её телохранитель

После странного покушения прошло пару дней, Дженни практически не покидала стены комнаты, погружаясь в книги, телефон, ноутбук и постоянно распивая зелёный чай, который той заваривала его Дорати, верно принося на подносе две чашки на случай гостей и небольшой заварник с кипятком. Общение с Кэрол в эти дни было минимальным, брюнетка попросту избегала точек соприкосновения.

Она сидела на стуле перед окном, наблюдая за тем как люди во дворе спокойно проживают свои дни, продолжают работать, пока она ощущала себя будто бы загнанной мышкой. Что-то в этот момент в ней словно сломалось. Она крепче сжала чашку в руках, после чего рывком поднялась, отставляя ту на стол. Вдруг пошла в сторону двери, но остановилась, заколебалась. Поджала губы, после чего цокнула, вздохнула и снова сорвалась к двери, но рука замерла на момент, когда нужно было дёрнуть.

— Ну же, — еле слышно шипит Ким, зажмурив глаза и с большей уверенностью буквально вылетая из комнаты.

Никто в доме не знал о случившемся. Дженни предпочла никому не рассказывать, дабы не беспокоить отца и не поднимать тревогу. Где-то в глубине души она надеялась, что это просто совпадение и, на самом деле, никакого покушения не было, это просто очередной бандит. Только вот осознание было куда сильнее.

— Мистер Чон! — громко произнесла девушка, стоя позади мужчины, который как раз докурил сигарету, вальяжно обернувшись к девушке. Каждый раз когда он оказывался так близко — она заново ощущала то, какой же он высокий и большой. Как его тело отличалось на фоне её худых плечей и низкого роста.

Чонгук спрятал окурок в пачку сигарет, после скрывая ту во внутреннем кармане пиджака.

— Я хочу, чтобы Вы меня научили!

Дженни выдала это уверенно, быстро, словно боялась, что кто-то помешает ей признаться. Мужчина же застыл, наверное, впервые немного удивившись. Она вновь открывалась для него совершенно с другой стороны.

— Научил? — делает паузу тот, двинув челюстью, — Чему?

— Защищаться, — сглотнула нервно Ким, — я хочу уметь постоять за себя!

— Но для этого у Вас есть...я, — фраза была вполне логичной и понятной, но имела своеобразный окрас, который оставил странное послевкусие для двоих, но яркие эмоции Дженни были куда сильнее этого мимолетного ощущения.

— Я хочу уметь это делать сама, — уже более жалостно выдала та.

— Это не входит в мои обязанности, — холодно, почти отрезвляюще выдал Чонгук, словно хлыстом по голой спине, — для Вашей безопасности есть я, но не как учитель, поэтому я не хочу выходить за рамки моего контракта.

— Прошу, — её глаза казалось намокли, она сильнее сжала края рукавов своего кардигана.

Только вот телохранитель молчал. И его молчание было громче любых слов сейчас.

— Я Прошу Вас, — голос дрогнул, а на молчание мужчины девушка схватилась за голову, на момент, после приглаживая волосы назад и останавливая руки на шее, — я прошу тебя, Чонгук, — снова обратилась к нему Ким, смотря за тем, как грудь мужчины вздымалась от дыхания, которое казалось участилось.

Тишина. Внутри всё горело, а горло будто бы сжимало сотни верёвок. Губы задрожали сильнее, подбородок дрогнул, когда она приоткрыла рот дабы что-то сказать, но в последний момент просто передумала. Ещё пару секунд она смотрела прямо ему в глаза. В тёмные как бездна зрачки. Но после развернулась, уходила уже не так резво и не так уверенно, скорее опечаленно и опустошенно.

— Дженни? — заметив девушку, подбежала ближе Кэрол, замечая сводную у входа, — Ты в порядке? — та схватила брюнетку за плечи, взглянув в сторону откуда шла та. Но там никого не осталось.

— Да, — поглубже вздохнула Ким, натянув улыбку и стараясь скрыть немного охрипший голос, — Всё хорошо, — закивала она, после чего коснулась плеча блондинки, — я хочу побыть одна, встретимся завтра.

— Но...

— Встретимся завтра, Кэрол, — настойчивее повторила Дженни, уходя прочь.

Но впервые девушка не хотела прятаться в комнате, шла куда глаза глядели. Огромный особняк позволялся скрыться где угодно. Большое количество залов, библиотека, несколько столовых, спальни, кабинеты, гостевые комнаты, кухня, склад, гардероб, прячься — никто не найдёт. Поэтому та заворачивает за очередной поворот, выходя на узкие закрученные ступеньки, поднимаясь сперва на второй, а после и на третий этаж, куда обычно никто не приходит, так как данное помещение было скорее семейным чердаком с выходом на небольшой балкончик два на два.

Она поднималась всё выше, чувствуя, как с каждым шагом в груди становится легче. Воздух на третьем этаже был плотнее, холоднее — пах пылью, старой древесиной и чем-то забытым. Здесь редко бывали. Шторы были полузадёрнуты, а вечерний свет пробивался сквозь них мягкими линиями, словно расчерчивая пол.

