Не для прессы

  Гвар­де­ец, вы­шед­ший ко мне на по­мощь, сра­зу под­нял ме­ня на ру­ки и стал за­носить во дво­рец, пе­ред этим на­кинув на ме­ня свое паль­то. От хо­лода мне за­хоте­лось спать, но я зна­ла, что при пе­ре­ох­лажде­нии сон мо­жет оз­на­чать смерть, по­это­му я пос­та­ралась скон­цен­три­ровать свое вни­мание на всем, что толь­ко мож­но. Я пы­талась от­влечь­ся на раз­ные ме­лочи, толь­ко бы не ус­нуть. Так я умуд­ри­лась рас­смот­реть ста­ромод­ный двер­ной мо­лоток и по­золо­чен­ные двер­ные руч­ки. Нес­мотря на столь ран­ний час, дво­рец вмиг ожи­вил­ся. Пе­ред гла­зами то и де­ло мель­ка­ли лю­ди, а ме­ня все нес­ли даль­ше. Вок­руг ме­ня раз­да­вались охи и ахи, их мож­но бы­ло бы ус­лы­шать и за вер­сту.
- Со­об­щи­те прин­цу Мак­со­ну о том, что мы наш­ли ле­ди Аме­рику у во­рот, а за­тем от­прав­ляй­тесь к их ве­личес­твам, - я бы­ла силь­но сла­ба, что­бы что-то ска­зать. У ме­ня лишь хва­тало сил на то, что­бы прос­то смот­реть на лю­дей. По­ка ме­ня нес­ли в гос­пи­таль, я ус­пе­ла уви­деть и Силь­вию, и сво­их гор­ничных с от­кры­тыми рта­ми, и ос­таль­ных учас­тниц От­бо­ра. Се­лес­та очень смеш­но выг­ля­дела с зас­панны­ми гла­зами и рас­тре­пан­ны­ми во­лоса­ми. Крисс же, как и сле­дова­ло ожи­дать, бы­ла сос­ре­дото­чени­ем бла­город­ности, в то вре­мя как Эли­за рас­пла­калась.
Ког­да ме­ня внес­ли в боль­нич­ное кры­ло, там уже нас под­жи­дали вра­чи и мед­сес­тры.
- Она очень за­мер­зла. Ей нуж­но сог­реть­ся, - ме­ня уло­жили та­кую гряз­ную и мок­рую на чис­тую ку­шет­ку, не за­ботясь о том, что я ис­пачкаю ее. Нес­коль­ко рук од­новре­мен­но ста­ли ос­матри­вать ме­ня.
- Мисс, как вы се­бя чувс­тву­ете? – на­до мной скло­нил­ся ры­жево­лосый док­тор в оч­ках с тол­сты­ми стёк­ла­ми, но­сом крюч­ком. Стран­но, что в та­ком сос­то­янии я спо­соб­на под­ме­чать по­доб­ные ме­лочи.
- Мне хо­лод­но, и все те­ло бо­лит. А еще очень бо­лит но­га, бед­ро, я его пов­ре­дила, и ло­коть пе­чет, там, на­вер­ное, мно­го ца­рапин, а ступ­ни, ка­жет­ся, рас­ца­рапа­ны в кровь. И да, у ме­ня два дня был жар, и, воз­можно, он нач­нется вновь, - ме­ня зас­та­вили сра­зу же при­нять слег­ка теп­лый душ, да­бы не сде­лать ор­га­низ­му че­го по­хуже. К мо­ей ра­дос­ти, мне по­мог­ли мои слу­жан­ки, и душ ока­зал­ся все­го в двух ша­гах.
Как толь­ко ме­ня по­сади­ли вновь на ку­шет­ку, в ком­на­ту вле­тел Мак­сон. Свет­лые во­лосы спу­таны, ка­рие гла­за с не­тер­пе­ни­ем и па­никой ос­матри­ва­ют боль­нич­ное кры­ло, по­ка не на­тыка­ют­ся на мой взгляд. Что-то в нем ме­ня­ет­ся. Слов­но ка­кой-то ком внут­ри не­го ло­па­ет­ся, ос­во­бож­дая что-то, че­го не ви­дел ник­то преж­де. Мак­сон мно­гое рас­ска­зал мне, но я ни­ког­да не ви­дела его та­ким, пол­ностью от­кры­тым мне. Я фи­зичес­ки ощу­щаю каж­дый раз­де­ля­ющий нас мил­ли­метр. Боль и ус­та­лость от­хо­дят на вто­рой план, так хо­чет­ся при­жать­ся к не­му и поз­во­лить се­бе сла­бость, прос­то рас­пла­кать­ся у не­го на пле­че. Так хо­чет­ся до­верить ему не толь­ко свое сер­дце, но и ду­шу, и жизнь. Каж­дый вдох и вы­дох все боль­ше на­тяги­ва­ет нер­вы. Жад­ным взгля­дом я впи­тываю каж­дую чер­точку его ли­ца. Ка­кой же он блед­ный и ус­тавший, та­кое ощу­щение, слов­но он не спал дня­ми. Из не­го слов­но вы­тащи­ли ду­шу. Сос­тавляя кон­траст его из­можден­но­му неб­ри­тому ли­цу, тем­ные гла­за с твер­дой ре­шимостью и лег­ким стра­хом ос­матри­ва­ют ме­ня. Не знаю, сколь­ко бы прош­ло вре­мени, преж­де чем один из нас хоть по­шеве­лил­ся , ес­ли бы у ме­ня не выр­ва­лось его имя, слиш­ком не­ес­тес­твен­но ти­хо. Нас­толь­ко ти­хо, что мне по­каза­лось, что я во­об­ще его не про­из­несла. Ре­ак­ция Мак­со­на ста­ла мгно­вен­ной. Он сор­вался с мес­та и поч­ти бе­гом ки­нул­ся ко мне, от­бро­сив эти­кет ко всем чер­тям. Бла­гора­зум­ные док­то­ра, я и не пред­по­лага­ла, что их тут столь­ко, отош­ли в сто­рону. Сто­ило ему ока­зать­ся ря­дом со мной, как ус­та­лость вер­ну­лась с ут­ро­ен­ной си­лой, и я по­чувс­тво­вала се­бя бес­по­мощ­ной как ни­ког­да преж­де.
Принц, не го­воря ни сло­ва, при­тянул ме­ня к се­бе нас­толь­ко креп­ко, что я по­чувс­тво­вала каж­дое из мо­их ре­бер.
- Ты жи­ва! – все, что Мак­сон смог про­шеп­тать мне на ухо, за­рыв­шись в мои во­лосы. Это боль­ше, чем два сло­ва, это слов­но от­го­лосок то­го от­ча­яния, что он ис­пы­тал впе­ремеш­ку с болью, ис­пы­тан­ной им, и роб­кой на­деж­дой. Два сло­ва от­ра­жа­ют все, о чем он ду­мал, че­го не­ис­то­во хо­тел и что стра­шил­ся по­терять. Его ды­хание сби­лось, и он не­ров­но за­дышал. На­ши ды­хания сме­шались, и я по­чувс­тво­вала се­бя как до­ма, что и раз­ру­шило все барь­еры во мне, и, так как ад­ре­налин вы­шел из мо­ей кро­ви, прор­ва­лась ес­тес­твен­ная ре­ак­ция на про­изо­шед­шее. Ут­кнув­шись в грудь Мак­со­на, я раз­ры­далась. Сле­зы, ка­залось, ос­во­бож­да­ют ме­ня от рас­те­рян­ности и стра­ха за са­му се­бя и за не­го. Мак­сон дол­го не от­пускал ме­ня, да­вая мне прий­ти в се­бя. Ког­да бу­ря стих­ла, он при­под­нял мой под­бо­родок и пос­мотрел мне в гла­за. Я уви­дела, нас­коль­ко он все же из­му­чен и ус­тал. На нем нет ли­ца.
