Wolveskin

Стакан вкусного кофе из кофейни не помог убрать последствия бессонной ночи. Если быть точнее, то часа три Хёнджину удалось поспать максимум. И на удивление никаких кошмаров, никаких снов. Он просто пришёл домой, послал нахуй разговорчивого Криса и заснул лицом в подушку, после того как принял освежающий душ, где параллельно думал о случае излишней близости с надоедливым сержантом.

Рука толкает деревянные двери, пропуская Хвана во внутрь. Он останавливается по середине своего кабинета и потирает пальцами переносицу. Даже не смотря на свой невыспавшийся вид, выглядел он как обычный безупречно: черная лакированная обувь блестела, аккуратные выглаженные брюки чёрного цвета идеально сидели на талии, подчёркнутые фирменным ремнём Gucci, в штаны была заправлена белая тёплая водолазка с высоким горлом, скрывая злосчастные синяки, а поверх находился бежевый пиджак с подвёрнутыми рукавами. На левом запястье любимые электронные часы Samsung, пару колец, а на другой руке золотой браслет Tiffany and Co. Волосы были собраны в высокий хвост, только пару прядей падали на лицо, придавая идеальный вид делового стиля.

— Вот только одного не пойму — как у тебя вообще хватает сил вставать за полтора часа до выхода, чтобы так нарядиться. Как клоун, — говорит шедший за парнем Крис, что буквально всю дорогу не мог заткнуться.

— Репутация, я должен выглядеть идеально, — говорит устало Хёнджин и слегка кидает на стол телефон с папкой дела №1608, рядом ставит стакан кофе и тяжело садится в кресло.

— Репутация, срапутация... — передразнивает того Крис, усаживаясь на чёрный диван около стены, расставляя ноги широко, а руки закидывая за спинку дивана. Голова тяжело опустилась на кожаную ткань, глаза были закрыты. — Где твой дерзкий красивый мальчик с горящими глазами?

— Я откуда знаю? Сказал утром зайти, а рабочий день начнётся через пять минут. Он слишком пунктуальный. И, эй, — Хван щёлкает пальцами, перехватывая внимание, — не смей даже приставать к нему. Никаких флиртов. Иначе он колени нам обоим порастреляет.

— Пунктуальный и с характером красавчик. Тебе бы, кстати, тоже не помешало научиться у него этому.

— Я прихожу вовремя, — хмурится тот, смотря на Криса.

— Ага, и Джинёну об этом не забудь сказать. Ещё своему хомячку, который постоянно тебя отмазывает.

— Блять, заткнулся бы...

В дверь стучат и показывается блондинистая голова. Ёнбок кланяется по привычке и заходит в помещение, осматривая его. Сегодня он был одет весьма обычно: чёрные широкие джинсы, большая светлая футболка с каким-то мемом и черный бомбер, больше его в два раза. Полная противоположность стилю Хёнджина. В руках блондин держал какие-то документы. Сегодня даже лицо отчего-то попроще, по светлее, даже не хмурится, смотря на Хёнджина. Хоть и уставший взгляд, конечно, всяко лучше ненавидящего, но только на удивление Хвану это было не совсем по душе.

— Доброе утро, руководитель Хван Хёнджин, — говорит тот, закрывая за собой дверь. На это суперинтендант только закатил глаза.

— Привет, Ёнбок. Есть что интересного? — Хёнджин проследил взглядом за парнем, который сел на стул рядом со столом и взял в руки папку, раскрывая её, вкладывая принесённые документы. В пальцы взяли ручку из подставки на столе Хвана.

— Есть несколько теорий. Мне не нравится твоя идея о том, что она по своей воле вколола столько инъекции «Клыка»...

— Подожди... Кого? — нахмурился Хван, кидая взгляд на Криса, что поднял одну бровь.

— Ну, я решил придумать название для этого наркотика. Жертве его вкалывали через шею и поэтому...

— Ладно, допустим, не продолжай...

— Уточни, клык как у оборотня или как у вампира? Надеюсь оборотня, — раздаётся со стороны дивана от Криса, куда тут же смотрит Хёнджин, метая злой взгляд. За его взглядом следит сержант И, через секунду возвращая обратно к Хвану. — Что? Я просто хочу знать, какие парни в его вкусе! Хотя точно уверен, что не вампиры, он же к тебе бледному шарики свои не катит...

— Так вот, — протянул Ёнбок, щуря свои карие глаза и пропершив горло. — Этой дозы Клыка слишком много для того, чтобы словить нужный кайф и слишком дохуя, чтобы приписать передозировке. Просмотрев досье и отчёты допросов её знакомых и родственников, я выяснил одно — это точно не самоубийство. Женщина вела здоровый образ жизни, иногда могла позволить алкоголь, двое детей, работа медсестрой и единственное что она делала из плохих привычек — курила.

Хёнджин внимательно слушал, рассматривая красивое лицо. Ёнбок сидел напротив, локти облокотил на стол, пальцами машинально крутя ручку. Профиль серьёзный, взгляд карих глаз сосредоточенно смотрел на папку перед собой, периодически взирая на руководителя. Намного лучше того усталого, которым он одарил при приветствии.

— И если использовать инъекцию не для введения препарата, а для доставки, грубо говоря, яда... то достаточно одной ампулы, а это около десяти миллиграмм, чтобы человек не понял, что с ним произошло. Следа почти нет. Ни запаха, ни вкуса, ни даже боли — на шее укол скрывается под видом обычной царапины... — продолжил сержант.

Детектив слушал краем уха. Слова вдруг проходят мимо, будто гул фонового шума. Всё внимание захватило лицо Ёнбока. Белая футболка открывала вид на выпирающие ключицы, но именно выражение лица притягивало сильнее всего. Тот говорит без остановки, активно жестикулирует руками, увлечённо, глаза проходятся от одной бумаги к другой. Хёнджин, в наглую, скользил взглядом по нему: по светлым, чуть растрёпанным волосам, собранным в небрежный пучок, по прядям, которые падали на лоб, делая образ ещё более дерзким. Его серьёзный тон только усиливал контраст — слова о смерти и яде произносились губами, от которых Хёнджин не мог отвести глаз. Словно под фильтром, движения медленные, парень задумчиво останавливается на полуслове всего лишь секунду и продолжает. Крис мечтательно вздыхает, подпирая щёку рукой.