Дженни остановилась у узкой двери, на секунду колеблясь, потом толкнула её плечом. Петли скрипнули, пропуская внутрь струю прохладного воздуха. Комната встречала тишиной. Здесь было что-то от старого мира — массивный комод, зеркало с паутиной трещин в углу, несколько накрытых белыми полотнами предметов мебели. Она прошла к балконной двери, приоткрыла створку — ветер сразу пробрался внутрь, колыхнув её волосы.

Снаружи было тихо. Внизу виднелся сад, дорожки, люди — крошечные, как игрушечные фигурки. Отсюда всё казалось далеким, безопасным. Только в груди всё ещё звенело напряжение. Она вышла на балкон, прижимая ладони к перилам. Пальцы побелели от усилия.

Губы дрогнули, будто она хотела что-то сказать, но слова застряли. Её взгляд случайно скользнул вниз — туда, где, как обычно, у беседки стоял Чонгук. На этот раз его там не было. Пусто. Нервный комок мгновенно скатился в живот. Странно — за эти дни она привыкла к тому, что он всегда где-то рядом, невидимо присутствует в её периметре. А теперь — ничего.

Только лёгкий шелест. Словно кто-то прошёл этажом ниже. Или ветер.

В голове крутилось множество мыслей, среди которых были такие же банальные как записаться на самозащиту, боевые искусства, правда вот все её ранние подобные попытки ни разу не увенчались победой. Каждый тренер оказывался двусмысленным: кому-то нравилось такое взаимодействие с богатенькой дочуркой самого Кима, а кого-то забавляли попытки чему-то научиться, из-за чего Дженни не воспринимали всерьез. Оглянувшись, взгляд зацепился за небольшую трещину, которая расходилась по стеклу балконной двери. Пальчики коснулись линии, медленно водя от начала и до конца, из-за чего неожиданно на подушечке появляется легкий порез.

— Ауч, — тихо прошипела Ким, цокнув и заметив как сильно начала течь кровь, что не могло не раздражать. Желая уже выйти, та вдруг застывает.

Чон будто бы призрак стоял по ту сторону двери, медленно потянувшись к ручке и открывая ту.

— Как Вы... нашли меня? — она звучало обиженно, холодно и отстраненно, так, словно все наработанные за почти четыре недели отношения не имели никакого значения.

— Подчиненные видели куда Вы ушли, госпожа Ким, — устало проговаривает Чонгук, медленно переступая порог и оказываясь в маленьком пространстве вместе с девушкой. Та невольно отступает назад, упираясь одной рукой о перила позади себя, а вторую оставляя сжатой, дабы предотвратить текущую кровь.

— Вы что-то хотели?

— Почему Вам так важно, чтобы я обучил Вас? — вдруг спрашивает телохранитель, слабо наклоняя голову вправо, будто бы стараясь считать её мысли и эмоции.

— Это уже неважно! — чуть бы не выплюнула та, ощущая горькую обиду за то, что она предстала перед ним в таком виде. Двинулась вперёд, стараясь обогнуть мужчину и уже почти выходит, как вдруг на запястье, через кардиган оказывается мужская рука.

— Важно, — баритоном выдал тот, выдав лёгкую дрожь в голосе, пока сам медленно возвращает девушку на прошлую позицию, вставая так, словно загоняя в ловушку. Глаза бегали по её лицу, пока Дженни растерялась, не ожидая такой инициативы.

— Когда на нас напали...на меня, — к горлу подоспел ком, — я почувствовала себя так жалко, как будто бы... если бы не Вы — я так легко могла бы умереть (?), — нервно усмехнулась брюнетка, — или что там хотели со мной сделать. Я была такой беспомощной, такой доступной (?). Я была никем в тот момент, кроме как титула папы, который хотят украсть, убрать, уничтожить.

Чонгук нахмурился, медленно опуская взгляд к её сжатой руке, на пальчиках которой проявилась немного кровь. Совсем немного, но достаточно заметно. Так часто бывало от меленьких ранений, которые иногда труднее скрыть чем глубокий порез.

— Ваш отец не разрешил мне помогать Вам заниматься самозащитой.

— Ч-что?

— Наверное, он знал. В контракте есть отдельный пункт, говоривший, что мне запрещено идти на встречу Вашим потаканиям и я обязан предоставлять защиту несмотря ни на что.

— И что теперь? — скривившись и недовольно выдала та, — Вы пришли мне просто сказать это? Выставить себя правильным, что не нарушаете контракт, да?

Чон держался изо всех сил. Нахмурился, заглядывая в намокшие снова глаза, замечая как те покраснели ещё после первого их разговора. Рука дрогнула, всего на мгновение, словно в желании убрать прилипшие к щеке волосы, подобрав текущую слезу. Но он сдержался, лишь вздохнул, отходя.

— Нарушу.

Коротко, холодно и так тепло одновременно звучал мужчина, отводя взгляд куда-то в сторону.

— Нарушите? — шепотом и не веря повторяется Дженни, — Правда? — уголки её губ потянулись к верху и резкий порыв эмоций не дал ей покоя, из-за чего та подскочила ближе, заставив их обоих удивиться и одновременно отшатнуться друг от друга, — Извините, — прочистила горло она, после чего непроизвольно облизала нижнюю губу, стараясь выловить его взгляд, — Спасибо, мистер Чон.

