше других.
— Не неси чепуху. — Ло Хэян слегка направил его руку, помогая нарисовать прямую уверенную линию одного из иероглифов. — Я тебя не оставлю. Уйдем вместе и вернемся вместе.
Циян неловко кашлянул и его рука, держащая кисть, чуть не дрогнула.
— Если на небесах всё разрешится хорошо, то владыке Диюя незачем провожать меня на пик Зелени.
Ло Хэян выдержал небольшую паузу, которая показалась Цияну напряженной, и сказал:
— Решим, когда всё сделаем. Если тебе будет удобнее вернуться одному — так тому и быть, — его голос прозвучал бесцветно, но пальцы крепче вцепились в руку Цияна и начали направлять её чуть более властно, чем раньше.
Мысленно вздохнув, Циян продолжил выводить линии полурасслабленной рукой, чтобы Ло Хэян успевал поправлять или направлять его. В повисшей тишине он задумался о том, что владыка Диюя хоть и мешал ему, оставаясь на пике Зелени, но в то же время их близость не могла не радовать. После перерождения в этом опасном мире у него не было никого кроме Фэй, с кем он мог бы поговорить по душам, и кто мог принять его таким, какой есть. И тем более не было никого, кто мог защитить от любой напасти, стать бронированной стеной, за которой можно укрыться...
Делая завершающий штрих, Циян вдруг понял, что как бы сильно не хотел избавиться от Ло Хэяна ради разрешения текущих проблем в школе и мире, но после того, как все наладится, он был бы не против снова увидеться с ним... Несмотря на все стены, которые выстроились между ними и раны, которые они нанесли друг другу, он не мог отрицать, что это был «его человек». Тот, с кем плывешь на одной волне, видишь мир в схожих красках и мыслишь похоже. Пусть Яньло-ван был разрушителем, желающим убить верховное божество и утопить мир в крови, но Циян всё равно чувствовал с ним родство, как с Сяо Яном. Пусть он до сих пор не простил его за нападение на школу, но даже при этом не хотел навсегда обрывать связь.
«Наши отношения определенно сложились не совсем удачно». — Циян невесело усмехнулся в своих мыслях.
— У тебя в доме есть комната, куда не попадает солнце или можно плотно закрыть шторы? — спросил Ло Хэян, когда Циян отложил кисть.
— Хм... думаю, та, что отведена под приемную для больных, подойдет. Но зачем тебе? — Циян взглянул на него через плечо.
— Я должен оставить тело мертвеца здесь, чтобы подняться на небеса в истинном облике. Нефритовая печать не позволит пройти туда под маской. — Ло Хэян отстранился.
Циян поёжился то ли из-за того, что лишился окутывавшего спину тепла, то ли из-за новостей о теле мертвеца. «Он собирается покинуть Ло Хэяна...»
— Но потом ты снова вернешься в это тело? Когда спустишься с небес. — Циян принялся с легкой нервозностью складывать письмо, планируя оставить на столе в запечатанном виде.
— Сомневаюсь. Скорее всего вам придется похоронить его.
Движения Цияна резко прервались.
— А что будет с тобой? — приглушенно спросил он. — Ты ведь не можешь оставаться в этом мире в истинном облике.
— По правде говоря могу, но это сразу обозначит моё местоположение. Я в другом теле, потому что сейчас для меня невыгодно становиться мишенью.
«Но после похода на небеса тебе, видимо, будет уже всё равно на скрытность, — мысленно предположил Циян и положил письмо на середину стола. — Истинный облик... Значит, я снова увижу его?» — Он вспомнил Сяо Яна, копией которого являлся Яньло и на сердце слегка потеплело от этих мыслей, но в следующий момент его пронзил укол осознания, что речь шла о похожих, но все-таки разных людях. И это уже будет не тот Гуань Ян, которого он знал и с которым рос...
— Тогда я провожу тебя в комнату, — с подавляемыми нотами тоски произнес Циян и начал подниматься из-за стола.
Ло Хэян то ли не заметил перемен в его интонации, то ли решил не придавать этому значения, поэтому спокойно спросил:
— Ты готов отправиться прямо сейчас? — Он встал вместе с ним. — Если нет, то я пока не буду покидать тело и комнату можешь показать позже.
— Не стоит, я готов. Мы изначально вернулись сюда ненадолго. — Циян шагнул к двери.
— Разве ты не устал после битвы? Она была напряженной.
