глава 13
Трава была ещё влажной от дождя, а воздух тянулся прохладой, впитавшей солнце. Вианор сидел на перилах террасы, раскачиваясь вперёд-назад, пока Домион копался в узелке с персиками, украденными у придворного повара.
— Если ты сорвёшься, я не подниму тебя, — заметил Домион, не глядя.
— Поднимешь, — улыбнулся Вианор. — Ты не сможешь оставить меня валяться в кустах. У тебя слишком мягкое сердце.
— У меня? — Домион наконец посмотрел на него с полуулыбкой. — Это ты у нас тот ещё сентиментальный предатель.
Вианор фыркнул, спрыгивая на каменный пол с лёгкой грацией.
— Где Акион ходит? — поинтересовался он, усаживаясь на диванчик.
— Наверное задерживается в лицее, как обычно, — бросил Домион.
Вианор лениво подпер голову рукой, закинув ногу на ногу. Слуги последнии дни были заняты подготовкой к приезду принца, буквально поставившего всю резиденции на уши. Всё хотели сделать идеально, повысили охрану, подготавливают западное крыло — обычно его специально выделяют для важных шишек. Дворцовая суета, ужесточение мер безопасности, одним словом — никакого покоя.
Домион стоял у перил, положив локти на камень, и лениво водил пальцем по холодной поверхности.
— И правда, где его носит? — поинтересовался Домион, не оборачиваясь. — Два часа назад писал, что уже выехал.
— По его меркам это «почти дома», — усмехнулся Вианор. — Надеюсь, он не решил по дороге заехать на ту дурацкую уличную ярмарку. В прошлый раз притащил оттуда пять килограммов марципанов и шляпу с перьями.
Домион фыркнул, чуть улыбнувшись:
— Шляпа была ужасна. Я до сих пор не понял, как он решился выйти в ней в люди. Хотя… это ведь Акион.
— Он всегда так. В этом его изюминка. Все такие скучные, а тут он, — весёлый, в какой-то нелепой вещице, искренний, — тихо сказал Вианор. — Без него как-то пусто, так что лучше пусть будет так.
Домион наконец повернулся, присел рядом, чуть склонив голову к плечу Вианора:
— Мы оба это чувствуем, признайся. Без него — тишина подозрительная.
— Опасно уютная, — сказал Вианор с лёгкой ухмылкой. — Как будто сейчас он влетит, собьёт кресло, и всё снова станет как всегда.
— Думаешь, прибежит с ворохом рассказов и сорванным голосом?
— И ещё парой шрамов, полученных «совершенно случайно».
Они оба рассмеялись. Смех был тихий, усталый. Вианор лениво облокотился о плечо Домиона спиной, вызвав возмущение:
— Ты, так-то, тяжёлый, Нор.
— Что ты выдумываешь? — усмехнулся Вианор. — Я как пушинка. Ты меня на руках носил.
— Это было лет десять назад.
— Было же.
Домион хотел было что-то добавить, но до их ушей донёсся знакомый голос:
— Эй! Я здесь! И у меня есть пироженные!
— А вот и он, — сказал Домион, вставая и сбрасывая нахального брата со своего плеча. — В этот раз он ограбил какую-нибудь кондитерскую.
— Это так в духе Акиона, — довольно улыбнулся Вианор, поднимаясь следом.
Они встали, оставив на террасе вещи, и двинулись навстречу шумному, живому хаосу, возвращающемуся домой.
Они не сразу вернулись внутрь, пришлось найти служанку, чтобы та принесла им чая с кухни. А уже потом с радостью разделили принесённые Акионом пироженные из любимой кондитерской за чашкой чая и беседами.
— Знаешь, — начал Домион, — я всё думаю… каков он будет, этот наследник?
— Вряд ли кто-то слишком рад его визиту, — ответил Вианор, присаживаясь обратно. — Даже отец с матерью стараются говорить об этом как можно короче. Но это дипломатия — дело не в желаниях.
Домион усмехнулся:
— А ты рад?
— Если ты не будешь его упоминать, то тогда точно буду рад, — честно признался Вианор. — Я, кажется, уже привык к здешнему ритму. К людям. А теперь снова предстоит надевать маску, изображать интерес, быть любезным…
— А ты умеешь, — заметил Акион. — И порой пугающе хорошо.
— Вот именно, — с лёгкой грустью сказал Вианор. — Иногда уже не понимаю, где заканчивается маска.
Они помолчали. Затем Домион спросил:
— Как ты думаешь, зачем он вообще едет? Формально — да, укрепление отношений, дружеский визит, всё прочее… но за этим наверняка есть что-то ещё.
— Думаешь, шпион?