- Ты здесь. Все за­кон­чи­лось. Ты со мной, - он неж­но, еле ка­са­ясь ко­жи, вы­тер мои сле­зы.
- По­целуй ме­ня, - ти­хо поп­ро­сила я.
- Что? – Мак­сон рас­те­рял­ся, яв­но не ожи­дая от ме­ня сей­час по­доб­ной прось­бы.
- По­целуй ме­ня, по­жалуй­ста, - я не знаю, то ли его убе­дил мой взгляд, то ли он сам это­го хо­тел, так же, как и я, но в сле­ду­ющий мо­мент его гу­бы ос­то­рож­но кос­ну­лись мо­их. По­целуй ока­зал­ся лег­ким, как ду­нове­ние вет­ра. Мак­сон вло­жил в не­го всю неж­ность, ко­торую чувс­тву­ет ко мне. По­целуй ока­зал­ся тем, что мне так бы­ло нуж­но в этот мо­мент.
- Ва­ше ве­личес­тво, мисс Син­гер нуж­но от­дохнуть. Она из­му­чена. Ее ор­га­низм ис­то­щен, и к то­му же она ра­нена, - один из док­то­ров от­кашлял­ся, прив­ле­кая к се­бе вни­мание прин­ца.
Мак­сон слов­но при­шел в се­бя от шо­ка и уло­жил ме­ня на ку­шет­ку, так как мои си­лы уже бы­ли ис­то­щены и на­ходи­лись на пре­деле. Я толь­ко сей­час за­мети­ла, что он одет в прос­тую се­рую пи­жаму.
- Прос­ти. Я так ис­пу­гал­ся за те­бя. Ник­то не мог най­ти те­бя. Я уже ду­мал, что по­терял те­бя.
- Я тут. Те­перь я здесь, и ты еще не ско­ро от ме­ня от­де­ла­ешь­ся, - на ме­ня на­вали­лась ус­та­лость, и я поч­ти мгно­вен­но ус­ну­ла, не зная, ушел ли Мак­сон или ос­тался воз­ле ме­ня.

- Доб­рое ут­ро, - ког­да я от­кры­ла гла­за, пер­вое, что я уви­дела, ока­залось ли­цо Мак­со­на. Он ка­зал­ся ме­нее блед­ным и уже нам­но­го бо­лее от­дохнув­шим.
- При­вет, - пер­вой мо­ей мыслью ста­ло вов­се не как я се­бя чувс­твую, а как я сей­час выг­ля­жу. Это, на­вер­ное, ужас­но. Во­лосы спу­таны, вся бе­лая и по­битая.
- Как ты се­бя чувс­тву­ешь? – Мак­сон вни­матель­но вгля­дыва­ет­ся мне в ли­цо.
- Уже луч­ше. Я дол­го спа­ла?
- У те­бя 4 дня был жар. Вся на­деж­да бы­ла толь­ко на те­бя. Луч­шие вра­чи не мог­ли ни­чего сде­лать. Ты мог­ла уме­реть в лю­бую се­кун­ду.
- Но я ведь приш­ла в се­бя, - я сла­бо улыб­ну­лась Мак­со­ну. Я чувс­твую се­бя луч­ше, но все еще очень сла­ба.
- Я не знаю, что бы де­лал без те­бя. Зна­ешь, а ведь эти все со­бытия по­мог­ли мне по­нять, что я ни­ког­да не смо­гу от­пустить те­бя, но из-за ме­ня ты под­вер­глась опас­ности. Пос­мотри, что с то­бой сде­лали. Я ви­новат во всем, что с то­бой слу­чилось. Ес­ли ты за­хочешь у­ехать, я от­пу­щу те­бя, - принц сей­час выг­ля­дит по­дав­ленным и раз­давлен­ным. В уши­бе ви­нова­та я. Я не мо­гу поз­во­лить ему ду­мать, что мои увечья из-за не­го.
- Я не у­еду. И не на­дей­ся. Я ос­та­нусь ров­но на столь­ко, на сколь­ко я те­бе нуж­на, ни се­кун­дой доль­ше. Ты про­сил до­верить­ся те­бе, и я те­бе до­веряю свою судь­бу. Толь­ко ты мо­жешь ре­шить, что бу­дет со мной, ос­та­нусь ли я с то­бой или у­еду до­мой за­лечи­вать ра­ны. Мак­сон, ты хо­тел чес­тнос­ти? Так слу­шай, я люб­лю те­бя. Знаю, это не­ожи­дан­но, я слиш­ком дол­го раз­би­ралась в се­бе, но это так. Я все чуть не ис­порти­ла. Я ве­рю те­бе, те­перь ве­рю, но я не мо­гу, слы­шишь, не мо­гу зак­ры­вать гла­за на твои встре­чи с Крисс или с Се­лес­той. Это ме­ня ра­нит. Я не хо­чу быть вто­рой, треть­ей. Я не стрем­люсь к ко­роне, и ты это зна­ешь, мне ну­жен толь­ко ты сам. Я не мо­гу смот­реть на то, как ты смот­ришь на Крисс или на Се­лес­ту. Я ус­та­ла ду­мать о том, что ты де­ла­ешь, ког­да ты с ни­ми, что ты го­воришь им. Я не хо­чу быть од­ной из... или я, или они. Мак­сон, я так боль­ше не мо­гу, - я под­ня­ла на не­го свои гла­за, в них блес­тят сле­зы. Я не знаю, что на ме­ня наш­ло. На­боле­ло прос­то. Что для не­го все это зна­чит? Ес­ли рань­ше я мог­ла быть уве­рен­на в том, что я для не­го единс­твен­ная, так те­перь у не­го есть Крисс и да­же Се­лес­та. Я дей­стви­тель­но ус­та­ла. Да, я рев­ную, очень рев­ную, но это и по­нят­но по­чему.
- Аме­рика, - Мак­сон шо­киро­ван. Он хо­чет про­тянуть ко мне ру­ку, но за­тем уби­ра­ет ее. Его ру­ки в ха­отич­ном по­ряд­ке ста­ра­ют­ся най­ти свое мес­то, но от нер­вов он пос­то­ян­но что-то де­ла­ет. Пер­вое вре­мя Мак­сон не смот­рит на ме­ня, - Аме­рика, - пов­то­ря­ет он еще бо­лее не­уве­рен­но, - ты зна­ешь о мо­их чувс­твах к те­бе. Они не из­ме­нились. Ты – са­мо со­вер­шенс­тво, нес­мотря на свое уп­рямс­тво. Мне ка­жет­ся, я по­любил те­бя в пер­вую на­шу встре­чу, ты пе­ревер­ну­ла всю мою жизнь вверх но­гами, - Мак­сон все же ос­та­новил­ся и взял мою ру­ку креп­ко в свою, - Я боль­ше не чувс­твую се­бя оди­ноким. В мо­ем сер­дце всег­да те­перь толь­ко ты. Я пы­тал­ся уви­деть ко­го-то кро­ме те­бя, но тщет­но. Я не ви­жу дру­гих. Ты столь­ко ме­ня от­талки­вала, что я прос­то рас­те­рял­ся, ког­да все из­ме­нилось. Пер­вое вре­мя я не знал, как се­бя вес­ти, и от это­го чувс­тво­вал се­бя еще боль­ше не­лов­ко. Но ты мне нуж­на, очень нуж­на.