— Ахуенный веснушка...

Хёнджин промаргивается и пропершив горло, намекая этим Крису заткнуться, забирает внимание Ёнбока на себя.

— Так, — Хёнджин потирает переносицу, — Клык, шея, доза, инъекции... Пересмотрел вампиров в жанре детективов, что ли?

— Очень смешно, — закатывает глаза блондин, он ожидал от Хёнджина какую-то интересную мысль. — Поверь, после общения с тобой, в вампиров начинаешь верить автоматически.

— Эй, совсем что ли? — цокает Хван, Ёнбок вздыхает.

— Я всё равно за оборотней... — тихо выдыхает Крис, как-то даже сидя скучающе.

«Боже, когда он уже свалит?»

— Продолжу. Я принёс отчёты из лаборатории, что добровольно выкрал для меня Донхён, и посмотрел по анализам крови этой женщины, — продолжал И, открывая нужные страницы и ткнул краем ручки в написанное. — Кстати, отчёты за арест дилеров в том районе я пока не обнаружил в базе, но постараюсь откопать. В общем, возвращаясь к жертве...

Проходят пары минут, а может и меньше. Детектив и не следил. Взгляд задерживается на изгибе губ, которые парень облизал краем языка. Дальше — скулы, чёткие и резкие, тонкая линия носа, а под глазами — лёгкая тень недосыпа, которая делала выражение лица ещё более притягательным. Каждое слово Ёнбока вызывало у Хёнджина желание не слушать смысл, а следить, как шевелятся его губы. Что это с ним такое? Отчего-то... отчего-то его слова не хотят нормально усваиваться, лишь проникают и гипнотизируют, растворяясь где-то далеко под черепом.

— Возможно, если предположить, что она сама себе смогла вколоть столько «Клыка», то тут точно было давление. И тем более помимо инъекции, там были следы алкоголя, — продолжил парень, открывая последний листок уже со своими записями. — Я всю ночь смотрел записи допроса и видел как дети говорили о том, что мама была странной последние дни перед смертью...

Он даже наклонил голову чуть вбок, будто невзначай, чтобы рассмотреть его под другим углом. И в этот момент понял — он не скрывает взгляд, не маскируется, он смотрит нагло, и очень откровенно. Ненадолго, но Хёнджин ловит дежавю. Когда они впервые с ним встретились. Это было довольно важное мероприятие корпорации отделов, устроенный в честь юбилея бывшего комиссара. Белая лавочка в роскошном саду особняка, гул от гостей вдалеке и неожиданное появление человека, также нагло усевшись рядом с Хваном, держа в руке два бокала вина. Незнакомец был прощён за такой жест угощения и вскоре у того человека в белом костюме появилось имя — И Ёнбок. Хотя тот и не собирался говорить с ним, он сразу же признался, что использует одиноко сидящего Хёнджина как причину отойти от этого сборища дотошных старикашек, чем вызвал смешок у Хвана. Не сдержался из-за его живой, присущей только ему, интонации.

Теперь вспоминая об этом, в груди ползёт странное ощущение чего-то давно забытого. Но забытого насильно, намеренно. Хёнджин ещё год назад порвал свои связи из-за этого взгляда и голоса. Он каким-то невообразимым образом проникает вглубь и тормошит всё вверх дном, не давая Хвану осознавать потерю рациональности и контроля. И уж если на чистоту — Хёнджин ненавидит терять контроль и держать рядом людей, способных повлиять на это.

Ёнбок на секунду отвёл глаза от ручки и встретился с взглядом карих глаз напротив, явно находящиеся где-то далеко отсюда. Замер. В комнате повисла пауза. Тонкий узел внутри скручивается, будто в голове Хвана царивший хаос на секунду застыл и обрушился на него. Крис чует не ладное, трясся головой от каких-то не ощутимых обычному человеку импульсов и приподнимается с дивана, щурясь на детектива. И Хёнджин, вместо того чтобы показать смущение от резкого обнажения своего хладнокровного образа, лишь чуть прищурился, когда блондин остановился, но продолжал смотреть — так, будто говорил без слов: «Да, я рассматриваю тебя».

— У меня же, блять, на лице написан кто убийца, а я как олух тут распинаюсь, — глубокий голос Ёнбока прорезает тишину.

— Прости, что? — промаргивается Хван, слегка вздрогнув от тембра голоса.

— Ты издеваешься? — тихо, но с явным возмущением спросил Ёнбок.

Хёнджин не отвёл глаз, даже если и хотел, и наоборот, чуть лениво облокотился на руку на столе, кривя губы в самодовольной усмешке.

— Нет, но не отказался бы поиздеваться в другом месте и при других обстоятельствах. Не хочешь перевестись в наш отдел? Ты убийства как орешки будешь щёлкать, — говорит Хёнджин, слыша как сбоку прыснул в кулак Крис, на что Хван вздыхает и прикрывает свои глаза.

— И быть у тебя на побегушках, как Джисон? Мне искренне жаль тех, кто с тобой общается, Хван Хёнджин, — говорит блондин, закатывая глаза. А он то надеялся, что удастся с ним сработаться.

— Меня пожалел горячий красавчик! Один-ноль, Хван! — высказывается Крис, победно поднимая руки с кулачками вверх, на что Хёнджин проходится раздражённым взглядом по нему.

— Да я тебя... — тихо пробормотал Хван, бросив короткий взгляд Крису, в ответ он высунул язык.

— Ты больной, да? Шизофрения, что ли, господин руководитель? — язвит сержант, его и правда бесит, что теперь по служебному положению он должен обращаться к нему подобающе, только вот переступить себя и не получается.

— Что... Я думал просто о своём! Совсем распоясался ты, И Ёнбок. Да и был бы болен, сидел бы дома и халтурил.

— А, то есть открыто пялиться на меня вместо того, чтобы раскрывать дело — не халтурство?

— Ты так увлечённо рассказываешь, не поверишь, у меня прям другие мысли приходят... — першит горло детектив, промямлив последнее, прежде чем показать ехидную улыбку. Ёнбок вздыхает, поворачивая лицо в сторону, у самого мысли ушли во вчерашнюю вылазку, нанося уроны стыда по совести. Он больше никогда не будет за ним следить, да ни за что!