— Или разведка почвы, — стал перечислять Акион. — Или попытка надавить на отца. Или просто ищет, где выгоднее сыграть свою игру.
— Или проверяет нас на искренность намерений, — кивнул Вианор, а после устало добавил: — И при этом мне его сопровождать. Как будто во всём этом ещё не хватает тонкого хождения по льду.
Домион повернулся к нему, внимательно глядя:
— Ты справишься. Я даже могу понять, почему отец доверил это именно тебе. У тебя есть, нужный нам в этой ситуации, стержень.
— Прекрасно, — совсем не воодушевленно хмыкнул Вианор.
— У тебя ведь уже есть какое-то мнение на его счет? — поинтересовался Акион. Как всегда жутко проницательный.
— Не совсем, — махнул Домион, садясь рядом. — Но, думаю, у него совсем не только политические цели визита.
Вианор с интересом взглянул на него. Скептизм Домиона всегда был острее остальных чувств, но стоит признать, что в большинстве случаев это помогало им мыслить трезво. И в этот раз Вианор был вполне согласен с ним. Не в политике дело. Ой, не в политике...
Утро этого тяжёлого дня выдалось пасмурным, небо затянуло серыми облаками, но это ничуть не снизило торжественности момента. Вся королевская семья выстроилась во внутреннем дворе резиденции, сопровождаемая ближайшими советниками и охраной. Слуги торопливо сновали с последними приготовлениями — поправляли цветочные композиции, проверяли расставленные флажки, вздыхали, глядя на небо: дождь, казалось, собирался пролиться в любую минуту.
Вианор стоял рядом с братьями, нарочито спокойно держась, хотя внутри у него всё сжималось. Домион и Акион выглядели куда более уверенно, беседуя вполголоса между собой. Иногда Домион бросал в его сторону ободряющие взгляды. Знал бы он, что сейчас Вианору от его взглядов ни тепло, ни холодно.
Когда во двор заехала серебристая тонированная машина все затаили дыхание. Вианор так и вовсе, по ощущениям, не дышал уже несколько часов. Когда шофёр открыл дверь на выложенную плиткой дорожку ступил высокий молодой человек. Принц Юлиан. Тонкие черты лица, пепельные волосы, которые лежали так небрежно-аккуратно, что невольно цепляли взгляд, как с портрета, и выразительные, прищуренные серые глаза, быстро скользнувшие по встречающим. Прямо таки северный принц, что с него взять, оправдал ожидания.
Он поклонился королю и королеве с вежливой, чуть механической учтивостью, после чего обратился к Домиону и остальным, когда их представили.
— Очень приятно с вами познакомиться, — улыбнулся Юлиан принцам.
— Взаимно, — сдержано улыбнулся Домион, а после кивнул на Вианора. — Вианор Каэларис, станет вашим сопровождающим на время пребывания.
Вианор улыбнулся своей выученной улыбкой, показывая чистоту своих помыслов. И ведь не скажешь, что жутко притворная улыбка принца Карнесс напрягает все мышцы в его теле.
— Очень приятно, Вианор Каэларис, — сказал Юлиан, протягивая ему руку.
— Взаимно, — кивнул он, пожимая руку.
Рядом Акион сдержанно хмыкнул, а Домион только покачал головой, явно предчувствуя, что скучно не будет. Особенно Вианору.
В большом зеркальном зале дворца, где пол сиял, отражая мягкий свет люстр, накрыли лёгкий приём в честь прибытия принца. Слуги разносили на подносах вино и изысканные закуски. За длинными окнами все же начался дождь, но внутри царила почти театральная атмосфера — смесь учтивости, скрытого напряжения и хорошо отрепетированных улыбок. Впрочем, как всегда, ничего нового.
Королева, сдержанно улыбаясь, вела беседу с Юлианом, поддерживая её в нужных рамках. На её вечном спокойствии и учтивости к гостям только и держался двор, ибо трое принцев, с непростыми характерами, так же не смогли бы.
— Мы так рады вашему приезду, Юлиан. Надеюсь, дорога не была слишком утомительной?
— Напротив, Ваше Величество. Местные пейзажи были удивительно живописны. Особенно предгорья на границе — туманы там почти мистические, — ответил он вежливо, едва заметно взглянув на Вианора, сидящего напротив, рядом с братьями.
Ламберт кивнул.
— Уверен, вы найдёте здесь немало интересного. Наш сын Домион лично позаботился о программе пребывания.
Домион, сидящий рядом с бокалом вина, добавил:
— Если пожелаете, можем устроить охоту или прогулку по городу. Или же показать архив — у нас есть редчайшие рукописи.