- А как же Крисс?
- Что Крисс? Крисс – при­ят­ная и очень доб­рая де­вуш­ка, но не бо­лее то­го. Я не люб­лю ее. Я пы­тал­ся сде­лать что-то, что мог­ло бы про­будить что-то меж­ду на­ми, но нет, мы все­го лишь друзья. Она очень свет­лый че­ловек, но слиш­ком пок­ла­дис­та, - Мак­сон сму­щен­но улыб­нулся, и во взгля­де его бы­ло столь­ко неж­ности и люб­ви, что у ме­ня за­щеми­ло сер­дце. Ну как я мог­ла сом­не­вать­ся в нем, - мне нуж­но боль­ше озорс­тва и уп­рямс­тва.
- А Се­лес­та?
- Я же уже те­бе го­ворил, Се­лес­та для ме­ня ни­чего не зна­чит, она тут из-за от­ца.
- Но ты ведь с ней це­ловал­ся в те­ни, и ты не ис­пы­тывал при этом от­вра­щения.
- Ты все еще пом­нишь об этом? Прос­ти, то бы­ла ми­молет­ная сла­бость. Мне край­не не­об­хо­димо бы­ло тог­да от­влечь­ся, а ты на ме­ня все еще зли­лась. Я ни­как не ожи­дал, что ты там мо­жешь по­явить­ся.
- По­чему? По­чему они еще тут? Ес­ли ты лю­бишь ме­ня, по­чему де­вуш­ки еще тут? Ведь пос­ле но­чи в убе­жище, я ду­мала, ты по­нима­ешь, что зна­чишь для ме­ня.
- Я не мо­гу сей­час выб­рать те­бя. Толь­ко не сра­зу пос­ле тво­его скан­даль­но­го про­ек­та.
- Все из-за воп­ро­са о до­верии? Я ни­чего не ска­зала пов­стан­цам. Они ни­чего не ус­лы­шали от ме­ня и не ус­лы­шали бы ни­ког­да, да­же ес­ли ста­ли бы пы­тать ме­ня, - Мак­со­на пе­редер­ну­ло от мо­их слов, - Я бы ни­ког­да не сде­лала ни­чего из то­го, что мо­жет нав­ре­дить те­бе, как ты это не по­нима­ешь.
- Нет, де­ло сов­сем не в этом. Мой отец. Он не поз­во­лит те­бе сей­час стать мо­ей же­ной. Толь­ко не сей­час. Толь­ко не ког­да он так зол на те­бя. Про­шу те­бя, по­тер­пи нем­но­го. Ты нуж­на мне.
- Ес­ли бы я толь­ко мог­ла быть уве­рен­ной в зав­траш­нем дне.
- Как бы я не хо­тел пре­дос­та­вить те­бе за­щиту и уве­рен­ность в бу­дущем, но я не мо­гу. Я все­го лишь принц, ко­роль он. Его сло­во важ­нее, - Мак­сон неж­но про­вел кос­тяшка­ми паль­цев по мо­ей ще­ке, и я зак­ры­ла гла­за, - Но од­но мо­гу ска­зать те­бе точ­но, я твой и толь­ко твой. Я не мо­гу те­бя по­терять.
- Я бы не пе­режи­ла это. Ты пом­нишь, что бы­ло со мной пос­ле раз­ры­ва с Ас­пе­ном? Ес­ли я ос­та­нусь без те­бя – это прос­то убь­ет ме­ня.
- Ес­ли мы сде­ла­ем все пра­виль­но, это не по­надо­бит­ся, - в его го­лосе столь­ко убеж­деннос­ти, что я са­ма не­воль­но ста­ла в это ве­рить, - Но для на­чала ты дол­жна поп­ра­вить­ся. Что с то­бой сде­лали эти вар­ва­ры?
- Ни­чего. Ну поч­ти, - ли­цо Мак­со­на, он сей­час яв­но ни­чего не по­нима­ет. Да я и са­ма не по­няла бы, ес­ли бы он был на мо­ем мес­те, - Но­гу я пов­ре­дила, ког­да па­дала с их по­воз­ки.
- За­чем? – гла­за прин­ца еще боль­ше ок­ругли­лись.
- Что­бы хо­тя бы по­пытать­ся сбе­жать. Прав­да, я тут же грох­ну­лась вниз, как ме­шок кар­тошки, а по­воз­ка ведь еха­ла. Они не сра­зу за­мети­ли, что ме­ня нет, и по­еха­ли даль­ше вглубь ле­са.
- Вглубь ле­са? Ты со­бира­лась бе­жать че­рез лес, зи­мой, в од­ном платье? – го­лос Мак­сон стал ти­хим и вкрад­чи­вым. Он слов­но сом­не­ва­ет­ся в мо­ем ду­шев­ном сос­то­янии.
- Да. А по­том я еще и оца­рапа­ла но­ги по­ка бе­жала.
- Бо­сиком? По сне­гу?
- Ну да. А раз­ве у ме­ня был вы­бор? Мне нуж­но бы­ло хо­тя бы по­пытать­ся уй­ти. Не мог­ла же я поз­во­лить уп­равлять со­бой. Я не зна­ла, че­го они от ме­ня хо­тели, - ну вот, Мак­сон пос­чи­та­ет ме­ня ду­шев­но­боль­ной. Ка­кой здра­вомыс­ля­щий че­ловек бу­дет так убе­гать, как это бы­ло со мной?
- А что у те­бя с ще­кой? Ты не мог­ла так са­ма се­бя, - я дот­ро­нулась до щек, но ни­чего не на­щупа­ла, ко­жа ока­залась глад­кой, как у мла­ден­ца, я воп­ро­ситель­но под­ня­ла бровь.
- Док­то­ра ис­поль­зо­вали все, что мог­ли, лишь бы ни­чего не ос­та­лось на ли­це.
- Нуж­но бу­дет их поб­ла­года­рить.
- Я уже от­бла­года­рил. Ты не от­ве­тила.
- Один из дер­жавших ме­ня уда­рил, ког­да они дог­на­ли ме­ня. Нас­коль­ко мне из­вес­тно, они за это по­лучи­ли.
- Аме­рика, ты хоть по­нима­ешь, что с то­бой про­изош­ло?
- По­нимаю. Ты счи­та­ешь ме­ня без­рассуд­ной и лег­ко­мыс­ленной, - я по­пыта­лась сесть, по­выше под­тя­нуть­ся, все те­ло тут же за­ныло. Мак­сон в мгно­вение ока от­ре­аги­ровал, при­дер­жал ме­ня и по­мог мне. Ког­да он по­мог мне сесть, нес­мотря на боль, я ре­шила не раз­ры­вать при­ят­ных объ­ятий. Мак­сон точ­но так же не отс­тра­нил­ся, вмес­то это­го он про­вел ру­кой по мо­им во­лосам и по­цело­вал ме­ня в ма­куш­ку.