— Если ты не перестанешь выкидывать идиотские шутки, я прямо сейчас пойду к комиссару и покажу видео!

— Что же, похоже тебя схватили за яйца, придурок, — произносится около уха, от чего Хёнджин закрывает глаза, поджимает губы и выдыхает. Сердце начало стучать как бешеное. Ёбаный Крис. Это всё он. Да если бы он его не послушал и не сел бы за это чёртово Ауди...

— Всё, молчу. Инъекция, так... её ввели дохуя для смерти, так... Ты выкрал документы из лаборатории, так... — перечисляет всё сказанное Ёнбоком, по крайней мере то, что услышал. Сержант обречённо положил голову на стол, начиная наигранно плакать. — Подожди, ты выкрал...

— Пиздец... Это катастрофа, господин руководитель, — процедил он сквозь зубы, — Господи, я реально не понимаю, как тебя вообще допустили до работы.

— Ты и сам прекрасно знаешь, что я довольно умный.

Ёнбок поднимается и безнадёжно вздыхает. Он то знает. И Хван доказывал это много раз, раскрывал множество дел честно и справедливо (это правда, Хван мог раскрывать дела и по совести). Хёнджин мягко откинулся назад, руки закинул за голову и, полуприкрыв глаза, почти мурлыкнул.

— Зато теперь скучно тебе точно не будет. Ты сам захотел сотрудничать.

— Уже жалею.

— А я нисколько, — говорит придыхая Крис, сажаясь рядом с Ёнбоком и указательным пальчиком дотрагивается до веснушек, начиная их считать. — Один, два, три...

— Эй ото...

— Так вот, руководитель, прошу ещё раз внимательно меня послушать, — продолжил Ёнбок, тыкая двумя пальцами в бумажки, пока не видя, как Хван жестикулирует рядом сидящему Крису остановиться. Ёнбок разворачивается лицом к детективу, когда его руки переместились на голову и плавно подправляли опавшие пряди волос с задумчивым лицом. — Я всю ночь не спал, смотрел допросы. По словам родственников и её же детей, она точно не могла вколоть себе столько Клыка!

— И, что дальше?

— Но я так же предполагаю, что её могли это заставить сделать. На найденной ампуле были только её отпечатки пальцев, на шприце тоже были её отпечатки и угол попадания был такой, только если ты сам себе колишь. Следов взлома в квартиру не было, а значит только одно: те, с кем она работала — заставили её вколоть себе под угрозой детям. Она так же решила, что под действием алкоголя это будет делать куда проще. Дети не говорят что с ними кто-то разговаривал, сестра так же отрицает...

— Слушай, это всё круто, замечательно, отлично, — выдыхает Хёнджин, потирая пальцами переносицу. Он резко хватает стакан с кофе и делает большой глоток, а блондин только наблюдал за тем, как его кадык дёргается, а с нижней губы течёт мелкая капля жидкости, которую тут же слизывают. Парень ставит стакан обратно и смотрит на Ёнбока своим острым взглядом. Хотя этот взгляд принадлежал больше Крису, всё еще мысленно считающий родинки парня. Нужно его убрать отсюда или Хван с ума сойдёт. — Веришь или нет, я поехал туда не по своей воле, просто проверить и свериться... В итоге ты тут сидишь, говоришь мне о том, что это убийство, сочиняя историю матери, которую заставили колоться и при этом у тебя нет ни единой ниточки на якобы «убийц», ни чужих отпечатков пальца?

— Но отчет судмедэкспертов за дозировку...

— Сержант И, медики лишь дают факты, они не раскрывают дела. Где мотив и доказательства, чтобы я смог отозвать эти документы, переписать, вставить правдивые улики и только тогда закрыть как «Убийство»? Разве кто-то мог даром ей, обычной женщине, вколоть столько, не обмыв её на деньги? Банковские счета чисты, наличные к сожалению проверить мы не сможем, так как зацепок на поставщиков у нас нет. Думаешь прокурор поверит нелепым словам про то что она не сама кололась, когда перед ним лежит тот же упомянутый тобой отчёт судмедэкспертов с её отпечатками на всех уликах?

Это звучит словно пощёчина. С одной стороны он прав, мотив, почему это была именно эта женщина — у него нет, но и упрекать его в том, что тот более или менее собрал правдивую теорию, ища способ откуда лучше начать, уж явно не стоило. Ёнбок щурится, смотрит прямо в карие глаза, пытаясь разглядеть хоть каплю совести. А он-то понадеялся, что Хёнджин чуть-чуть взялся за голову, решил справедливо закрыть это дело, помочь ему. Но, кажется, зря он понадеялся. Рука громко хлопает по столу, Ёнбок встает с места. Он медленно двигает парню принесённые с собой бумажки вместе с папкой.

— Вот тут все доказательства, руководитель! — сквозь зубы произносит блондин. — А мотив уж точно имеется, стоит только найти отчёт за арест!.. Да я всю ночь не спал, сопоставлял это и принес тебе, чтобы разработать всё вместе. Вот на этих ёбанных бумажках, кусок ты эгоиста! Так что прошу Вас, господин Хван Хёнджин, помочь закрыть это ебучее дело как «Убийство» и найти того, кто убил жертву!

Сержант И бросил ручку на стол и развернувшись, пошёл на выход, но в дверях остановился, и даже не смотря на парня, произнёс:

— Если тебе это нахуй не всралось, мог бы изначально это мне сказать, чтобы я не тратил на тебя время, урод.

Дверь громко хлопнула, заставляя подпрыгнуть и Хёнджина, и Криса. Они оба переглянулись.

— Реально урод ты, Хван, — качает головой Крис, злобно хмурясь и хватая пальцами бумажки, чтобы почитать ночные старания Ёнбока. Сдерживается, дабы не избить этого высокомерного ублюдка. — А ведь Ёнбок действительно старался. Сам же ему сказал подойти.

