Принц и Алая воровка

Полночь в королевстве Йокогама пахла грозой и старым металлом. Чуя стоял в тени колонн заброшенного монастыря, где, по словам Амайи, должна была состояться встреча Мори с северным послом. На принце был боевой доспех, скрытый под темным плащом, а в груди глухо билось предчувствие: сегодня решится судьба короны.

— Ты слишком громко дышишь для засады, Рыжик, — раздался шёпот прямо над ухом.

Чуя даже не вздрогнул. Он привык к её внезапным появлениям. Амайя сидела на выступе колонны, свесив ноги. На этот раз она была во всеоружии: облегающая черная кожа, два коротких клинка за спиной и взгляд, в котором игривость мешалась с опасным блеском.

— Ты всё-таки пришла, — не оборачиваясь, произнес Чуя. — Решила посмотреть, как я провалюсь?

— Пришла проследить, чтобы ты не испачкал свой красивый камзол раньше времени, — она легко спрыгнула рядом, коснувшись его плеча. — Мори привел с собой личную гвардию эсперов. Это не просто встреча, это ловушка для тебя, Чуя. Он знает, что ты здесь.

Принц резко повернулся к ней, его глаза сузились.

— И откуда у тебя такие сведения, Алая?
Амайя вплотную подошла к нему, поправляя воротник его плаща. Её пальцы намеренно медленно скользнули по его шее, вызывая у Чуи невольную дрожь.

— Скажем так, я украла план этой встречи прямо из головы одного из его приспешников. Ну что, напуган? Ещё есть шанс сбежать со мной на край света. У Казуто хватит места для двоих.

— Я не бегаю от проблем, — Чуя перехватил её руку, прижимая к своей груди. — И я не брошу отца.

— Какой ты скучный... и какой благородный, — Амайя ухмыльнулась, подаваясь вперед и на мгновение касаясь своим носом его носа. — Ладно, Принц. Давай спасать твое королевство. Чур, голова Мори — моя.

В центре монастырского двора Мори Огай действительно ждал. Он стоял у алтаря, держа в руках свиток с черной печатью. Посол севера, закутанный в меха, стоял напротив.

— Ваше Высочество, не стоит прятаться в тенях, — голос Мори эхом разнёсся под сводами. — Я чувствую твою гравитацию. Она такая же тяжелая и предсказуемая, как и твоё чувство долга.

Чуя вышел на свет, отбрасывая плащ.

— Игра окончена, Мори. Я знаю про яд. Я знаю про договор. Сдайся, и, возможно, я позволю тебе уйти в изгнание живым.
Мори рассмеялся, и в этот момент из теней вышли десять воинов в масках.

— Ты пришел один против моей элиты? Глупо, Чуя-кун. Даже для тебя.

— Кто сказал, что он один? — сверху обрушился столб багрового пламени.

Амайя приземлилась в центр круга, и Казуто, материализовавшийся в полную величину, издал рев, от которого задрожали стены.

— Привет, старикан! Извини, что без приглашения, но мне очень понравился твой свиток. Думаю, он отлично впишется в мою коллекцию!

— Воровка... — процедил Мори, теряя привычное самообладание. — Убейте их!

Начался хаос. Чуя двигался как вихрь, используя гравитацию, чтобы вжимать врагов в землю или подбрасывать их к самому куполу, где они разбивались о камни. Амайя же вела свой танец. Она перемещалась с невероятной скоростью, защищая Чую фиолетовыми щитами в те моменты, когда он открывался для атаки.

— Справа, Рыжик! — выкрикнула она, выставляя купол перед ним, в который врезался мощный магический разряд.
Чуя мгновенно среагировал, обрушивая кусок колонны на нападавшего.

— Не называй меня так в бою!

— Ой, извини! — Амайя ловко подсекла очередного гвардейца и вонзила клинок в его плечо. — А как тебе «Мой Король»? Звучит заманчиво, не правда ли?

Даже в разгаре смертельной битвы она находила время для флирта, что доводило Чую до исступления.

Когда последний защитник Мори пал, Чуя направился к советнику. Но Мори, будучи мастером манипуляций, выхватил кинжал, пропитанный тем самым ядом.

— Если я умру, твой отец никогда не получит антидот! Он спрятан там, где ты никогда не найдешь!

Чуя замер. Это была патовая ситуация. Но в этот момент Амайя, с абсолютно невинным видом, подбросила в воздух маленький стеклянный флакон с синей жидкостью.

— Ты про этот антидот, который лежал в твоём левом кармане? — она игриво ухмыльнулась, ловя флакон. — Извини, Мори, но я не смогла устоять. У него был такой красивый цвет.

Мори побледнел. Он бросился на Амайю, но Чуя одним движением руки увеличил гравитацию вокруг советника в сто крат. Мори рухнул на колени, не в силах даже поднять голову.

— Ты проиграл, — холодно произнес Чуя, забирая свиток с печатью. — Стража! Взять его.

—————

Рассвет застал их на крыше замка. Мори был в темнице, король получил антидот и пошел на поправку. Чуя, уставший и раненный в руку, сидел на зубчатой стене, глядя на просыпающийся город.

Амайя подошла сзади, на этот раз тише, чем обычно. Она присела рядом и взяла его раненую руку в свои ладони.

— Совсем себя не бережёшь, Ваше Высочество, — прошептала она.

Вокруг её рук разлилось мягкое сияние. Способность исцеления начала затягивать рану на руке Чуи. Боль утихла, сменяясь приятным теплом.

— Спасибо, Амайя, — тихо сказал он, глядя ей в глаза. — За всё. Ты могла забрать этот свиток и шантажировать меня. Почему ты помогла?

Амайя закончила исцеление и, не выпуская его руки, подалась вперед, нежно касаясь своей щекой его щеки.

— Ну... — протянула она, вновь возвращая себе игривый тон. — Если бы королевство пало, у кого бы я воровала лучшее вино? И потом... я же обещала вернуть тебе кулон.

Она вытащила из-за пазухи золотое украшение и надела его на шею Чуи. Её пальцы задержались на его ключицах, а дыхание обжигало кожу.

— Теперь мы квиты? — спросил Чуя, перехватывая её за талию и притягивая к себе.

— Почти, — Амайя ухмыльнулась, её губы были в сантиметре от его. — Ты всё еще должен мне танец. Настоящий. На твоём коронационном балу.

— Я не танцую, — буркнул Чуя, но его рука уже собственнически лежала на её спине.

— Придётся научиться, Рыжик, — она первой накрыла его губы своими, на этот раз медленно и глубоко. — Потому что теперь я собираюсь украсть гораздо больше, чем твои побрякушки. Я собираюсь украсть всё твоё свободное время.

Чуя ответил на поцелуй, понимая, что его жизнь больше никогда не будет прежней. У него был трон, у него был мир... и у него была Алая воровка, которая, кажется, наконец-то нашла место, где ей не хотелось ничего красть, кроме его сердца...