глава 11
— Ещё раз.
Строгий голос в который раз повторял одну и ту же фразу на протяжении не одного часа. Вианор устало вздохнул.
— Да не получается у меня, — мучительно протянул он.
— Не получается потому, что ты не контролируешь свою Суть, — хмыкнул Ричард, сложив руки на груди. — Я говорил тебе об этом раз сто, ты меня не слышишь.
Оказалось, что этот рыжий беспризорник очень строгий учитель, но учит, безусловно, хорошо. Только вот самому Вианору от этого совсем не легче, потому что злосчастный огонь никак не хотел появляться.
— Да я слышу! — махнул рукой Вианор. — Ну не могу я даже искры из себя выдавить, о каком огне может идти речь?
— Вианор, в конце концов, соберись. Я тебя не прошу спалить всю резиденцию к чертям, просто небольшой огонёк.
— Легко говорить, — буркнул Вианор.
— Ты чувствуешь, как энергия собирается?
Вианор нахмурился, глядя на свои ладони. Пальцы были чуть подрагивающими от напряжения, а в груди клубилось раздражение. Сколько раз они уже повторяли одно и то же?
— Чувствую, — выдохнул он. — Но это всё. Просто… тепло. Словно искра на языке, но не дальше.
— Ты слишком сдерживаешься, не слышишь ни себя, ни Суть внутри. — Ричард встал и протянул руку. Огонёк вспыхнул в его ладони легко, как будто по щелчку, разгораясь ровным живым пламенем. — Суть — не зверь, её не нужно держать на привязи. Только направить.
Вианор смотрел на пламя и почти физически чувствовал, как внутри него что-то отзывается. Но стоило попытаться — и всё рушилось. Он вздохнул и опустил руки, злость на самого себя проступила в голосе:
— У тебя выходит, как будто ты дышишь. А я будто пытаюсь выжать воду из камня.
— Давай, ещё раз, прекрати ныть.
Удивительно, как в обычное время этот весёлый парень, что рассказывает анекдоты и смеётся, во время обучения становится даже серьёзнее, чем все преподаватели Королевского Лицея. Вианор глубоко вдохнул, вновь потянувшись внутрь себя, туда, где сидела его Суть. Она грела его, но выходить по его приказу никак не хотела. А учитывая, что сидят они здесь в саду уже не первый час, а с места почти не сдвинулись, жутко раздражало. Вианор никак не мог понять, почему иногда сила давалась ему легко, а в другой раз он не мог даже почувствовать её.
— Вианор, — поторопил Ричард.
— Да не торопи ты меня! — вспыхнул Вианор. Будто он сам не знает! Сидит тут умник!
И вдруг — вспышка. Тонкая полоска света, крошечный огонёк дрогнул в ладони Вианора, словно шаловливый язычок пламени на ветру. Он резко перевёл внимание на ладонь. Огонь был неустойчив, но он был. Словно маленькая голубая искра, но, черт возьми, она была! Он смотрел на неё, не веря, с каким-то почти детским восхищением. Как это произошло Вианор не понимал, удивлённо хлопая глазами.
Он поднял взгляд, когда услышал неспешные хлопки от довольного Ричарда.
— Получилось, да? — улыбнулся тот.
— Да... — всё ещё не веря произнёс Вианор, а после пламя покинуло его ладонь, оставляя после себя только потеплевшую ладонь.
— Урок второй, — начал Ричард, подходя ближе, — всегда контролируй свои эмоции. Одно неверное движение, слишком сильный всплеск, — и твоя тайна быстро вспыхнет так же, как сейчас огонь на твоей ладони.
Он взял чужую ладонь, ткнув в неё пальцем.
— Помимо контроля Сути, ты так же должен контролировать себя. Твоя Суть чувствует твои эмоции, твои страхи, гнев, грусть. Она часть тебя. Ты думаешь, что тебе не позволено, что ты не должен… А магия это чувствует. Она отзывается на страх так же, как на силу. Запомни это.
Вианор задумчиво уставился на ладонь. Энергия вспыхнула так неожиданно, оставляя после себя приторное послевкусие, которое осаживалось на языке подобно яду. Хотелось ещё. Хоть на секунду дольше почувствовать то, как Суть течёт по венам, концентрируется в ладонях.