— Ах, архивы... — Юлиан слегка приподнял брови. — Звучит заманчиво. У нас в столице сейчас слишком много новых книг, а я по-прежнему предпочитаю запах старой бумаги.
Акион, опершись локтем на спинку кресла, насмешливо взглянул на него:
— Или это просто повод уклониться от охоты?
— Возможно, — отозвался Юлиан, криво улыбаясь. — Но не потому, что боюсь. Просто предпочитаю дуэли перу, а не стрелам.
Королева мягко рассмеялась, переводя взгляд на Вианора:
— Вианор, ты ведь знаешь местные хранилища знаний не хуже наших архивистов. Возможно, ты смог бы сопроводить принца, если он пожелает?
Вианор чуть кивнул, голос его прозвучал спокойно:
— Конечно, Ваше Величество. Будет приятно показать лучшее, что у нас есть.
Спокойствию Вианора сейчас можно позавидовать. Хотя, это всё просто пыль в глаза. Сам же Вианор внимательно следил за гостями и всем происходящим. Его место было не случайной — отсюда он мог наблюдать за всеми, не привлекая лишнего внимания. Об этом он заранее договорился с Домионом и Ламбертом, которым это только на руку. Вианор держал бокал с вином, но почти не прикасался к нему, поглощённый более интересным занятием — наблюдением.
Он задержал взгляд на Домионе, который вёл непринуждённую беседу, смеялся, слегка склонив голову. Никто бы не сказал, что он напряжён, но Вианор уловил, как тот время от времени чуть сильнее сжимает бокал — как будто ему хочется всё держать под контролем.
Если до этого Вианор сходил с ума от переживаний, то сейчас мысли были спокойны, даже холодны. Он не осуждал, не жаловался — просто фиксировал. Он знал: в таких залах решается больше, чем кажется. Здесь, в блеске улыбок и зеркал, ткётся паутина, где каждое движение может быть либо жестом учтивости, либо ходом в тонкой игре.
Взгляд задержался на принце Юлиане. Приятный на вид, вежливый и учтивый, хорошо разбирается в традициях их страны, и тепло улыбается присутствующим. Но Вианора эта улыбка волновала. Эта нарочитая улыбка, слишком широкая, слишком белая, казалась приклеенной к лицу, как дешёвая маска. Он видел в ней не радость, а что-то лицемерное, напоказ. Поза его была расслабленной, тогда как взгляд серых глаз – пристальным. Хотя, едва ли сейчас Вианор не смотрел на него таким же взглядом.
« Странный он тип, — хмыкнул Ксарис. — Подозрительный. Точно со своими мотивами».
« Покажи мне хоть одного здесь, кто не имеет своих мотивов, и я разрешу тебе пить мои нервы неделю», — про себя усмехнулся Вианор.
— В любом случае, — между тем говорил Его Величество, — я уверен, мы найдём, чем удивить вас, Юлиан. И даже если не книгами — то кухней уж точно.
— О, в этом я уже убедился, — заметил Юлиан, поднимая бокал. — Ваши десерты — преступление против талии, но какое изысканное преступление.
Смех прокатился по группе, и разговор продолжился уже в более непринуждённой манере, с перебрасыванием шутками, вежливым обменом новостями и ещё большей заинтересованностью в том, кто из них сумеет остаться в рамках приличий — и всё же успеть сказать больше, чем кажется.
Вианор был безумно рад, что получилось сидеть рядом с братьями, потому что в этот раз одними красноречивыми взглядами тут совсем не обойтись. Домион, с приглушённой полу-улыбкой, склонился чуть ближе к Вианору, не отрывая взгляда от бокала с вином.
— Он точно репетировал эти речи перед приездом, — едва слышно произнёс он, кивнув в сторону гостя, что с напыщенной вежливостью объяснял королеве тонкости придворного этикета своей страны.
Акион, сидящий по другую сторону, фыркнул, прикрывая рот рукой.
— У него даже жесты синхронизированы, вы заметили? Как будто прокручивает речь по памяти.
Вианор едва заметно усмехнулся, глядя в тарелку.
— Я готов поспорить, что всё именно так и есть.
— Осторожней, — пробормотал Домион, скрывая усмешку под глотком вина. — Ты же знаешь, как отец реагирует на хихиканье за столом.
— Особенно если это не из-за его шутки, — добавил Акион.
На миг троица замолчала, каждый притворяясь полностью вовлечённым в общую беседу. Но глаза их то и дело пересекались — с теми молчаливыми, понятными только им взглядами, что рождаются у тех, кто годами привык находить забаву даже в самых скучных приёмах.
— Надеюсь, он не решит остаться надолго, — прошептал Вианор, и все трое обменялись взглядами, полностью поддержав эту мысль.
