Татуировка
— Времени рассказывать весь черлидинг с азов у меня нет, поэтому всему будем учиться в процессе. И так, мы делаем, вы повторяете — девушка специально встала с капитаном команды чуть впереди, чтобы движения были видны всем. Сменив на проигрывателе музыку, Полина подошла к недовольно стоящему литовцу. Встав перед ним, девушка взяла брюнета за ладони и положила их к себе на бёдра. Даже сам Паулаускас опешил от такого, хоть в таком положении его руки находились довольно часто. Опустив взгляд, Модестас заметил край какого-то рисунка, вылезающий из-под резинки спортивных шорт девушки. 'Неужели у них там в Америке и правда татуировки есть. Чертова девчонка, нет, надо срочно найти какую-нибудь фанатку для разрядки. Хотя, зачем искать, Зосимова на меня уже которую неделю вешается, ' — парень с трудом поднял глаза, встретившись со взглядом серых насмешливых глаз друга, который лишь повёл усами, от чего литовец закатил глаза, но подумал, что Серый прав, потому что так и спалиться недолго.
— Мне нужно, чтобы все чувствовали музыку. Потому что только в этом случае у нас получится отличная командная работа. Начнём вот с чего — брюнетка плавно повела бёдрами в левую сторону, делая ими круговые движения. 'Ты сейчас не только музыку почувствуешь, ' — промелькнуло в голове у литовца, когда его пальцы непроизвольно сильнее сжались на теле девушки.
— Товарищ капитан команды, это танец, не обязательно так сильно сжимать меня — улыбающиеся серые глазки девушки взглянули на литовца через плечо. Правда ей хорошенько пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза, а не в грудь, но казалось, что девушку это совсем не смущало. Модестас хотел ответить очередной колкостью, но Полина не дала ему этого сделать, обратившись к стоящей напротив команде — девушки должны вести бёдрами под каждый такт музыки, но смотреться должно, будто парни управляют этим, понятно? Поэтому самое главное расслабиться и действовать в унисон. Всем все ясно?
— А куда двигать-то? — манера работы русской американки и ее нововведения понравились всем сразу. Правда думающие ещё по старой закалке девушки и парни требовали четкой инструкции, но юная тренер их заверила.
— Это совершенно неважно, куда вы будете двигаться. Главное — девушки двигают только бёдрами, потом подключая корпус, а парни задействуют ладони. Научитесь предугадывать друг друга, конечно же попадая в музыку. Больше нет вопросов? Отлично, тогда поехали.
Все так увлеклись процессом отрабатывания части танца, что уже даже не думали о четких заученных ранее движениях, что радовало девушку. Даже наоборот, теперь это было похоже на занимательную игру, в которой каждый пытался запутать партнера.
— Это что, литовский? — когда Паулаускас в очередной раз ругнулся на своём родном языке, так как не смог угадать, куда в этот раз поведёт свои бёдра девушка, спросила Полина.
— Да — коротко ответил он.
— Ох, ну видно тогда я теперь знаю много разнообразных ругательств на нем — добродушно засмеялась брюнетка и отошла от парня, хлопнув в ладоши — ребята, всем спасибо, думаю, на сегодня хватит. Вы большие молодцы — лучезарная улыбка вновь появилась на лице девушки. Так как время ещё было не позднее и такая тренировка скорее была развлечением и отдыхом для баскетболистов, они отправили Едешко за тренером, а сами окружили русскую американку.
— Это вот так в Америке все танцуют, да?
— Нам очень понравилось, даже не заметили, как время пролетело
— Правда, правда, очень здорово
Затараторили ребята, когда брюнетка осталась одна в зале после ухода сборной поддержки.
— Все равно, это пустая трата времени — недовольно сказал Белов, уже держа баскетбольный мяч в руках.
— Ну я постараюсь, чтобы к началу олимпиады ваше мнение все же изменилось, номер 10. Не даром же придумали такое «бессмысленное занятие» — казалось, что девушку нельзя было задеть ничем, так как на всё она либо улыбалась, либо также остро и ловко парировала. Литовец же, ничего не сказав, хлопнул друга по плечу, призывая начать тренировку. Остальные члены команды предпочли поболтать с девушкой до прихода Гаранжина и порасспрашивать ее о жизни за границей и дальнейших планах.
— Аккуратней, Модя — ловя очередной пас, сказал Белов.
— Серый, ты о чем? — не сразу понял литовец, но когда друг кивнул в сторону девушки, то усмехнулся — Да ладно тебе, новые методы обучения оказались не такими уж и плохими. Правда стерва она ещё та, но такие в постели ещё лучше — хмыкнул Модестас своим мыслям.