— А теперь давай я помогу тебе сделать это по-нормальному. — Ричард стал рядом и осторожно взял его за запястья. — Я научу тебя посылать Суть туда, куда нужно. Закрой глаза, просто дыши.
Вианор подчинился. Он глубоко вдохнул, позволил себе отпустить напряжение, не думать о страхе, о том, кто он и что вытворяет. Только дыхание и ощущение — неуловимое, как пульс энергии под кожей. Как будто тепло стягивалось к ладоням, медленно, неуверенно, но с каждым вдохом — крепче.
— Представь, что ты держишь в руках солнечный луч, — продолжал Ричард тихо. — Он тёплый, но не обжигает. Он живой. Не пытайся его сдержать в себе, дай ему немного свободы.
Не сразу, но вскоре на ладони Вианора вновь заплясало голубое пламя. Он смотрел на него так восторженно, словно ребёнок. Оно было живим. Трепетало в его руке, то стремясь ввысь, то снова прижимаясь к самой ладони.
— Держи его, — продолжал наставлять Ричард. — Не гаси.
А Вианору и не хотелось. Огонь не жжёг кожу, даже не грел, просто был. Словно не настоящий, всего лишь плод бурного воображения. Вианор вновь забыл как дышать.
— Молодец, — улыбнулся Ричард, отпуская его запястье. — Можешь затушить.
Вианор несмело сжал кулак, и огонь тут же пропал. Но вместо него оставил приятное тепло, не только в ладони, где-то внутри. О, оно бы могло согреть Вианора даже в самую холодную ночь.
— Видишь, не так и сложно, — усмехнулся Ричард, садясь на край мраморного фонтана.
— Сложновато, если честно, — улыбнулся Вианор, садясь рядом.
— Ничего, это только в начале, но начало самое важное.
— Спасибо, — тихо сказал Вианор. — За то что возишься со мной, и за то, что веришь.
— Прекрати, я сейчас расплачусь от твоих тёплых слов, — драматично всхлипнул Ричард, и Вианор закатил глаза, засмеявшись. — Сначала всегда кажется сложно, потом ты сможешь и без моей помощи разбираться. Тебя главное сейчас на ноги поставить.
— Я всё равно буду приходить к тебе, — усмехнулся Вианор.
— Понятно, — хмыкнул Ричард, — покой мне с тобой может только сниться.
Они одновременно рассмеялись.
— Как дела с гримуаром? — поинтересовался Ричард. — Нужна помощь?
Вианор отрицательно покивал головой.
— Хочу со всем разобраться сам. Мне нужно, чтобы кто-то помогал мне в практике, а в теории я хочу разобраться сам.
— Ах, мой принц такой самостоятельный. Как быстро растут чужие дети. — Ричард драматично вытер со щеки несуществующую слезу.
***
— Не знаю, — протянул Акион, разглядывая аккуратную стопку папок, — я думал, ты зовёшь нас посидеть в саду с вином. А не... вот это.
Трое братьев сидели в кабинете Домиона, который весьма «любезно» попросил их помочь ему, хорошо прикрыв это под выражением «полезное времяпрепровождение».
— Если б я сказал правду, вы бы не пошли, — с невозмутимой честностью отозвался Домион, усаживаясь за массивный стол. — А теперь вы уже здесь.
— Это похищение, — с тяжёлым вздохом сказал Вианор, опускаясь на стул рядом с братом и беря первую папку. — Документы пахнут хуже, чем библиотека в самую душную погоду.
— Это пахнет ответственностью, — с усмешкой заметил Домион.
— Твоя должность тебе на пользу не идёт, — хмыкнул Вианор. — Так бессовестно заставлять свою семью на тебя батрачить — это нужно уметь.
— Вы же хотите, чтобы я не потонул в этих бумагах?
— Нет, — откровенно заявил Акион. — Но, думаю, нам этого не избежать.
Комната была залита мягким золотистым светом от лампы у стола. Снаружи едва слышно шуршал ветер, и в этой тишине щелчки бумаг, царапанье пера и редкие фразы звучали особенно громко.
— Что вообще это за бумаги? — спросил Вианор, перелистывая страницу. — «Перечень жалоб на налоговую ставку в западных провинциях»?
— Дух захватывает, не правда ли? — мрачно пошутил Домион. — Это всё, что я должен подготовить к следующему Совету. Если к нему это будет всё ещё моё дело.