- Я счи­таю те­бя са­мой храб­рой, ре­шитель­ной, ве­селой, са­мой кра­сивой и са­мой чес­тной. Я ни­ког­да не ви­дел, что­бы кто-то дру­гой так же ярос­тно соп­ро­тив­лялся до пос­ледне­го, как ты. Вот что мы сде­ла­ем: пер­вое – те­бе нуж­но от­дохнуть, и вто­рое – мы ни­чего не рас­ска­жем от­цу, пусть ду­ма­ет, что все, что про­изош­ло с то­бой – его ви­на, пусть счи­та­ет, что это сде­лали пов­стан­цы, - за­тем Мак­сон за­рыл­ся мне в во­лосы и глу­боко вдох­нул их за­пах, - Боль­ше ни­ког­да не ос­тавляй ме­ня.


С то­го раз­го­вора с Мак­со­ном прош­ла не­деля. Но­га пос­те­пен­но ста­ла вос­ста­нав­ли­вать­ся, а си­няки уже или сош­ли или схо­дят. Ца­рапи­ны уб­ра­ли с те­ла, так что и не до­гада­ешь­ся, что они бы­ли. Жар сме­нил­ся при­выч­ной прос­ту­дой, и, в то вре­мя как все за­нима­ют­ся под­го­тов­кой к Рож­дес­твенско­му при­ему-ве­черин­ке, я от­ле­жива­юсь в сво­ей ком­на­те, со все еще боль­ной но­гой и боль­ным гор­лом. Как я уз­на­ла от Мак­со­на, дво­рец по­кину­ла Эли­за, и все тай­но на­де­ялись, что за ней пос­ле­дую и я, но не тут то бы­ло. Я ос­та­лась. Я про­дол­жаю бо­роть­ся за прин­ца, и мои шан­сы воз­росли. Мак­сон все сво­бод­ное вре­мя, или поч­ти все, про­водит ря­дом со мной. Мы иг­ра­ем с ним в шах­ма­ты или прос­то раз­го­вари­ва­ем. Он час­то про­сит рас­ска­зать мне о сво­ей семье и о сво­ей жиз­ни до От­бо­ра. Сна­чала я рас­ска­зыва­ла не­уве­рен­но, бо­ясь, что он бу­дет на­до мной сме­ять­ся, а по­том все уве­рен­нее и уве­рен­нее.
- А по­том по­бежал к сво­ей ма­ме и дол­го жа­ловал­ся, что из-за ме­ня он сва­лил­ся с де­рева. Ко­ул был чет­веркой, и по по­ложе­нию они за­нима­ли бо­лее вы­сокое по­ложе­ние, чем мы, но ему нра­вилось иг­рать с Ко­той, а тог­да мы еще бы­ли не­раз­лучны с бра­том. Ко­улу при­ходи­лось ми­рить­ся со мной.
- Ни­ког­да бы не по­верил, что ты рос­ла та­ким сор­ванцом, - Мак­сон в тот ве­чер си­дел воз­ле ме­ня на кро­вати и иг­рал с мо­ими во­лоса­ми. В его гла­зах топ­ле­ного шо­кола­да бы­ло столь­ко теп­ло­ты и вос­хи­щения, что у ме­ня прос­то за­щеми­ло сер­дце, и я за­лилась крас­кой. А еще в них прог­ля­дыва­лась еле за­мет­ная боль. Он рос один, и ему, как ни­кому дру­гому, из­вес­тно, что та­кое оди­ночес­тво.
Се­лес­та и Крисс упа­ли ду­хом, я не ви­дела, но мне рас­ска­зыва­ли. Мо­им гор­ничным сто­ило слу­жить в раз­ведке, они в этом ве­лико­леп­ны. Мак­сон все еще вре­мя от вре­мени на­веща­ет Крисс, но не так час­то, как преж­де. Все вре­мя он пред­по­чита­ет от­да­вать мне. Ког­да я рас­ска­зала ему, что пов­стан­цы хо­тели со мной по­гово­рить, он ос­та­новил ме­ня на по­лус­ло­ве и пред­ло­жил об­су­дить это по­том, там, где нет пос­то­рон­них ушей и тут же по­цело­вал ме­ня, не да­вая воз­можнос­ти стра­же, прис­тавлен­ной к мо­ей две­ри, за­подоз­рить, что мы го­вори­ли о чем-то, кро­ме на­ших от­но­шений. С Ас­пе­ном я не ви­делась. Я слы­шала, он те­перь сос­то­ит в лич­ной стра­же ко­роле­вы, по­даль­ше от ме­ня. Мак­сон все же рев­ну­ет. И я бы не ска­зала, что мне это неп­ри­ят­но.
Мне в оче­ред­ной раз при­нес­ли го­рячий от­вар с ле­чеб­ны­ми тра­вами и ли­мон­ным со­ком. Мне пос­те­пен­но ста­новит­ся луч­ше, и ско­ро я выз­до­ровею уже пол­ностью.
- Ва­ше ве­личес­тво, - Лю­си при­села в ре­веран­се, а я поп­ра­вила ха­лат и оде­яло и по­доб­ра­лась. Единс­твен­ный из ко­ролев­ской семьи, кто ме­ня по­сеща­ет, при том каж­дый день, это Мак­сон. Ожи­дая но­вой при­ят­ной встре­чи, я об­ра­дован­ная обер­ну­лась. Но, как ока­залось, ко мне при­шел вов­се не Мак­сон. Ме­ня ре­шила по­сетить ко­роле­ва Эм­берли.
- Доб­рый ве­чер, до­рогая, - она теп­ло мне улыб­ну­лась и при­села на стул у мо­ей кро­вати. Сов­сем за­была, я уже нес­коль­ко дней как на­хожусь в сво­ей ком­на­те. Тут удоб­ней и не сму­ща­ют боль­нич­ные сте­ны.
- Здравс­твуй­те, Ва­ше ве­личес­тво.
- Как ты се­бя чувс­тву­ешь?
- Нам­но­го луч­ше. Толь­ко вот ле­жать на­до­ело.
- По­тер­пи нем­но­го и бу­дешь бе­гать как рань­ше. Как твоя но­га?
- Уже поч­ти не бо­лит. Док­тор ска­зал, что я мо­гу уже на­чинать рас­ха­живать но­гу. Мак­сон про­сил без не­го не на­чинать, - мне ста­ло не­лов­ко при ко­роле­ве. Она еще по­дума­ет, что я от­вле­каю ее сы­на от важ­ных дел.
- Аме­рика, я хо­тела по­гово­рить с то­бой, - ко­роле­ва сму­тилась, и я не­воль­но за­далась воп­ро­сом «о чем же та­ком она хо­чет по­гово­рить?».
- О чем?
- Я поч­ти с са­мого на­чала ви­дела, что мой сын влюб­лен в те­бя. Я зна­ла это еще до то­го, как он при­шел ко мне и ска­зал, что у не­го к те­бе есть оп­ре­делен­ные чувс­тва. Мак­сон – мое единс­твен­ное ди­тя, и я ви­жу боль­ше, чем он ду­ма­ет. Я не знаю ис­то­рию ва­ших от­но­шений. Мне дос­та­точ­но то­го, что я знаю, он те­бя лю­бит. Это не пус­той звук и не ми­молет­ное ув­ле­чение Я уз­наю этот взгляд, ко­торым он смот­рит на те­бя. Так смот­рел на мою ма­му отец. Та­кой же взгляд я ви­дела у Клар­ксо­на. Чувс­тва мо­его сы­на к те­бе на всю жизнь, - я хо­тела ска­зать ко­роле­ве, что нет при­чин бес­по­ко­ить­ся, но она ос­та­нови­ла ме­ня, - Ес­ли ты его хоть нем­но­го лю­бишь, а я же ви­жу, что лю­бишь, я про­шу те­бя, не у­ез­жай. Я по­нимаю, Мак­сон обе­щал от­пустить всех, кто за­хочет у­ехать, и я по­нимаю, как ты на­пуга­на, но я про­шу те­бя ос­тать­ся ра­ди мо­его сы­на. Не раз­би­вай ему сер­дце.
