Золотая заря

И вот настало 21 февраля, с самого утра велись подготовки к театру, и создавалось впечатление, что мы - артисты, так усердно все готовились. Пьеса начиналась в 2 часа дня, однако Делори пригласили нас на ланч, так что, наш «корабль выплывающий» в город, совершил незапланированную остановку.

К ланчу были приготовлены пирог и тосты, Джордж сидел с газетой и уже явно предвкушал театр, Лея Тэмиссон (прислуга Делори) расставляла тарелки и разные блюда по столу, и похоже, даже, Клорис была в чудесном расположении духа, она, я, и Ирен, сидели на диване в гостиной, смотря выпуски журнала «Harper's Bazaar». Когда пришло время есть, мы их отложили и пошли в столовую, в то время, как Джордж оказался, там, с газетой в руках, Натан же появился, раньше всех, ибо к завтраку Сильвия, так и не смогла его разбудить, и тот был очень голоден.

-Любимый, ты не мог бы отложить газету? - попросила Клорис Джорджа, без тени раздражения.

-Да, конечно. Лея?

Служанка тут же подошла и взяла протянутую газету. После мы приступили к еде, активнее всех, как вы уже наверно догадались, был Натан. После десерта, Клорис сказала, что у нее есть для меня и Ирен есть сюрприз и сказала идти за ней. Мы вышли из дому и направились прямиком к сараю.

-Дамы, закройте глаза и ступайте на мой голос! - сказала Клорис.

Мы удивились, но не подав виду, покорно закрыли глаза и осторожно, чтобы не упасть, пошли на голос Клорис. Идя, я и Ирен, вдруг почувствовали тепло, не то, что было на улице, но было в доме.

-Открывайте! - разрешила Клорис, едва мы только подумали, что пришли, в тот самый сарай.

Он выглядел, вовсе не как загон для скота, да и судя по всему, его там никогда и не было. По бокам, но не в плотную к стенам, в сарае стояли зажженные высокие свечи, а посередине, оставляя узкую дорожку для ходьбы, раскинулся, самый настоящий парник. Он выглядел совершенно магическим, засчет отражения пламени свечей в его стеклышках. Клорис сказала нам зайти внутрь - мы не поверили своим глазам - повсюду, куда не глянь, были тюльпаны, красные, желтые, белые, розовые, разноцветные. Клорис достала ножницы из маленького ящичка, находящегося сбоку парника, и срезала десять тюльпанов, пять красных, столько же белых.

-Это вам, миссис Ирен! - сказала Клорис, давая матери красные цветы. - А это вам, мисс Альма Луиза!

-Благодарю, миссис Клорис! - ответила Ирен получая тюльпаны.

- Да, спасибо большое, смотрите, у одного тюльпана опустился бутон. - сказала я, глядя на свой букет. - Будто, что-то тяжелое тянет его головку вниз, Ирен смотрите, у вас также!

-Это правда, Альма, что бы это могло быть? Куда вы, миссис Клорис? - спросила Ирен, заметив, что хозяйка парника собралась в сторону выхода.

-Я на несколько минут отойду, если вы не против, пока рассмотрите цветы.

-Хорошо.

-Ирен, смотрите, я немного приоткрыла лепестки тюльпана и увидела вот это! - сказала я, подразумевая под «вот этим» кольцо, с серебряным ободком и белым алмазом посередине.

-Невероятно, вот почему, головки клонились, там кольца, значат в моем тоже, поэтому Клорис и ушла, чтобы мы не отказались от таких дорогих подарков. - подытожила Ирен, доставая из своего тюльпана кольцо, с золотым ободком и красным рубином, слегка выходящим вперед. - Милая, ты же понимаешь, что мы не можем принять это?

-Конечно.

Поняв, что за нами никто не вернется, мы сами вышли из парника, предварительно закрыв за собой дверцу, пройдя небольшую лужайку и войдя в дом, я и Ирен с тяжёлыми сердцами сказали, что не можем принять этих подарков.

-Боюсь, я не могу их вернуть, а женские украшения в нашем доме, в скором времени, уже не пригодятся, они и мой «бьюик», обеспечат лучшее существование моему мужу. - сказала Клорис, и мы поняли, что вернуть кольца, нам не удастся.