— Не думал, что тебя выгонят за попытку облегчить жизнь людям. Да и тем более, ты — глава совета, — пробормотал Акион, вытягивая ноги под столом. — Хотя, учитывая Совет...
— Ещё одно слово — и я оставлю вам жалобы на канализационные работы, — пригрозил Домион. — Акион, читай. Вианор, пиши. А я буду притворяться, что у нас настоящая команда.
— Команда идиотов, — хмыкнул Акион, всё же начиная читать.
— В этом мы сильны, — тихо добавил Вианор, поднося ручку к бумаге.
Несмотря на ворчание, спустя час за столом царило почти умиротворённое молчание, нарушаемое только вопросами вроде: «Как ты вообще это почерком назвал?» или «Ты уверен, что это слово существует?».
— Так, — Вианор повертел в руках следующую папку, — здесь отчёты о строительстве дороги через перевал Лионн. Сколько лет они уже её строят?
— Пятый, — отозвался Домион, не поднимая головы. — И если верить этим бумагам, с каждым годом дорога становится всё короче. По документам.
— О, значит, к следующему году она исчезнет вовсе, — вставил Акион с фальшивым воодушевлением. — Настоящее волшебство инженерной мысли.
— Здесь ещё смета, — Вианор разложил листы. — Сравнительная таблица: заказано, получено, потрачено. Половина сумм не сходится.
Домион наконец поднял взгляд.
— Покажи.
Он перешёл за Вианора, вгляделся в цифры и выругался сквозь зубы.
— Они что, списали расходы на камень, который даже не доставили? — спросил он.
— Зато в следующем месяце закупили в три раза больше. Возможно, по их вере он сам долетит до места, — спокойно заметил Вианор.
— Ты издеваешься, но я не удивлюсь, если это серьёзно было написано в объяснительной, — проворчал Домион.
— Здесь ещё запрос на дополнительное финансирование на починку мостов в районе Гастель. — Акион перелистывал страницы, прищурившись. — С формулировкой «в связи с погодными аномалиями и низким качеством древесины». А в прошлом месяце писали, что всё построено из камня.
— Замечательно, — Домион сел обратно и потер переносицу. — Сначала они воруют, потом врут, потом снова воруют, чтобы покрыть враньё. Устроили богадельню.
— Классическая архитектура нашего времени, — пожал плечами Вианор.
— А у тебя не складывается ощущение, что мы не документацию разбираем, а следы преступления? — спросил Акион. — Как будто ведём расследование.
— Потому что так и есть, — отрезал Домион. — И чем больше я этим занимаюсь, тем больше хочется отдать всё это в руки вампиров. Они, по крайней мере, берут плату честно.
Братья обменялись взглядами, и вдруг Акион не выдержал — фыркнул, а за ним Вианор тихо рассмеялся. Домион бросил на них строгое «ну вот, опять», но уголки его губ тоже дрогнули.
— Ладно, — Домион откинулся на спинку кресла. — Перерыв. Иначе я действительно что-нибудь подожгу.
— Только не смету, — сказал Вианор. — Хоть что-то должно остаться в живых.
— Или наоборот, — вставил Акион, вставая. — Поджечь всё — и уже на пепле строить по-новому.
— Это звучит опасно близко к революции, — заметил Домион.
Вианор задержался на мгновение, глядя в стол, прежде чем подняться.
— Нет, — мягко сказал он. — Просто усталость. Не хотите перекусить? Вроде как на кухне готовили медовые лепешки.
— Боюсь, что если мы не дойдем до кухни первее Акиона, то нам вряд ли что-то достанется, — высказался Домион.
— Правильно думаешь, — усмехнулся тот и первым покинул кабинет, буквально вылетая из него.
— Плакали мои лепешки, — печально констатировал Вианор, смотря на закрытую дверь.
Домион лишь тихо смеётся.
Они неспешно шли по длинному коридору, в сторону кухни. Спешить было некуда — скорее всего Акион перехватит их по дороге, с кучей лепешек, после ограбления кухни и бедных поваров, которые стояли над ними не один час. Вианор держал в руках тонкую папку — одну из тех, что они с братьями разобрали ранее. Он молчал, пока не заговорил Домион:
— Ты снова всё перечитываешь? — спросил он с лёгкой усмешкой. — Как будто при четвёртом прочтении цифры вдруг начнут сходиться.