- Я люб­лю ва­шего сы­на и не у­еду, по­ка он не от­пра­вит ме­ня до­мой. По­ка я нуж­на Мак­со­ну, я бу­ду ря­дом. Он мне очень до­рог.
- Это то, что я хо­тела ус­лы­шать. Выз­до­рав­ли­вай. И я бы очень ра­да бы­ла уви­деть те­бя зав­тра на Рож­дес­твенском при­еме, - ко­роле­ва Эм­берли очень гра­ци­оз­но под­ня­лась и на мое «спа­сибо» лас­ко­во кос­ну­лась мо­ей ру­ки и выш­ла, ос­та­вив ме­ня об­ду­мывать, что это толь­ко что бы­ло. Ко­роле­ва Эм­берли при­ходи­ла про­сить ме­ня ос­тать­ся? А что­бы я сде­лала ра­ди счастья сво­его сы­на? Да все, что угод­но. По­ис­ти­не ве­ликая жен­щи­на.
- О чем ду­ма­ешь? – я и не за­мети­ла, как в ком­на­ту во­шел Мак­сон. Сколь­ко прош­ло вре­мени. Пять ми­нут? Де­сять? Пол­ча­са? Не знаю, я прос­то си­дела и ду­мала о сво­ем бу­дущем, о том бу­дущем, ко­торое мо­жет быть у нас с Мак­со­ном.
- Да так. Пус­тя­ки, - Мак­сон при­сел ко мне на кро­вать и по­ложил свои ру­ки на мои ла­дони.
- А все же.
- Я ду­мала о нас.
- О чем же? – гла­за Мак­со­на за­горе­лись, как обыч­но бы­ва­ет, ког­да я в раз­го­воре упот­ребляю «мы», «нас».
- О де­тях. Я ду­мала о том, ка­кая мог­ла бы быть на­ша с то­бой семья.
- И что же ты на­дума­ла? – с лег­кой драз­ня­щей улыб­кой пос­мотрел на ме­ня Мак­сон и ос­то­рож­но при­тянул ме­ня к се­бе.
- Я хо­тела бы иметь боль­шую семью. Мно­го де­тей.
- Трое? – по­лушу­тя спро­сил Мак­сон, ще­коча сво­им мяг­ким ды­хани­ем мои во­лосы у са­мого уха.
- Я бы хо­тела пя­теро или шес­те­ро, ес­ли ты, ко­неч­но, сог­ла­сишь­ся, - чувс­тво до­ма вновь за­пол­ни­ло ме­ня, и мне ста­ло так хо­рошо, что я не хо­тела ни­чего, кро­ме как вот так вот си­деть с ним.
- Я про­тив? Я бы сам очень хо­тел, что­бы этот дво­рец на­пол­нился дет­ским сме­хом, и я бы очень хо­тел иметь уп­ря­мых до­чек с ры­жими, как у те­бя, во­лоса­ми. По­дож­ди нем­но­го, я что-то при­думаю, и отец не смо­жет мне зап­ре­тить выб­рать те­бя, - я по­дави­ла в се­бе пре­датель­скую мысль о том, что у до­чек Мак­со­на мо­гут быть не ры­жие во­лосы, а тем­ные, как у Крисс, но вов­ре­мя вспом­ни­ла наш не­дав­нишний раз­го­вор.
- Он бу­дет про­тив. Нуж­но сде­лать что-то не­веро­ят­ное, что­бы он из­ме­нил свое от­но­шение ко мне.
- Зна­чит сде­ла­ем. А те­перь, что­бы не ли­шать те­бя зав­траш­не­го праз­дни­ка, да­вай поп­ро­бу­ем прой­тись, - Мак­сон выс­во­бодил­ся и про­тянул мне обе ру­ки. Я не­реши­тель­но вста­ла и с опас­кой пос­мотре­ла на Мак­со­на, - Аме­рика, это все­го лишь про­гул­ка.
Я от­ки­нула на­зад во­лосы, что­бы не ме­шали, и при­няла по­мощь Мак­со­на. Стран­но, как за та­кое ко­рот­кое вре­мя мож­но ра­зучить­ся хо­дить. На но­ги я ста­ла не­уве­рен­но, но Мак­сон ме­ня под­держи­вал, по­ка я де­лала не­уве­рен­ные ша­ги, прис­лу­шива­юсь к сво­ему ор­га­низ­му, Мак­сон на­деж­но под­держи­вал ме­ня, не да­вая упасть.
Шаг. Вто­рой. Тре­тий. Чет­вертый... С каж­дым ша­гом я чувс­твую се­бя все уве­рен­нее. Ко­ор­ди­нация на­руше­на, ес­ли был не Мак­сон, я бы уже рас­плас­та­лась на по­лу. Очень быс­тро я по­няла, что все же не ра­зучи­лась хо­дить. Прос­то мои ша­ги сей­час не­уве­рен­ные, как у ма­лень­ко­го ре­бен­ка, но с на­деж­ной под­дер­жкой каж­дый шаг да­ет­ся уве­рен­нее. Не прош­ло и 15 ми­нут, как мы очень мед­ленно, но бо­лее ме­нее уве­рен­но про­хажи­ва­ем­ся по ко­ридо­ру.
- Вот ви­дишь, ты боль­шая мо­лодец. Зав­тра бу­дешь тан­це­вать, - лас­ко­во ска­зал Мак­сон, ког­да мы дош­ли до па­рад­ной лес­тни­цы из мо­его за­кут­ка. От двух­не­дель­но­го ле­жания в кро­вати, я слов­но за­была, как хо­дить.
- Это толь­ко по­тому, что ты ме­ня под­держи­ва­ешь, сто­ит те­бе ме­ня от­пустить, и я упа­ду. Ни­ког­да не ду­мала, что так мо­гу от­выкнуть от ходь­бы, - мне вдруг ста­ло стыд­но за свой внеш­ний вид. Мы вдво­ем вмес­те сей­час выг­ля­дим не­лепо, точ­нее я, а Мак­сон, как всег­да, бе­зуп­ре­чен в стро­гих се­рых брю­ках и го­лубой ру­баш­ке с за­качан­ны­ми ру­кава­ми и 3-мя рас­стег­ну­тыми пу­гови­цами. Я же, кро­ме то­го, что не при­чеса­на по-че­лове­чес­ки, так и оде­та в прос­той зе­леный ха­лат.
- Ты са­мая силь­ная. Ты быс­тро вос­ста­новишь свои си­лы. К то­му же, мы у­ез­жа­ем толь­ко че­рез не­делю. У те­бя еще есть вре­мя по­болеть.
- Ку­да? – мы по­вер­ну­ли и не спе­ша пош­ли об­ратно.