Хван с тяжестью откинулся на спинку стула. Он устал. Очень устал и хочется просто отдохнуть. Ну, не может он такой ерундой заниматься. Значит поступит так, как делал обычно, — размашисто припишет детали, лишь бы этот сержант просто отстал от него. Выхватывая из рук Криса папку, он закрывает и быстрым шагом направляется в сторону своего отдела. Крис только и смотрит в след, качая головой в разные стороны, думая, что Хван действительно конченный придурок и стоит его проучить.

Двери в кабинет, где сидели Джисон и Чанбин открывается с грохотом, разрушая тишину. Парни моментально поднимают свои головы с удивлённым взглядом, а Джисон параллельно ещё закрывает вкладку с пасьянсом.

— Ты чего? — спрашивает Хан, хмурясь. Ему на стол падает папка. — И что мне с ней делать?

— Отзови через меня у Пак Джинёна, перечитай всё, впиши другие доказательства и закрой это ебучее дело как «Предумышленное убийство» с беженцем убийцей, — говорит тот, грузно садясь на своё старое место. Он закинул ноги на стол, скрещивая их. — Тебе всё равно делать нечего.

— Как это нечего? Я тут... — начал было Джисон. Хёнджин смотрит на стоящего рядом с инспектором Ханом цокающего Криса, который отрицательно мотает головой, отводя голову и морщась от такого плана действий Хвана.

— Пасьянс подождёт, а это надо закрыть через час.

— Час? Издеваешься, блять? Мне сначала надо к комиссару, потом перечитывать старое дело, потом у меня обед, потом я буду читать новое дело, потом вносить изменения и мне снова надо будет к комиссару. Это минимум целый день, а оставаться тут я не планировал.

— Мне абсолютно насрать, что ты планировал, а что нет, веришь? — Хёнджин поднимает свои уставшие и злые глаза на Джисона, который тут же нахмурился и отвернулся к своему компьютеру, подпирая рукой голову. Обиделся.

— Это пиздец, — буквально в один голос произносят и Крис, и Джисон.

— Ты бы молчал лучше, — выдаёт Хёнджин, обращаясь к Крису, но получает в ответ только молчание со стороны Джисона и средний палец.

— Ебать, вы тут устроили драму... Ты выглядишь отвратительно, Хёнджин, что стряслось? — наконец, подаёт голос Чанбин, откидывая корпус на спинку кресла. — Ты ходил к врачу, что я советовал?

— Нет.

— Так сходи прям щас, всё равно серьёзных дел не поступало, — подначивает Со, лишь бы поскорее убрать это напряжение между двумя друзьями. — Хороший психотерапевт, говорю тебе.

— Да чем он мне, блять, поможет? — Разводит руками Хёнджин, прокручиваясь на своём стуле и невзначай встречаясь со взглядом Криса. — Вряд ли избавит меня от этого дьявола!

— Какого дьявола?

— Убийца его матери, сто процентов, — бурчит Хан и встаёт с кресла, хватая папку и идя к выходу продолжает бросаться словами. — Вот и друзей за человека перестал считать!

Дверь с очередным грохотом закрывается вновь, разнося эхо по коридору. Работники из-за компьютеров поглядывают со страхом и интересом, наблюдая какую-то молчаливую драму.

Хёнджин поначалу удивляется сказанной колкости друга, приподнимаясь с места, но после откидывается на кресло обратно, прикрывая глаза и разворачиваясь спинкой к не менее удивлённому инспектору Со. Стоило упомянуть мать, как к глазам противно скапливается солёная жидкость и от этого Хвану толко стыдно. Даже не так, чертовски паршиво. То Ёнбоком истерику катит, то Джисон теперь дуется. Хёнджин делает вздох и потирает переносицу, шепча себе под нос о том, что точно не сейчас, чтобы он не воспринимал ничего близко к сердцу со слов обиженного друга, Джисон ведь точно не хотел намеренно задеть за больное. Но стоит лишь резко упомянуть... Словно это была травма, отпечатанная в нём как механизм по запуску слёз наружу.

Может Чанбин был прав? Что сходить к психотерапевту нужно, хотя бы избавиться от такой реакции, от кошмаров на ночь, да и спать нормально. А ещё избавиться от надоедливого хвоста, что следует за ним по пятам. Голова поворачивается в сторону, но глаза не улавливают Криса. Словно тот испарился, так резко и незаметно для Хёнджина. Переключив свои мысли на этого идиота, стало немного спокойнее, он делает вдох в лёгкие, заполняя саднящее место воздухом.

— Хёнджин... Я соболезную, — Чанбин, не понимающий, что ещё мог сказать после такой ошеломительной новости, резко выдаёт скорбь. — Я думал, она по болезни...

Детектив разворачивается, успокоившись и смотрит на друга.

— Прости, что ты узнал это так. Для меня это тема довольно нервозная, — Хван приподнимается с кресла и подходит к Чанбину, похлопав его по плечу. — Джисон тоже недавно узнал, не держи обиду за то, что скрывал... Пойду я, схожу к твоему терапевту.

— Пиши, если что. А белка побесится на тебя и успокоится.

Хёнджин кивает ему и выходит из кабинета, оставляя Со одного. Люди внимательно следят за выходящим из коридора детективом, но сейчас ему явно не хотелось быть в центре внимания. Парень искренне радуется, оказываясь в лифте один.

В этот раз никто его не сопровождает. Тишина вокруг кажется всё осязаемее. Неужто Крис собирается его вновь напугать, как только тот останется совершенно без окружающих? Карие глаза бегают по стенам и зеркалу лифта, даже оборачивается, пока лифт движется. Хван опирается на поручни и задумывается. Когда он именно появился? Как продолжает появляться? И каким образом он отбирает его тело? Хёнджин вздыхает, вопросы в голове появляются раз за разом, но ответы на них не находятся, как появляются новые. Он смотрит на своё отражение. Смотрит прямо в глубокие карие глаза. Он ведь и правда Хван Хёнджин? Настоящий? Он ведь столько лет живёт своим сознанием а тут этот... неугомонный, хищный, при том придурковатый. Появляется и исчезает когда ему вздумается. Возможно, если позвать его, он объявится? Может это также работает?

— Крис... Крис?

И целое нихуя. Хван вздыхает и крутит головой в стороны, пытаясь избавить себя от таких безумных идей. Да, у него просто накопился стресс за эти дни. Зачем же звать того, кого даже видеть не хочешь?