— Нет, — ответил Вианор. — Просто... хочется ещё раз убедиться, что я правильно понял, насколько всё плохо.
Домион тихо хмыкнул.
— Поверь, правильно. Мы тратим деньги на материалы, которых никто не видел. Подрядчики отчитываются за мосты, стоящие на бумаге, а дороги, за которые платим, заканчиваются в лесу.
— А потом запрашивают дополнительное финансирование. Ссылаясь на погодные условия, — добавил Вианор. — Или на мистические силы.
— Мистика у нас в правительстве, а не на стройках, — сухо бросил Домион.
Они остановились возле выхода в сад, решив подождать брата здесь, чтобы не мотать лишние круги. Вианор остановился и, присев на подоконник, посмотрел на Домиона.
— Почему ты всё ещё не выбросил половину этих людей за ворота?
Домион не сразу ответил. Его лицо потемнело.
— Потому что каждый из них — чья-то пешка, — наконец сказал он. — Слишком часто те, кого ты хочешь уволить, оказываются назначенными кем-то, кого нельзя тронуть. Пока.
— Пока, — повторил Вианор, разглядывая прожилки бумаги в папке. — А если никогда?
— Тогда я всё равно попробую. Пусть не сейчас, но... — Домион вздохнул и провёл рукой по волосам. — Иногда мне кажется, что я всё ещё играю в детскую игру. Только на ставке — страна.
— Страна, в которой мы с тобой каждый день читаем документы как шпионские послания, — тихо добавил Вианор. — Вопрос в том, сколько таких мы успеем расшифровать, прежде чем всё рухнет.
Домион посмотрел на него — пристально, внимательно. Вианор в его глазах всегда был падким на политику, дела государства, которое, по сути, с ним даже никак не связано. И Домиону никак не удавалось понять истинную причину такого интереса. Сам он, казалось, никогда не был для Вианора секретом, никто вообще-то не был секретом для его чуткого глаза. Он видел куда больше, чем кто-либо. Это было очаровательно, и немного пугающе. Но, для Домиона, Вианор — ходячая загадка под сотнями замков. И, казалось, сколько не открывай, с каждым открытым замком прибавляется новый, закрытый. В какой-то момент Домион начал думать о том, что лучше и не трогать все эти замки, а то кто знает, что под ними хранится.
— Ты правда хочешь этим заниматься? — спросил он, и в его голосе не было ни давления, ни приказа, только усталость и искренняя потребность в честном ответе.
Вианор задержал взгляд на цветущем кусте у беседки, потом кивнул:
— Пока что — да. Пока ты не один в этом, мне не всё равно.
Домион усмехнулся, легко, почти с благодарностью.
— Тогда у меня ещё три папки, которые точно доведут нас до белого каления.
— Великолепно, — отозвался Вианор. — Я как раз думал, чего мне не хватало для полного счастья этим вечером.
В лёгком обмене колкостей между ними ощущалась не только усталость, но и то неуловимое — братское, тяжёлое и нужное одновременно — понимание общего фронта.
Домион лениво присел рядом, облокотившись плечом об откос.
— Ты слышал, что приедет сын нынешнего правителя Артении?
Домион сообщил это таким будничным тоном, что Вианор даже не сразу понял смысл сказанного. А когда понял, то чуть не подавился воздухом, удивленно повернув к нему голову.
— Что?...
— Неожиданно? — усмехнулся Домион, наблюдая за сменой эмоций на лице Вианора. У того была удивительно яркая мимика.
— Когда?
— В конце месяца, — ответил он. — Артения — влиятельное и нейтральное государство, важный союзник Кальдоры. Отношения между странами держатся на тонком балансе, и визит наследника — дипломатический жест. Он приезжает по приглашению отца, формально — с дружеским визитом, неформально — чтобы обсудить политику и наше сотрудничество.
— Недавно же приезжал посол их страны, — вспомнил Вианор. — Чего-то они к нам зачастили.
— Ничего не поделаешь, — пожал плечами Домион. — Нам нужно сотрудничество с ними.
— Потрясающе, — саркастически высказался Вианор.
Под конец учебного года у того и без всех этих встреч куча работы, для которой нужно выделить немало времени, а с приездами гостей того совсем не останется. Вианор уже чувствовал то, каким выдастся месяцок. К концу единственным желанием будет выйти из машины на полном ходу.