- По тра­диции, ког­да де­вушек ос­та­ет­ся трое, я дол­жен на­вес­тить семью каж­дой. В те­чение не­дели я бу­ду зна­комить­ся с род­ны­ми, друзь­ями, со­седя­ми каж­дой из вас. Это де­ла­ет­ся для то­го, что­бы я уви­дел ва­шу жизнь ва­шими гла­зами. По­нял, чем вы жи­вете, о чем ду­ма­ете, что лю­бите. Я бу­ду це­лую не­делю уде­лять вни­мание толь­ко той из вас, у ко­го мы бу­дем в гос­тях, - Мак­сон бу­дет в мо­ем до­ме, в мо­ей род­ной Ка­роли­не. Он це­лую не­делю бу­дет толь­ко мой. Я от­даю се­бе от­чет в том, что тог­да все вни­мание те­лека­мер бу­дет от­да­но мне. Все фо­то и ви­де­ока­меры бу­дут нап­равле­ны на ме­ня, но эта но­вость не мо­жет не ок­ры­лять. Как же я хо­чу, что­бы Мак­сон уви­дел мою жизнь из­нутри, - По про­шес­твии этих 4 не­дель, вклю­чая под­го­тови­тель­ную, я дол­жен бу­ду объ­явить свой вы­бор. Те­бе нуж­но по­тер­петь ме­сяц. Все­го ме­сяц, и от­цу при­дет­ся сми­рить­ся с мо­им вы­бором.
- Кто зна­ет, мо­жет, ты вы­берешь Се­лес­ту или Крисс?
- Аме­рика, - Мак­сон глу­боко вздох­нул, го­товясь что-то дол­го и нас­той­чи­во объ­яс­нять, но, уви­дев мою улыб­ку, по­нял, что я шу­чу, - Ты не­ис­пра­вима, - за­тем его ли­цо вновь ста­ло серь­ез­ным. Мы за­вер­ну­ли за угол и ос­та­нови­лись под боль­шим ши­роким ок­ном, - Аме­рика, две не­дели я не смо­гу при­ходить к те­бе и раз­го­вари­вать с то­бой, по­мимо зав­тра­ков, обе­дов и ужи­нов. Все вни­мание я бу­ду обя­зан уде­лять Се­лес­те и Крисс. Ты смо­жешь сми­рить­ся с этим?
- Да, - я хо­тела сна­чала от­шу­тить­ся, но по­няла, что это все толь­ко ис­портит. Ко­рот­кое и чес­тное «да» луч­ший сей­час от­вет. Я го­това сми­рить­ся с этим, я го­това на две не­дели от­сту­пить в тень, но не боль­ше. Я до­веряю ему и ве­рю, что в кон­це мы бу­дем вдво­ем. Я го­това рис­кнуть. Я и так уже пос­та­вила на кар­ту все, что у ме­ня есть, сер­дце и ду­шу, я прос­то не мо­гу от­сту­пить, - На­де­юсь, ты смо­жешь удер­жать­ся от по­целу­ев и все­го про­чего с Се­лес­той.
- Обе­щаю не да­вать те­бе по­вод усом­нить­ся во мне, - улыб­нувшись, ска­зал Мак­сон. И, ког­да я не от­ве­ла от не­го прис­таль­но­го взгля­да, до­бавил, - Обе­щаю дер­жать­ся по­даль­ше от ее губ и про­чего. Че­му ты улы­ба­ешь­ся?
- То­му, что од­ну не­делю ты бу­дешь толь­ко мой, - хо­лод­ное мо­роз­ное сол­нце ос­ве­тило свет­лые во­лосы Мак­со­на, что сде­лало их еще бо­лее свет­лы­ми, и я не удер­жа­лась и про­тяну­ла к ним ру­ку. Во­лосы та­кие же мяг­кие, как я пом­ню. Прав­да, за пос­леднее вре­мя они ста­ли нем­но­го длин­нее. Мак­сон быс­тро от­ре­аги­ровал и, при­тянув ме­ня к се­бе, нак­рыл мои гу­бы сво­ими. Я обе­ими ру­ками об­ви­ла его шею, бо­ясь упасть. Не от­то­го, что я не дер­жусь на но­гах, сов­сем нет. По­целуи Мак­со­на дей­ству­ют на ме­ня опь­яня­юще. То, что мы сто­им в ко­ридо­ре и в лю­бой мо­мент кто-то мо­жет уви­деть нас, что у ме­ня трав­ми­рова­на но­га и да­же то, что я не до кон­ца оп­ра­вилась от прос­ту­ды пе­рес­та­ло иметь зна­чение. Мир зак­ру­жил­ся, и Мак­сон ока­зал­ся тем яко­рем, за ко­торый я ух­ва­тилась. Его ру­ки об­ви­ли мою та­лию и при­жали креп­ко к его те­лу. Я за­поз­да­ло по­няла, что мой ха­лат не­пос­ти­жимым об­ра­зом раз­вя­зал­ся. Ла­дони Мак­со­на от мо­ей ко­жи от­де­ля­ет тон­кий шелк неп­ри­лич­но ко­рот­кой ноч­ной со­роч­ки. Мои гор­ничные очень ре­шитель­но нас­тро­ены сде­лать ме­ня прин­цессой. С хват­кой глав­но­коман­ду­юще­го вой­ском они взя­лись, в пер­вую оче­редь, за мой внеш­ний вид. По­это­му не сто­ит удив­лять­ся то­му, что ноч­ная со­роч­ка ка­рамель­но­го цве­та ед­ва прик­ры­ва­ет бед­ра. В лю­бой дру­гой си­ту­ации я по­чувс­тво­вала бы се­бя не­лов­ко, но не сей­час. По­целуи Ас­пе­на не да­рили та­кого удо­воль­ствия и ощу­щения по­лета. Мак­сон в каж­дый по­целуй вкла­дывал все­го се­бя. Его гу­бы нес­пешно ис­сле­дова­ли мои, слов­но на это у нас це­лая веч­ность, а не нес­коль­ко ми­нут. Его ру­ки нес­пешно пог­ла­жива­ли по спи­не.

- Ле­ди Крисс, вас на чай ожи­да­ет ко­роле­ва Эм­берли, - за де­вуш­кой не от­ста­вая шел страж. Ко­роле­ва при­каза­ла ему дос­та­вить к ней в ее лич­ные по­кои ле­ди Се­лес­ту и ле­ди Крисс. С ле­ди Се­лес­той у Ас­пе­на проб­лем не воз­никло. Сов­сем дру­гое де­ло ле­ди Крисс.
- Я толь­ко пос­мотрю как Аме­рика и сра­зу же к ко­роле­ве.
- Ле­ди Аме­рику вы мо­жете на­вес­тить и пос­ле ко­роле­вы, - до че­го же все де­вуш­ки уп­ря­мы, на­чиная с его сес­тер и Мер и за­кан­чи­вая этой уп­ря­мой, но роб­кой на вид тем­но­воло­сой кра­сави­цы. Ас­пен дол­жен был приз­нать у прин­ца Мак­со­на хо­роший вкус. Он ос­та­вил воз­ле се­бя са­мых кра­сивых учас­тниц От­бо­ра. И са­мое важ­ное, что боль­ше все­го раз­дра­жало Ас­пе­на, этот бо­гатень­кий сы­нок, ко­торым он счи­тал прин­ца, влю­бил в се­бя его Аме­рику и не от­пуска­ет ее.