Обогнув того, девушка хотела выйти, как вдруг его голос снова прозвучал позади.

— Чонгук, — делает паузу тот, слабо кашлянув, — если Вам удобно, можете на «ты», — делает шаг к ней теперь он, доставая из кармана пластырь и попутно отклеивая внутреннюю часть того. Ким застыла, смотря за тем, как мужчина кивает в сторону ладошки, не осмелившись взять её руку самостоятельно. Протирает салфеткой, а после аккуратно клеит пластырь вокруг подушечки.

На этом их разговор закончился окончательно и они смогли разойтись по своим комнатам. Только вот тут скорее Дженни ушла к себе, закрывая за собой дверь хлопком, прижавшись к деревянной поверхности и стараясь сдержать порывистое дыхание. Поднимая ладошку, та смотрит на указательный палец, обмотанный ближе к ногтю пластырем.

***

На следующее утро Дженни проснулась без будильника, полна мотивации и новых эмоций, которые ещё понять была не в силе. Странная тревога щекотала всё тело, но и дополняла её силами. Та собрала спортивную одежду, подхватила сумку и быстрой походкой вышла из комнаты, направляясь в столовую, где за столом уже завтракали сводные брат и сестра.

— Доброе утро, — улыбнулась шире Кэрол, подзывая девушку присесть рядом, — Тебе уже легче?

Джеймс вдруг вздрогнул, проследив за тем как брюнетка присаживается напротив него, сразу рядом с сестрой.

— Что-то случилось? — немного взволновано выдаёт парень.

— Ничего, — быстро отвечает Ким, — я вчера просто была очень уставшей, — делает паузу та, осмотрев стол, — а сейчас страшно хочу есть.

Двое других не стали донимать вопросами и троица теперь трапезничала вместе. Они ела и только изредка молчали, в основном светловолосая поднимала новые и новые разговоры на самые разные темы. В процессе же в столовую медленно зашёл Чон, одним лишь своим взглядом сказав всё.

— Я побегу, — выдает Дженни, дожевывая последний кусочек сэндвича и поднимаясь из-за стола, — спасибо за завтрак, — оглянулась теперь на одну из горничных, улыбнувшись и подбирая сумку, которую сразу же забирает из рук девушки Чонгук.

Оставшиеся за столом переглянулись, пока взгляд Кэрол так и оставался на спинах уходящей пары.

— Нам нужно будет заниматься в каком-то другом месте, — шепотом проговаривает Ким, продолжая уверенно идти с мужчиной нога в ногу, — у всех в этом доме слишком длинный язык, большие уши и глаза, чтобы делать это тут.

— Как пожелаете, — и снова эти отрывистые и холодные фразы.

— Поедем в один зал, там есть приватные комнаты отдельные, думаю там будет легче, — так уверенно продолжала говорить та, явно показывая, что все её слова и намерения не вранье.

— Я ожидал Вы передумаете, — открывая дверь перед Дженни на улицу, проговорил Чон, заставляя ту хмуро взглянуть на него.

— А Вы надеялись, — спокойно парировала Дженни, проходя мимо и ставя бутылку воды рядом с его, — не нужно притворяться.

Он чуть прищурился, но уголок губ едва заметно дёрнулся. Его начинало забавлять её такое уже другое поведение, колкое, защищающееся.

— Значит, сегодня без «мистер»? — устало вздохнул тот, подойдя к машине и коснувшись ручки дверцы, но пока не открывая.

— Только если Вы перестанете смотреть на меня, как на обязанность, — вздернув подбородок и заглянув в его глаза, стоя снова не так далеко как обычно.

— Это... будет сложно, — сдержанно ответил он, и на этот раз в его голосе прозвучала сухая усмешка.

— Почему?

— Потому что Вы и есть моя обязанность, госпожа Ким.

Дженни фыркнула, вдруг обогнув мужчину и подойдя к переднему пассажирскому сидению.

— Прекрасно. Тогда учите свою обязанность, пока она ещё слушается.

***

Они приехали к тому месту, которое описывала Ким: частный спортивный зал, в котором было сразу же несколько секций для всех желающих. Среди таких было парочку небольших помещений для индивидуальных занятий. Поэтому разойдясь в раздевалки, те быстро сменили образы и встретились уже в зале. Чон не подал виду, но её новый образ его немного удивил. Вечно в юбках и лишь однажды в домашних белоснежных штанах девушка сейчас была в коротких спортивных шортах, показывая свои худые и подтянутые ноги, а на теле была немного свободная футболка, чуть ниже бедер.

Первые десять минут прошли в спокойном темпе. Он объяснял базовые движения — стойку, равновесие, положение рук. Она повторяла, почти без ошибок. Но когда он попытался поправить её локоть, та чуть отстранилась.

— Я не фарфоровая, — заметила Дженни, глядя прямо в глаза тому, возмущенно цокнув.

— Нет, просто... непослушная, — коротко ответил он, делая шаг назад, отдёрнув руки.

— Это плохо для ученицы?

— Для ученицы — нет. Для телохранителя — да.

