Глава-6 Grace
— У тебя месячные? — спрашивает меня Эйвери, глядя, как я пожираю последний кусок стейка.
Наконец‑то нам удалось синхронизировать расписания на один день, и мы решили встретиться на обед. Мы пытались видеться хотя бы раз в месяц, так что я знала: сейчас самое время рассказать ей обо всём. Как только мы сели, я собиралась рассказать ей о встрече с Джаксоном неделю назад, но официант поставил моё блюдо передо мной и, ну, я отвлеклась. Хотя я и не успела объяснить причину своего раздражения, я жевала стейк как будто не ела неделю, а Эйвери смотрела на меня с равной долей забавы и настороженности. Отсюда и её вопрос про месячные.
Я спокойно отложила приборы, вытерла рот салфеткой и сложила руки на столе.
— Я встретила Джаксона Кейджа на прошлой неделе, — сказала я. И тут же пожалела об этом.
Она визжит так громко, что у меня закладывает уши, и несколько посетителей оборачиваются в нашу сторону.
— Почему ты не сказала мне раньше? — визжит она, и я морщусь.
— Боже, Эйвери, это всего лишь про парня. Эти новости могли спокойно подождать — отчитываю я.
Хотя это не совсем правда. После той встречи мне не терпелось всё рассказать — и о путанице чувств, что осталась во мне. Но я сдержалась: не хотела придавать ему или нашему разговору лишнего значения. Поэтому делала вид, что это не важно, хотя на самом деле всё было иначе. Наверное, Эйвери это чувствует, потому что она фыркает в ответ на мои отговорки.
— Да ну. Твоё лицо такое красное, что я удивлена, что твои трусики ещё не вспыхнули, — зло улыбается она. — Скажи, он такой же горячий, как звучит ?
Я мысленно воссоздаю образ Джаксoнa того дня. Воспоминание о его массивной фигуре, поразительно зелёных глазах и той самой улыбке снова наполняет меня томлением. Я представляю его глубокий, раскатистый смех, мне тайно приятно было отвечать на него, и почти ощущаю, как он меня окутывает. Он подошёл очень близко — я чувствовала длину его тела вдоль своей спины и тёплое дыхание у шеи, когда он шептал мне на ухо. Он прижал меня к двери, и мне было стыдно, насколько я расстроилась, когда пришлось оттолкнуться. Я с радостью осталась бы в той позе, с ним нависающим надо мной — высоким и широкоплечим.
Зловещий хихот Эйвери вырывает меня из мыслей.
— Ладно, — между смехом она глубоко вдыхает. — Твоё лицо говорит само за себя. Ты фактически имеешь его в своей голове. — Она хохочет; окружающие смотрят на нас неодобрительно. Я чувствую, как у меня горят щеки.
— Заткнись, — шиплю я сквозь стиснутые зубы. — Или никаких подробностей не получишь.
Она зажимает рот ладонью ещё до того, как я успеваю договорить, и наклоняется вперёд.
— Рассказывай всё, — говорит тихо, глаза блестят.
Я вздыхаю и пересказываю нашу встречу слово в слово. Эйвери слушает так внимательно, что мне кажется, она даже не моргнула с тех пор, как я начала.
— А потом пришёл папа, — говорю я, — и это была почти самая большая помеха для нашего притяжения. Джаксон выглядел в ужасе, когда понял, что его тренер — мой отец, но он мгновенно всё прикрыл: сказал, что что‑то забыл, поблагодарил меня за помощь и ушёл. Просто так. Даже не удосужился бросить на меня ещё один взгляд, — в голосе слышится уныние оттого, как он меня отшил.
Эйвери свистит — долго и низко.
— Чёрт, — пробормочила она, и я киваю в знак согласия.
— Мне надо спросить, — начинает она, и я напрягаюсь, понимая, к чему это идёт. — Что бы ты сделала, если бы твой папа не пришёл?
Это был вопрос на миллион долларов. Я задала его себе сразу, как только Джаксон вышел из спортзала, сжавшись от злости, и ответ пришёл моментально.
— Честно, Эв, если бы он поцеловал меня... я, чёрт возьми, ответила бы ему взаимностью, — признаюсь я со стоном. На лице Эйвери расплывается довольная ухмылка.
— Серьёзно?
— Серьёзно.
— Что это значит, если я была готова, чтобы он взял меня прямо там, в раздевалке, хотя мы познакомились всего минут десять назад? — требую я, слегка пристыженная собой.
— Это значит, что у тебя есть вагина, — заявляет Эйвери, будто это самый очевидный ответ в мире. — Он — зверь среди мужчин, и я уверена, что любая женщина в радиусе мили охотно спустила бы трусики после одного его взгляда.