Спустя полчаса, мы решили, что пора ехать в город. Изначально я, Ирен и Натан планировали ехать на такси, но после уговоров Делори, согласились поехать на «форде» Джорджа. После 20 минут поездки, мы были уже возле театра. Ирен, Натан и Джордж вышли первыми, мы же с Клорис замешкались и пошли последними.

-Я не могу, простите, мисс Альма Луиза. - сказала Клорис, просовывая мне в сумочку брильянтовая браслет, который я подарила ей вчера.

-Да, ну, что вы, миссис Клорис! Если хотите, продайте этот браслет, за него можно выручить не менее сотни долларов!

-Спасибо вам, но нет.

Также, как и в споре, насчет колец, тут нельзя было выиграть, я шла в театр, уже с браслетом на руке.

-Это тот самый браслет? - спросила Ирен, поджидающая меня на ступенях, у входа в театр.

-Да, она не оставила мне выбора...

-Я знала, что она, так сделает, Клорис очень хороший человек.

-Да, я поняла это, Делори переехали в Бейлендс Сойл Просессинг несколько месяцев назад, если Клорис, уже была больна, это объясняет перемены в ее настроении. Мне так жаль!

-Мне тоже, Альма, мне тоже, несмотря на то, что Джордж, только недавно рассказал про болезнь, я подозреваю, что Клорис больна уже не первый месяц...

Пробил первый звонок, возвещавший о том, что начало уже скоро, и мы с матерью поспешили в фойе, чтобы успеть к началу пьесы, спустившись в гардероб, мы обнаружили, что нас там ждали Натан и Делори.

-Ну, наконец-то, вы пришли, мы уж думали, что что-то случилось! - сказала Клорис взволнованным голосом.

-Вы напрасно волновались, дорогие друзья, мы лишь немного переговорили.

-Что ж начало уже скоро миссис Ирен и мисс Альма Луиза, и думаю я поддержу всеобщее мнение, если предложу вам поскорее сдать ваши пальто. - настойчиво сказал Натан.

-Конечно, Натан. - ответила я.

Мать удостоила его взглядом, означающим согласие. Мы отдали вещи, и все вместе отправились в актовый зал.

-Как я давно не была в театре! - проговорила Ирен, когда мы все уселись на места, и она разглядывая в театральный бинокль могучие красные бархатистые занавесы сцены, скрывающие балдахины, восхищалась величием этого места.

Мать протянула мне бинокль, чтобы смогла получше разглядеть люстру в центре главного зала.

-Это горный хрусталь и серебро, по моему мнения одна из лучших работ ювелирного дома «Tiffany&Co». - сказала Клорис, заметив куда устремлен мой бинокль.

-А что это за ювелирный дом, такой «Tiffany&Co»?

-О, вы не знаете, да это один из самых известных бутиков в мире, он основан в 1837 году, Чарльзом Льюисом Тиффани.

-Хм, я не знала.

-Смотрите, скоро начало, то был третий звонок! - тихо шепнул мне Натан.

И правда, в эту же минута, красивая люстра погасла, все посмотрели на сцену.

Прошло 40 минут, в течении которых, пьеса «Нас трое» изобиловала музыкой, танцами и шутками. Но не успело это время пройти, как у меня заболела голова, и от каждого нового звука со сцены, мне становилось больно. Я сказала Натану (он сидел ближе всех по мне, Ирен была на ряд впереди), что мне плохо и лучше поехать домой, у меня было 5 долларов, чтобы взять такси, а матери, пусть скажет тоже самое.

Я забрала из гардероба пальто и пошла к выходу. За дверью на меня сразу налетел порыв холодного ветра, и чтобы мое состояние не ухудшилась, я стремительно направилась к веренице такси, остановившихся прямо напротив театра, поджидая людей, что будут возвращаться домой, после мероприятия.

Я села в первую попавшуюся машину, сразу рассчиталась с водителем и сказала пункт назначения.

-Не против, если я поинтересуюсь, почему вы так рано ушли с пьесы, мэм? - спросил таксист, когда мы уже подъезжали к дому.

-Какая вам разница. - сказала я не совсем вежливо, в силу плохого самочувствия.

-Я просто спросил, мэм. Много встречаю людей, у которых головные боли, не нравится мне это, мэм, ох, не нравится, я думаю это к серьезному катаклизму, вроде торнадо и чего еще хуже.

-Подождите, откуда вы узнали, что у меня голова болит, я не говорила? - настороженно спросила я.

-Кстати, мэм, мы уже приехали.

-Отвечайте на вопрос.