- Я толь­ко поз­до­рова­юсь и все, - они за­вер­ну­ли за угол ве­дущий в за­куток где на­ходи­лась ком­на­та Аме­рики.
- Я еще раз пов­то­ряю: мне ве­лено про­водить вас к ко­роле­ве, - То, что от­кры­лось их гла­зам, огор­чи­ло обо­их. Пос­ре­ди ко­ридо­ра пе­ред боль­шим ок­ном сто­яли Аме­рика и Мак­сон. Они це­лова­лись. Принц при­дер­жи­вал ее за та­лию, а она без­застен­чи­во при­жима­лась к не­му. Зе­леный теп­лый ха­лат не был в сос­то­янии скрыть, что де­вуш­ка оде­та в не­поз­во­литель­но ко­рот­кую ноч­ную ру­баш­ку, ед­ва зак­ры­ва­ющую бед­ра. Ас­пе­на ох­ва­тила злость. Что се­бе поз­во­ля­ет этот ма­жор? Сов­сем не­дав­но Аме­рика с та­ким са­мозаб­ве­ни­ем от­ве­чала на его, Ас­пе­на, по­целуи, а те­перь прос­то та­ет в ру­ках это­го прин­ца. Крис и Ас­пен от­ре­аги­рова­ли по-раз­но­му. В то вре­мя как Ас­пен сжал ку­лаки и с тру­дом сдер­жал же­лание отор­вать Аме­рику от прин­ца Мак­со­на, Крисс по­ник­ла, ее хо­рошее нас­тро­ение вмиг уле­тучи­лось. Де­вуш­ка не мог­ла ста­вить сво­ей под­ру­ге в ви­ну то, что она це­лу­ет­ся с прин­цем, ведь Аме­рика яс­но да­ла по­нять, что она бу­дет бо­роть­ся за прин­ца. К то­му же то­го, что слу­чилось с ней, не по­жела­ешь ни­кому. Крисс и по­нима­ла, что сей­час дви­га­ет прин­цем, но бо­ли это не умень­ши­ло.

- ... вас к ко­роле­ве, - сквозь за­тума­нен­ный рас­су­док я ус­лы­шала чей-то го­лос, и то же слу­чилось с Мак­со­ном. Мы поч­ти од­новре­мен­но от­пря­нули друг от дру­га. Я в рас­те­рян­ности пос­мотре­ла сна­чала Мак­со­ну гла­за, в них от­ра­жалось точ­но та­кое же не­до­уме­ние, а за­тем уже и ту­да, от­ку­да до­нес­ся го­лос. Вид Крисс и Ас­пе­на быс­тро вер­нул нас с не­бес на зем­лю. Нас все же зас­ту­кали. Ме­ня, та­кую рас­тре­пан­ную и по­лу­оде­тую, и бе­зуко­риз­ненно­го Мак­со­на. Как жаль, что это ока­залась Крисс. Я не хо­чу ей при­чинять боль, но и не мо­гу жа­леть о по­целуе, к то­му же о та­ком. Я обе­щала ей чес­тную борь­бу, но ни­чего не го­вори­ла про то, что не бу­ду це­ловать Мак­со­на. Все же лег­кое чувс­тво ви­ны зак­ра­лось ко мне в ду­шу, и пер­вое что я сде­лала, за­вяза­ла ха­лат.
- Я... мне... мне нуж­но к ко­роле­ве. Я ра­да, Аме­рика, что те­бе уже луч­ше, - сбив­чи­во и очень ти­хо ска­зала Крисс. На гла­за у нее выс­ту­пили сле­зы. Ку­да бы она не пош­ла сей­час, это точ­но бу­дут не по­кои ко­роле­вы и не Жен­ская ком­на­та. Чувс­тво де­жавю зах­лес­тну­ло ме­ня. Я вдруг вспом­ни­ла, как са­ма ока­залась на мес­те Крисс, и как же мне бы­ло боль­но ви­деть его с Се­лес­той. В од­ном мы с Крисс уж точ­но со­лидар­ны, луч­ше ви­деть Мак­со­на с кем-то из нас, чем с Се­лес­той. Но бо­ли Крисс это не от­ни­мет. Крисс, про­шеп­тав «Ва­ше ве­личес­тво», по­доб­ра­ла юб­ки и, раз­вернув­шись, уда­лилась. По­чему толь­ко я не по­дума­ла, что нас мо­жет уви­деть Крисс? Я нас­толь­ко бы­ла опь­яне­на дур­ма­нящей бли­зостью Мак­со­на, что прос­то не ду­мала во­об­ще ни о чем.
Ас­пен? А на Ас­пе­на я прос­то бо­ялась смот­реть. Я ему ска­зала, что люб­лю прин­ца и хо­чу быть с ним, но он рис­ко­вал ра­ди ме­ня жизнью. То, что я по­люби­ла дру­гого, не из­ме­нило его чувств. Я пос­мотре­ла Мак­со­ну в гла­за. В них не бы­ло со­жале­ний. Он, как и я, не жа­лел о по­целуе, но ему бы­ло неп­ри­ят­но от то­го, что мы ра­нили чувс­тва Крисс. У не­го доб­рое сер­дце. Ему сей­час яв­но хо­чет­ся ус­по­ко­ить де­вуш­ку. Мак­сон про­сил до­верить­ся ему, по­верить, на­пом­ни­ла я се­бе. Нет­вердо стоя на но­гах, я все же отош­ла от не­го и нап­ра­вилась к се­бе в ком­на­ту. Ос­во­бож­дая его от вы­бора дей­ствий. Он не дол­жен вы­бирать меж­ду мной и Крисс. Я бу­ду с ним столь­ко, сколь­ко нуж­но. Я не пси­хану и не у­еду до­мой из-за то­го, что он сей­час пой­дет к Крисс.
Я не прош­ла и пя­ти ша­гов как но­ги под­ко­сились, то ли от ус­та­лос­ти, то ли от то­го, что я две не­дели брев­ном ле­жала на кро­вати, от по­целуя или от нер­вно­го нап­ря­жения, не­важ­но. Но­ги под­ко­сились, и я по­чувс­тво­вала, что вот-вот упа­ду. Сла­ва Бо­гу, я ока­залась не­дале­ко от сте­ны. Но преж­де, чем мои ру­ки кос­ну­лись глад­кой по­вер­хнос­ти сте­ны, чьи-то ру­ки об­ви­ли ме­ня за та­лию.
- И да­леко ты соб­ра­лась? Ты еще не­дос­та­точ­но силь­на, что­бы вот так убе­гать, - ус­лы­шала я над ухом го­лос Мак­со­на. Он под­хва­тил ме­ня на ру­ки, я соп­ро­тив­лять­ся не ста­ла.
- Я ду­мала, ты пой­дешь ус­по­ка­ивать Крисс.
- В пос­ледний раз, ког­да про­изош­ло неч­то по­доб­ное, ты по­бежа­ла со­бирать ве­щи, - в его го­лосе не слы­шалось уп­ре­ка, од­на лишь за­бота.
- Тог­да я бы­ла на мес­те Крис, и ты це­ловал Се­лес­ту. Я и сей­час у­еха­ла бы, пос­ту­пи ты так же, как тог­да.
- Мис­тер Лед­жер, вы сво­бод­ны. И да, пе­редай­те ма­туш­ке, что мы с ле­ди Аме­рикой обе­дать бу­дем в ком­на­те ле­ди Аме­рики, - я ус­лы­шала тя­желый раз­дра­жен­ный вздох и гра­ничив­шее с гру­бостью «Хо­рошо, Ва­ше Ве­личес­тво». За­тем раз­да­лись ша­ги, и вновь нас­ту­пила ти­шина.