— Не нравится она мне. Вообще все это мне не нравится, на душе неспокойно — лишь высказал Белов.
Все то время, пока продолжалась вторая тренировка баскетболистов, Полина сидела на трибунах и что-то записывала, иногда переговариваясь с Гаранжиным. Этот тренер ей понравился сразу, добродушный, но в меру строгий, казалось, он был идеальным тренером для такой шебутной, но талантливой сборной. Так как девушка продолжала сидеть в спортивной форме, литовец то и дело посматривал на узор на ноге девушки, который все не давал ему покоя. Когда литовцу прямо в лицо прилетел мяч, который он не поймал из-за своих раздумий, Гаранжин объявил, что на сегодня тренировка окончена.
— Серый, иди, я сейчас — кинул Модестас и твёрдым шагом направился к брюнетке, все продолжавшей писать в своём блокноте.
— Что ты все пишешь? — раздался приятный голос над головой девушки, от чего она невольно вздрогнула и подняла голову, встречаясь со взглядом ореховых глаз. Помолчав с секунду, она загадочно улыбнулась
— Секрет — такая улыбчивая манера уже начала раздражать Паулаускаса. 'Чертова американка, понабралась у них этой улыбчивости' — подумал он.
— А татуировка тоже секрет? — именно за этим подошел парень. Ему жуть как хотелось посмотреть, разгадать эту загадку, никогда раньше он не испытывал такого желания, да и сам не мог объяснить, откуда оно взялось. Ему просто нужно было увидеть.
— Хм, а вы, товарищ капитан, хотите посмотреть? — брюнетка встала с лавочки и, хотя баскетболист и стоял на ряд ниже, все равно доставала ему только до подбородка.
— Был бы не против — девушка вновь хмыкнула, окидывая спортивный зал взглядом и будто размышляя о чем-то.
— Только не здесь, много лишних глаз. Тренировки у всех, кроме вас, уже давно закончились, так что... Через двадцать минут в женской раздевалке — подарив литовцу ещё одну загадочную улыбку, девушка подмигнула и удалилась по направлению к тому месту, где и назначила встречу. Паулаускас самодовольно улыбнулся, думая, что эта особа оказалась очень лёгкой добычей, поэтому даже и Зосимова теперь была не нужна.
Ровно через двадцать минут, как по расписанию, Модестас стоял у двери женской раздевалки. Сказав другу, что ему нужно ещё закончить кое-какие дела в канцелярии, парень незамедлительно пришёл на место встречи, разъедаемый любопытством и предстоящим развлечением. Когда после стука, за дверью послышалось 'Заходите', литовец без промедлений шагнул внутрь, закрыв за собой дверь. Девушка стояла около скамейки, поставив одну ножку на неё и поправляя низ брючины. Чуть повернув голову, она улыбнулась.
— Ах, это вы, товарищ капитан. И правда, вы очень пунктуальны. Ну что же, вы хотели увидеть мою татуировку... — брюнетка подошла ближе к баскетболисту, который не спускал с неё взгляда. Ее пальчики ловко расстегнули пуговицу на своих брюках и потянули замочек вниз. Паулаускас напряжённо провёл рукой по своим каштановым с рыжиной волосам и взглянул на чёрное кружевное белье девушки, когда она начала спускать вниз брюки. Сердце начало биться чаще, вызывая странную реакцию у спортсмена, ведь раньше никакая девушка не вызывала столько эмоций у Модестаса. Правда, на удивление спортсмена, на середине бедра она остановилась, как раз когда был виден только тот же маленький кусочек рисунка, который впечатался картинкой в сознание литовца.
— А знаете, я вам лучше вот эту покажу — в мгновение брюки были застегнуты обратно, а изящная ладонь отодвинула волосы, и пальчик с длинным ноготком указал на татуировку, состоящую из двух маленьких пушистых семян одуванчиков за ухом.
Модестас стоял в полном недоумении, а задорный смех девушки резанул по ушам.
— Не обольщайтесь, капитан. Увы, не каждая девушка готова выпрыгнуть ради вас из штанов — подхватив ловким движением свою сумочку, Полина вышла из раздевалки, цокая каблуками, оставляя в помещении шокированного литовца. Злость и негодование постепенно начали закипать внутри Паулаускаса. Руки сжались в кулаки, и через секунду стена приняла на себя сильный удар.
— Чертова американка! Да что она себе позволяет, думает, тут самая умная! — прошипел себе литовец, мигом выходя из раздевалки, с силой захлопнув дверь — ну ничего, устрою я ей сладкую жизнь.