— Где ходит Акион? — поинтересовался Домион, смотря на поворот, из-за которого должен был показаться брат.
— Сидит с поварами на кухне и в тихую ест, чтобы мы у него не отобрали, — высказался Вианор.
— Тут еще нужно посмотреть, кто у кого отбирает.
Со всеми делами они закончили к позднему вечеру, разойдясь по своим комнатам. У Вианора побаливала спина от долгого нахождения в одном положении. Закончив со всей рутиной, он упал на кровать, забравшись под одеяло. Организм требовал отдыха, однако, он оказался слишком требователен и непостоянен в своих желаниях, ибо по-другому Вианор не знал как описать то, что пролежав час с закрытыми глазами, сон к нему так и не пришёл. В голове было на удивление пусто, только сейчас это как-то несильно помогало. Ещё ближайшие полчаса он бездумно листал ленту в телефоне, надеясь на то, что просто отключится в процессе, однако вновь прогадал.
С усталым вздохом Вианор встал с кровати, засунув ноги в пушистые тапочки, и тихо покинул комнату. В коридорах уже не горел свет, но ему это не мешало пройти по знакомому маршруту, который он выучил как молитву. Поворот, и вот, он уже стоит под знакомой дверью. Стучит в неё скорее для приличия, после чего давит на ручку и заглядывает внутрь.
Комната Домиона отражала его характер — сдержанный, выверенный, но при этом не лишённый изысканности. Просторная, с высокими окнами, пропускающими много света днём и скрытыми за тяжёлыми, густо-синими шторами вечером. У одной из стен стоял рабочий стол из тёмного дерева, аккуратно заваленный бумагами, книгами и папками с гербом дома. Всё было разложено по своему порядку — только Домион знал, где что лежит, и, как ни странно, легко это находил.
Кровать — большая, но не нарочито роскошная, покрытая строгим покрывалом тёмного цвета. В одном углу комнаты стояли два мягких кресла у невысокого камина — любимое место для вечернего чтения или долгих разговоров.
В комнате царила атмосфера сосредоточенности — как будто здесь всегда что-то решалось, обдумывалось, планировалось. Но и тёплая нотка домашнего — она всё же была. Особенно когда на полу валялась забытая рукопись, а на подоконнике оставалась чашка холодного кофе, которую он не успел допить.
А сам её хозяин сидел на кровати с ноутбуком на коленях, сосредоточенно что-то печатая. Домион даже не поднял взгляда — и так знал о том, кто в такое время может тихо прокрадываться к нему.
— Что, не спится? — поинтересовался он, когда Вианор прошел в комнату, закрыв за собой дверь. В отличии от него самого, дверь в комнату Домиона никогда не закрывалась. Он бы устал постоянно ходить и открывать её нежданным гостям.
Вианор ничего не отвечает, лишь устало вздыхает, и подходит к кровати, садясь рядом с Домионом. По-собственнически залазит под одеяло и кладет голову тому на плечо, прикрывая глаза. Домион ничего не говорит, не язвит и не гонит его. Многозначительно вздыхает и продолжает работать, позволяя Вианору спать у себя на плече. Он делал так регулярно, раз пятнадцать на месяц уж точно, а учитывая его характер проще было смириться, чем прогонять его.
Однако, только чужое дыхание выравнялось и Вианор погрузился в сон, дверь снова открылась.
— А ты что тут делаешь? — шёпотом поинтересовался Домион, когда в комнату юркнул Акион.
— А я услышал, как кто-то крадётся мимо моей комнаты, и решил тоже последовать следом, — улыбнулся Акион.
— Не ври, — хмыкнул Домион. — Вианор ходит слишком тихо, чтобы ты мог услышать. Разве что ты сидел у двери и вслушивался.
Тот лишь пожал плечами, а после забрался на кровать с другой стороны, положив голову на плечо Домиона. Теперь он сидел окружённый с двух сторон.
— Вы, двое, мешаете мне работать, — недовольно сказал Домион.
— Никто тебе не мешает, — усмехается Акион. — Сиди и работай.
Акион демонстративно зевает и закрывает глаза. Домиону ничего не остаётся, кроме как смириться. Не погонит же он их.
Через время Домион тоже заснул, крепко держа братьев за руки. Он делал так в детстве, чтобы те во сне не свалились с кровати. А теперь держит, чтобы просто чувствовать, что они ещё рядом.