Вианор еще раз окинул всех присутствующих взглядом. Да, было бы славно, если бы все эти гости не остались надолго. Не то чтобы он был не особого гостеприимным, хотя, в какой-то степени, так и было, но сейчас у него были совсем другие заботы, и все эти встречи в изначальные планы не входилии. Вианор случайно встретился взглядом с Юлианом, и тот улыбнулся ему. Вианор ответил тем же. Дни обещали быть долгими.
Следующий день выдался светлым и сухим, и мраморные стены резеденции в солнечном свете казались почти теплыми. Вианор шагал чуть впереди, чуть сбоку от принца — на шаг ближе к следующему залу, но достаточно вежливо, чтобы не выглядеть ведущим. Всё происходящее выглядело скорее как дружеская прогулка, чем официальная экскурсия — по крайней мере, ему хотелось так думать.
— Это Восточная галерея, — мягко начал он, приоткрыв высокие двери. — Здесь хранятся портреты правителей последних четырёх столетий. Неофициальная традиция — каждый король заказывает портрет лишь один раз за жизнь. Или не заказывает вовсе, если не считает себя достойным стены.
Просторная комната встретила их холстами с изображением бывших правителей. Вианор, за своё весьма не маленькое время прибывание, успел выучить историю чуть-ли не каждого здесь, причём лучше, чем многие коренные жители Кальдоры.
Юлиан с интересом склонил голову к ближайшему холсту, где изображённый на фоне грозовых туч мужчина смотрел исподлобья, будто собирался выйти из картины.
— А этот? — Принц указал на портрет с тёмно-рыжим мужчиной в военной форме, с усталым, почти насмешливым выражением.
— Брандель VI. Его называли «король-буря». Вы бы с ним поладили.
— Это мне сейчас обидеться или считать за комплимент? — с улыбкой поинтересовался Юлиан.
Вианор только пожал плечами, едва заметно усмехнувшись.
Дальше они прошли через бывший Зал совета, где когда-то заседали при старом режиме, и где теперь хранились только гобелены, да пыльная тишина.
— Здесь больше не собираются?
— Лишь по особым случаям. Сейчас все собрания проводятся совсем в другом крыле. Или вне его стен. — Последнее Вианор добавил с оттенком иронии, и принц её уловил.
Экскурсия продолжилась сквозь библиотеку с застеклёнными полками, сад с фонтанами и, наконец, на террасу, откуда открывался вид на весь город, до самых старых его районах. Их резеденция возвышалась над остальной столицей, словно показывая своё превосходство. Вианор всегда считал это чем-то напускным.
— Не думал, что скажу это, — заметил Юлиан, облокотившись на балюстраду, — но у вас тут красиво. Величественно, в хорошем смысле.
Вианор посмотрел вперёд, на горизонт, где крыши домов тонули в дымке. В Кальдоре действительно были удивительные пейзажи, но это одно из немногого, что здесь правда могло нравиться искренне.
— Это фасад. За ним всё не так идеально.
— А где нынче идеально? —пожал плечами принц. — Но, признаюсь, пока что мне здесь очень даже нравится.
— Будем надеяться, что это продлится.
Они ещё долго молчали, стоя рядом в свете яркого солнца, прежде чем двинуться дальше.
***
Коридоры встретили своей вечерней прохладой и приглушенным светом. После ужина появилось немного свободного времени, правда его Вианор тратил на анализ произошедшего и сказанного за весь день.
— Этого я не знаю, тебе стоит обратиться к Домиону, — сказал Вианор, идущей рядом Аниссе. Девушка лишь устало вздохнула.
— Я никак не могу его найти, — пожаловалась она. — Вы не знаете, где он может быть?
Вианор задумался.
— Возможно, он сидит у себя в кабинете, можешь поискать ещё у Акиона или в башне. Они часто сидят там.
— Господин Вианор.
Они одновременно остановились. Впереди стоял Юлиан, приветливо улыбаясь. Серьезно, у Вианора скоро будет дергаться глаз от его излишней дружелюбности. Анисса тут же опустила голову, когда принц сократил расстояние.
— Вы что-то хотели, Ваше Высочество? — учтиво поинтересовался Вианор.
— Мы с вами оба принцы, Вианор, — усмехнулся Юлиан. — Не нужно этих формальностей. Прогуляетесь со мной?
« Отлично, вы решили меня сегодня добить разговорами», — иронично подумал про себя Вианор.
— Конечно, — вежливо улыбнулся он, а после обратился к стоящей рядом служанке: — Иди, Анисс, посмотри где я сказал.
Она кивнула и поспешила удалиться, оставляя двух принцев наедине.