Не могу сказать, что не согласна, и тайком нахожу в её словах утешение.
— Я всё время не могу перестать думать о нём, — признаюсь я тихо. Эйвери наклоняет голову.
— Почему говоришь это так, будто это плохо?
— Эээ... во-первых, мой папа — его тренер. Завести с ним отношения — это всё равно что поставить крест на нём. У него сейчас тонна проблем, и я не уверена, что разумно думать о нём подобным образом, когда у него есть дочь. И он всё равно козёл. Как бы сильно он ни флиртовал — он остаётся мудаком. И боксеры мне не по душе. Все они панки. — Я уверена в этом, но Эйвери далеко не так убеждена.
— Половина этих причин — временные трудности, а вторая половина — попытка оправдать, почему ты должна держаться в стороне, вместо того чтобы рискнуть. Как всегда, — добавляет она, бросая колкий взгляд.
— Рисковать чем? Каким‑то парнем, которого я встретила десять минут назад и которого признала привлекательным? — резко отвечаю я.
— Он, наверное, шкаф 2 на 2 — задумчиво замечает Эйвери. — Тебе бы не помешало ухватить его себе,ну или хотя бы на разок — ехидной улыбкой говорит она.
Я закатываю глаза.
— Знаешь, что мне нужно? Новый старт. Новая картина, — говорю я, как только мысль приходит в голову.
— Я не врубаюсь, — отвечает она, поднимая бровь.
— Я собираюсь пойти на свидание с Тимом, — заявляю я.
Рот Эйвери раскрывается от недоверия.
— Ты выбираешь этого «какого‑там» Тима вместо «Джаксона ‑ от - которого ‑ мокрые ‑ мои ‑ трусики» Кейджа? — недоверчиво спрашивает она.
Я смотрю на неё сухо — меня не радуют её прозвища.
— Ты говоришь так, будто Джаксон вообще был бы вариантом. Нет, Эв, он не вариант. Он последнее, что мне сейчас нужно, и я уверена, что я ему не нужна. Мне нужна другая картина. И это — Тим.
— Значит, ты собираешься им пользоваться? — прищуривается Эйвери.
— Конечно нет! Я даю ему шанс, — твёрдо поясняю я, но Эйвери по‑прежнему скептична.
— Ты хотя бы поддержишь меня в этом? — умоляю я.
Она качает головой в знак поражения.
— Ладно, но ты мне за это точно должна картину.
***
Я ещё раз смотрю на себя в зеркало, и в этот момент звонит домофон. Я выбрала образ деловой, но элегантный: чёрная юбка‑карандаш, самая обтягивающая из тех, что у меня есть, и тёмно‑красная футболка с длинными рукавами; V‑образный вырез едва намекает на декольте. Я не хотела давать Тиму слишком много поводов для размышлений, поэтому в основном прикрыла грудь. Дополнив наряд красными туфлями на каблуке и простой бижутерией, я осталась довольна результатом.
Макияж я сделала сдержанным: тени нейтрального оттенка, близкие к тону кожи, один слой туши на ресницах. Единственный акцент — красная помада, выгодно оттеняющая персиковый тон моей кожи. Я выглядела деловой, но с лёгким налётом флирта — идеально для ужина. В обед у Тима внезапно появились дела, поэтому мы перенесли наши планы на вечер. Ужин не такой непринуждённый, как обед, но мне это шло, и я согласилась на перемену.
Удовлетворённо кивнув своему отражению, я подошла к двери; каблуки громко щёлкали по полу.
— Привет, Тим, — говорю я с улыбкой, распахивая дверь.
У Тима слегка приоткрывается рот: он быстро оценивает меня взглядом, задержавшись чуть слишком долго на моей груди. Сказать, что мне это понравилось, я не могу. Если бы это были глаза Джаксона...
Я тут же отбрасываю эту мысль. Сегодня вечером не о Джаксоне. И никогда не должно быть.
— Вау, ты потрясающе выглядишь, — выдыхает Тим, и я улыбаюсь ему ещё раз.
— Спасибо. Ты тоже неплохо выглядишь, — подшучиваю я, и это правда.
Он надел рубашку и пиджак вместо привычного костюма. Деловые брюки и туфли дополняли его образ в стиле преппи, и это было определённо привлекательно.
Мы спустились на лифте и вышли у фасада здания. Он повёл меня к своей машине, открыл пассажирскую дверь, чтобы я села, и дождался, пока я войду, прежде чем закрыть её и занять место за рулём. Как только мы устроились и тронулись, разговор плавно перешёл в приятную, лёгкую беседу.
— Так куда мы едем? — спросила я.