Вскоре лифт оказывается на первом этаже и быстрой походкой, детектив направляется на выход из участка.

***

Пальто развивается в стороны от резкого поворота за переулок. Хёнджин смотрит на скомканную бумагу, вычитывая адрес ещё раз и крутит головой, ища знаки с названиями улиц. Район был старым и довольно в отдалённом месте от участка, а от дома — тем более. Хван обходит валяющийся по тротуару обёртки и мусорку через пару шагов, с затхлым запахом, ощутимым очень ярко даже издалека. На секунду возник вопрос о том, что он забыл в этом месте, наблюдая за пятиэтажными зданиями, явно состоящие лишь из старых квартир, прикрепленные друг другу так, как будто места на земле категорически не хватало. Стоит выйти кому на балкон, можно смело пожать соседу из соседнего здания руку. Детектив вздыхает, убирая ладони в карман дорогого пальто. Раз уж оказался здесь, то стоит хотя бы реально попытаться найти этого «хорошего психотерапевта» в этом отчуждённом районе. Сомнительно это конечно, но откуда Чанбин мог знать хорошего специалиста здесь?

Тем не менее, Хван наконец-то доходит. Простое, не вычурное серое здание и дверь с окном на металлической раме вокруг. Хёнджин щурится, глаза сквозь солнечный свет высматривают за стеклом коридор, совмещающее в себе несколько дверей. Недолго думая, пальцы касаются круглой ручки и оттягивая на себя, открывают сомнительной безопасности вход. Коридор встречает детектива с запахом пыли и времени, тут явно никто не протирал даже лампочки, не говоря уже за пол, где в одном углу покоилась намертво застывшая, прожёванная жвачка. Карий взгляд скользит от одной двери к другой, за которыми есть помещения каких-то неизвестных ему людей. Возможно за номером «126» мог жить некий квартирант, еле сводящий концы с концами, а через дверь — владелец малого бизнеса, судя по вывеске на двери. В итоге не найдя нужную дверь на первом этаже, он поднимается на следующий. Хван фыркает, до сих пор удивляясь, как не подумал даже о том, чтобы уйти отсюда и сходить к нормальному терапевту. Однако нормальные терапевты отправляют отчёты при выявлении психических расстройств, что может сыграть злую шутку над Хёнджином. Позицию в отделении полиции он не готов терять из-за какого-то ебаната с тупым иностранным именем в его голове.

— Номер 143. Вот.

Глаза ухватываются за очередную вывеску, прикреплённая к этой двери. Но именно эта была вычурнее, если сравнивать предыдущие десять-пятнадцать. Хван не считал, их оказалось слишком много, раз даже стены были обвешаны постерами. И вроде бы ничего необычного, лишь услуги терапевта, какие-то бонусы и лозунг, но у человека явно были проблемы со вкусом, а базовой цветовой палитрой он точно не дружил. Хван вновь морщится, смотря на ядовито-розовый цвет шрифта на тёмно-зелёном листе, делая вывод, что и у психотерапевтов свои тараканы имеются.

Вздохнув побольше воздуха, улавливая запах старого бетона, пальцы сжимаются, костяшки пальцев стучатся в дверь. За тонким деревянным входом слышится копошение, но всё довольно быстро утихает, а дверь так и остаётся закрытым. Хёнджин ещё раз обдумывает своё решение идти до концы, пока блуждает глазами по кругу и вдруг глаз скользит к безвкусной афише, видя еле заметную надпись «Вход открыт с 8:00 по 16:00 в будние дни».

Что у этого терапевта с головой не так, раз нельзя было чётко и коротко расписать график? Цокая, детектив входит внутрь.

И карие глаза округляются, когда видят полностью загруженное помещение. На полках всякие тотемы, скульптуры, даже краешком глаза удалось уловить мексиканскую пиньяту в виде ламы на самом вверху деревянного шкафа. Хёнджин прищуривается, не веря в то, что он реально пришёл к терапевту, а не в какой-то эксцентричный антикварный магазин на западе.

— Хван, купи мне это!

— Блять!

Хван испугавшись, наступает на резиновую курицу, что издаёт довольно громкий звук, отчего Хёнджин ещё раз вскакивает с места. Крис резко выскакивает, держа в руках световой меч и издаёт звуки «рассечения воздуха». На нём криво красуется чёрный плащ и какая-то незамысловатая маска Йоды, криво покоящийся на голове. В этот раз он был одет в простые джинсы, белая футболка, поверх которого накинута клетчатая рубашка. Цепь на шее сверкает от исходящего из меча света.

— Сука! Заебал! Не смей больше вылезать из воздуха и хватит трогать чужие вещи! — Он быстро отбрасывает чужие вещи с Криса и отбирает световой меч.

— Тебе что, жалко для самого себя? Смотри какой забавный магазин, — дуется Крис, но всё равно глаза скользят дальше в поисках чего-то интересного. — О, давай тогда вон тот надувной банан!

— Да я тебя...

— Вы в порядке?

За дверью, над которым висела занавеска из бус, выглядывает высокий мужчина с короткой стрижкой. Белый халат накинут поверх обычной рубашки, заправленная в чёрные классические штаны. Тот с удивлением смотрит на Хвана, держащего в руках световой меч.

— Да... Да, я в порядке. Просто случайно наступил на игрушку, извините, — прокашлялся детектив, оставляя меч в сторону. — Хван Хёнджин. Это вы терапевт Ким Сынмин?

— Психотерапевт. Да, я. Проходите внутрь. — Сынмин улыбается, обрадовавшись новому клиенту, подзывая к себе Хвана.

Хёнджин бросает короткий взгляд на Криса, что непонимающе смотрит на Сынмина и после разворачивается к Хвану.

— Ты что, решил к мозгоправу...

Детектив, не дослушивая до конца, ухмыляется и резко идёт, куда было указано. Крис морщится, но идёт за ним, явно не в духе от того, что Хёнджин, не смотря на разоблачение его психического расстройства, решил обратиться к врачу. Да и с виду Ким доверия у Криса не вызвал, как бы Хёнджин не вляпался во что-то опасное и потянул его за собой.