Водитель виновато взглянул на меня исподлобья.

-Мэм, так... Так вы за голову держались, а я говорю, у меня клиентов много было, у них головы... Болели, я симптомы выучил... К тому же ответили, вы уж простите, мэм, скверно, а оно, ведь, как говорят, если женщина плохо говорит, значит одно из двух: или воспитание худое или самочувствие дурное. А вы, я вижу одеты хорошо, значит и воспитаны также, а смотрю за голову держитесь, значит она и болит.

-Много вы смотрите...

Я вышла из машины, а седовласый водитель, все не уезжал. Может у него в мозгу, все и выглядело правдоподобно, но только не у меня, во-первых, за голову я не «держалась», во-вторых, какие выводы можно сделать, исходя из грубого ответа и хорошей одежды. Он явно врал, но я не знала почему, и как он все же узнал о моем недуге.

Придя домой, мне хотелось всего двух вещей: чая из мяты, который помогал от любых болей, как говорила мне бабушка Алессия (я виделась с ней всего два раза, первый, когда мне было 5 лет, и второй, когда мне было 12 лет, я прожила с ней полгода, за это время, она учила меня «итальянским премудростям»), кровати с мягкими подушками и затянутым балдахином. Однако реальность меня опечалила, войдя в дом, я первым делом, пошла на кухню, чтобы самой приготовить чай, по пути я встретила Сильвию.

-Мисс Альма Луиза, здравствуйте, извините за беспокойство, но у наших ворот стоит такси, я пошла, чтобы спросить для чего оно тут, таксист сказал позвать Альму Луизу Геверри.

-Не может быть! - воскликнула я и позабыв о боли и одежде побежала во двор.

-Что вам надо! - крикнула я водителю, поравнявшись с машиной.

-Мне сказали сюда приехать.

-Я знаю, очень смешно, это сказала я, и вместе мы уже приехали, а теперь убирайтесь!

-Но, как вы могли мне сказать, если мы впервые видимся!

-Что за издевка, с незнакомым вам человеком!

-Мне сказали приехать сюда, мэм, не вы, джентльмен, высокий, с кудрявыми каштановыми волосами, его зовут мистер... Льен, да, кажется так, а, нет, постойте Лию, вот, именно так, мистер Лию.

-Ах, вот как, простите, в ваших услугах мы не нуждаемся, наверно, мистер Лью, ой, извините, мистер Лию, что-то перепутал.

В ответ на это водитель, только злобно ухмыльнулся, резко развернул машину и уехал.

«Так вот оно что, почему Натан так поступил, он знал, что мне плохо, но решил разыграть, именно в этот день, почему? Все понятно, он рассказал, что у меня болит голова и подговорил таксиста, все сходится. - думала я, пока возвращалась домой. В прихожей меня, снова встретила Сильвия, она испуганно глядела куда-то в сторону.

-Мисс Альма Луиза, все хорошо, он уехал?

-Ты о водителе?

-Да, мэм.

-Он уехал и больше не вернется. Завари мне мятный чай и принеси в комнату пуховое одеяло и соответствующие подушки. Я себя плохо чувствую и если засну, разбуди, когда придет мистер Натан. Выполнишь мои предыдущие указания - скажи, я буду в гостиной.

-Чай подать вам в комнату?

-Да.

Я прилегла на диване в гостиной и решила посмотреть журналы. Но тут, вдруг подумала, что хочу еще раз посмотреть на записку из книги «Монна Ванна». Я поднялась на второй этаж, но пошла не направо, где была моя комната, а налево, где были апартаменты матери и отца. Хоть это и было плохо, мне нужно было узнать, что на бумажке, я нашла ее в первой же полке, в тумбочке, близ кровати. На этот раз я разглядывала записку внимательно, уделяя внимание мелочам, но все равно ничего не поняла, пока вдруг, на самом ее начале не увидела цифры «18.08.1881», день, месяц и год, когда умер дедушка Артур Геверри. Это было явно не совпадение, но, что было еще интереснее, рядом были буквы образовывающие слово «вещания» и еще две буквы предшествующие, однако стертые. «Наверняка, - подумала я. - Это слово «завещания», но, что же перед ним? Что могло поставить слово в этот падеж?». Мои размышления прервала Сильвия, она постучалась в дверь родительской комнаты, вычислив, что я там, и едва мои руки успели засунуть записку, обратно в тумбочку, вошла и сказала:

-Это, конечно не мое дело, мэм, но я хотела сказать, что мне кажется, хотя, возможно, это не так, но мне кажется...