— Хорошо, значит, будем считать, что сейчас я не под охраной, — с вызовом сказала Ким, выпрямляясь и звуча особенно твёрдо. Что-то словно поменялось в ней, она стала колкой, а от нежности и неловкости не осталось и следа.

И впервые он тихо усмехнулся. По-настоящему — не вежливо, не из формальности.

— Опасное заявление, — произнёс Чон, обходя её по кругу, — но ладно. Покажите, как бы Вы «постояли за себя».

— С удовольствием.

Она двинулась быстро — импульсивно, но с какой-то интуитивной точностью. Попытка ударить была неловкой, но смелой. Чон легко перехватил движение, и через секунду она оказалась с вывернутым запястьем и прижатой к себе рукой. Дыхание сбилось, но не от страха.

— Ошибка номер один, — спокойно произнёс он, — не предупреждать противника взглядом. Вы смотрите туда, куда собираетесь ударить. Это делает Вашу атаку читаемой.

— Или делает её честной, — тихо выдала Дженни, вырываясь.

Он приподнял бровь, отпуская, двинув после челюстью, пока язык поправил пирсинг на губе. Она знала его эту привычку, давно заметила, но никогда не акцентировала на этом своё внимание. Никогда, кроме сейчас.

— В бою честность — не преимущество.

— А в жизни?

Он замер на секунду. Их взгляды пересеклись, и воздух между ними будто стал плотнее.

— В жизни, — наконец произнёс он, — от неё чаще стреляют.

Тренировка продолжалась почти час. Дженни упрямо не сдавалась, даже когда падала, даже когда ладони саднило от соприкосновения с ковриком. Чонгук вёл себя спокойно, но в его взгляде появилось что-то новое — уважение, интерес, возможно, даже лёгкое недоумение. Когда же всё закончилось, он молча подал ей бутылку воды.

Девушка тяжело дышала, сидя на коврике, вытянув перед собой ноги и немного нахмурившись, пока рука потирала колено.

— Ударились? — заметил Чонгук, держа у шее маленькое полотенце, убирая выступивший пот.

— Наверное, когда очередной раз упала — не заметила, что ударилась, — вздохнула та, — не страшно, пройдёт.

Брюнет удивлялся с каждым разом всё сильнее от того как она быстро менялась на глазах. Хмыкнув, тот покинул комнату, его не было всего пару минут, а после он вернулся с баночкой колы в руках. Подошел ближе, присаживаясь на одно колено рядом с её ногами. Одна рука потянулась к внутренней части ноги возле колена, но не касалась сразу.

Дженни задержала дыхание невольно, ощутив как в районе горла и груди что-то загорелось, когда к колену прикоснулась холодная сталь банки.

— Не больно? — банка охлаждала место ушиба, а вторая рука мужчины держала ногу, словно не позволяя дёрнутся.

Кожа покрылась мурашками, выдавая Ким, которая лишь сглотнула, засмотревшись на его длинные пальцы, которые касались кожи ноги. Внутри что-то перемещалось, а рот слабо приоткрылся, пока она думала как оправдать такую реакцию.

— Холодно? — тише проговорил мужчина, — Переодевайтесь и встретимся в машине.

Взгляд телохранителя словно подменили и теперь перед ней точно не Чонгук, а тот самый холодный робот. Он ушёл молча, больше не сказав ни слова, оставляя после себя лишь странные ощущения от новых касаний. Таких неправильных, но в каком-то смысле приятных.

В машине же стояла тишина, когда те снова сидели на своих местах. Двигатель урчал ровно, за окном мелькали силуэты людей, но внутри — будто иной мир. Чонгук вёл машину, не смотря в её сторону, но пальцы на руле слегка подрагивали. Дженни, конечно, заметила эту резкую перемену в настроении.

— Вы злитесь, — вдруг сказала она, глядя в окно.

— Почему Вы так решили? — коротко, но с привычным холодком отозвался он.

— Потому что когда злитесь, у Вас правая бровь чуть приподнимается, — спокойно ответила Ким, повернув голову к нему, — И Вы не выдыхаете через нос. Только через рот. Как сейчас.

Он бросил на неё короткий взгляд — не сердитый, немного хмурый и частично оценивающий.

— Вы наблюдательны.

— Я учусь у лучших, — невинно пожала плечами Дженни, ухмыльнувшись.

— Это комплимент?

— Это констатация факта, — усмехнулась она, откинувшись на спинку сиденья.

Несколько секунд они ехали молча. Только потом, уже на повороте к особняку, она добавила тихо, но так, что он услышал:

— И запомните, мистер Чон, я не фарфоровая. И не хочу, чтобы Вы так думали.

Он ничего не ответил, но пальцы сжали руль сильнее. На губах промелькнула почти невидимая тень — не улыбки, но чего-то очень близкого к ней.

***

— Я так скучала! — длинные светлые волосы подлетели, когда Рози крепко сжала свою подругу в объятиях.

Они простояли обнимаясь где-то минуту, о чём-то болтая, но так, чтобы было слышно только им. Встретились же девушки вновь в кафе возле парка, но уже под открытым небом, несмотря на осеннюю прохладу, которая затягивала всё сильнее. Сегодня обе были в пальто, только если у Дженни оно было шоколадным, то у Эшвуд оно было практически белоснежным.