Хван не собирается раскрывать про свои галлюцинации о Крисе. Как ему такое вообще рассказать, это же грозит потерей репутации, стоит только получить штамп в медицинское дело! Правда, было бы чудесно получить информацию про всякие препараты от галлюцинаций. За одно и разобраться с его кошмарами на ночь, скорее всего Ким просто выпишет ему какие-нибудь хорошие таблетки. Не верит он в психологов и терапевтов... Но как же этот, судя по всему, барахольщик и явный аферист, Ким Сынмин, ему поможет? Ладно, раз Чанбин советовал. Ну, а что дело до этого психа, рассматривающего узоры турецкого ковра на стене за креслом терапевта, то знать все детали ему не обязательно, припугнуть же сеансом у врача удалось — остальное придёт позже.

Ким садится за свой стол и складывает руки в замок, прося Хвана присесть напротив.

— Какие у Вас проблемы, господин Хван?

Крис поворачивается лицом к Хёнджину за спиной Сынмина и обколачивается за тумбу руками. Он ухмыляется и гуляет взглядом по интересным вещам в комнате. В правом углу напольные часы тикают, маятник за стеклянной дверью движется такт, отчего пальцы Криса тарабанят тумбочку и вскоре он вновь соскакивает с места, рассматривая какие-то фигурки в шкафах.

— В последнее время я нервный, кошмары мучают. Мне Вас посоветовал мой друг, сказал что у Вас есть хорошие таблетки и аромасвечи.

Сынмин кивает.

— Есть предположение из-за чего? — спрашивает тот и открывает небольшой блокнот, что-то записывая. Хёнджин следит за этим.

— Не знаю, — пожимает он плечами и задумчиво отводит глаза, рассматривая за спиной врача грамоты.

— Отношения?

Крис тихо фыркает, ну да, отношения с этим человеком даже собака не выдержит...

— О нет, нет. Я свободен, так что точно нет.

— Семья?

Хван резко переводит взгляд на парня, но тут же расслабляется. Не сейчас. Сынмин внимательно наблюдает за ним, после снова делает пометку.

— Нет, не думаю. С отцом я не часто общаюсь, матери нет.

— Ага, может у Вас проблемы на работе?

— Сейчас я руководитель отдела и... — на полуслове Хван остановился, ему нельзя выдавать себя как копа. — Руководить людьми не просто, знаете ли.

— Поздравляю Вас с должностью. Так получается, в последнее время вы нервничаете, возможно, даже страдаете бессонницей из-за стресса. А кошмары давно беспокоят? Чтобы определить, вызваны они на почве стресса. Или у Вас, может, есть недоработанная травма?

— У меня...

— Это не природа, это пиздец в банке!

Крис чихает, когда пытается понюхать и дать ещё один шанс аромасвече с ароматом дерева и травы, казалось бы чего-то натурального, от самой «Матушки Природы», но тут же отстраняется, матеря тех, кто придумал эту дрянь, утирая свой нос рукавом рубашки.

— Чтоб у автора этой вони сдохли все рецепторы, — Крис отмахивается. — Потому что если это дерево, то я, сука, балерина с колокольчиками! Как можно это нюхать?! Оскорбили траву, уёбки... — Крис подходит и стоит над Хваном, что вздыхает и откидывается на спинку кресла под ожидающим взглядом Кима. — Пошли отсюда или меня сейчас стошнит на твой костюм!

— Только попробуй... — стискивая зубы, цедит Хван, как можно тише.

— Простите?

— Э, я хотел сказать только попробую вспомнить. Кажется у меня ничего такого и нет.

— Ты бы хоть раз послушал меня! Эй! Я не шучу, правда всё заблюю!

— Уверены? Иногда такое не выявить, нужно проходить обследования. Может всё-таки что-то связанное с семьёй, близкими?

Слова Кима немного заставляют задуматься Хвана. Может стоит рассказать хотя бы немного, вдруг и вправду ему это поможет решить проблему, что накатывает его когда упоминают «кое-кого»?

«Хван Хёнджин, не глупи!»

— Я же сказал, что нет. Так, в общем тянуть я не буду. Я особо в психологов не верю. Дайте мне просто таблетки и я уйду.

— Понимаю Вашу позицию, однако, может, поделитесь хотя бы немного, дав шанс психологии? — Ким заметно напрягся в плечах, но всё равно поддерживал нейтральный вид.

— Пхах! — Крис усмехается, переключившись и смотря на какую-то фигурку смешной обезьяны на полке позади Хвана, отчего последний прикрывает глаза, пытаясь игнорировать чужое присутствие. Криса явно не волнует о чём они болтают, он даже не слушает их разговор.

— Нет, спасибо. Просто... дайте пару ваших аромасвечей с рецептом и я пойду. Я заплачу.

— А, вот оно что, — Сынмин задумывается, явно расслабившись. — Я буду рад только помочь.

Ну, конечно, а как же иначе. Деньги.

Ким пишет на какой-то бумаге название медикаментов и достаёт из-под стола коробку с тремя средними свечами разных ароматов и печать. Крис ходит кругами по комнате, уже рассмотрев большинство побрякушек. Теперь его внимание падает на рабочий стол Сынмина, взгляд скользит, пытаясь за что-то выхватиться, но в итоге Крис пялится на разговаривающего Сынмина, вслушиваясь.

— Вот, это для Вас и... О, Боже!

Резкий крик проносится по комнате, Хёнджин и Крис вздрагивают. Ким Сынмин пальцем тыкает в сторону, где находится Крис, отчего глаза Хвана расширяются.

— Да за вами... Во тьме внутри Вас сущий демон!

— Кто? Я? — Крис, не веря, указывает на себя и раскрывает рот.

— Вы... Вы его видите? — Детектив смотрит на них двоих. Лицо Сынмина смотрит на Криса со всей серьёзностью.

— Господин, это и есть причина Ваших кошмаров! Вам срочно нужно пройти обряд очищения, пойдёмте со мной.

— Чё за хуйню этот аферист несёт? Эй, ты же не веришь ему? Хван? — Крис, обозлённый от высказываний, грозится расшуметься ещё сильнее, но никто его и не слушает. — Хван!

— Это очень серьёзно, на самом деле! Я прекрасно понимаю, что со стороны это всё выглядит не совсем... правильно, но поверьте мне... — парирует парень, проходя в другую комнату.