— Я отдохнул за минувший час. Да и за время болезни успел накопить сил, — хотя голос Цияна звучал невозмутимо, его сердце начало ускоренно биться от мыслей о том, что они вот-вот поднимутся на небеса. Если бы не напряженная обстановка в школе Нефритовой печати, то он бы точно не стал спешить и вспомнил про Небесную столицу где-нибудь через месяц.
— Уверен? На небесах может произойти что угодно. — Ло Хэян последовал за Цияном по коридору.
— В каком смысле? Нам ведь всего лишь нужно встретиться с Юй-ди.
— Это правда, но боги вряд ли будут рады нашему вторжению.
Циян остановился посреди коридора и обернулся, недоуменно взглянув на Ло Хэяна.
— Разве они не милосердны? Зачем им вступать в схватку с нами?
— Не с нами. Со мной.
— А. — Циян не сдержал нервного смешка. — Тогда я постою в стороне и подожду, пока ты со всем разберешься. Постарайся никого не убить.
Ло Хэян удивленно вскинул брови, глядя ему в лицо.
— Ты сейчас серьезно?
— На самом деле нет. Неужели мы не можем договориться с богами, объяснив, что ты не собираешься воевать, и попросить их помочь устроить встречу с Юй-ди? У них ведь есть мозги и уши, они смогут понять нашу речь, ведь драться никому не выгодно.
Ло Хэян задумался, опустив взгляд в пол, и, выдержав небольшую паузу, ответил:
— Думаю, ты прав, и я попробую поговорить. Возможно, это сработает.
Циян кивнул, почувствовав небольшое облегчение. Он был уверен, что они смогут договориться, ведь боги не чудовища и способны их понять. «Нужно быть совсем ненормальным, чтобы затеять драку со Смертью», — подумал он, открывая дверь в комнату для приема больных.
— Кстати, а ты уверен, что нам удастся встретить Юй-ди? Из-за ситуации с Гуань-ди у меня сложилось впечатление, что с ним не поговорить просто так, — спросил Циян, переступая порог.
— Когда активируем Нефритовую печать, она подаст ему сигнал. Он не обязан будет отреагировать на него, но, думаю, все же игнорировать не станет. Он знает, что я приду за ним и должен ждать меня.
— М-м... — задумчиво протянул Циян вместо ответа и осмотрел комнату.
Она располагалась в самой дальней части дома, внутри были светлые стены, две параллельно стоящие кровати, прикроватные тумбы, шкаф с медицинскими принадлежностями, пустой высокий стол возле него и умывальник. Циян забредал сюда от силы один раз, когда изучал жилище, но в помещении оказалось чисто, как и в кабинете. Кто и когда успевал у него прибираться — он предпочел не задумываться.
— Думаю, кровать застилать не станем? — спросил он, обернувшись к Ло Хэяну.
Владыка Диюя замер и его взгляд впервые скользнул по телу собеседника, который до этого либо сидел к нему спиной, либо шел впереди, либо говорил о важном так, что требовалось смотреть ему в лицо. Циян выглядел иначе и это не могло не тронуть сердце, ведь его внешний вид сейчас принадлежал бравому воину, готовящемуся к битве, а не изящному бессмертному с пика Зелени. С рукавами, заправленными в металлические наручи и волосами, собранными в высокий хвост, он как-никогда напоминал Гуань-ди.
— Н-нет, не станем, — запнувшись, ответил Ло Хэян и неторопливо оглядел комнату. Он слегка нахмурился, о чем-то задумавшись и вдруг зашептал слова, смысл которых Циян даже не попытался понять — настолько быстро их произнесли, а в конце взмахнул рукой, и его духовная сила наполнила помещение.
— Ох, — выдохнул Циян, когда из его рта пошел пар и тут же потянулся за согревающим снадобьем.
«Умно. Создал холодильную камеру. — Он сделал щедрый глоток. — Спасибо, а то у меня бы весь дом провонял».
— Теперь здесь можно оставить тело, — удовлетворенно произнес Ло Хэян, вдохнув холодный воздух. — Температура будет низкой, пока моё заклятие не снимут.
— И как его снять? — спросил Циян, возвращая снадобье на пояс.
— Спросишь кого-нибудь, если меня не будет рядом или оно не успеет рассеяться самостоятельно. Заклятие длинное, ты не запомнишь его на слух, но если хочешь, можем вернуться в кабинет и я его напишу.
Циян задумался, но в итоге отмахнулся.
— Не стоит. Разберусь по ситуации. — «Если что спрошу систему, она подскажет».