— Прости, что я так мало отвечала, милая, — надула губы Рози, смотря на девушку, сидящую напротив, — У меня полный завал в универе, дома полно проблем, мама опять заболела...

— Что? — делает паузу девушка, вздыхая, — Что случилось?

— Болезнь обострилась, — цокнула Эшвуд, — врачи бестолковые, ничего не помогает. Мама забывает как зовут Джессику, перестаёт узнавать сиделку и иногда... иногда она забывает меня, — сдерживая порыв расплакаться, говорила девушка.

— Дорогая, — шепотом проговорила Ким, вытянув руки и накрывая ладошки подруги.

Сидящий в стороне через два столика Чонгук, словно сталкер, смотрел на них со стороны. Подмечал как сидела госпожа Ким, как разговаривала, как её брови хмурились, она расстроилась из-за чего-то, что ей рассказали и, казалось, у неё вновь глаза на мокром месте. В процессе работы с девушкой, Чон точно подметил, что терпеть не мог когда она плакала. Ему казалось это было слабым местом для такого черствого мужчины. Женские слёзы резали сильнее любого лезвия.

— Я поговорю с отцом, у него есть много знакомых хороших врачей, мы что-то придумаем, — кивала пока говорила Дженни, пока сидящая напротив только тяжело вздохнула, поджав губы в улыбке.

— Давай поговорим о другом, — прочистила горло девушка, кашлянув в кулачок, после чего отпила воды из стакана, — расскажи лучше, как ты, что у тебя нового? Как ты уживаешься с новым телохранителем?

Сперва Ким колебалась стоит ли так просто переводить тему и рассказывать о всех приключениях, что у неё случились. Но Рози настаивала, поэтому Дженни рассказала всё с самого начала, начиная от того, что и так знала подруга и заканчивая покушением, о котором знала лишь она и Чонгук.

— Скажи, что ты шутишь, Дженни Ким? — взволнованно выдала Рози, шепотом, но словно крича на подругу.

— Перестань...

— Ты обязана рассказать отцу! Это не шутки, пойми, — не унималась та, — какой смысл учиться защищаться, если ты в итоге можешь... я даже думать не хочу, что может случиться!

— Я дождусь, когда он вернётся, а сейчас мне надо немного времени, чтобы никто не помешал нашим с мистером Чоном тренировкам.

— Ты не боишься?

— Боюсь чего?

— Всего, Дженн, — поникла светловолосая, — люди вокруг могут оказаться не теми, за кого себя выдают. За любым углом может поджидать опасность.

— Поэтому у меня есть телохранитель, — она звучало впервые гордо, говоря об этом, — мистер Чон отлично выполняет свою работу.

Перед глазами словно молнией промелькнули кадры их взаимодействий: касания на балконе, тренировке. Всё смешалось в моменте, заставило украдкой взглянуть на него: ровная поза, утонченный и спокойный взгляд куда-то в сторону. И хоть он не смотрел на неё — она была уверена, что он видел её взгляд.

— И, — решила чуть разбавить обстановку Дженни, — мистер Чон помогает мне найти того байкера.

— Неужели? — позволила себе немного посмеяться Эшвуд.

—Мгм, — довольно улыбнулась Ким, — мы частенько приезжаем в парк, прогуливаемся, высматриваем, — делает паузу та, — ну и мистер Чон терпит мои порывы сорваться и побежать за случайным незнакомцем, если тот будет выглядеть как тот байкер.

Светловолосая снова посмеялась, потянувшись к своей чашке с кофе, которую той ещё недавно принёс официант вместе с десертом.

— Но вообще... — вдруг поникла Ким, — недавно я столкнулась с Джеймсом.

— Твой сводный брат? — жуя кусочек тортика, уточняет Рози, прикрывая рот ладошкой.

— Да, — кашлянула брюнетка, — он... он упоминал парк, байки и у него был браслет.

— Браслет? — изогнула бровь собеседница.

— Да, серебряный, такой же, как у того парня в парке.

Эшвуд помедлила с ответом, прожевав десерт и задумавшись, пока взгляд бегал по их столику.

— Думаешь, это может быть он?

— Даже если это и окажется правдой, — помедлила Дженни, — что мне тогда делать?

Двое подруг поджали губы, осознавая что о чем бы они не говорили, диалог приходит к одному и тому же заключению с плохим настроением. Дабы перекрыть неприятные ощущения от проблем друг друга, светловолосая рывком встала, протягивая руку второй.

— Пойдём, купим билеты на ближайший фильм в кино и отвлечемся, — Рози натянула умело улыбку, смотря на сидящую подругу. В ответ Ким вздохнула, кивая и протягивая ладошку в ответ.

Чон же медленно и послушно встал из-за стола, смотря за тем как двое девушек медленно идут к выходу из заведения. Пойдя следом, тот мельком осмотрелся, невзначай, словно ощущая неладное, хотя вокруг всё было спокойно. Рози вырвалась немного вперёд, когда Дженни попросила поговорить с телохранителем. Та замедлилась, обернувшись на мужчину и сравнив с ним шаг.