Всё происходит очень быстро, Хёнджин не успевает обдумать ничего, кроме как наконец-то искренне радуется, что сможет избавиться от Криса, следуя за терапевтом в другую, судя по всему, последнюю комнату. Ким говорит Хвану лечь, после чего его пристёгивают, как говорит Сынмин «на всякий случай, если демон взбесится». Крис заходит за ними, комната тёмная, на стенах висят всякие маски аборигенов и прочие другие с разных стран, но вот привязанный к кушетке Хёнджин его завлёк намного больше, аж выпячивая глаза и приоткрывая рот.

— Что за БДСМ-игры, блять?

Сынмин зажигает свечи, расставленные по всей комнате, давая благовониям пустить свой аромат. Крис сильно морщится и праведным гневом смотрит на горящую свечу справа от себя. Он пытается его сдуть, но нематериальное тело не может как-либо повлиять на это, а Хвана же заковали к кушетке, без возможности дёрнуться и потушить хотя бы пальцами.

— Хван, этот недоабориген тебя сейчас в жертву принесёт! Слышишь? Давай поменяемся, я готов помочь тебе сбежать! — Крис бесится от противного запаха, тогда как Хёнджину нравится наблюдать за его агониями.

«Сукин сын, заслужил.»

Довольная улыбка натягивается на лицо Хвана, отчего Крис становится злее и хватает его за горло, сжимая. Но ничего не происходит, руки Хёнджина сейчас скованы, а значит душить используя его тело — не выйдет.

— Сука! — Крис бесится дальше, уже наматывая круги и стараясь прикрыть нос. — Какого хуя людям нравится нюхать этот запах бабушкиных панталонов?!

— Вы готовы? — Сынмин подходит с какими-то бубнами на руках, на голову напялив необычную бандану с перьями.

— Давайте, изгоняйте этого демона с меня поскорее, — Хван прикрывает глаза, сфокусируясь.

Деревянная палка, обмотанная в тряпку отбивает ритм в самодельный бубен. Босые ноги начинают стучать по полу, добавляя в ритм такта и Сынмин начинает ходить кругами вокруг детектива. Губы шепчут тихую мантру и резко начинают говорить громче. Крис, поначалу был занят своим чувствительным носом, но вскоре обратил внимание на этот странный танец шарлатана, покачивающий бедрами из стороны в сторону. Хван лежит с прикрытыми глазами и фокусируется, будто правда пытается помочь мысленно изгнанию безумца внутри него. Парень ухмыляется и резко держит руку у рта, чтобы не заржать во весь голос. Он першит горлом, начиная сильнее кашлять.

— Блять... Сука, скажи ему прекратить! Меня что-то мутит! Твою мать! — Крис хватается за голову, шатается на месте и падает на пол, говоря тем самым ужасным голосом из фильмов ужасов. — Нет, он меня выгоняет! Я не хочу! Нет!

— Кажется работает! — проговаривает Хван, одним глазком наблюдая за лежащим на полу Крисом в судорогах.

— Видите, я говорил, сейчас окончательно уйдет, — довольный Сынмин делает последние обороты.

Бубен отбивается с сильными ударами трижды, параллельно Ким читает мантру и останавливается у головы Хвана, отбрасывая бубен и деревянную палку. Обряд был завершён и в комнате наступила минутная тишина.

— СУКХАХАХАХАХА!

Крис не сдерживается и начинает ржать со всех сил, валяясь на полу. Он бьёт руками об колени, хватается за живот, смех выливается из него такой, словно в нём и правда сидели все бесы и дикие гиены.

— Ты реально поверил?! Ты серьёзно подумал, что какой-то аферист с бубном может меня изгнать?! — Пальцы утирают поступившиеся слёзы, смех льётся двойной силой только от дебильной ситуации. — С бубном и перьями!

Крис едва приподнимает своё тело, опираясь руками об пол и воет со смеху, пытаясь вобрать больше воздуха, но вновь начинает смеяться, смотря на глупую позу Сынмина и ошарашенное лицо с приподнятой головой от кушетки Хвана, припечатанный ремнями намертво.

— Ты... Сука! — Тихо бубнит Хёнджин и падает головой обратно. Глаза тут же смотрят на Сынмина.

— С вас десять тысяч вон, господин, — Ким развязывает его, довольно улыбаясь.

Детектив принимает сидячее положение и стискивает зубы. Вот так значит? Играть над Хван Хёнджином удумали?

— Значит ваши аферистические услуги стоят так дорого. Психотерапевт, живущий в здании, непригодном для принимания пациентов, скорее всего также вы и от налогов уворачиваетесь, а, Ким Сынмин?

— Что, простите? — Ким сначала промаргивается, потом хмурит брови. — Да кто вы такой?!

Детектив молча достаёт жетон полицейского, лицо Хёнджина источает серьёзность и профессионализм, рассматривая побледневшего доктора с напуганными глазами.

— Полиция. Вы задержаны под подозрением за мошенничество.

***

Оба парня вернулись в кабинет психотерапевта. Сынмин сидел за своим столом, нервно постукивая пальцами о дерево и кидал на Хёнджина короткие взгляды. Тот же сидел на кресле напротив, сложив руки на груди, а ноги расставил в стороны, внимательно следя за аферистом. Оба молчали. Только едва переставший ржать Крис ходил по помещению и что-то причитал, но его просто не слушали.

— Я... Господин, я плачу налоги... — начал тот, поднимая глаза с тетрадки на Хёнджина, сложив руки на столе в замок.

— Мне тебя посоветовали, как хорошего врача, а вы решили свои идиотские «обряды» на мне испробовать? — спрашивает холодно Хван, следя за всеми действиями парня напротив.

— Я нет... Просто подумал... Это шутка такая была.

— Шутка? Она не очень смешная вышла.

— Простите, Господин. Вы... Вы говорили о том, что вам нужны таблетки. Я могу выписать рецепт, бесплатно...

Брюнет внимательно смотрел на Сынмина. Это был шанс и довольно хороший. Вроде бы Сынмин реально шарит за всю эту психические штуки, явно больше самого детектива. Может он действительно сможет помочь? Но надо бы подвести это всё в более логичное русло и при этом не «спалить» себя самого.