- Я очень рад тво­ему до­верию. Ме­ня ра­ду­ет, что ты бла­город­но ре­шила ус­ту­пить ме­ня се­год­ня Крисс, но я не хо­чу да­вать те­бе по­вода не ве­рить в серь­ез­ность мо­их слов или от­но­шения к те­бе. Я знаю, что Крисс боль­но сей­час, без это­го, увы, ни­как, но мысль, что ты чувс­тво­вала бы се­бя бро­шен­ной, для ме­ня ве­сомее. Ты не пос­та­вила ме­ня пе­ред вы­бором. Я сам се­бя пос­та­вил пе­ред ним. Аме­рика, по­ка я бу­ду уве­рен, что ну­жен те­бе, я всег­да вы­беру те­бя, - Мак­сон, тем вре­менем, за­нес и уса­дил ме­ня на кро­вать.
- Спа­сибо, - по­шеп­та­ла я, и мы не­кото­рое вре­мя прос­то не сво­дили глаз друг с дру­га, - Но все же мне стыд­но. Это ведь Крисс. Она не зас­лу­жила та­кого.
- Мы не сде­лали ни­чего пло­хого, и Крисс всег­да зна­ла, что меж­ду мной и то­бой есть неч­то боль­шее, чем меж­ду мной и дру­гими,- Мак­сон опус­тился воз­ле ме­ня на кор­точки и при­кос­нулся к пов­режден­но­му бед­ру, - Силь­но бо­лит?
- Да. Но­га дей­стви­тель­но очень раз­бо­лелась, и все, что я смог­ла сде­лать, это стис­нуть зу­бы.
- Ка­кая ты все же у ме­ня храб­рая. Дру­гая бы уже за­ныла, - улыб­нулся мне Мак­сон, гля­дя мне в гла­за сни­зу вверх.
- Я не дру­гая.
- Точ­но так же ты за­яв­ля­ла, что не моя ми­лая. Но в этот раз я с то­бой сог­ла­сен, ты – не­обык­но­вен­ная, - принц быс­тро под­нялся на но­ги, - где ле­карс­тва?
- За шир­мой, - по гла­зам Мак­со­на я уви­дела, что он сме­ет­ся, - Что? Я их уже ви­деть не мо­гу. Ты бы знал, как они мне на­до­ели.
- Я сей­час при­несу ге­ли. Ни­куда не ухо­ди, - шу­тя, по­сове­товал принц и нап­ра­вил­ся к шир­ме в дру­гой по­лови­не ком­на­ты.
- Ку­да же я убе­гу? - Я от­ки­нулась на по­душ­ки и с неж­ностью смот­ре­ла вслед Мак­со­ну. На­де­юсь, мне ни­ког­да не при­дет­ся учить­ся жить без не­го. Я так при­вык­ла ко все­му это­му, да­же к плать­ям, а осо­бен­но к пос­то­ян­но­му при­сутс­твию прин­ца в мо­ей жиз­ни. Стран­ная шту­ка - жизнь, все­го ка­ких-то пол­го­да на­зад я счи­тала его за­нос­чи­вым хлю­пиком, ма­мень­ки­ным сы­ноч­ком и ду­мала, что не смог­ла бы его по­любить, да­же ес­ли бы очень хо­тела, а сей­час вон как все обер­ну­лось.
Из-за шир­мы пос­лы­шал­ся смех, но в сле­ду­ющий мо­мент про­изош­ло то, что зас­та­вило нас обо­их за­мереть.
- Ва­ше ве­личес­тво, - в ком­на­ту во­шел ко­роль в сво­ей ре­шитель­ной ма­нере. Ес­ли он хо­тел сво­им не­ожи­дан­ным по­яв­ле­ни­ем сму­тить, у не­го это по­лучи­лось.
- От­брось­те эти ус­ловнос­ти, ле­ди Аме­рика. Я здесь не за тем, что­бы об­ме­нивать­ся лю­без­ностя­ми. Что от вас хо­тели пов­стан­цы? – из-за шир­мы не до­нес­лось ни зву­ка. Мак­сон за­мер на мес­те, вслу­шива­ясь в каж­дое сло­во.
- Я не по­няла. Они ни­чего мне не ска­зали.
- Вы ду­ма­ете, я в это по­верю? Ес­ли я уз­наю, что вы свя­зан­ны с ни­ми, по­ез­дкой вы не от­де­ла­етесь. За из­ме­ну каз­нят.
- Ва­ше ве­личес­тво, вы за­быва­ете, в ка­ком сос­то­янии я вер­ну­лась во дво­рец. Раз­ве я мог­ла са­ма с со­бой та­кое по­делать? – впол­не мог­ла, да и са­ма час­тично ви­нова­та в сво­их уши­бах, но Мак­сон прав, ко­ролю об этом знать вов­се не обя­затель­но.
- Я Вас пре­дуп­ре­дил. И да, я слы­шал, мой сын уде­ля­ет вам осо­бое вни­мание. Ду­маю, не сто­ит объ­яс­нять Вам, что вы­бор окон­ча­тель­ный за мной. Что­бы он вам не обе­щал, он сде­ла­ет то, что я ему ска­жу. И не смей­те ста­вить мне пал­ки в ко­леса. Пом­ни­те, я вас вмиг мо­гу рас­топтать. Дос­та­точ­но пус­тить слух и вас или каз­нят или Мак­сон вас воз­не­нави­дит всей ду­шой.
- Мак­сон во­лен сам сде­лать свой вы­бор, - он не дож­дется мо­его стра­ха. Да­же в та­ком без­за­щит­ном по­ложе­нии я не поз­во­лю ему за­пуги­вать се­бя. Хо­тя у не­го это по­лучи­лось.
- Не пе­рехо­дите мне до­рогу, - жес­то­ко до­бавил ко­роль и так же ре­шитель­но, как по­явил­ся, ис­чез.
Я сов­сем за­была, что все это слы­шал Мак­сон. Я за­была, что все это вре­мя он сто­ял за шир­мой. Из мо­их глаз по­тек­ли сле­зы, и я не осоз­на­вала ни­чего, по­ка силь­ные ру­ки не при­тяну­ли ме­ня к се­бе.
- Ш-ш-ш. Все бу­дет хо­рошо, я не поз­во­лю ему сде­лать с то­бой что-то, - ус­лы­шала я за­бот­ли­вый го­лос Мак­со­на. Я под­ня­ла на не­го зап­ла­кан­ное ли­цо.
- Как?
- Я силь­нее, чем он ду­ма­ет. Он дав­но уг­ро­жа­ет те­бе?
- С то­го дня, как я дол­жна бы­ла у­ехать до­мой, - всхли­пывая, от­ве­тила я.
- По­чему ты мне ни­чего не ска­зала?
- Он ска­зал, что тут же от­пра­вит ме­ня до­мой, а я не мо­гу те­бя по­терять, - я вновь рас­пла­калась, а Мак­сон еще креп­че при­жал ме­ня к се­бе.
- Ни­чего у не­го не по­лучит­ся. Мы ведь не сда­дим­ся? – неж­но спро­сил он, вы­тирая с мо­их щек сле­зы. Я ре­шитель­но кив­ну­ла.