— Мы хотим сходить на фильм, — делает паузу девушка, — пойдёте с нами, мистер Чон?

На её лице промелькнула улыбка, такая лёгкая, даже немного игривая, пока та заглядывала в лицо старшего. Чон отмахнулся, отрицательно помахав головой.

— Я подожду в зале ожидания, — этот голос впивался в кожу как иголки, заставляя замерзнуть.

— А вдруг со мной что-то случится в зале фильма? — наигранно надула губы Ким. В ответ брюнет какое-то время молчал, вздыхая и после переводя взгляд на девушку. Они смотрели друг на друга пару секунд, после чего Чонгук закивал.

— Я возьму билеты.

— Не нужно, — посмеялась Дженни, ускорив свой шаг, — все растраты на мне, Вам нужно только охранять.

В её голосе слышалась лёгкая насмешка, но точно не чтобы обидеть мужчину, скорее поддеть с хорошими намерениями. Кинотеатр же стоял на углу улицы, подсвеченный мягкими неоновыми огнями и рекламами новых премьер. Возле входа гудела небольшая очередь — молодые пары, школьники с попкорном, несколько пожилых пар. Воздух был пропитан запахом карамели и закусок.

— Я уже сто лет не была в кино, — тихо проговорила Рози, поправляя воротник пальто.

— Тогда тем более стоит, — улыбнулась Дженни, доставая из сумки телефон, — выбирай, что будем смотреть.

— Только не ужастик, я не переживу, — засмеялась Эшвуд.

— Тогда пусть будет драма, — предложила Ким, пробежав взглядом по афишам.

— О, вот эта! — Рози ткнула пальцем в постер с надписью «Ночь, когда мы молчали».

— Звучит оптимистично, — усмехнулась Дженни, повернувшись к стоявшему чуть позади Чонгуку, — Вы против, мистер Чон?

Он медленно перевёл взгляд с афиши на неё, слегка прищурившись.

— Я не вмешиваюсь в Ваш выбор фильмов.

— Какая полезная позиция, — тихо пробормотала Ким и улыбнулась подруге. Рози же в свою очередь чувствовала себя странно с телохранителем, его холодное поведение сильно отталкивало её, из-за чего та ни раз задавалась вопросом в голове, как же подруге удается уживаться с ним.

Билеты они взяли быстро. Чонгук настоял, чтобы его место было позади, на следующем ряду — выше. Дженни сначала хотела возмутиться, но Рози ткнула её локтем, шепнув:

— Пусть, ему так спокойнее.

Ким вздохнула, но ничего не сказала. В зале пахло попкорном, кондиционер гудел негромко, приглушая шёпот публики. Девушки уселись в свои места, Дженни — у прохода, Рози рядом, а за их спинами — Чонгук. Он почти не двигался, только время от времени менял положение руки, будто проверяя пояс, всё ли на месте, хотя снаружи выглядел расслабленным.

Фильм начался — с тихой музыки, плавных кадров. Дженни попробовала сосредоточиться, но внимание всё время соскальзывало назад. Она чувствовала его присутствие физически, будто спиной ощущала каждый взгляд. Иногда, когда на экране мелькали яркие вспышки, его силуэт отражался на кресле перед ней.

— Он всегда такой? — шепнула Рози, пригибаясь ближе к подруге.

— Какой? — не отвлекаясь, ответила та.

— Неподвижный, будто камень. Даже не ест ничего.

— Это его работа, — тихо усмехнулась Дженни. — Телохранители не едят попкорн.

— Зря, — улыбнулась Эшвуд, — он бы хотя бы выглядел дружелюбнее.

На середине фильма свет в зале чуть моргнул — кто-то из зрителей тихо выругался. Чонгук поднял голову, взгляд его мгновенно стал собранным, напряжённым. Он скользнул по рядам, остановился на дверях, потом снова перевёл глаза на девушек. Всё спокойно. Через секунду свет стабилизировался, проектор продолжил работу.

Дженни заметила это движение. Незаметное, но точное. Она поймала себя на мысли, что с каждым днём всё сильнее ощущает его присутствие не как тень, а как некий невидимый щит. И чем спокойнее становилось вокруг, тем больше в ней росло ощущение тревоги, будто где-то рядом действительно может что-то случиться.

В какой-то момент Рози тихо засмеялась над сценой в фильме, а Дженни повернулась к ней, но её взгляд всё равно на секунду метнулся наверх — туда, где сидел он. Тот же профиль. Та же неподвижность. Тот же ровный дыхательный ритм.

Она вдруг поймала себя на мысли, что хочет узнать, о чём он думает, когда так молчит.

О работе? Может, о ней? О том, сколько до конца фильма?

Финальные титры встретили зрителей мягким светом. Люди начали вставать, натягивать куртки. Рози потянулась, потирая плечи.

— Фильм оказался грустнее, чем я ожидала, — пробормотала она.

— Но очень красивый, — ответила Дженни, глядя на экран, — особенно финал.

— Там, где героиня сказала отказалась от всего ради него? — уточнила Рози, уже натягивая перчатки, после недовольно фыркнув, — Ничего глупее я не видела, она должна была выбрать себя.