— Есть один довольно известный паб в западной части города. Там ещё и еду подают, так что я подумал, что мы могли бы поговорить за ужином и выпить, — объяснил он. Выпить могло показаться шагом в сторону от делового ужина, но я быстро успокоила себя: многие коллеги общались за бокалом.
— Звучит хорошо, — ответила я, и он широко улыбнулся.
Когда мы подъехали, пришлось покружить довольно долго — всё было забито.
— Извини, — смущённо сказал Тим, когда мы снова сделали круг по парковке. — Должен был догадаться, что в субботу вечером тут будет много народу.
— Не переживай. Мне всё равно, — честно ответила я. Честно говоря, чем больше людей вокруг, тем менее интимным казался ужин, так что меня это вполне устраивало.
Мы наконец нашли пустое место как раз в тот момент, когда отъезжала другая машина, и Тим сразу же занял его. Он вышел со своей стороны и обошёл машину, чтобы открыть мне дверь — вежливый джентльмен. Ведя меня к входу, он слегка коснулся моей поясницы, и я постаралась не ерзать. Не то чтобы мне это не нравилось, но вся эта встреча начинала терять деловой характер, и это нервировало меня больше, чем я хотела признавать. Зайдя внутрь, я увидела, что людей действительно много. Из динамиков громко играла музыка, и повсюду сновали телa. Тим что‑то сказал, но я не расслышала, поэтому поднесла пальцы к уху и качнула головой. Поняв, он наклонил голову в сторону, и мы направились туда. Трудно было идти вместе, когда так тесно, поэтому Тим взял меня за руку и лавировал, прокладывая путь. Его рука в моей была действительно приятной, но я снова задумалась, не зашли ли мы слишком далеко.
Тим усадил нас за свободный боковой столик в глубине зала; там было заметно спокойнее.
— Извини за это, — снова сказал он, когда нам удалось расслышать друг друга. — Может, нам стоит пойти куда‑то в другое место? — предложил он.
Я заметила его лёгкое смущение и тут же почувствовала себя неловко.
— Всё в порядке, — успокоила я его. — Я почти не выхожу, чтобы выпить, так что это приятная перемена, — добавила я и искренне так думала.
В знак поддержки я положила руку ему на руку, но он явно воспринял это не так, как мне бы хотелось. В его глазах вспыхнул интерес, и я поняла, что это была ошибка. Прежде чем я успела убрать руку, он перевернул её и переплёл пальцы с моими. Ой‑ой.
— Я рад, что ты согласилась пойти со мной, — тихо сказал он, наклонившись вперёд.
Чёрт возьми, я подумала, он собирается меня поцеловать!
Я резко встала; он вздрогнул и отпустил меня.
— Как насчёт того, чтобы я купила нам напитки? За мой счёт. А ужин можешь оплатить ты, — эта отмазка сорвалась с языка, и я мысленно сжала кулак от радости — хорошая идея. Тим всё ещё выглядел сбитым с толку из‑за внезапной перемены в моём поведении, но всё же кивнул.
— Ладно, — неуверенно ответил он. Он встал, чтобы проводить меня, но я усадила его обратно. Мне нужно было пространство, чтобы подумать. Я не хотела задеть его чувства, поэтому положила руку ему на плечо.
— Останься здесь. Мой сюрприз, — сказала я, подмигнув ему. Он ответил сияющей улыбкой, и я мысленно выдохнула с облегчением.
Я снова направляюсь к бару и сажусь на табурет, но ничего не заказываю. Вместо этого пытаюсь разобрать все свои мысли и эмоции. Я говорила Эйвери, что мне нужен новый старт, и хоть это было правдой, я не уверена, что свидание с Тимом — правильный способ его получить. Не использую ли я его? Я просто хотела отвлечься от мыслей о Джаксоне, а Тим показался хорошим парнем.
Этот ужин должен был быть строго рабочим, но произошло столько всего, что он перестал таким казаться. И меня это не устраивало. Наверное, я согласилась пойти с Тимом потому, что это казалось безопасной зоной. Это точно не должно было быть свиданием. А теперь, когда всё принимает другой оборот, я уже не так уверена, что готова к этому, как раньше.
«Готовы заказать?» — спрашивает низкий голос. Я поднимаю голову и крепко хватаюсь за край бара, чтобы не уронить стакан от удивления. Мои глаза скользят по облегающей барменской форме, по белой рубашке и чёрному галстуку‑бабочке, которые выгодно смотрятся на оливковой коже. Мои глаза встречают пару сверкающих зелёных глаз — и передо мной стоит тот мужчина, который занимал мои мысли гораздо больше, чем следовало бы. Джаксон Кейдж.