Ло Хэян посмотрел на него с легким недоверием, но все же кивнул, не став спорить.
— Тогда я открываю проход?
Циян на мгновение растерялся, будто уже передумал куда-то идти, но быстро собрался с духом и кивнул. «Быстрее начнем — быстрее закончим. Он ведь обещал с порога ни на кого не кидаться, не должно же всё тут же пойти не так?» — подумал он, стараясь успокоить ускорившееся сердцебиение.
— Я пойду первым. — Ло Хэян достал печать из поясного мешочка. — Это тело не сможет пересечь границу, поэтому, когда мой дух его покинет — поймай Ло Хэяна и уложи на кровать, после чего можешь последовать за мной.
«Можешь? — Циян вопросительно вздернул бровь, впервые осознав, что в последнее время никто не обязывал его идти на небеса, ведь даже система, по сути, не давала ему такого задания, а лишь сказала, что если он хочет обрести статус «неприкосновенный», то должен встретиться с Юй-ди. — Я действительно могу... не идти?»
Он опустил взгляд в пол. Сердце забилось с новой силой и перед глазами будто появился выход. Циян задумался, насколько сильно ему хотелось узнать правду о себе и Сяо Яне, настолько ему нужен какой-то загадочный статус, если он может распрощаться с Яньло прямо сейчас и пойти решать другие проблемы? От этих размышлений его ненадолго бросило в жар, который был вскоре потушен одной простой мыслью: «Я должен проследить, чтобы он не убил Юй-ди, ведь для того я и оказался здесь. Невзирая на то, что он согласился попробовать договориться с богами о встрече это не значит, что Яньло готов простить Юй-ди. Он наверняка все еще жаждет его убить».
— Я тебя понял, я пойду следом, — невозмутимо ответил Циян на слова Ло Хэяна, который все это время задумчиво смотрел на него, наблюдая за изменениями в выражениях его лица.
Демон неохотно протянул печать со словами:
— Она подчиняется тебе. Напитай её духовной силой и, когда почувствуешь, что больше она не вместит, раскрой ладонь и отпусти.
Циян неуверенно забрал печать и сделал как велели. Белоснежный кусок нефрита засиял, словно луна на ночном небе и стоило раскрыть ладонь, как он поднялся в воздух и задрожал, вынуждая смотрящих рефлекторно отступить подальше.
Вокруг печати начали появляться искры, которые постепенно превратились в полупрозрачные линии из чистой духовной энергии. Они были прямыми, местами становились ломанными и чем больше их появлялось, тем четче начинала считываться дверь, которую они рисовали. А нефритовая печать заняла место ручки.
Циян удивленно ахнул, глядя на это чудо.
— Молодец, — тепло произнес Ло Хэян и шагнул вперед: — Лови это тело. — Он схватился за печать и дернул на себя.
Дверь распахнулась и в лицо стоящему позади Цияну ударил прохладный воздух, по ощущениям чище любого горного. Казалось, заберись на самую высокую вершину и не сможешь вдохнуть ничего настолько освежающего. Хотя за дверью виднелся лишь белый туман и больше ничего, но Циян был уверен, что чувствует дыхание небесного царства, куда им предстояло отправиться.
Ло Хэян сделал шаг и носок его сапога явственно ударился о порог, которого не было. То, что жило внутри него пересекло границу и Циян будто увидел призрак, отправившийся на ту сторону. Тело Ло Хэяна во мгновение потеряло жизненную силу, его дыхание исчезло, и оно начало заваливаться назад. Циян с трудом успел подхватить мечника, холодного и одеревеневшего, словно давно мертвого.
С печальным выражением лица он оттащил тело от двери и бережно уложил на кровать, мысленно произнося молитву за упокой, хотя упокоевать было некого. Душу Ло Хэяна, его личность и суть, когда-то пожрал демон, а перед глазами сейчас была лишь пустая оболочка, глядя на которую в сердце Цияна разгорелось чувство вины. По сути, это он не смог спасти Ло Хэяна тогда.
Тяжело вздохнув, Циян отпрянул и развернулся к раскрытой двери, из которой все еще дул ветер. И хотя он видел за ней только дымку, но нехорошее предчувствие зародилось само по себе.
Глотнув снадобье, Циян обнажил меч и поспешил за Яньло-ваном, переместившись из тихой холодной комнаты на просторную белую площадь, залитую теплым алым светом вечернего солнца. Крики и лязг мечей ударили по перепонкам и прямо перед ним десяток небожителей атаковали Сяо Яна, облаченного в черно-красное.