— Да... Именно это.

Она не заметила, как Чонгук встал рядом — тихо, как всегда. Его голос прозвучал за спиной ровно, но мягче, чем обычно:

— Готовы? Машина у входа.

Рози кивнула, а Дженни чуть медлила, даже не осознав, что пропустила момент когда мужчина перепарковал автомобиль.

— Да, — выдохнула она, поднимаясь.

Они вышли из зала вместе с толпой. Неон за окном переливался в отражении стекла, и, когда двери кинотеатра распахнулись, их встретил прохладный воздух ночного города. Дженни подняла воротник пальто и улыбнулась подруге.

— Давай пройдёмся немного до машины, ладно? — предложила она.

— Конечно, — Рози взяла её под руку.

Чонгук пошёл позади, но теперь чуть ближе, чем прежде. Толпа возле кинотеатра постепенно редела. Вечерний воздух встретил их свежестью и запахом жареных каштанов, доносившимся с лотка у входа в парк. Рози что-то оживлённо рассказывала, смеясь, пока Дженни поправляла шарф. Чонгук шёл, наблюдая за обеими — взгляд скользил по прохожим, автомобилям, редким огням уличных фонарей.

— Как же красиво здесь осенью, — заметила Рози, чуть замедлив шаг.

— Правда, — отозвалась Дженни, сжимая ремешок сумки, — жаль, что редко выбираюсь сюда просто погулять.

Она обернулась, и на секунду поймала его взгляд — как будто проверяя, здесь ли он. Он был. Спокойный, собранный, как всегда. Взгляд после скользнул по подруге, с которой они взялись за руки, смотря друг на друга.

— Постараемся чаще выходить гулять вместе? — нежно улыбается светловолосая, тяжело вздыхая и после рывком крепко обнимая Дженни.

Девушки снова простояли так около минуты, с прикрытыми глазами, лишь вдыхая аромат духов друг друга. Чон стоял в двух шагах от тех, смотря по сторонам и в какой-то момент позволив себе взглянуть на брюнетку, чьи глаза были прикрыты, словно она дремала, а уголки губ приподняты.

— Созвонимся, милая, — кивнула Эшвуд, после мельком обернувшись и на мужчину, — Хорошего вечера, мистер Чон, — она прозвучала странно для подруги, которая сразу же заметила разницу. Рози ощущалась в этой фразе колко и остро, что-то было не так.

Мужчина же лишь коротко кивнул, оставляя взгляд куда-то в сторону Дженни, но сквозь неё. Она же долго не думала, подошла ближе к телохранителю, нарушая его пространство.

— Может, устроим вечернюю тренировку? — она старалась сдержать улыбку, но это было трудно, потому что новая сторона её жизни будоражила.

— Нет, — вдруг отрезал Чон, грубо взяв ту за локоть и уводя к машине, второй рукой открывая дверь заднего сидения.

— Что Вы? — опешила девушка, прошипев от неожиданной боли, — Мне больно!

И тут в его голове словно прозвучал выстрел, заставивший прийти в себя. Мужчина не сразу, но сел следом на своё сидение, захлопнув за собой дверь и резво заводя мотор. Пару секунд, тот не стал дожидаться полного прогрева авто, двинувшись вперёд, пока колёса просвистели.

— Что происходит? — вот её сторона, которая редко проявлялась. Дженни звучала грубо, твёрдо.

Его же дыхание участилось, мельком сверкнув взглядом в зеркальце заднего видения. Только вот он не на неё смотрел, а на дорогу сзади.

— Сзади хвост, — коротко выдал Чонгук и резко вдавливая педаль газа, заставив девушку и себя вжаться в сидения. Позади в зеркале мелькнули чёрные фары — ровные, упорно держащие дистанцию. Машина следовала за ними уже минуту, и это больше не могло быть совпадением, — Пристегнитесь, — бросил он. Голос ровный, но с тем низким напряжением, которое мгновенно превращало кровь в лед.

Дженни послушно защёлкнула ремень, сжав пальцы в кулак. Сердце грохотало в груди, когда скорость начала расти. Улицы города пролетали мимо размазанными линиями света, витрины магазинов, редкие прохожие — всё исчезало в одно мгновение.

— Чон, — прошептала она, — кто они?

— Не знаю. Но они идут слишком чётко, — процедил он, вглядываясь в зеркало. — Слишком ровная дистанция. Это не случайно.

Светофор впереди мигнул жёлтым — Чонгук не сбросил скорость. Машина пронеслась под самый красный, резкий поворот — и за спиной тут же визг шин, когда преследователи повторили манёвр.

— Они не отстают! — вскрикнула Дженни, хватаясь за ручку дверцы, изредка оглядываясь и всматриваясь в машину преследователей.

— Сейчас отстанут.

Он вырулил на шоссе — длинная трасса, уходящая прочь от города. Впереди — темнота, лишь редкие фонари и пустота между ними. С каждой секундой стрелка скорости ползла вверх, двигатель рычал, будто зверь. Ветер бил по окнам, сердце Дженни бешено колотилось, но она не отводила взгляда от дороги. Трасса вела через холмы, дальше, всё дальше. Фары за спиной то приближались, то мелькали вдалеке. Чонгук вдруг резко сбросил скорость, заставив двигатель зарычать в ответ.