— Тогда поступим так. Смотрите, я расследую одно дело. Хотелось бы как у «профессионала» узнать пару деталей от вас, чтобы точно раскрыть правду, — начинает осторожно детектив, наклоняя корпус вперёд, складывая руки в замок. — Судя по отчёту, у жертвы было... раздвоение личности. И мне интересно узнать про это, чтобы определить, было это убийством или же суицидом.

— Так, Вам просто... Понял, — Сынмин кивает на строгий взгляд детектива, явно готовый сотрудничать и избежать на него следствия. Он не стал задавать ещё больше вопросов.

— Раскрыть детали дела не могу, но... расскажите мне про раздвоение личности. Кажется, у жертвы было именно эта болезнь.

— Раздвоение личности — это не болезнь, детектив, — Ким качает головой. — Это диссоциативное расстройство идентичности. Не сказать, что это распространенный вид, чаще всего его путают с шизофренией и психозом. Если ваша жертва при жизни говорила о себе в третьем лице или же нёс бред, то это не является раздвоением.

— И как же тогда понять?

— Под наблюдением терапевта, конечно же. Второй альтер, точнее личность, если высказаться простым языком, не может показаться первой личности. Он находится исключительно за зоной доступа, и берет контроль над разумом в определенный момент какого-то триггера, а возможно даже и по расписанию. Всё это возможно выявить только под присмотром врача. У такого расстройства всегда есть причины и, чаще всего, они связаны с глубокими травмами.

Хван вздыхает, не понимая. Тогда каким же, блять, образом, он видит Криса? Получается у него не раздвоение личности, а шизофрения? Это всё — плод воображения? Этому стоит радоваться или же наоборот?.. А как же тогда провалы в памяти?

— Жертва утверждала, что видела свою вторую личность.

— Вы разговаривали с жертвой до смерти? — Сынмин промаргивается, находя в словах Хвана несостыковки.

— Нет, это по словам близких, — Хван потирает переносицу, стараясь не огрызаться на то, как Крис тыкает Кима в висок и морщит лицо со скуки. — Они говорили, что у того были провалы в памяти, что этот его второй насильно брал контроль над телом... Кхм, в общем я не верю во все эти сказки, господин Ким. Просто скажите мне, чем это могло быть вызвано и как это может подействовать на человека? Для отчёта... мне нужно иметь кое-какую информацию.

Ким задумывается, прикрывая на секунду глаза. Детектив неестественно оправдывается, что не вяжется с его психотипом, которую Сынмин уже более менее выстроил для себя. Шестерёнки под черепом крутятся и делаются определённые выводы. То, как такой детектив вёл себя неоднозначно, так ещё и с охотой поверил на аферу... Сынмин натягивает дружелюбную улыбку.

— Ладно, — проговаривает Ким, смотря прямо в глаза Хвану. — Случаем, ваша жертва не теряла близких или переживала переломный момент?

Крис отходит от него, стоя прямо позади детектива и фыркает. Ему не понравился Сынмин. По нему, как думает Крис, видно, что он притворяется хорошим специалистом, на деле как на полках валяются пару книг на говор и убеждение людей, а так же томики с психологией человека. Что, в прочем то, довольно обыденное для психологов иметь при себе. Но Крис был уверен — Сынмин что ни на есть аферист, так что переживать было не зачем, однако чем больше он рассказывает, тем больше он понимает, как аферист буквально попадает в яблочко.

— Я не уточнял этого... — Хван отводит глаза, смотря на Криса, топтающегося на месте от безделья.

— Господин Хван. Я хоть и аферист, но достаточно умён и взаправду окончил лучший институт Сеула. Вы мне врёте.

— Что... А вам, я сморю, уже не так страшно оказаться за решёткой, — Хван парирует сразу же, пытаясь скосить с темы.

— Вы излишне переживаете за меня, — Сынмин улыбается, одаривая детектива, сидящего на его кресле за столом, ехидной ухмылкой. — А вот за Ваше раздвоение личности — я ой как переживаю, как бы не дошло до вашего департамента полиции слушок, что у руководителя отдела есть расстройство с башкой?

— Хван, тебя надул аферист, — довольно гогочет Крис, детектив на него злобно смотрит и шикает. Это также было замечено Сынмином.

— Играете с огнём, доктор, — Хёнджин всё равно не отступил.

— Нет, что вы. Я лишь хочу договориться.

— И о чём же?

— Я вам помогаю с вашей «болезнью», но перед этим вы рассказываете мне всё, чтобы я точно определил ваши симптомы, а вы... — тот сделал паузу и откинулся на спинку стула. — забываете, что видели тут и мы спокойно работаем дальше.

Хёнджин бегал глазами по лицу напротив, щурясь. Крис же понимая, что это будет самая отвратительная идея, только подошёл ближе к Хвану, смотря прямо в его глаза.

— Ты что, за эти дешёвые фокусы продашься? — спрашивает тот, хмурясь. Его зрачки, казалось, уменьшились, оставляя белок и выглядит это до жути безумно.

Полицейский только смотрел в ответ, думая. Он бегал глазами по чужим напротив, слегка щурясь, но в груди набирает оборот того страха неизведанности, что напрягало его ранее в департаменте. Если он откажется и всё останется как есть. И если он будет преследовать его, то Хван ничем не будет отличаться от марионетки, которому силком вобьют в конечности металические проволоки и будут управлять. Нет, нет, нельзя. Хёнджин еле смог избавиться от рук отца, а теперь подгибаться под кем то, кто сидит внутри — да ни в жизнь!

— Да, — произнёс тот медленно, словно на зло Крису. — Я согласен.

Крис секунду смотрел в ответ и громко фыркнул. Он отодвинулся и направился на выход. Молча. Хван Хёнджин и в этот раз не стал слушать его.

— Отлично, мне нравится Ваш настрой, господин Хван, но хотелось бы хотя бы немного получить с этого по окончанию лечения...

— Сколько?

— Хотя бы пятьдесят тысяч...

— Тридцать.

— Я согласен, — тут же выпалил Сынмин и улыбнулся. — С вами приятно сотру...

— Не надо.

— Понял. Тогда, пожалуй, давайте с самого начала начнем...