-Быстрее, Сильвия. Тебе кажется...

-Да, мэм. Мне кажется, что с миссис Ирен, что-то не так.

-В каком смысле?

-Вы не заметили, что она все время, будто хочет вам, что-то рассказать, и по-моему, она прячет какой-то листок бумаги. Вы не заметили, мэм?

-Нет, я ничего не заметила. Я думаю у тебя мания расследования. - сказала я и мы с Сильвией рассмеялась, ее тревога исчезла, но моя усугубилась, значит не одна я заметила эту перемену с Ирен.

Выпив чай, я, как и сказала Сильвии, тут же уснула, она разбудила меня к 9 часам вечера и сказала, что Натан, только что пришел, так как опять пошел «гулять» с Джорджем.

Я пошла в прихожую и застала его снимающим пиджак.

-Натан, здравствуйте, зачем вы это сделали?

-Здравствуйте, Альма Луиза, простите, но я не понимаю, о чем вы. - последовал незамедлительный ответ.

-А я думаю, прекрасно понимаете, я о том, зачем вы наняли таксиста, чтобы тот меня разыграл, да и признаюсь честно, не на шутку испугал? Он мне все рассказал, когда вы успели, я не видела вас в гардеробе?

-Простите, но вынужден еще раз повторить свой вопрос, о чем вы? Я ничего не понял.

-Когда я ехала в такси, его водитель знал, как меня зовут, знал, что мне плохо, знал, как вы выглядите и ваше имя, он сказал, что вы рассказали ему все это!

-Скажу откровенно, это действительно ужасно волнующая история! Но клянусь вам, я не выходил из актового зала ни разу, это может подтвердить Клорис, которая сидела рядом со мной!

-Вы кому либо рассказывали о моем недуге?

-Никому, только миссис Ирен, как вы меня и попросили, и то, очень тихо она едва услышала, и после пьесы все равно пожелала, чтобы я рассказал все во второй раз.

-Загадочная история...

-Если это, кто-то сделал, из недоброго побуждения - они поплатятся за это, я гарантирую!

-Вы очень любезны, милый Натан, но думаю, это была просто, неудавшаяся шутка. Очередной перепад настроения миссис Клорис.

-Скорее всего, что ж, я пойду спать, завтра мне рано вставать, я еду в город. Пойду посмотрю, как все делается в настоящей финансовой конторе. - сказал Натан уже поднимаясь по лестнице.

-Удачи вам! Доброй ночи!

-Добрый ночи и вам! И удачи в разоблачении незатейливого шутника.

Я улыбнулась и пошла на кухню, чтобы сделать еще чаю, так как выпитый накануне, очень помог при моей боли.

По дороге, обратно в комнату, я никого не встретила и решила сама зайти в комнату к матери и пожелать «спокойной ночи», однако постучав, не получила ответа. Я повторила тоже действие еще несколько раз, но реакции не последовало. Наконец решила, просто войти в комнату, и сделав это, очень удивилась, кровать была в том же виде, в каком я ее оставила, все вещи были разложены также.

Я тут же спустилась на первый этаж и застала Сильвию, уже в прихожей, она обувала сапоги.

-Сильвия, ты говорила, что видела, как миссис Ирен вернулась?

-Да, все так. - подтвердила женщина, разогнувшись и смотря так, словно понимала, что мои расспросы не сулят ничего хорошего.

-Но ее нет в комнате и вообще в доме.

-Я ничего не знаю, мисс Альма Луиза, просто я видела, как ваша мать пришла, возможно, она покинула дом, когда я просматривала почту, я люблю делать это на лужайке, на заднем дворе, в этот промежуток времени, миссис Ирен, верно и ушла. Она знала, в какое время я смотрю письма и где, она ушла и хотела, чтобы я этого не видела.

-Ты много, думаешь, это всего лишь совпадения. А все остальное опять твоя мания расследования.

Но если в первый раз мы весело посмеялись и это подействовало, то сейчас мы были предельно серьезны, и думаю Сильвия поняла, что я замечала все то, что видела она, но это скрывала.

-Мне пора, мисс Альма Луиза, меня ждет мой кот, его зовут Джон. До свидания!

-Да, я понимаю, думаю твой кот очень красивый. Пока!