— Что ты делаешь?! — вскрикнула она, теряя всю формальность.

— Пусть подойдут ближе.

Машина сзади рванула вперёд, сокращая расстояние. И в последний момент Чонгук резко вывернул руль в сторону, уходя на съезд между деревьями. Асфальт сменился на гравий, машину тряхнуло. В зеркале фары остались наверху — преследователи пролетели мимо, не успев свернуть. Ещё несколько секунд — и позади осталась только тьма. Чонгук снизил скорость, дыхание у него, на удивление, ровное. Дженни сидела, зажав одну руку на дверце, а вторую на сидении рядом, с дрожащими плечами.

— Они ушли? — спросила она, почти шёпотом, подметив, что мужчина был так спокоен.

— На время, — ответил он, прислушиваясь к звукам ночи. — Но ехать в особняк сейчас опасно.

Он огляделся. Вдалеке — вывеска, мерцающая тусклым светом: «Motel Moonlight — 2 km».

— Там остановимся, — сказал Чонгук.

Дорога стала уже, покрытая трещинами, тишина вокруг сгущалась. Когда они наконец добрались, здание выглядело старым и усталым: пара машин на парковке, вывеска, мигающая неоном, и администраторская за мутным стеклом.

— Останемся тут на ночь, — произнёс он, заглушая мотор.

— Здесь? — Дженни подняла брови. — Это место выглядит... не слишком надёжно.

— Именно поэтому и безопасно. Никто не подумает, что мы здесь.

Он вышел первым, обошёл машину и открыл ей дверь. Она стояла на ногах неуверенно — всё ещё под впечатлением от погони, щеки пылали, дыхание рвалось короткими вспышками. Чонгук бросил быстрый взгляд на дорогу — пусто. Потом посмотрел на неё, и его голос стал чуть мягче:

— Всё в порядке. Вы в безопасности.

— С тобой? — выдохнула Дженни, даже не заметив, что сказала это вслух.

Он не ответил, только задержал взгляд, прежде чем отвернуться и направиться к администратору. Номер оказался крошечным — односпальная кровать, кресло, старый телевизор и окно, затянутое жалюзи. Чонгук проверил всё: ванную, шкаф, подоконник. Затем задёрнул старую штору, медленно пройдя в кресло, что стояло в углу.

— Можете отдыхать.

— Ты не собираешься отдыхать?

— Нет.

Дженни стояла посреди комнаты, сжимая ремешок сумки, глядя на него. Её губы дрогнули — будто она хотела что-то сказать, но не знала как. Отойдя к кровати, та присела на край, откладывая сумку и вздыхая, пока взгляд зацепился за собственно запястье, которое немного ныло.

— Вы всегда так спокойны, — наконец произнесла она, снова возвращая ту самую формальность меж ними, словно напоминая и себе и ему, что они лишь детали контракта, не более, — Даже когда нас чуть не словили.

— Это моя работа, — коротко ответил он.

— Нет, — покачала головой она, поднимая голову, — это не только работа. Вы... будто ничего не боитесь.

Он посмотрел на неё, взгляд — долгий, чуть темнее обычного.

— Бояться — бесполезно, если уже поздно.

Она на секунду задержала дыхание. Где-то в груди что-то болезненно сжалось, будто понимание того, что этот человек живёт между страхом и обязанностью, но не принадлежит ни одному из них.

— Всё равно... спасибо, Чон.

Он чуть прищурился, глядя на неё, которая поднялась, пройдя к ванной, которую оставила открытой. Стянула пальто, а после задрала рукава, решая помыть руки.

— За что? — он сглотнул. Мало кто на его работе благодарил за и так понятные вещи. За то, что он обязан выполнять безоговорочно.

— За то, что мы живы.

Тишина. Только тихий гул громко говорящих соседей и далёкий звук проезжающих машин. Чонгук отвёл взгляд, но уголок губ едва заметно дрогнул.

— Не благодарите раньше времени. Ночь длинная.

После короткой паузу он поднялся, подойдя ближе и заставив её врасплох. Дженни не ожидала его так близко вновь. Как в тот вечер на балконе. Чон аккуратно, почти не касаясь приподнял женскую руку, кончиком пальцев проведя по месту, которое сжимал.

— Извините, госпожа Ким, — хрипло и тихо проговорил тот, — я не привык работать с молодыми девушками, поэтому не смог рассчитать силу.

— Ничего, — шепотом ответила та, приподнимая голову и сталкиваясь с взглядом мужчины, который казался иным, не таким как всегда.

Они молчали, но недолго, телохранитель отступил, возвращаясь на кресло и удобнее усаживаясь, вновь принимая позу словно он робот.

— В этот раз скрывать от отца не выйдет, — вдруг заговорил брюнет, пока девушка медленно возвращалась на кровать, — Если Вы останетесь ночевать не дома — Дорати быстро доложит об этом.

— Если только я не попрошу прикрыть меня, — вздыхает Ким, доставая телефон и быстро набирая нужный контакт, — Кэрол, мне нужна твоя помощь.